УМ И РАЗУМ

К оглавлению
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 
17 18 19 20 21 22 23 24 25 

В отечественном языкознании накоплен большой теоретический и экспериментальный материал по проблемам концептуального анализа (Н.Д. Арутюнова, В.И. Карасик, Е.С. Кубрякова, В.В. Колесов, Е.А. Пименов, М.В. Пименова, З.Д. Попова, Ю.С. Степанов, И.А. Стернин, Р.М. Фрумкина и др.) становления значения и процессов категоризации (В.З. Демьянков, А.А. Залевская, Е.С. Кубрякова, А.А. Леонтьев, Р.М. Фрумкина и др.). Одним из основных терминов в когнитивных исследованиях является концепт. Из обобщенных представлений, содержащихся в исследованиях современных лингвистов концептуального направления следует, что концепт – это основная единица ментальности, которая имеет языковую форму вербализации, национальную специфику и структуру, которая содержит концептуальные признаки, «функционально значимые для соответствующей культуры» (Пименова 2002: 100).

Материалом для исследования послужили лексемы, свободные и устойчивые словосочетания, репрезентирующие концепты ум и разум. Языковой материал извлекался методом сплошной выборки из словарей и из текстов русской литературы. Проанализировано 3 150 слов, выражений, словоупотреблений концептов ум, разум, (27,8 % примеров репрезентации концепта разум и 72,2 % примеров репрезентации концепта ум) .

Описание концептов в работе, осуществляется в виде концептуальных признаков. Когнитивная категоризация происходит на основании какого-либо наиболее «бросающего в глаза» признака. Согласно теории Э. Рош, такие признаки называются прототипичными. По мнению М.В. Пименовой, «применительно к исследованию концептов прототипом будет наиболее репрезентативный образ, в котором отражены все типичные признаки, свойственные концепту. Признаки, которые закреплены в языке в виде устойчивых и свободных сочетаний, считаются типичными, окказиональные признаки, встреченные у конкретных авторов, периферийными» (Пименова 2002: 102).

В структуре концепта имлицитно содержатся знания о мире (Пименова 2002: 102). Дж. Лакофф и М. Джонсон отмечают, что существуют особые ментальные сущности – метафорические концепты в самых глубинных основах понятийной системы человека (Лакофф, Джонсон 1990: 388), поэтому в структуре концепта выделяют когнитивные модели, связанные с особым видом метафоры – концептуальной метафорой.

В процессе представления концептуальной метафоры и когнитивных моделей используется этногерменевтический метод, или метод интерпретации экстралингвистических явлений в контексте языковых структур. Интерпретация является высказанной рефлексией, а рефлексия – второй (после чувственности) источник опыта, важнейший собственно человеческий конструкт, позволяющий совершенствовать всю душевную и духовную структуру личности и сообщества (их онтологическую конструкцию), делая человека умнее и человечнее (Богин 2001: 3).

Для концептуального анализа термины концептуальный признак и структура концепта являются значимыми. Концептуальный признак рассматривается исследователями (В.В. Колесов, Е.А. Пименов, М.В. Пименова, З.Д. Попова, И.А. Стернин, Л.А. Шарикова) как типологическое явление. Структура концепта, таким образом, состоит из концептуальных признаков, которые воссоздают концепт как «означенный в языке национальный образ, идею, понятие, символ» (Пименова 2003: 28). Совокупность концептуальных признаков позволяет полностью воспринять явление, предмет или понятие. Концептуальные признаки функционально значимы для носителей культуры, потому имеют свою специфику восприятия. Такой подход исследования предполагает полновесное знание о каком-либо фрагменте действительности.

Когнитивная модель включается в описание концепта (М.В. Пименова, Ч. Филлмор, А.П. Чудинов). Под когнитивной моделью понимается некоторый стереотипный образ, с помощью которого организуется опыт (Пименова 2002: 103).

Когнитивная модель обладает определенными свойствами: от модели требуется определенное сходство с объектом, с которого реализуется модель; модель всегда является некоторой идеализацией объекта. В когнитивной лингвистике выделяется несколько типов моделирования. Дж. Лакофф выделяет четыре типа когнитивных моделей: пропозиционные, схематические, метафорические, метонимические (Лакофф 1983: 31-32). Репрезентация когнитивных моделей использует метод герменевтического осмысления взаимодействия языка и действительности. Именно герменевтика указывает на принципиальное единство объективного и субъективного, на взаимодействие языка и действительности, образующих единое целое, модель мира.

Чтобы описать абстрактное, используют метафоры, ведь иной способ осознать вещи отвлеченные, по-видимому, отыскать крайне трудно. Результатом является мышление, в основе которого лежит метафорическое мышление, базирующееся на мифе. Механизмы восприятия кроются в подсознании человека, на уровне которого находятся единицы ментального уровня – концепты, репрезентируемые в большей степени концептуальными (когнитивными) метафорами или, по терминологии Дж. Лакоффа и М. Джонсона, метафорическими концептами.

При наиболее общем подходе метафора рассматривается как видение одного объекта через признаки другого и в этом смысле является одним из способов репрезентации знаний в языковой форме. Метафора обычно относится не к отдельным изолированным объектам, а к сложным мыслительным пространствам (областям чувственного или социального опыта). В процессах познания эти сложные, непосредственно ненаблюдаемые, мыслительные пространства соотносятся через метафору с более простыми или конкретно наблюдаемыми мыслительными пространствами (например, человеческие эмоции сравниваются с огнем). По мнению З.И. Резановой, в метафоре присутствует предлогический этап или доязыковой, который содержит опыт телесной жизни человека (Резанова 2002: 80). Выражения пир разума, включенный ум обозначают отвлеченную реалию, отображенную в метафорической форме. Оценка умственных способностей представлена соответствующими орнитологическими метафорами (куриный ум, птичий ум, ума с гулькин нос, гусиный ум, ум цыпленка). Курица ассоциируется с отсутствием умственных способностей по своим особенностям птицы, которая не способна летать.

Структура концепта ум в русской языковой картине мира

Понятийный компонент концепта ум

Мыслительная деятельность по общефилософским представлениям относится к духовной сфере человека, которая имеет скрытую форму существования. В. Розанов в книге «О понимании» отмечает: «не трудно заметить, что в науке, как в совокупности человеческих знаний, природа ума человеческого остаётся скрытою, не обнаруженною» (Розанов 2001: 57). В древнерусской традиции, по учениям Нила Сорского, ум относился к внутренней части человека: «Ум – это образ божий в человеке, и он руководит всеми аффектами и страстями («царь страстей»)». Концепт ум репрезентирует определенные умения, навыки и способности человека, связанные с мыслительной деятельностью. Концепт ум отличается от других концептов внутреннего мира человека своим ценностным статусом. А.В. Голованова отмечает, что «самым сложным по своему ценностному статусу оказывается в ценностной языковой картине мира концепт ум. Это связано с тем, что ум является определяющим свойством человека, отличающим его от животных и в то же время отличающим людей друг от друга» (Голованова 2003: 38). Ум имеет определенную локализацию – в верхней части головы человека. По мнению В.В. Колесова, «ум воплощается в разуме («ум без разума – беда»), отливается в законченные формы рассудка и затем, в полном единении с душой и сердцем, по желанию и влечению постигает мудрость («разум душевный»); Ум предполагает ум-ение в разуме, здравомыслие в рассудке и ум-озрение в мудрости» (Колесов 2002: 116).

Лексическо-этимологический компонент концепта ум

Слово ум было зафиксировано с XI века в старославянском и древнерусском языках, оно означало некоторый симбиоз ума, души и сердца, ум понимался как часть духа (Срезневский 1958).

Аналогичная трактовка представлена и в «Толковом словаре живого великорусского языка» В.И. Даля: «умъ – общее название познавательной исключительной способности человека, способность мыслить; это одна половина духа его» (Даль 1994: 494). Контексты, цитируемые им, определяют ум как земную и приземленную человеческую способность (с ума спятил, да на разум набрел; умный, да не разумный; ум без разума – беда; не видал я такого ума как твой, либо уже, либо шире). «Ум, – пишет В.И. Даль, – прикладная, обиходная часть способности мыслить, низшая ступень, а высшая, отвлеченная – разум» (Даль 1994: 495).

Слово ум служит для выражения познавательной способности и её функционирования (об этом концепте на материале разных языков см.: Голованивская 1997, Кондратьева 2002, 2003, 2004, Пименова 1999, 2001, 2003).

В «Этимологическом словаре русского языка» под редакцией Макса Фасмера отмечено, что слово ум связано со старославянским словом *авити (показать, явиться), *авь (ясно, определенно, открыто) (Фасмер 1996: 864). В «Историко-этимологическом словаре современного русского языка» П.Я. Черных уточняется, что корень *u слова *umъ (*au, -m- суффикс) этимологически восходит к индоевропейскому корню *au, база *auēi, *āuis – “воспринимать органами чувств”, “ощущать”, “понимать”, который составляет основу слова явь, явно, очевидно (Черных 2001: 464). Объем значения лексемы ум в конце XIX в. изменяется. Ум понимается больше как способность мыслить, как воображаемый орган, где протекают интеллектуальные процессы, связанные с процедурами анализа и синтеза, и как человек.

Образный компонент концепта ум

Концепт ум в обыденном восприятии носителей русского языка – это сложное структурное образование. Концепт ум структурируется рядом релевантных признаков: витальных, вегетативных, антропоморфных, предметных, пространственных и временных признаков (‘витальный’: живой ум, больной ум, молодой ум; ср.: Молоденький умок, что весенний ледок. Поговорка; ‘вегетативный’: цвет ума, плодовитый ум, плоды ума; ср.: Недозрелый умок, что вешний ледок. Поговорка; ‘антропоморфные’: женский ум, французский ум, германский ум, русский ум; ср.: Женские умы, что татарские сумы. Поговорка; ‘предметные’: накипело в уме (ум – сосуд), чужими умами бураки подшивают Поговорка (ум – игла); ‘пространственные’ признаки: у него все глупости на уме (ум – поверхность), большой ум, широкий ум). В связи с выявлением признаков можно обнаружить следующие образы и модели: ум подобен плоду, обладает свойствами плода – зрелостью, ум предстает в восприятии русского народа как дерево, обладая качеством крепости, ум воспринимается как цветущее растение. Структура концепта ум содержит вегетативную когнитивную модель ум à семя, выявленную в результате этногерменевтического приема представления модели, или схемы, и метафорического переноса, когда из лексического и культурного фона выстраивается цепочка взаимосвязей: ум à нечто, место локализации àголова, способ попадания внутрь головы à можно посеять как семя (Под носом взошло, а в голове и не посеяно. Пословица (об уме)).

Кроме вегетативных в структуре концепта ум содержатся признаки живого существа: ум – зверь, ум – птица, ум – человек. В структуре концепта ум выделяются витальные признаки, которые характеризуют ум как живое существо, обладающий способностью слышать (К таким нежданным и певучим бредням/, Зовя с собой умы людей. А.С. Пушкин), говорить (Затейник зол, с улыбкой скажет глупость. Невежда глуп, зевая, скажет ум. А.С. Пушкин), видеть (Там, в свете, ум мой видит ряд неприятных бедствий – и ужасается. К. Рылеев), двигаться (все его стремления поспеть за движением ее ума дышали страстью. И.А. Гончаров), болеть (…своему мрачному, одиночному и больному уму он бы и не поверил; но доходило до проклятий что тут и не до слез, если и не наружных, так внутренних. Ф. М. Достоевский), иметь определенный возраст (… и нелегко постижимое постигалось детским умом, – тайное и недосягаемое становилось вдруг доступным безотчетно, но уже крепко верующему ребенку. Е.П. Ростопчина), быть сильным или слабым (И быстрый взор, дивящий слабый ум. А.С. Пушкин), питаться (Органы наши образовывались соответственно понятиям, которыми питался наш ум. Е.А. Боратынский).

Метафора ума как птицы или зверя образуется на основе переноса зооморфных признаков, среди которых выделяются орнитологические (Рожею хорош, а умом тетерев. Поговорка), анималистические (телячий ум. СЭРЯ; По образу – как я, а по уму – свинья. Поговорка; куцый ум. СЭРЯ), энтомологические (клопиный ум; ср.: Параллельные линии сойдутся, где мне, маленькому клопиному уму, это понять. Ф.М. Достоевский). Орнитологические признаки сужаются до сравнения ума с частью птицы: пером (Красна птица пером, а человек умом. Поговорка), носом (Ума в нем с гулькин нос. Поговорка). Анималистический признак проявляется в метафорах действий ума, выраженных глаголами: скакать, красться, рыскать, используемых при описании животных (Мой ум скакал за нею, / И часто был готов Я броситься на шею… М.Ю. Лермонтов; Язык мой – враг мой, прежде ума моего рыщет. СППРЯ XIX в.; Хитрым и вкрадчивым умом умела она приобрести любовь своих господ и ненависть всего дома, которым управляла самовластно. А.С. Пушкин). Ум актуализируется признаком ‘добыча’. Предметом добычи является обычно существо животного мира, которое является источником питания не только для человека, но и плотоядных животных. В охоте используются следующие действия: выслеживание добычи, преследование, улавливание (Мрежи иные тебя ожидают, / иные заботы, Будешь умы уловлять, будешь помощник царям. А.С. Пушкин; Любовь и жажда наслаждений / Одни преследуют мой ум. А.С. Пушкин).

В структуре концепта ум выявлены разнообразные антропоморфные признаки, затрагивающие все уровни человеческой жизнедеятельности: социальные, ментальные, эмоциональные. В социальную группу признаков включены различные виды человеческих отношений в обществе: ум, как человек, может иметь национальность (английский ум, индийский ум, итальянский ум, испанский ум, латинский ум, немецкий ум, русский ум, французский ум, цыганский ум). Интерперсональные признаки ума многогранны: ‘предводительство’ (Но ум, сомненьем охлажденный и спорить с роком приученный…он мечтает победить… М.Ю. Лермонтов), ‘власть’ (; Пошлю тебя начальствовать над ними; Не род, а ум поставлю в воеводы А.С. Пушкин), ‘подчинение’ (Рассудку подчинил свой гордый ум, житейских благ всю цену понимает… Е. П. Ростопчина), ‘пленение’ (Но в крепких незримых оковах сумели / Держать нас людские умы. А.А. Фет), ‘объединение’ (Всё изменилось Ты видел вихорь бури, Падение всего, союз умов и фурий. А.С. Пушкин), ‘слава’ (Начальник шайки славился умом, отважностью и каким-то великодушием. А.С. Пушкин), дружба (Там ум сдружился мой / С отрадой тихою спокойных размышлений / И с самобытностью. Е.П. Ростопчина). Концепт ум свойственны антропоморфные когнитивные модели: «ум à ученик», «ум à наставник», «ум à исследователь/ научный деятель», «ум à военный человек», «ум à друг/недруг», «ум à подчиненный», «ум à повелитель».

Выделена когнитивная модель «ум à ментальный орган». Умом человек способен понимать или производить ментальные операции: замечать умом (Она не могла не сознаваться, в том, что она очень ему нравилась, вероятно, и он, своим умом и опытностью, мог заметить, что она отличала его. А.С. Пушкин); наблюдать умом (Ибрагим отличался умом точным и наблюдательным. А.С. Пушкин).

Ум уподобляется человеку, испытывающему эмоции. В структуре концепта ум содержатся следующие эмоциональные признаки: ‘смущение/ робость’ (Но ты смутил ум слабый мой Тревогою безвестной… Е.П. Ростопчина); ‘беспокойство / возбужденное состояние’ (Сердце больное и ум беспокойный Видом Италии вмиг излечу? Е.П. Ростопчина); ‘волнение’ (Про все, про все, что в жизни одинокой Волнует ум, сжигает кровь! Е.П. Ростопчина; Как ждут, как жаждут вестей те все те, которые знают разлуку с близкими своими или испытали волнение ума, требующего новизны и развлечения! Е.П. Ростопчина; За поединок! – И все лица оживились, все умы откликнулись общему чувству. Е.П. Ростопчина; Подогревать, подготовлять, волновать умы. Н.С. Лесков); ‘произведение впечатления / введение в возбужденное состояние’ (Воззвание написано было в грубых, но сильных выражениях и должно было произвести опасное впечатление на умы простых людей. А.С. Пушкин; Мстительный и гордый ум её был возбужден в высочайшей степени. Ф.М. Достоевский); ‘тревога’ (Встревоженный и быстрый ум. М.Ю. Лермонтов; Тогда я опять появлюсь пред тобой / И речь моя твой ум встревожит / И пусть я услышу ответ роковой / Тогда ничего не поможет. М.Ю. Лермонтов; Страшись любви! Она пройдет / Она мечтой твой ум встревожит / Тоска по ней тебя убьет, Ничто воскреснуть не поможет. М.Ю. Лермонтов; Отныне яд коварной лести / Ничей уж не встревожат ум. М.Ю. Лермонтов).

Концепт ум представлен признаками, составляющими группу положительных эмоций: ‘восторг’ (Эдем восторженных умов. Е.П. Ростопчина); ‘веселье’ (У вас ум веселый, но безо всяких прикрас... Ф.М. Достоевский; …Веселый ум, приправленный всею едкостью иронии… Е.А. Ган).

Структура концепта ум включает гендерные признаки. В русском языке существует ряд поговорок, отмеченных в «Толковом словаре живого великорусского языка» В.И. Даля, в которых гендерный признак указан прямо (женский ум лучше всяких дум; женские умы, что татарские сумы; Мужичий ум говорит: надо, женский (ум) говорит: хочу; ср. также: Ни женский взор, ни женский ум / Его лелеять там не станут. Е.П. Ростопчина; Он знал тоже, что многие мужские большие умы, мысли которых об этом он читал, думали об этом и не знали одной сотой того, что другие. Л.Н. Толстой). Гендерный аспект концепта ум может проявиться в опосредованном виде через признаки ‘вынашивания’ и ‘рождения’ (вынашивать в уме (какую-либо мысль; ср.: Мысль важная в уме его родилась. Не надобно ей дать остыть. А.С. Пушкин; Ты врач от язв неисцелимых; Сынов ты счастья ложный страх / Зло в их рожденное умах. А.И. Бунина). Особый гендерный признак концепта ум – ‘девственность’ (Не сидите с моим другом Зарницыным, он затмит ваш девственный ум своей туманной экономией счастья… Н.С. Лесков).

 Все перечисленные признаки можно объединить в блок признаков ‘живой природы’. К признакам ‘живой природы’ концепта ум относятся следующие группы: ‘вегетативные’, ‘витальные’, ‘зооморфные’, ‘антропоморфные’. Группа ‘антропоморфных’ признаков содержит четыре подгруппы признаков: ‘социальные’, ‘ментальные’, ‘эмоциональные’, ‘гендерные’, которые представлены рядом подпризнаков. В подгруппе ‘социальных’ признаков выделяются ‘национальные’, ‘интерперсональные’ и ‘этические’ признаки.

К блоку признаков ‘неживой природы’ относятся предметные признаки, признаки ‘вещества’, пространственные признаки, признаки ‘стихий’ и ‘времени Концепт ум может быть представлен признаками предметов (более подробно о предметных признаках концептов внутреннего мира человека см.: Пименова 2003), которые созданы руками человека, – ‘объект, вмещающий в себя различные предметы’ – ‘сума’ (Женские умы, что татарские сумы. Поговорка; Счастье без ума – дырявая сума. Поговорка; Ум не односум. Поговорка). В данном случае реализуется когнитивная модель «ум à контейнер» (татарские сумы, дырявая сума, наполнить ум, глубокий ум).

Особенно регулярна когнитивная модель «ум à инструмент»: ум может представляться как счеты (Считать на умах. Пословица), как игла (Чужими умами только бураки подшивают. Пословица), как оружие, которым можно ранить (Не копьем убивают, а умом. Поговорка)

 Репрезентация признаков ‘вещества’, относящихся к блоку признаков ‘неживой природы’, происходит при помощи когнитивных моделей концепта ум: «ум à твердое вещество», «ум à гуща», «ум à еда» (Мужик (хоть и) сер, да ум у него не черт (не волк) съел. Поговорка; В нем ума гущина, а сердце неспокойное. Ф.М. Достоевский; Ум его был тоже как бы раздроблен и разбросан Ф.М. Достоевский; …его ум погружался в изучение бесчисленных тайн искусства, чудное создание неожиданно поспешило к нему на помощь. Е.В. Кологривова).

Для концепта ум свойственна когнитивная модель: «ум à вместилище» (в уме; Уста и взор – стыжусь! В уме моем Головка та ничем не изгнана; как некий сон младенческих ночей / Или как песня матери своей. М.Ю. Лермонтов; Я был в забытьи, в беспамятстве; ни одна мысль не возникла в уме, ни один трепет ни проявлял жизни сердца. Е.А. Ган; Потом перебирала я в уме эти фразы, эти последние крики страшного прощения. Ф.М. Достоевский; …О, как много дум Вмещал в себя беспечный, резвый ум. М.Ю. Лермонтов; Мечты кипят; в уме, подавленном тоской, теснится тяжких дум избыток. А.С. Пушкин).

Вместилище ума возможно наполнить (наполнить ум; ср.: Природный блеск ланит и груди теснота – Все, все наполнило б мне ум очарованьем. М.Ю. Лермонтов). Признак ‘вместилище’ выражен грамматическим показателем: предлогом в и падежной формой имени. В уме мелькают и возникают мысли (мысль мелькнула в уме моем; ср.: …вероятно, Дуня уже замужем. Мысль о смерти того или другого также мелькнула в уме моем, и я приближался к с станции с печальным предчувствием. А.С. Пушкин; Мысль о неразрывных узах довольно часто мелькала в их уме, но никогда они о том друг с другом не говорили. А.С. Пушкин; возникли мысли / думы; ср.: В очах его темнеет свет / В уме возникли мрачны думы. А.С. Пушкин).

Ум – хранилище видений (Алеко спит. В его уме виденье смутное играет. А.С. Пушкин); ‘чувств’ (Что ж полон грусти ум Гирея. А.С.Пушкин); мыслей (Сердце мое встрепенулось злобною радостью, внезапная мысль блеснула в уме… Е.А. Ган); ‘времени’ (В уме моем минувши лета Час от часу темней, темней. А.С. Пушкин).

Внутреннее пространство ума – это пространство мира (В уме Леви подлинная, действительная жизнь начнется для него только с той минуты, когда он увидит себя обладателем имени и звания. Е.П. Ростопчина).

Категория пространства является одной из основополагающих категорий познания бытия. Локализация объектов может быть представлена с помощью специальных языковых единиц: метафорами, объективирующими когнитивные модели пространства внутреннего мира: ‘ландшафт’ (горы, равнины, поля, моря, реки), признаки ‘собственно мира’ (небо, звезды, события в мире, растительность), ‘дом’, ‘путь/ дорога’, синтаксическими конструкциями, субстантивными и глагольными образованиями с предлогом, а также словоизменительными формами с предлогом и без предлога (возвышенность ума, спятить с ума, набрести на ум, сделать что-либо плохо не от большого ума, ум за разум зашел). В образование метафор пространства могут включаться оценочные компоненты (недалекий ум).

Пространство объективного мира в научной картине мира имеет закрепленные параметры описания: ширину, глубину, высоту, длину, объем и т. п. Движение в мире осуществляется по оси «верх – низ», «право – лево», по моделям «внутрь – наружу» и «по кругу». В рамках категории пространства внутреннего мира возможны признаки объема, глубины, длины и движения, перемещения (ср.: Так и вертится на уме, а сказать не знаю как… З.А. Волконская; Какая-нибудь глупость, какая-нибудь самая мелкая неосторожность, и я могу всего себя выдать! Гм …жаль, что здесь воздуху нет, – прибавил он, – духота … Голова еще больше кружится… ум тоже. Ф.М. Достоевский). Причем признак «поверхность» может репрезентировать разные метафоры, например, «путь/ дорога» (…и на ум мне не приходило, что я поеду когда-нибудь сюда, в Россию. Ф.М. Достоевский; У меня, старики, у самого теперь что-то вертится на уме! З.А. Волконская; Из бела лица выступали румяна, Сенокос-то ей на ум не идет. Лирическая песня 19 в.; Любовь не приходила ему на ум – а уже видеть графиню каждый день было для него необходимо. А.С. Пушкин; …да и пойдет ли вино на ум, слыхано ли дело… А.С. Пушкин; Странные мысли / Приходят тогда мне на ум. А.А. Фет; …обо всем, что на ум приходило, что с сердца срывалось, что просилось высказаться… Ф.М. Достоевский). В конструкциях с предлогом «в» указывает на движение вовнутрь или внутри (ср.: Зубастой щуке в ум пришло. А.А. Крылов; …И кому же в ум придет на желудок петь голодный. А.А. Крылов; Страшная мысль мелькнула в уме моем. А.С. Пушкин; Никто не получал чего хотел / И что любил, и если даже тот,/ Кому счастливый дан удел, / В своем уме минувшее пройдет. М.Ю. Лермонтов).

В структуру концепта ум входит признак ‘дом’ (Своим умком – своим домком. Пословица; Задним умом не выстроишь дом. Пословица; Чужим умом не скопить дом и богатство в нем (ум – инструмент – артефакт, с помощью которого строят дом). Поговорка). Признак ‘вместилище’ выражен грамматическим показателем: предлогом в и падежной формой имени. По мнению А.К. Байбурина, «…возможны перекодировки между частями человеческого тела, элементами космоса и деталями дома» (Байбурин 1983: 10). Причина в том, объясняет Т.В. Цивьян, что «…дом принадлежит человеку, олицетворяя вещный мир человека. С другой стороны, дом связывает человека с внешним миром, являясь в определенном смысле репликой внешнего мира, уменьшенной до размеров человека» (Цивьян 1978: 65).

По определению С.М. Толстой, «время (*verme < vertmen, родственно вертеть) – одна из основных категорий (наряду с пространством) традиционной картины мира, сочетающее мифологическое (циклическое) и историческое (линейное) восприятие времени. Первое основывается на цикличности природного времени – времена года, фаз луны, дня и ночи; второе на линейности человеческой жизни, имеющей начало и конец» (Толстая 2001: 289). Временной код мифа разделяет природные явления (времена года, лунные фазы) и жизненное (начало жизни – смерть, причем смерть ассоциируется с отсутствием времени). Временные характеристики в совокупности с признаками жизни (рождение, возраст, смерть) выражают цикличность признаков ‘времени’ концепта ум (… и нелегко постижимое постигалось детским умом, – тайное и недосягаемое становилось вдруг доступным безотчетно, но уже крепко верующему ребенку. Е.П. Ростопчина; Молод годами, да стар умом. Пословица; Молоденький умок, что весенний ледок. Пословица;… но ум его был юн, богат, как сорок лет тому назад. А.С. Пушкин; Зелен виноград не сладок, млад ум – не крепок. Поговорка; …что я сам совершенный ребенок <…> развитием, душой, характером и, может быть, даже умом я не взрослый, и так и останусь, хотя бы я до шестидесяти лет прожил.. М.Ю. Лермонтов; … опытность давала ему перед нами многие преимущества; к тому же его обыкновенная угрюмость, крутой нрав и злой язык имели сильное влияние на молодые наши умы. А. С. Пушкин; О, вам, может быть, представляются эти вопросы грубыми, жестокими, но не требуйте же от юного ума воздержания невозможного. Ф.М. Достоевский). (Ведь вот мы все, а может быть и вы тоже, г. Спасовичъ, – ведь не святые же мы, несмотря на то, что у нас ума больше чем у семилетнего ребенка. Ф.М. Достоевский).

Ментальные процессы в наивной языковой картине мира репрезентируются через признаки стихий ‘огонь’ (ср.: …читала книгу, и в книге непременно были строки с искрами ее ума, кое-где мелькал огонь ее чувств, записаны были сказанные вчера слова, как будто автор подслушал, как теперь бьется у ней сердце. И.А. Гончаров) и ‘вода’. Признаки стихии «вода» выражаются свойствами мутности (помутневший ум; ср.: И рыдал… команда не внимала, И несчастный помутневший ум Был один во власти страшных дум. М.Ю. Лермонтов; Ум его помутился: глупо, без цели, не видя ничего, не слыша, не чувствуя, бродил он весь день. Н.В. Гоголь; Глаза его загорелись ум помутился. Н.В. Гоголь; С самого того разу, как ее в этом подлом доме оскорбили, помутилось у ней сердце... и ум. Ф.М. Достоевский).

Структура концепта разум в русской

языковой картине мира

Понятийный компонент концепта разум

Слово разум в период средневековой культуры было связано с понятием ум. Августин Блаженный в своих философских сочинениях подчеркивает, что разум связан в представлениях людей с умом, разум – это «своего рода взгляд ума (т.е. тот орган, с помощью которого воспринимают информацию), а умозаключение (способность производить какие-то операции) – разумное исследование, т.е. движение этого взгляда по всему подлежащему обозрению» (Бычков 1999: 88). В синонимическом ряду для слова разум в древнерусском языке поставлены слова смысл, слово как логос. По мнению С.В. Дегтярева, И.И. Макеевой, «обозначение словом собственно разума, интеллекта представлено в философско-теологических сочинениях, которые были переводными и составляли значительный пласт русской культуры» (Дегтярев, Макеева 1990: 162). Слово и разум для христианской культуры были неразрывными понятиями: имевшее божественное происхождение слово ассоциировалось как атрибут разумной деятельности человека: «На земли же древле создал (бог) человека по своему образу и от своего трисолнечьнаго божества подобие тричленно дарова ему: ум и слово и дух животен. И пребывает в человецех ум, яко отец слову, слово же исходит от него, яко сын посылаемо» (Повесть о Петре и Февронии, XVI в.). Прилагательные словесный и бесловесный в русском языке содержат смысловой компонент разумности – неразумности (словесное существо, разумное, одаренное речью, словом, человек. В.И. Даль).

Лексико-этимологический компонент концепта разум

Смысл и разум – синонимы. В восточнославянской письменности слово смысл фиксируется с XI в., одно из значений его ‘разум, ум, рассудок’ (фиксируется в письменности с XI в., еще употреблялось в русском языке XIX в.; в XX столетии воспринимается как устаревшее): «дhти, ащи излишняго ядания и спания употребляти будутъ, тупаго смысла бываютъ»“ (Гражданство обычаев детских, XVII в.)».

В XIX в. актуализируется значение разума как высшей способности человека, которой следует руководствоваться в действиях (Разум не велит ума не спрашивай. Пословица; Разум – душе во спасение, а Богу на славу. Пословица; разум сочинения, разум закона; Для сего то все установления государственные при подробном их рассмотрении не представляют сего творческого единства, которое в прочих произведениях разума мы встречаем. М.М. Сперанский; Вотъ, любезный родитель, мои мысли, вотъ мои правила, плоды наставлений и размышлений собственного разума, коимъ и следовать я намеренъ. К. Рылеев).

Разум связан с умом, рассудком, а также со смыслом и со словом. В.В. Колесов отмечает, что «разум – первое воплощение ума, уже чисто человеческое его качество, предполагающее целесообразность и полезность мысли, слова и дела в их единстве (смысл в самом широком значении» (Колесов 2002: 116).

Образный компонент концепта разум

Образный компонент концепта разум не менее насыщен концептуальными метафорами, концептуальными признаками, когнитивными моделями. Разум воспринимается как результат действий высшей духовной силы, поэтому из всех видов витальности концепт разум наиболее ярко представлен признаком проявления жизненной энергии – силы. Признак ‘силы’ репрезентируется разными языковыми средствами: сила разума; сильный разум (Мудрость правительства не в том состоит, чтоб ожидать и покоряться происшествиям, но в том, чтоб владеть самою возможностию их и силою разума исторгать у случая все, что быстрое устремление может иметь вредного. М.М. Сперанский; Мне лично, моему сердцу открыто несомненно знание, непостижимое сильным разумом. И.А. Гончаров).

В структуре концепта разум отмечаются следующие признаки живого существа: ‘голос’, ‘слух’, ‘здоровье’, ‘зрение (глаза)/ отсутствие зрения’. Признак ‘голос’ выражается через характеристики возможности его услышать (послушать разум, прислушаться к голосу разума; Уж я думала – подумала, чужого разума послушала. Лирическая песня XIX в.; …совесть её роптала громче её разума. А.С. Пушкин), ‘слух’ (Где не хватит ума, спроси разума. Поговорка; Разум не велит – ума не спрашивай. Поговорка; Где не хватит ума, спроси разума. Поговорка), признак физического состояния ‘сила/ слабость’ (…О называй меня безумным! Назови чем хочешь; в этот миг я разумом слабею. А.А. Фет); признак ‘зрение (глаза)/ отсутствие зрения’ (Здесь родилась я, здесь открылись дневному свету младенческие глаза, здесь прозревали медленно и постепенно взоры моей души: разум, мысль и понимание. Е.А. Ган). Концепт разум характеризуется признаком ‘питание’ (Вот, мыслил я, прельщенный дивным веком, Вот разума великолепный пир. Е.А. Боратынский).

В русской языковой картине мира разум ассоциируется с проявлением высших духовных способностей, система зооморфных признаков этого концепта содержит только одну группу – орнитологические признаки (крылья разума, полет разума). Анималистические и энтомологические признаки у этого концепта отсутствуют.

Наиболее богатая гамма признаков составляет систему антропоморфных образов: разум как человек проявляется в социальных, ментальных, эмоциональных и гендерных признаках. Причем разум является отличительной особенностью человека от животного. В «Словаре живого великорусского словаря» В.И. Даля в словарной статье «Человек» отмечено, что «человек отличается от животного разумом и волей, нравственными понятиями и совестью и образует не род и не вид животного, царство человека» (Даль 1994: 588). Ср.: (Есть умные животные, но разумен только человек. В.И. Даль; Люди познакомятся с именами прав, законов, преимуществ, свободы; и таково есть свойство человеческого разума и очарование надежды. Л.Н. Толстой; …что в общем движении человеческого разума государство наше стоит ныне во второй эпохе феодальной системы, т.е. в эпохе самодержавия, и, без сомнения, имеет прямое направление к свободе. М.М. Сперанский).

Среди социальных признаков концепта разум выделены ‘учение’, ‘дружба’, ‘исследование’, ‘наставничество’, ‘власть’, ‘театр’, посредством которых реализуются следующие когнитивные модели:

«Разум à ученик» (Ты грамотой свой разум просветил. А.С. Пушкин; Любезность, разум просвещенный… А.С. Пушкин).

«Разум à исследователь» (Разум неистощим в соображении понятий, как язык неистощим в соединении слов. А.С. Пушкин).

«Разум à наставник/ советник» (И писание ясно указывает на суету скорби, и размышление, – прервал молчание Иероним: отчего же душа скорбит и не хочет слушать разума. Ф.М. Достоевский; Бог даст, разлюблю, / Совету разума внемлю. Е.П. Ростопчина; Уж я думала – подумала, / Чужого разума послушала. Лирическая песня XIX в.).

«Разум à властитель» (Надеяться мне разум не велит… Е.П. Ростопчина; Что лучше: разуму спокойно повинуясь. Е.П. Ростопчина; …коего все затеи не от разума и воинского распорядка, но от дерзости, случая и удачи зависели. А.С. Пушкин).

«Разум à писатель» (Для сего то все установления государственные при подробном их рассмотрении не представляют сего творческого единства, которое в прочих произведениях разума мы примечаем: все они подобны слоям земли, постепенным наводнениям составленным. М.М. Сперанский).

«Разум à спутник» (Правда, он и не рассчитывал на вещи; он думал, что будут одни только деньги, а потому и не приготовил заранее места, – «но теперь-то, теперь чему я рад?» думал он. – «Разве так прячут? Подлинно разум меня оставляет!» Ф.М. Достоевский; Стало быть не оставил же еще разум, стало быть есть соображение… Ф.М. Достоевский).

«Разум à собеседник» (Это – самая тяжелая, мучительная боязнь чего-то, чего я сам определить не могу, чего-то непостигаемого и несуществующего в порядке вещей, но что непременно, может быть, сию минуту осуществится, как бы в насмешку всем доводам разума, придет ко мне и станет предо мною, как неотразимый факт, безобразный и неумолимый. Ф.М. Достоевский; …что нет доводов чистого разума, что чистого разума и не существует на свете. Ф.М. Достоевский; И, если уж все говорить, почему вы так наверно убеждены, что не идти против настоящих, нормальных выгод, гарантированных доводами разума и арифметикой, действительно для человека всегда выгодно и есть закон для всего человечества? (Ф.М. Достоевский).

Блок признаков ‘живой природы’ концепта разум в наибольшей степени представлен ‘витальными’ и ‘антропоморфными’ признаками. Разум воспринимается как живое существо, которое обладает органами восприятия: глазами, ушами, разум наделен способностью говорить.

В блок признаков ‘неживой природы’ концепта разум входят признаки ‘вещества’: разум – ‘твердое вещество’ (Ибрагим не мог надивиться быстрому и твердому его разуму, силе и гибкости внимания и разнообразию деятельности. А.С. Пушкин; …но вторая одна может быть свойственна народу, который имеет более доброго смысла, нежели пытливости, более простого и твердого разума, нежели воображения… М.М. Сперанский), пространственные признаки – признаки ‘дома как строения’ (Язык разум открывает. Поговорка; столпы разума; ср.: …воздвигали бы под завесою настоящего правительства новое здание на столпах разума. М.М. Сперанский), признаки стихии ‘огня’ (Сочинение вообще требует известного огня в разуме, умеряемого опытом и размышлением. М.М. Сперанский).

В заключение следует отметить, что выявленные группы признаков формируют структуры концептов ум, разум, которые позволяют судить о таком фрагменте русской языковой картины мира, как интеллектуальная деятельность. Для русского человека свойственно разделять эти концепты, соединяя в понимании разума высшее проявление мыслительной способности и воли человека (Разум – душе во спасенье, Богу на славу. Поговорка; Ум без разума – беда. Поговорка), в понимании ума – способность человека думать и понимать или нечто представляемое, подобно органу, при помощью которого человек осуществляет мыслительные операции (сделано с умом; Без ума ни топором тяпать, ни ковырять лапоть. Поговорка; Без ума, так и без промысла. Поговорка).

Дифференциация двух концептов ум и разум обусловлена рядом причин этимологического, культурологического и когнитивного характера. Ум и разум – самостоятельные концепты, на что указывают особенности их вербализации в русской языковой картине мира (Где ума не хватит, спроси разума. Поговорка; Ум да разум надоумят сразу. Поговорка; Мужа чтут за разум, жену по уму. Поговорка; У него ума палата, да разум маловат. Поговорка; На другое утро доложили камергерше, что учитель ночью где-то расшибся и лежит теперь без ума, без разума. Н.С. Лесков). Сходные признаки исследуемых концептов определяют их типологию.

Некоторые группы признаков не выявлены в структуре исследуемых концептов. У концепта разум не выявлены эмоциональные признаки – гнев, тоска, ужас, признаки времени. У концептов ум и разум не выявлены признаки стихий – вода, земля.

Литература

Арутюнова Н.Д. Язык и мир человека. М.: Языки русской культуры, 1999. 520 с.

Богин Г.И. Модель языковой личности в её отношении к разновидностям текстов: Автореф. дис. …д-ра. филол. наук. Л., 1984. 42с.

Голованивская М.К. Французский менталитет с точки зрения носителя русского языка. М.: Изд-во МГУ, 1997. 297 с.

Карасик В.И. Культурные доминанты в языке // Языковая личность: культурные концепты. Волгоград – Архангельск: Перемена, 1996. С.3-16.

Карасик В.И. О категориях лингвокультурологии // Языковая личность: проблемы коммуникативной деятельности: Сб. научн. тр. Волгоград: Перемена, 2001. С.3-16.

Колесов В.В. Философия русского слова. СПб.: ЮНА, 2002. 448 с.

Колесов В.В. «Жизнь происходит от слова…» СПб.: Златоуст, 1999. 368 с.

Кондратьева О.Н. Вертикальная ось ‘верх – низ’ в характеристике концептов внутреннего мира человека // Sprache. Kultur. Mensch. Ethnie / Hrsg.von M.V. Pimenova. – Landau: Verlag Empirische Pädagogik, 2002. (Reihe “Ethnohermeneutik und Ethnorhetorik”. Bd. 8. Hrgb. der Reihe: H. Barthel, E.A. Pimenov). С. 90-96.

Мир человека и мир языка / Отв. ред. М.В. Пименова. Кемерово: Графика, 2004. Вып. 2. 374 с.

Кубрякова Е.С. Концептуализация // Краткий словарь когнитивных терминов / Под ред. Е.С. Кубряковой. М.: Филол. фак-т МГУ, 1997. 243 с.

Кубрякова Е.С. Размышления о судьбах когнитивной лингвистики на рубеже веков // Вопросы филологии 2001. №1. С. 56-61.

Лакофф Дж. Мышление в зеркале классификаторов // Новое в зарубежной лингвистике. М.: Прогресс, 1988. Вып. XXIII. С. 12-53.

Лакофф Дж., Джонсон М. Метафоры, которыми мы живем // Теория метафоры. М.: Прогресс, 1990. С. 387–416.

Пименов Е.А. Некоторые особые направления этногерменевтики // Этногерменевтика: фрагменты языковой картины мира. Кемерово: Кузбассвузиздат; Landau: Verlag Empirische Pädagogik, 1999. С. 48-50.

Пименов Е.А. Эссе об эмоциях // Филологический сборник. Кемерово: Графика, 2002. Вып. 2. С. 127-130.

Пименов Е.А. Социальные признаки немецких концептов ДУХ и ДУША // Sprache. Kultur. Mensch. Ethnie / Hrsg.von M.V. Pimenova. Landau: Verlag Empirische Pädagogik, 2002. (Reihe “Ethnohermeneutik und Ethnorhetorik”. Bd. 8. Hrgb. der Reihe: H. Barthel, E.A. Pimenov) С. 99-107.

Пименов Е.А., Пименова М.В. Жизнь – путь / дорога: опыт концептуального анализа // Sprache. Kultur. Mensch. Ethnie / Hrsg.von M.V. Pimenova. Landau: Verlag Empirische Pädagogik, 2002. (Reihe “Ethnohermeneutik und Ethnorhetorik”. Bd. 8. Hrgb. der Reihe: H. Barthel, E.A. Pimenov). С. 107-123.

Пименова М.В. Этногерменевтика языковой наивной картины внутреннего мира человека. Кемерово: Кузбассвузиздат; Landau: Verlag Empirische Pädagogik, 1999. (Серия “Этногерменевтика и этнориторика” Вып. 5. Изд. серии: Х.Бартель, Е.А. Пименов). 262 с.

Пименова М.В. Концепты внутреннего мира (русско-английские соответствия): Дис. … д-ра. филол. наук. СПб., 2001. 497 с.

Пименова М.В. Методология концептуальных исследований // Вестн. Кемер. гос. ун-та. Сер. Филология / Ред. М.В. Пименова. Кемерово, 2002. Вып. 4 (12). С. 100-105.

Пименова М.В. О некоторых способах концептуализации внутреннего мира человека (на примере когнитивной модели ‘сердце -> контейнер’) // Язык. Миф. Этнокультура / Отв. ред. Л.А. Шарикова. Кемерово: Графика, 2003. С.160-164.

Пименова М.В. Структура концепта разум // Mentalität und Mentales / Hrsg. von E.A. Pimenov, M. V. Pimenova. Landau: Verlag Empirische Pädagogik, 2003. (Reihe «Ethnohermeneutik und Ethnorhetorik». Bd. 8 Hrgb. der Reihe: H. Barthel, E.A. Pimenov). С.95-111.

Попова З.Д., Стернин И.А. Язык и национальная картина мира. Воронеж: Истоки, 2003. 56 с.

Попова З.Д., Стернин И.А. Очерки по когнитивной лингвистике. Воронеж: Истоки, 2002. 189 с.

Попова З.Д., Стернин И.А. Проблема моделирования концептов в лингвокогнитивных исследованиях // Мир человека и мир языка: Коллективная монография / Отв. ред. М.В. Пименова. Кемерово: Графика, 2003. С. 6-7.

Резанова З.И. Метафора в процессах миромоделирования в языке и тексте // Изв. Том. политехн. ун-та. Томск: ТПГУ, 2002. Т. 305. Вып. 4. С. 74-83.

Селиверстова О.Н. О книге Дж. Лайонза «Структурная семантика» // Семантическая структура слова. Психолингвистические исследования. М.: Наука, 1971. С. 195-208.

Сергеева Н.М. Этногерменевтический метод в исследовании концептов ум и разум // Социокультурная герменевтика: проблемы и перспективы: Сб. науч. ст. междунар. конф. Кемерово: Графика, 2002. С.133–135.

Сергеева Н.М. Актуальные признаки концептов ум и разум // Филологический сборник: Сб. науч. ст. Кемерово: Графика, 2002. Вып. 2. С.154–157. (Серия «Филологический сборник»).

Сергеева Н.М. Витальные и социальные признаки концепта ум // Картина мира: язык, философия, наука: Сб. науч. ст. Томск: ТГУ, 2002. С.127–132.

Сергеева Н.М. Некоторые особенности языкового выражения внутреннего мира человека // XXIX конф. студентов и молодых ученых Кемер. гос. ун-та: Сб. науч. ст. Кемерово: Кузбассвузиздат, 2002. С. 162–164.

Сергеева Н.М. Гендерный аспект концептов «ум», «разум» в русской языковой картине мира // Sprache. Kultur. Mensch. Ethnie. Landau: Verlag Empirische Pädagogik, 2002. Bd.8. S. 173–177. (Reihe “Ethnohermeneutik und Ehtnorhetorik”).

Сергеева Н.М. Пространственные признаки концептов ум, разум в русской языковой картине мира // Язык. Миф. Этнокультура: Сб. науч. ст. междунар. конф. Кемерово: Графика, 2003. С. 164–168.

Сергеева Н.М. Некоторые аспекты когнитивных исследований // 2 обл. науч. конф. «Молодые ученые Кузбассу»: Сб. науч. ст. Кемерово: Полиграф, 2003. С.49–51.

Сергеева Н.М. Некоторые аспекты современной лингвистики // Проблемы лингвистического образования. Екатеринбург: АМБ, 2003. С.11–18.

Сергеева Н.М. Ментальные признаки концептов ум, разум // Сб. молодых ученых Кузбасса, посв. 60-летию образования Кемеровской области. Кемерово, 2002. С.218–221.

Сергеева Н.М. Антропоморфные признаки концептов УМ и РАЗУМ // Словарь, грамматика, текст в свете антропоцентрической лингвистики. Иркутск: ИГУ, 2003. Вып. 2. С.130–136.

Сергеева Н.М. Предметные признаки концепта ум в русской языковой картине мира // Человек и его язык (К 75-летию проф. В.П. Недялкова). – Кемерово: Графика, 2003. Вып. 4. С.90–93. (Серия «Филологический сборник»).

Сергеева Н.М. Выражение признака стихийности через метафору ‘огня’ (на примере концептов ум, разум) // Язык. Этнос. Картина мира: Сб. науч. тр. Кемерово: Графика, 2003. Вып.1. С. 86–91. (Серия «Концептуальные исследования»).

Сергеева Н.М. Метафора ‘пути / дороги’ (анализ концептов ум, разум) // Язык. История. Культура: Сб. науч. тр. Кемерово: Графика, 2003. С. 129–139. (Серия «Филологический сборник»).

Сергеева Н.М. Витальные признаки концепта ум в русской языковой картине мира // Материалы междунар. науч. конф. студентов, аспирантов и молодых ученых «Ломоносов». М.: МГУ, 2003. Вып. 10. С. 26–27.

Сергеева Н.М. Метафорические характеристики концепта «разум» в политических текстах начала XIX в. (на материале проектов и записок М.М. Сперанского) // Лингвистика: Бюллетень Урал. пед. ун-та. Екатеринбург: Урал. гос. пед. ун-т 2003. С.192–200.

Сергеева Н.М. Концепт УМ в русской языковой картине мира // Коммуникативные аспекты языка и культуры: Сб. тр. науч. конф. молод. ученых. Томск: ТПУ, 2003. С. 89-94.

Сергеева Н.М. Языковая репрезентация пространственных характеристик в русской языковой картине мира (на материале концептов ум, разум) // Пространство и время в восприятии человека: историко-психологический аспект: Материалы междунар. науч. конф. СПб.: Нестор, 2003. Ч.2. С.155–159.

Сергеева Н.М. Метафора “дом” в русской языковой картине мира (на материале концептов ум, разум) // LINGUISTICA JUVENIS: Сб. науч. тр. Екатеринбург, 2003. С.123–128.

Сергеева Н.М. «Но пред тобой, как пред нагим мечом, Мысль острый луч! Бледнеет жизнь земная…» // Проблемы языковой концептуализации и категоризации действительности: Материалы междунар. конф. «Язык. Система. Личность» / Урал. гос. пед. ун-т. Екатеринбург, 2004. С.56–65.

Сергеева Н.М. Концепты ум, разум в русской языковой картине мира. Автореф. дис. … канд. филол. наук. Екатеринбург, 2004. 23 с.

Степанов Ю.С. Константы: Словарь русской культуры. М.: Академический проект, 2001. 990 с.

Урысон Е.В. Фундаментальные способности человека и наивная «Анатомия» // Вопросы языкознания. 1995. №3. С. 4-15.

Lakoff G., Johnson M. Metaphrs we live by. Chicago, 1980.

Lakoff G. Women, Fire and Dangerous Things. What Categories Reveal about the Mind. Chicago – London, 1987.

В.М. Топорова (Воронеж)