1.2. Семейная беседа в составе других жанров повседневной речи и ее внутрижанровая систематика

К оглавлению
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 
17 18 

Объектом исследования в рамках данной главы является жанр семейной беседы, предметом  - выделение данного феномена на основании категориально-текстового и лингвокультурологического сопоставления с одноуровневыми и разноуровневыми жанрообразованиями.

Останавливаясь выше на теоретических проблемах, связанных с жанрами повседневного общения, мы указывали, что наиболее значимыми для нас будут вопросы о критериях выделения данных жанров, а также о самой номенклатуре жанров повседневной разговорной речи. Базовыми для нас будут следующие критерии: доминирующая целеустановка говорящих, связанная с общим замыслом участников непринужденного разговора (наш материал представил примеры перетекания фатики в информатику и наоборот, однако у всех проанализированных текстов наблюдается целевая доминанта); ситуативные показатели разговорного дискурса, имеющие отношение к темпу разговора; степень близости участвующих в общении; содержательная ориентация разговорного текста; тематическая организация разговорного произведения, имеющая отношение к типу преобладающей информации, представленная сочетанием и комбинацией Я-тем, предметных тем (Матвеева, 1994; Сибирякова, 1996) и табу-тем (мы понимаем под данным явлением темы, запретные для коммуникации в той или иной социальной группе, или ситуации темы, провоцирующие коммуникативную неудачу); эмоционально-духовный и волевой тон, или тональная окраска разговора, по поводу которой Н.Абрамов писал: "нежность, гнев, сострадание, презрение и вообще чувства человека выражаются определенной окраской тона, которая так выразительна и ясна, что мы уже из нее можем заключить, каким чувством воодушевлен говорящий" (Абрамов, 1911:28). Система критериев, предлагаемая нами, на основе лингвистической и, шире, филологической литературы о жанре, не исчерпывает всех подходов к анализу разговорных жанров, однако намечает общие тенденции. Критерии-основания определяют как уровень жанрового типа в целом, так и подуровни жанра и субжанра: во втором случае они носят более дифференцированный характер. Сопоставления уровня "жанровый тип-жанровый тип" и "жанр - жанр" представлены схематически. Оговоримся, что все вышеперечисленные критерии прослежены в исследовании с учетом особенностей разговорного функционального стиля русского литературного языка.

Еще М.В.Ломоносов, Н.Ф.Кошанский и другие русские филологи выделяли разговор, основываясь, как на формальных, так и на тональных критериях, причем некоторые авторы определяли разговор через беседу. Интересным представляется и выделение М.М.Бахтиным жанров интимно-дружеских, интимно-семейных, застольных, салонных бесед.                                                                                                                                                                                                                   Современные исследователи, например, Л.А.Капанадзе, также останавливаются на жанрах семейного и дружеского общения, выделяя семейные диалоги, семейные полилоги, домашние телефонные разговоры и т. д.. Л.П.Крысин разбивает все жанры повседневного общения на рассказы, диалоги и полилоги, в рамках полилога  особняком ставится жанр семейного разговора за обеденным столом , а в рамках диалога и стереотипной коммуникативной ситуации - шаблонный разговор, например, продавца и покупателя.

Во всех типологиях, приведенных выше, прямо или опосредованно намечается либо одиночная представленность, либо бинарная оппозиция информативных жанров и жанров, направленных на поддержание и развитие контакта. А это значит, что выделение номенклатуры жанров повседневного общения невозможно без обращения к явлению фатической речи.

Мы уже отмечали, что "фатика" противопоставляется " информатике" как два основных инварианта речевого поведения (Винокур, 1993:5-28). По мнению М.-Л.Драздаускене, приведенному в работе В.В. Дементьева, фатическая коммуникация характеризуется десемантизацией лексики, тривиальностью тем, большим количеством речевых наполнителей, наличием строго регламентированных и строго воспроизводящихся клише и формул. В.В.Дементьев считает , что наряду с информативными жанрами повседневного общения существуют жанры фатического общения, система которых является ядром коммуникативной компетенции человека. Жанры фатического общения представляют собой типическую модель организации фатического дискурса. По его предположению, существует ряд общих принципов внутренней и внешней  жанровой организации фатической коммуникации, связанных с различными видами речевых актов: факультативных и обязательных порождающих (приводящие к развитию жанра) или не порождающих; обязательных конституциональных (выражающих сущность жанра) и неконституциональных. Пользуясь принципом динамической структуры коммуникативного жанра, автор останавливается на пяти разновидностях жанров фатического общения: прямые обвинения, оскорбления, "выяснения отношений", ссоры; доброжелательные разговоры по душам, признания, комплименты, исповеди/проповеди и т. п.; флирт, шутка; жанры фатического общения, ухудшающие отношения в косвенной форме - например, чтобы ответственность лежала на партнере - сюда относятся некоторые разновидности иронии, издевка, розыгрыш; праздноречевые жанры, или "small talk", (три подгруппы праздноречевых жанров описаны Н.Д.Арутюновой), это эмоциональные, артистические и интеллектуальные диалоги (Дементьев, 1995:15-16). Концепция В.В.Дементьева имеет большую теоретическую значимость, в особенности для нашей синтетической лингвориторической трактовки жанра повседневной речи: она позволяет установить логическую связь между явлениями разговорного диалога/полилога и жанра повседневного общения. Однако В.В.Дементьев оставляет без внимания текстовую организацию жанров фатического общения (а именно это является для нас базовым).                                                                                                                                                                                                                           Итак, определяющим для осмысления жанровой номенклатуры в области повседневного общения будем считать деление разговорных произведений  на информационные и фатические жанры. Однако критерий информационной или фатической доминанты не может быть единственным при осмыслении столь многоаспектного явления, поэтому для более полного описания жанра будем использовать  критерии: целеустановки,  типа ситуации, степени близости говорящих, содержания, тематической организации, тональности.

В рамках приведенных выше концепций оппозицию                                                          информативный - неинформативный  жанр повседневного общения можно проследить на выделенных многими исследователями жанрах бытового разговора и разговорной беседы. В рамках данной работы укрупним трактовку бытового разговора и разговорной беседы до уровня жанрового типа, под которым понимается более крупное, чем жанр, образование, построенное по принципу "класс класса текстов".

Первоначально  кратко остановимся на жанровом типе  бытового разговора. Оговоримся лишь, что общее понятие разговора представлено в науке недостаточно: часто  наблюдается смешение терминов разговор и беседа, иногда беседа определяется через разговор и наоборот. Под разговором в лингвистике также понимается разговорный диалог вообще. С нашей точки зрения, есть необходимость в разграничении данных терминов. Здесь нам могут сослужить службу лингвокультурологические наблюдения В.В.Колесова. Он пишет: "В "сообщаться" у Достоевского важна была именно совместимость, взаимность, что по смыслу сближает это слово со старинным русским "беседовать". Беседовать, собственно, неторопливо обмениваться мыслями, как сказано в народной песне: "во пиру ли, во беседушке", обычно в собрании себе равных, но при этом обязательно во множестве лиц, из которых каждый может высказаться. Слово, воплощая какую-то мысль, неспешно ходило по кругу. Оно было общим, и мысль рождалась как мысль коллективная. Старинный образ слова "беседа" давно забыт - это разговор "вне дома", "наедине со всеми", так и хочется сказать: тихим вечером на завалинке в кругу друзей и соседей. Круг широкий, да все - свои. Неторопливость старинной беседы была нарушена более свойственным новому времени желанием просто "поговорить". Без ритуалов обменяться словечком, но все-таки еще взаимно, друг перед другом. За сменою слова незаметно выпал из прежнего смысла один оттенок, который  в новом быту показался неважным: теперь это просто поговорить, необязательно даже с какой-то мыслью. У тех, кто беседовал, есть собеседник, обратная связь отношений, а у тех, кто хочет всего лишь поговорить, ее нет "(Колесов, 1988:72). Итак, беседа и разговор различаются исторически и различаются в корне как средоточие русского традиционного идеала речевого поведения и  поведение унифицированное и неглубокое, со стертой национальной спецификой. Однако, если говорить об уровне жанрового типа и не учитывать экстралингвистические реалии, то,  по мнению С.Н.Аверинцева, "два близких жанра не просто проницаемы друг для друга, но для их проницаемости нет никаких препятствий" (Аверинцев, 1989:9).

С точки зрения И.Б.Левонтиной, подтвержденной и нашими наблюдениями, бытовой разговор больше соотносится с монологическим текстом и формой единственного числа и связан с точки зрения цели с обменом информацией, выяснением истины, принятием решения. Главное в разговоре - содержание общения, его тема, предмет (Левонтина, 1994:71-76). Собеседников мало интересует контактная сторона их общения, информация для них сейчас гораздо важнее.

            В данном случае говорящих больше интересует информативная сторона их общения, а точнее, местонахождение конкретного магазина, причем множественное число "говорящие" здесь не совсем уместно. Факт расположения магазина в большей степени интересует А., в то время как речевая активность Б. ограничивается лишь объяснением.                                                                                                                                                                                                           Таким образом, по характеру целеустановки бытовой разговор информативен. Он, как правило, происходит в ситуации, не располагающей к длительному  и пространному обсуждению чего-либо, зачастую - "на бегу", именно этим  и обосновывается его сугубо практическая информативная ориентация.

А.- Привет!/ Ты не скажешь/ там когда / в школе вашей           вступительные экзамены// а то я бегу// а то/ знаешь/ я туда ж хочу          отдать сына//

Б. - Я вообще-то точно не знаю// там обычно/ у них объявы                            висят.// Зайди / там в холле//

В этом случае партнера А. интересует минимальная информация об экзаменах в школе, и опять в лидирующем с позиций инициативы положении находится один коммуникант. Возможен  и вариант равноправия коммуникантов (ситуация, когда коммуниканты договариваются о чем-либо).Ситуативно бытовой разговор ограничений не имеет и, как видно из приведенных ниже примеров, он может произойти и в ситуации дома и вне его.

Вступить в бытовой разговор могут как люди, находящиеся в семейных или дружеских отношениях, коллеги, так и ранее не                                      знакомые, именно так действует здесь

Коммуниканты не знают друг друга, однако они вступают в разговор, причем данный бытовой разговор имеет тенденцию перерасти в беседу на общие темы. Важно, что здесь и во многих других примерах актуальны бытовые реалии содержания, в области тематической организации намечается тенденция к преобладанию предметных тем, в то время как Я-темы вводятся опосредованно.

Диапазон эмоциональной (тональной) окраски здесь достаточно широк: от доброжелательного разговора до разговора-перебранки, однако мотивация общения остается информативной.

             Итак, бытовой разговор - это жанровый тип повседневного общения, характеризующийся преимущественно информационной (конечно, и здесь могут быть отступления в сторону фатики, и тогда есть возможность для реализации жанра беседы) целеустановкой говорящих; ситуацией оперативного, быстрого общения; не имеющий основы в общности апперцепционной базы говорящих; бытовым содержанием, имеющим отношение к любым  моментам повседневной жизни; тематически замкнутый на круге предметных тем, слабо связанный с аналитической оценкой явлений действительности;  тональностно не ограниченный.

Терминологически не различая беседу и разговор, Х.-Г.Гадамер пишет следующие слова, с нашей точки зрения, имеющие большее отношение к жанру беседы, а не к жанру разговора: "Мы говорим, что мы ведем беседу, однако чем подлиннее эта беседа, тем в меньшей степени "ведение" ее зависит от воли того или иного из собеседников. Так, подлинный разговор оказывается не тем, что мы хотели вести. В общем, правильно будет сказать, что мы втягиваемся, или даже впутываемся в беседу. В том, как за одним словом следует другое, какие повороты, какое развитие и заключение получает разговор - во всем этом есть, конечно, нечто вроде ведения, однако в этом ведении собеседники являются в гораздо большей степени ведомыми, чем ведущими. Что выяснится в беседе, этого никто не знает заранее. И лишь когда разговор окончен, мы можем сказать, что он получился, или же, что судьба ему благоприятствовала. У разговора своя собственная воля" (Гадамер, 1988:446).

Разговорная беседа (далее беседа), с нашей точки зрения, является плотью от плоти гуманитарной культуры, процессом таинственного энергетического приобщения индивида к миру коллектива и наоборот. Успех этого приобщения  во многом зависит от соответствия общающихся общим принципам "собеседования". Характеризуя конкретную ситуацию беседы, а также выводя доминанты корпоративности, ментальной продуктивности и педагогической, социализирующей направленности данного жанра, Г.Гачев писал: "Я ожидал от этих бесед проверки некоторых своих идей, поднабраться материалу и расширить свои представления; они собирались поднаучиться у "старшего товарища" уму- разуму" (Гачев, 1995:32).

В отличие от жанрового типа бытового разговора, беседу как жанровый тип повседневного общения формирует установка на информативно-фатическое (при фатической доминанте) гедонистическое межличностное общение. И здесь действительно не все рационально, и зачастую развивается по внутренней логике жанра,  дело в том, что  беседа  есть воплощенное общение, его качество. Именно жанр беседы необычайно устраивает русских, вписывается в русский темперамент. Георгий Гачев пишет: "А какое в России пристрастие к таким встречам и поговорить за столом, за выпивкой - о душе (ср. Иван и Алеша Карамазовы в трактире), беседы за ночь заходящие, исполненные высокого полета духа и откровенных исповедей, - это же обнажение, заголение, заменяющее телесно-эротическую каму индусов, где искренность объятия; в России же - искренность исповеди, признания!" (Гачев, 1993:97). По сравнению с бытовым разговором, беседа не терпит торопливости и обрывочности мыслей. И.Б. Левонтина замечает, что " беседа должна быть не только достаточно долгой , но и достаточно обстоятельной" (Левонтина,  1994:74).

В приведенном выше примере мы встречаемся с зачином беседы, спровоцированным собеседником Б.. И здесь, и в других случаях подбор состава участников беседы не случаен: нормальный ход беседы предполагает согласование иллокутивных намерений участников, которое заключается в удовлетворении их взаимных претензий ( Баранов, Крейдлин, 1992:85). Именно тогда возможен следующий вариант завершения беседы, а именно эмпирическое определение сути беседы, ее преимущественно фатической целеустановки.

Ситуативный критерий определяет сферу бытования беседы. Весь приведенный ниже материал основывается на дружеском или семейном взаимодействии.

Беседа удается при общности межличностного, социально-группового, национально-культурного опыта или желания получить такой опыт, и степень близости говорящих имеет в ней колоссальное значение. Данное положение связано с герменевтической теорией понимания. Адекватное понимание текста, а значит, и адекватное взаимопонимание между говорящими невозможно, "пока субъект не включен в коммуникативную деятельность или при отсутствии аналогичного опыта, над которым может быть осуществлена рефлекторная деятельность" (Богин, 1986:23).

В данной ситуации собеседники демонстрируют интеллектуальную перекличку, показывая при этом общую заинтересованность в содержании беседы. В данном фрагменте содержательно беседа вновь связана не с бытовыми, а с абстрактными реалиями, здесь имеющими отношение к искусству.  Содержательно беседа не имеет ограничений - определенность в организации содержания наблюдается лишь на  уровне жанра. По словам И.Б.Левонтиной, "беседа не всегда ведется на серьезную тему, но всегда ведется всерьез или как бы всерьез" (Левонтина, 1994:75). Мишель Монтень отмечал: "Самое плодотворное  и естественное упражнение нашего ума - по-моему, беседа" (Монтень, 1991:445). Вообще жанр беседы характеризует тенденция к аналитизму.                                                                                                                                                                                                                                        

Помимо демонстрации "приподнятого" содержания данный                               фрагмент демонстрирует еще  и сбалансированность тематической организации беседы. Опосредованный ввод Я-тем образует равновесие с предметными темами. Тональность взаимного приятия, дружелюбия отражает равные права участников беседы на речевую активность: собеседники периодически добровольно уступают друг другу речевое лидерство, заботясь о работе в пользу другого, что и продемонстрировано в иллюстрациях, приведенных выше. Здесь перед нами так называемые поддерживающие речевые ходы, способствующие соблюдению принципа кооперации.

            Сопоставление бытового разговора и беседы по названным критериям обнаруживает целый ряд противоположений. Если целеустановкой бытового разговора является получение информации, то жанр беседы ориентирован на гедонистическую, общенческую установку; если бытовой разговор содержательно разнообразен и имеет отношение к простейшим реалиям быта, то беседа  связана с приоритетом выбора "надбытовых" тем; если тематическая организация разговора лежит в области преимущественно предметных тем, то беседа демонстрирует баланс предметных и Я-тем; если эмоциональная окрашенность разговора характеризуется широким потенциалом обертонов, то классическую удавшуюся беседу отличает тональность взаимности и задушевности, так что даже не вполне дружелюбная беседа имеет установку на вежливость. В отличие от бытового разговора, беседа характеризуется плавностью и неторопливостью, она требует желания общаться и все ставит в зависимость от этого желания. Беседа - это времяпрепровождение ("разве не можем мы приправлять взаимное общение и беседу краткими остроумными замечаниями, которые сами собой рождаются в веселом и тесном кругу друзей, с полным взаимным удовольствием перебрасывающихся живыми и забавными шутками? По природной своей вялости я весьма склонен к такому времяпрепровождению" (Монтень, 1993:463)"). Беседа - это своеобразный интеллектуальный отдых, так как " отдых заключается не в снятии ограничений на поведение, а в переходе от разнообразной неритуализированной деятельности к резко ограниченному набору чисто формальных, превращенных в ритуал способов поведения" (Лотман, 1994:356). Беседа, наконец, это - подчеркивание идеи равенства. Проведенное сопоставление (см. табл. 1) позволяет определить жанрообразующие признаки беседы: беседа как жанровый тип  повседневного общения характеризуется преимущественно фатической целеустановкой говорящих в ситуации неспешного времяпрепровождения, специально отданного общению;  повышенной степенью интеллектуальной, эмоциональной, этической, культурной общностью говорящих; наличием  содержания, выходящего за рамки бытовых реалий; тематическим равновесием Я-тем и предметных тем; тональностью взаимного приятия и равенства, гедонистическим настроем.

Свойственная любому жанровому образованию иерархия представлена, прежде всего, уровнями жанра и субжанра. В сфере повседневной жанровый тип разговорной беседы связан по крайней мере со следующими жанрами: беседа на общие темы; дружеская беседа; семейная беседа.

Таблица 1.

Разговорная беседа и бытовой разговор как жанровые типы повседневной разговорной речи.

 

Жанры

Критерии

Разговорная беседа

Бытовой разговор

Доминирующая целеустановка

Фатическая   (с подчеркиванием заинтересованности в обоюдном равенстве)

Информативная

Тип ситуации

Ситуация комфортная, располагающая к неспешному общению

Ситуация деловитости, не располагающая к неспешному общению

Степень близости говорящих

Общность апперцепционной базы: интеллектуальное, духовное родство

Не имеет значения

Типовое

содержание

Реалии быта, науки, культуры и т.п. с выходом на аналитические обобщения

Бытовые реалии, необходимые практические действия

Тематическая

организация

Равновесие предметных тем и Я-тематики

Преобладание предметных тем

Тональность

Тональность взаимного приятия, равенства, гедонистический настрой

Широкий эмоциональный диапазон, значимость нейтральных тонов

Для описания интересующей нас сферы русской семейной                                                                                                                                                                                                коммуникации остановимся первоначально на сопоставлении беседы на общие темы и семейной беседы. Термин "беседа на общие темы" предложен Т.В.Матвеевой в работе "Текст-риторика и риторическое образование". Под данной разновидностью беседы автор подразумевает "совместное обсуждение одной или ряда этикетно приемлемых тем: погода, музыка, спорт, новости дня и др., осуществляемое с целью гармонического неофициального общения людей". Социальные роли участников такой беседы - хозяин дома, гость, участник совместной поездки по делу, случайный попутчик и т. д. (Матвеева, 1994:85). В качестве аспектов рассмотрения жанра беседы Т.В.Матвеева предлагает: тематическое решение; тональность; самораскрытие говорящего; внимание говорящего к слушающему. С учетом анализа данных аспектов и привлечением выведенных нами жанровых критериев беседы остановимся на этой разновидности подробнее.                                                                                                                                                                                                                                                    С позиций целеустановки беседа на общие темы ориентирована на становление и развития контакта, так как очень часто собеседники недостаточно знают друг друга, а ситуация диктует им необходимость дальнейшего взаимодействия.

Данный фрагмент беседы происходит в ситуации обеденного перерыва, когда двое разновозрастных коммуникантов вынуждены общаться друг с другом. Постепенно их беседа перерастает в более глубокое, чем беседа на общие темы, образование. Однако на уровне зачина перед нами предстает именно беседа на общие темы на стадии "нащупывания" интересных и близких собеседнику тем. Активность собеседников на этом этапе не совсем равномерна, видимо Б. - более заинтересованное лицо, однако и А. открыто идет на контакт.                                                                                                                                                                                                                Участники беседы на общие темы могут вступить в нее совершенно случайно, но случайное продолжение беседы, а тем более ее успех невозможны. Беседа на общие темы более частотна либо в ситуации, когда собирается много незнакомых людей - вероятных , потенциальных собеседников, либо когда говорящие не знают друг друга.                                                                                                                                                                                                        

Во фрагменте, приведенном ниже, участники беседы как бы прощупывают друг друга, выявляя степень общности апперцепционной, интеллектуальной, а, возможно, и этической. Вообще, для бесед на общие темы  реже возможна и родственная, и дружеская связь , чаще наблюдается полное ее отсутствие.

В приведенном примере начальное содержание имеет личностный для А. характер в рамках нейтрального обмена мнениями о литературе. Однако как только А. убеждается, что данная тема не может быть разделена, она отказывается от нее. Сравните данную коммуникативную неудачу с удачным началом беседы:

Останавливаясь на тематической организации можно отметить, что в представленных фрагментах бесед их участники, как правило, осторожно и ненапористо эксплуатируют Я-тему, первоначально отдавая предпочтение предметным темам и старательно обходя возможные "табу-темы". При этом, как явствует из разговора о музыке, проверка на табуированность ведется опосредованно (возможно, что для одного из собеседников любимая музыка - дело жизни), акценты ставятся очень осторожно.                                                                                                                                                                                                            Беседа на общие темы характеризуется  тональностью дружелюбия и спокойствия (см. примеры, приведенные выше), аффектации здесь места нет. Это осуществляется  во многом за счет отбора соответствующей информации (табуированными являются темы, связанные с сокровенными моментами жизни собеседников). На создание соответствующей тональности работает использование этикетных поддерживающих ходов .                                                                                                                                                                                           

             Беседа на общие темы - это  жанр, направленный на становление и развитие контакта, речевое общение между ранее не знакомыми людьми или людьми, находящимися на разной степени общности в ситуациях, предрасположенных к достаточно продолжительному общению. В качестве основных здесь выступают содержательные темы общечеловеческого и нейтрального характера; наблюдается тяготение к предметным темам, осторожная эксплуатация Я-тем и избегание табу-тем. Основная тональность - дружелюбие, спокойствие и нейтральность. Беседа на общие темы - не совсем российский жанр. И.А.Стернин писал, что у русских "светская беседа" (а мы можем считать жанр экстраполяцией светской беседы) не в чести (Стернин, 1993).

Сейчас мы переходим непосредственно к объекту нашего анализа. По целеустановке семейная беседа направлена как на развитие контакта, так и,            главное,  на трансляцию социальной, внутрисемейной информации, суть которой не есть простое информирование или установление контакта, но передача опыта, стиля общения, миропонимания, педагогическое воздействие старших членов семьи на младших.

А.- Ты понимаешь/ малыш// если ты так и не научишься читать/        ну что тогда делать?// Наверно/ ты будешь просто необразованным    человеком/ вот и все// понимаешь?/ Никита!//

Б.- Да я-то понимаю/ понимаю// ну я ведь читаю уже/ совсем лучше// (Текст 3).

В беседе на общие темы используются универсальные и конкретные темы; выяснение интересов собеседников  или рассказ о собственных интересах применяется как типичный инициальный ход; поиск темы в опоре на ситуацию, где присутствует взаимная активность собеседников ("я предлагаю тему"/ "я откликаюсь на ваше предложение"). В семейной беседе на уровне содержания абстрактные общечеловеческие темы совмещаются с закрытой для чужих тематикой семейного, бытового, воспитательного характера, что не исключает, однако, выхода на уровень высокой абстракции и глубоких обобщений.

С точки зрения ситуации, немаловажным является и факт невелировки социальной роли у собеседников в рамках беседы на общие темы и, напротив, изменчивость семейной беседы в                                                                                                                                                                                                         зависимости от социальной семейной роли говорящих (отец, мать, дочь, внук, и т. п.) и конкретном проявлении Эго у участников семейной коммуникации (состояние Родителя, Взрослого, Ребенка). Важную роль при анализе семейного взаимодействия играют также возраст и образование родственников. Так, в приведенном ниже примере очевидно торможение механизма беседы, связанное с возрастным и образовательным различием участников семейной беседы.

В данном фрагменте семейного диалога участвуют бабушка и                                                                                                                                                                                              внучка. Естественными и очень характерными представляются реплики, демонстрирующие детерминированность и плана выражения, и плана содержания.

Поиск темы в опоре на ситуацию в семейной беседе возникает достаточно редко, и если нет объективных причин, нарушающих общение, разворот темы осуществляется активно и непосредственно. Так, в приведенном ниже примере фрагмента семейной беседы она не пробуксовывает, а легко подхватывается всеми участниками коммуникации.                                                                                                                                                                                                                                             

Участники семейной беседы хорошо знают друг друга, поэтому семейная беседа практически не имеет ограничений тематической организации за исключением табуированных тем, которые , как правило, знакомы всем участникам семейного общения.

Немаловажным является и факт отсутствия тематического прощупывания в семейной беседе по сравнению с беседой на общие темы. В отличие от бесед на общие темы в семейной беседе заметна                                                                                                                                                                                               концентрация на личностном, интимном, на процессе становления личности, ее обучения, развития и т. п.. Это имеет выход в особую тональность полного взаимоприятия, дружелюбия, эмоциональности, наставничества.                                                                                                                                                                                                   

Итак, будучи классической разновидностью жанрового типа беседы, (соответствует основным критериям жанрового типа ), семейная беседа может быть определена как жанр, характеризующийся   целеустановкой на воспитание; родственной близостью участников коммуникации, способствующей интимизации общения; содержательной и тематической свободой с приоритетом личных внутрисемейных тем (сопоставление вышерассмотренных жанров см. табл. 2).

Таблица 2

Семейная беседа и беседа на общие темы как жанры повседневной разговорной речи.

 

Жанры

Критерии

Семейная беседа

Беседа на общие темы

Доминирующая целеустановка

Развитие контакта, трансляция социальной информации, внутрисемейных устоев, национально-культурных традиций

Становление и развитие контакта

Тип ситуации

Совместное семейное времяпрепровождение родителей и детей (иногда с участием других коммуникантов)

Общение незнакомых и малознакомых людей или общение в группе, где все на разной стадии знакомства

Степень близости говорящих

Родственная близость, душевная близость

Различная

Типовое

содержание

Семейные, бытовые дела, процесс воспитания. Философские размышления

Общечеловеческие нейтральные темы

Тематическая

организация

Активный и непосредственный разворот предметных тем, развитая Я-тематика

Разворот предметных тем. Осторожная эксплуатация Я-темы, прощупывание табу-тем

Тональность

Дружелюбие, наставительность, эмоциональность в широком диапазоне

Дружелюбие, спокойствие, нейтральность. Недопустимость отрицательных эмоциональных проявлений

В рамках семейной беседы  наблюдается своя дифференциация. Будем различать субжанры, представленные семейными полилогами и диалогами интимного характера. Интимный диалог (например, беседа дочери и матери) переводит акцент  на внутреннюю открытость, исповедальность, ведь "для традиционной русской культуры откровенность, отсутствие тайн между коммуникантами - конструктивный признак родственных, дружеских отношений. Обычай "выворачиваться наизнанку" - коренной признак русского общения" (Верещагин, 1991:40). Интимные диалоги характеризуются наличием односторонней Я-темы, часто переходят в монолог, и такой переход нормативен. С точки зрения цели, интимный диалог часто принадлежит жанру беседы лишь опосредованно. Целевой установкой одного из участников интимного диалога может являться потребность выговориться, тогда  интимный диалог фактически приобретает статус монолога. В диалогах такого типа может не быть зачинной части с поиском темы.

А.- Он довел меня сегодня до белого каления// (с этими словами       входит в дверь квартиры)                                                                                                                                                                                                                                                               Б.- Почему на этот раз?//

А.- Как и всегда/ из-за непредсказуемости// и вообще он/        поехавший// сколько это может продолжаться// эти/ знаешь/ методы             ну/ кнута и пряника// была бы моя воля//

Переход одного коммуниканта на монолог делает акцент на "другого" не столь заметным, как в классической беседе. Необходимость в слушателе  зачастую бывает болезненной  и гиперэмоциональной, хотя от собеседника не ждут активного речевого участия и тем более интеллектуальных решений, он необходим, прежде всего, именно как слушатель. Человек, находясь под воздействием пережитой или экстремальной ситуации, как правило, находится в состоянии возбуждения. Под грузом отрицательных или положительных эмоций говорящий нуждается в так называемом "поглаживании" на вербально-духовном уровне. "Потребность, приобретенная в результате физиологического материнского поглаживания сохраняется в течение всей жизни, хотя виды поглаживания меняются" (Берн, 1994:308). Роль лица, поглаживающего и безропотно воспринимающего предложенную ему информацию, отводится слушающему, и близкий родственник - идеальный тип такого слушателя. Существует имеющий непосредственное отношение к данной ситуации афоризм Ф.Ницше: "Один ищет акушера для своих мыслей, другой - человека, которому он может помочь разрешиться ими: так возникает добрая беседа" (Ницше , 1990:299).

А.- И вот стоит она там/ и говорит/ нет/ ну ты/ понимаешь/ я же        взбесилась просто/ хотя вида

В данном случае перед нами начало семейного полилога, содержание которого - сознательный поиск коммуникантом Б. общей для всех участников беседы интересной темы (здесь - о недавно просмотренном фильме).

С точки зрения целеустановок говорящих, семейный полилог неоднороден. Культура повседневного общения связана с известным для всех участников открытой семейной беседы моментом: единение близких родственников обязательно должно прослеживаться, но есть и борьба  индивидуальных и социальных интенций, отдельных участников, а также их групп (особенно возрастных).

Сходство семейного полилога с беседой на общие темы проявляется и в повышенном стремлении к эстетизации речи, а также в особой приверженности аналитизму (оценочности, выходу на уровень психологического, мировозренческого обобщения, сознательного ухода от бытовых реалий).

            Данный пример демонстрирует, как, не желая адаптироваться к первоначальной теме (сообщение о встреченном лице), все участники полилога принимают иную, более актуальную тему, связанную с воспитанием самого младшего члена семьи. Как и в ситуации интимного диалога, здесь возможен приведенный выше переход на личности как собеседников, так и "третьих лиц", что связано с общей атмосферой доверительности и близости. Однако в отличие от интимного диалога семейный полилог открытого типа накладывает вето на излишнее спекулирование Я-темой,  а также на вторжение в область табу-тем                       (каждый из членов семьи имеет набор конкретных, эмоциональных, мировозренческих тем, обсуждение которых в кругу семьи невозможно: это обсуждение может состояться только в границах интимного диалога двух членов семьи).

Семейный полилог, или открытая семейная беседа, более подробно будет рассмотрен в следующей главе работы: в ней найдут отражение основные риторические параметры данной разновидности жанра,  интенции говорящих, выраженные в речевых стратегиях и тактиках.

Выводы

Русская повседневная коммуникация, в том числе и семейная, строится на принципах общения, соответствующих русской ментальности (Принципы другого, взаимодействия, равенства, ответственности). Повседневное общение, наиболее полно раскрывающее сущность речевого поведения личности типизировано, что отражается в жанровой систематике разговорных текстов. Для выделения жанрового типа, жанра, субжанра повседневного общения значимы критерии доминирующей целеустановки, типа ситуации, степени близости говорящих, типового содержания, тематической организации, тональности. Жанровый тип разговорной беседы представлен, по крайней мере, жанрами беседы на общие темы и семейной беседы; семейная беседа представлена, по крайней мере, субжанрами открытой семейной беседы и интимного диалога. Субжанр открытой семейной беседы характеризуется возможностью принятия в число беседующих дружествено настроенных посторонних. С точки зрения целеустановок говорящих, данный тип связан с известным всем участникам семейного взаимодействия каноном единения близких людей, "чувством родства". Однако семейное общение не обходится без индивидуалистических акций отдельных участников или семейных возрастных групп.