2.4. Репрезентация концепта CRIME терминами лексико-семантической группы "offenses against state, public order and decency"

К оглавлению
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 
17 18 19 

Преступления против государства (offenses against state) – это преступные действия, направленные против государства в целом.

Преступления против общественного порядка и благопристойности (offenses against public order and decency) затрагивают нормальное течение жизни общества.

Рассматривая репрезентацию концепта CRIME терминами лексико-семантической группы "offenses against state, public order and decency", необходимо обратить внимания на особенности интерпретации термина state (государство) с точки зрения права. Термин state имеет следующее определение: "an institutional system of relations that people within a territory establish among themselves to secure order" [MLU, p. 827]. Объединение терминов лексико-семантической группы "offences against public order and decency" и лексико-семантической группы "offences against state" в одну общую лексико-семантическую группу представляется целесообразным, так как согласно приведенному определению термина state, правовое понятие о государстве содержит в себе семантические компоненты 'people' и 'order'. То есть государство немыслимо без народа, и одна из основных целей государства состоит в обеспечении общественного порядка и соблюдения определенных норм человеческого общежития.

Традиционно в британском праве treason, государственная измена, считалась самым тяжким преступлением и выделялась в особую группу также по причине наибольшей тяжести наказания за нее: смертной казни с особо жестким способом исполнения  и конфискации всего имущества [см.: Современное зарубежное уголовное право 1961, с. 255-256].

Термин treason имеет следующие определения:

"this word imports a betraying, treachery, or breach of allegiance" [LLL];

"the crime of betraying one's country" [LLD];

"a notifiable offence, the crime of betraying one's country, usually by helping an enemy in time of war" [DOL, p. 243];

"attempting, through an overt act, to overthrow one's government" [MLU p. 787];

"in the U.S. today it is treason to levy war against the nation or to materially support its enemies" [MLU, p. 889].

Согласно первой, второй и третьей из приведенных дефиниций понятие государственной измены ("treason") напрямую связано с понятием предательства ('betraying', 'treachery', 'breach of allegiance'). Общеязыковые значения лексем to betray, treachery и словосочетания breach of allegiance содержат в себе семантические компоненты, которые также обнаруживаются в семеме термина treason. Лексемы определяются соответственно:

"to not be loyal to your country or a person who thinks you love or support them, often by doing something harmful such as helping their enemies" [IDE, p. 120];

"deceiving and lacking loyalty" [IDE, p. 1553];

"breach of loyalty and support for a ruler, country, group, belief, etc." [MLU, p. 34].

Выделяются такие интегральные семы как 'lack of loyalty to country', 'helping enemies'.

Мы уже отмечали, что юридические термины обозначают понятия, содержащие наиболее существенные для права признаки тех или иных явлений, в их дефинициях особое внимание обращается на наиболее типичные случаи, соотносимые с этими терминами. С точки зрения американского права, государственная измена состоит в оказании помощи врагам во время войны. В третьем пункте третьей статьи конституции США термин treason определяется следующим образом: "treason against the United States shall consist only in levying war against them, or in adhering to their enemies, giving them aid and comfort" [Constitution 2001, p. 76].

Термин aid and comfort соотносится с элементом состава государственной измены в США. Несмотря на то, что он не имеет четкого судебного толкования,  предполагается любая, а не только материальная помощь и поддержка (help, support, assistance, countenance, encouragement, counseling, abetting, plotting, assenting, consenting) [LLL]. Согласно пятой из приведенных выше дефиниций термина treason, термин предполагает только материальную поддержку врагов США ('materially support'). Можно предположить, что именно вследствие отсутствия четкого толкования термина aid and comfort, мы сталкиваемся с различными определениями термина treason.

Как указывалось выше, у англо-американского правового концепта CRIME присутствует периферийный признак 'subjective-objective perception', что помогает находить максимально объективный подход к правовой оценке того или иного деяния. Однако в случае с тяжкими преступлениями, за совершение которых предусмотрена смертная казнь, различия в трактовках соответствующих терминов недопустимы, так как возможность исправления судебной ошибки отсутствует.

Государственная измена часто связана с попыткой свержения действующего правительства, на что указывает четвертая из приведенных дефиниций термина treason. Тот факт, что американское правовое понятие государственной измены не включает в себя попытку свержения действующего правительства, на наш взгляд, объясняется историческими причинами и особенностями государственного устройства США. Колонисты в Америке с самого начала стойко идентифицировали себя со своей колонией, и сопротивление британским властям в течение 1760-1775 годов в основном проявлялось на местном уровне. К июлю 1776 года второй континентальный конгресс был готов единогласно принять "декларацию независимости", что он и сделал 4 июля 1776 года. Также было принято решение подготовить план конфедерации и передать соответствующим колониям на рассмотрение. То есть изначально Соединенные Штаты задумывались как конфедерация независимых штатов, что до настоящего времени проявляется в достаточной доле автономности местных властей от федерального правительства [см.: Burnham 1995, p. 1-4]. Таким образом, составители конституции Соединенных Штатов, определяя термин treason, исключили из данного понятия попытку свержения существующего правительства, так как на тот момент федерального правительства не существовало, и сама идея сильного централизованного правительства не пользовалась популярностью вследствие недовольства политикой старой власти короля Георга III.

Изначально термин treason обозначал предательство не столько короля, сколько лорда, своим вассалом. В общем праве употреблялся термин petit treason, соотносимый с убийством лорда его вассалом, убийством мужа женой, хозяина слугой, убийством священником низшего ранга своего прелата. Термин high treason соотносился с убийством короля [MLU, p. 889]. В дальнейшем, с развитием правовой культуры и с претворением в жизнь принципа равенства людей перед законом, термин treason и его дериваты изменили свое значение, что можно рассматривать как историческое изменение правового концепта CRIME в целом. В настоящее время термин high treason определяется как "formal way of referring to treason" [DOL, p. 243]. Таким образом, можно сделать вывод, что в современном праве термины treason и high treason синонимичны и обозначают одно и то же правовое понятие, однако последний более формален. Адъективный теминоэлимент high имеет в общем языке множество значений ("above average", "important" и др.) [IDE, 667-669]. Можно заключить, что употребление термина high treason оправдано тем, что в его значении эксплицитно выражена особая тяжесть соответствующего преступления, что сочетается со стремлением юридической терминологии быть, в определенной степени, доступной непрофессионалам.

В нашем материале зафиксированы два других термина-словосочетания, в которых в качестве терминоэлемента выступает термин treason (misprision of treason, treason felony). Термины определяются соответственно:

"crime of knowing that treason has been committed and not reporting it";

"notifiable offence of planning to remove a King or Queen or of planning to start a war against the United Kingdom" [DOL, p. 243].

Согласно дефиниции термин misprision of treason соотносится с сокрытием факта государственной измены. Термин  treason felony является термином-англицизмом, на что указывают семы 'king', 'queen', united kingdom, и его употребление в британской юридической терминосистеме обусловлено особенностями государственного устройства Британии. Различия в принципах государственного устройства Британии и США, особенности исторического развития двух стран оказали влияние на семантическое наполнение семемы термина treason в двух терминосистемах, что является еще одним признаком дифференциации концепта CRIME в Британии и США.

Как правило, государственной измене (treason) сопутствует шпионаж (espionage). Термин espionage имеет следующие дефиниции:

"the crime of spying on the federal government and/or transferring state secrets on behalf of a foreign country. The other country need not be an "enemy," so espionage may not be treason, which involves aiding an enemy" [LLD];

"spying" [DOL, p. 88].

Анализ первой из приведенных дефиниций показывает, что это дефиниция термина espionage в американской юридической терминосистеме, поскольку понятие "espionage" трактуется исходя из понятия "treason", принятого в американском праве. Сам факт шпионажа не может квалифицироваться как государственная измена, поскольку шпионаж может осуществляться в пользу дружественного государства, а при этом отсутствует помощь и поддержка врага – необходимый элемент государственной измены в США. Глагол to spy имеет следующую дефиницию: "to spy is to secretly gather and report information about the activities of another country or organization" [IDE, p. 1401]. Следует отметить, что шпионаж в пользу другой организации соотносится в англо-американском праве с видовым термином industrial espionage, который определяется как "trying to find out the secrets of a competitor's work or products usually by illegal means" [DOL, p. 88]. Данное деяние следует отнести к лексико-семантической группе "offenses committed in business or in influential jobs" . Тот факт, что родовой термин и видовой термин-словосочетание, образованный на его основе, принадлежат к различным лексико-семантическим группам, является еще одним подтверждением фреймовой связи частей концепта CRIME.

Менее тяжкими преступлениями против государства, по сравнению с государственной изменой, являются деяния, соотносимые с термином sedition – подстрекательство к мятежу, бунту, антиправительственная агитация. Термин sedition имеет следующие определения:

"an agreement or communication aimed at stirring up treason or some lesser commotion" [MLU, p.787];

"conduct which is directed against a government and which tends toward insurrection but does not amount to treason" [LLL];

the federal crime of advocacy of insurrection against the government or support for an enemy of the nation during time of war, by speeches, publications and organization [LLD];

defaming a member of the royal family or of the government [MLU, p. 787];

"crime of doing acts or speaking or publishing words which bring the royal family or the government into hatred or contempt and encourage civil disorder" [DOL, p. 220].

Сравнение дефиниций термина sedition с дефинициями термина treason показывает, что обозначаемые ими понятия стойко ассоциированы друг с другом. Можно утверждать, что третья из приведенных дефиниций рассматриваемого термина – дефиниция, принятая в американском праве, на что указывает сема 'federal crime'. Четвертая и пятая дефиниции приняты в британской юридической терминосистеме ('royal family'). Кроме того, наличие семы 'civil disorder' в семеме рассматриваемого термина подтверждает фреймовый характер юридических терминов и обоснованность объединения терминов лексико-семантической группы "offences against public order and decency" и лексико-семантической группы "offences against state" в одну общую лексико-семантическую группу. Термин civil disorder определяется как "riots and disturbances or fighting in the streets" [DOL, p. 77].

Противоправные деяния против членов королевской семьи расцениваются как особо тяжкие и приближены к государственной измене. Это подтверждает тот факт, что периферийный признак англо-американского концепта CRIME 'specification of an object of a crime' касается конкретизации объектов преступлений по профессиональному признаку, социальному статусу. В нашем материале зафиксирован один термин, указывающий на особую тяжесть деяний против первого лица государства в США - threats against president. Термин имеет следующую дефиницию: "a federal crime or offense for anyone to willfully make a true threat to injure or kill the President of the United States". При этом термин true threat определяется как "a serious threat as distinguished from  words used as mere political argument, idle or careless talk, or something said in a joking manner". Если без всяких обоснованных сомнений доказано, что лицо угрожало президенту, отдавая себе отчет в своих действиях, давало понять другим, что его намерения серьезны, то состав преступления закончен. Нет необходимости доказывать, что лицо действительно намеривалось исполнить угрозу [LLL].

Во второй и третьей дефинициях термина sedition присутствует термин insurrection, определяемый следующим образом: "an open uprising against the government" [MLU, p. 787]. Таким образом, деяние, соотносимое с термином insurrection, представляет собой следующий шаг после деяния, соотносимого с термином sedition, а именно непосредственные мятежные действия.

С термином revolt соотносятся более тяжкие мятежные действия, поскольку они имеют целью свергнуть существующее правительство, в то время как insurrection предполагает изменения в существующем правительстве [MLU, p. 787].

Еще более тяжкие мятежные действия соотносятся с термином rebellion, определяемым следующим образом:

"the taking up arms traitorously against the government and in another, and perhaps a more correct sense, rebellion signifies the forcible opposition and resistance to the laws and process lawfully issued" [LLL];

"fight against the government or against those in authority" [DOL, p.200].

Анализ терминов других лексико-семантических групп показал, что совершение преступных деяний с применением силы и оружия обусловливает их особую тяжесть. То же можно сказать о деяниях, соотносимых с термином rebellion ('arms', 'forcible opposition'). Кроме того, данные деяния не могут не затронуть повседневную жизнь общества, установленный законом порядок ('resistance to the laws and process lawfully issued'). Вторая из приведенных дефиниций подтверждает существенность социального статуса объекта преступления для англо-американского концепта CRIME ('fight against those in authority').

Нормальное течение жизни общества также затрагивается деяниями, соотносимыми с термином riot. Термин сопровождается следующими дефинициями:

"a public disturbance involving (1) an act or acts of violence by one or more persons part of an assemblage of three or more persons, which act or acts shall constitute a clear and present danger of, or shall result in, damage or injury to the property of any other person or to the person of any other individual or (2) a threat or threats of the commission of an act or acts of violence by one or more persons part of an assemblage of three or more persons having, individually or collectively, the ability of immediate execution of such threat or threats, where the performance of the threatened act or acts of violence would constitute a clear and present danger of, or would result in damage or injury to the property of any other person or to the person of any other individual" [LLL];

"technically a turbulent and violent disturbance of peace by three or more people acting together. 2) An assemblage of people who are out of control, causing injury or endangering the physical safety of others and/or themselves, causing or threatening damage to property and often violating various laws both individually and as a group" [LLD];

"notifiable offence when three or more people meet illegally and plan to use force to achieve their aims or to frighten the public" [DOL, p. 213];

"an unlawful assembly that has begun to fulfill its common purpose of breaching the peace and terrorizing the public" [MLU, p. 774].

Согласно приведенным дефинициям, термин riot соотносится с деяниями, направленными на нарушение общественного порядка или с реальной угрозой нарушения общественного порядка. При этом опасности подвергается собственность, жизнь и здоровье других людей, или даже самих субъектов деяния. Термин riot также соотносится с группой лиц, совершающих или планирующих подобные деяния ('unlawful assembly', 'assemblage').

В четвертой из приведенных дефиниций термина riot употреблен глагольный дериват термина terror (terrorizing). Душевное состояние лиц, чья собственность, жизнь и здоровье подвергаются опасности, соотносится с термином terror, который имеет следующую дефиницию: "that state of the mind which arises from the event or phenomenon that may serve as a prognostic of some catastrophe affright from apparent danger". Подобное душевное состояние является следствием демонстрации оружия, угрожающих речей и жестов со стороны субъектов преступления. Тем не менее, доведение кого-либо до подобного душевного состояния не является необходимым элементом массовых беспорядков (riot), значимым является факт насилия над личностью [LLL].

Термин unlawful assembly определяется следующим образом:

"a meeting of three or more persons who intend either to commit a violent crime or to carry out some act that will constitute a breach of the peace" [MLU, p. 774];

"notifiable offence when a number of people come together to commit a breach of the peace or any other crime" [DOL, p. 16].

Согласно первой из приведенных дефиниций, минимальное количество субъектов преступления составляет три человека. Согласно второй дефиниции их может быть и двое ('number of people'). Тот же самый вывод следует из анализа дефиниций термина riot ('assemblage of three or more persons', 'assemblage of people').

До 1973 года в Британии действовал закон о массовых беспорядках (Riot Act). Согласно данному закону, если двенадцать и более участников массовых беспорядков в течение часа игнорировали требование уполномоченного должностного лица разойтись, их ожидала смертная казнь. Незаконное сборище двенадцати и более человек соотносилось с термином riotous assembly, который в современном праве не употребляется. В настоящее время в Британии и США факт наличия массовых беспорядков признается только в том случае, если после объявления уполномоченным должностным лицом, что данное собрание является незаконным сборищем (unlawful assembly), требование разойтись немедленно игнорируется. Участники массовых беспорядков подвергаются аресту как за собственно массовые беспорядки, так и за нарушение общественного порядка, оказание сопротивления при аресте и другие преступления, от нападения до незаконного ношения огнестрельного оружия. В США если участник массовых беспорядков имеет целью причинить существенный вред или серьезное неудобство, или продолжает нарушать общественный порядок после требования разойтись, его действия квалифицируются как мелкий мисдиминор. Согласно примерному уголовному кодексу США (Model Penal Code), все преступления против общественного порядка и благопристойности квалифицируются как мисдиминоры [см.: MLU, p. 736; DOL, p. 213; LLD; The American Criminal Justice Process 1989, p. 99-103]. То, что участник массовых беспорядков может быть привлечен к ответственности за самые разные деяния, в зависимости от характера своих действий, подтверждает общественную опасность любого преступления.

Преступления против благопристойности противоречат нормам нравственности и оскорбляют чувства добропорядочных граждан. Выше мы отмечали, что любое преступление аморально, с точки зрения законопослушного человека, однако на примере преступлений против благопристойности связь морали и права проявляется наиболее ярко. Например, в примерном уголовном кодексе США содержится следующая информация, касающаяся публичного проявления похоти (open lewdness): "a person commits a petty misdemeanor if he does any lewd act which he knows is likely to be observed by others who would be affronted or alarmed" [Criminal Justice Process 1989, p. 101]. Лексемы to affront и to alarm в общем языке определяются соответственно:

"to remark or to act with intention to insult or offend someone" [IDE, p. 22];

"to provoke sudden anxiety and fear, esp. that something dangerous or unpleasant might happen" [IDE, p. 31].

Помимо терминов-существительных и их синтаксических дериватов в нашем материале зафиксирован ряд адъективных и глагольных терминов лексико-семантической группы "offenses against state, public order and decency". В качестве примера приведем следующие: treasonable = "which may be considered as treason", seditious = "which provokes sedition", to riot = "to form an illegal group to use force". Участник массовых беспорядков соотносится с термином rioter [DOL, p. 243, 220, 213].

На основании вышеизложенного можно сделать вывод, что концептуальный признак 'number of objects of a crime' значим для англо-американского концепта CRIME. Поскольку не только преступления против общественного порядка, но и все другие преступные деяния воспринимаются правоведами как социально опасные, можно говорить о том, что признак 'public danger' является одним из центральных признаков правового концепта CRIME. Кроме того, подтверждается фреймовая связь обыденного концепта MORALITY и правового концепта CRIME. Классификация деяния как преступного, определение его тяжести во многом зависят от поведения субъекта (или субъектов) преступления, подчинения или неподчинения полиции. Это подтверждает сценарный характер концепта CRIME.

Признаковые различия британского и американского правового концепта CRIME обусловлены не только различным содержанием понятия "справедливость" в двух правовых культурах, но и различиями в государственном устройстве, особенностями исторического развития двух стран.

Возможность объединения двух лексико-семантических групп в одну на основании общих признаков подтверждает фреймовую связь частей концепта CRIME. Изменение значений ряда терминов (treason, high treason) связано с воплощением в современном праве принципа равенства всех людей перед законом. Вместе с тем, социальный статус объекта преступления, имевший большее значение в прошлом, значим и в настоящее время (особая тяжесть деяний против членов королевской семьи в Британии и президента в США).

2.5. Выводы