1.2. Системные отношения в терминологии

К оглавлению
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 
17 18 19 

Так как любая терминология является кодифицированной подсистемой специальной лексики, и ее элементы (термины) обозначают понятия, находящиеся в определенных родо-видовых отношениях, можно говорить об определенных связях между терминами внутри той или иной терминосистемы, а также о связях с другими подсистемами языка. По мнению А.С. Герда, термин "полностью обусловлен системой понятий данной науки; вне системы понятий данной науки термин не существует" [Герд 1981, с. 14]. Д.С. Лотте указывает на то, что "терминология должна представлять собой не простую совокупность слов, а систему слов или словосочетаний, определенным образом между собой связанных" [Лотте 1961, с. 73]. Под терминосистемой мы понимаем упорядоченную совокупность кодифицированных наименований, включающую обозначения различным образом взаимосвязанных научных понятий одной определенной области знания [см.: Сергевнина 1978, с. 66; Чернявский 1971, с. 351; Толикина 1970, с. 58].

Взаимосвязь понятий об объектах и явлениях действительности выражается в  категоризации и систематизации не только терминов, но и слов общего языка. Н.Н. Болдырев определяет категоризацию как "деление мира на категории, т.е. выделение в нем групп, классов, категорий аналогичных объектов или событий" [Болдырев 2001, с. 23]. Согласно другому определению, категория, иначе называемая концептуальным классом, представляет собой "группировку слов или объектов по некоторому принципу, поддающемуся экспликации" [Шрейдер 1991, с. 47]. Категории представляют собой "ментальные концепты, хранящиеся в нашем сознании" (перевод мой. – К.Д.) [см.: Ungerer, Schmid 1996, p. 38].

Категоризация объектов и явлений действительности происходит в двух аспектах – вертикальном и горизонтальном. Горизонтальный аспект категоризации предполагает, что тот или иной объект должен быть отнесен к определенной видовой категории одного и того же уровня обобщения (например, к категории "theft", "murder"). Это базовый уровень категоризации. Переходя к более высокому уровню обобщения, можно выделить родовую категорию ("crime"). Ниже базового уровня выделяются конкретизирующие категории ("computer theft", "calculated murder"). В терминологии Э. Рош уровень высшего порядка называется суперординатным (superordinate), а уровень низшего порядка – субординатным (subordinate) [см.: Шрейдер 1991, с. 56; Болдырев 2001, с. 84-85].

Говоря о категоризации языковых единиц, мы имеем в виду объединение слов в различные категории и классы. Объединение слов в те или иные группы или классы происходит по их лексическим и грамматическим характеристикам, то есть по их лексическим и грамматическим значениям. Таким образом, можно говорить о лексической и грамматической категоризации.

В основе лексической категоризации лежит принцип группировки лексики в синонимические ряды, лексико-семантические группы, поля, лексико-семантические группы и т.п. Возможность выделения полей терминологической лексики (терминополей) также является показателем ее системности. Под терминополем мы понимаем совокупность специальных понятий, обозначенных терминами той или иной терминосистемы. М.И. Черемисина указывает на то, что "в процессе терминологических исследований мы должны стремиться к тому, чтобы последовательно расчленить "большие системы" на все более и более мелкие "блоки", вплоть до элементарных, объединяющих малые группы терминов и понятий, и фиксировать структурные схемы таких блоков, типы и виды связей, соединяющих их элементы" [Черемисина 1971, с. 373]. Таким образом, мы можем говорить о возможности выделения микрополей внутри терминологического поля. Под микрополем мы понимаем поле, все элементы которого являются частью другого, более объемного поля и объединены на основании как минимум одного семантического признака.

Понятие "тематическая группа" традиционно определяется как "ряд слов, более или менее близко совпадающих по своему основному (стержневому) семантическому содержанию, т.е. по принадлежности к одному и тому же семантическому полю" [Ахманова, 1966, с. 118]. Ф.П. Филин, конкретизируя значение данного термина, добавляет, что тематической группой можно назвать "объединения слов, основывающиеся не на лексико-семантических связях, а на классификации самих предметов и явлений" [Филин, 1982, с. 231]. Значения данных слов не являются взаимосвязанными  и зависящими друг от друга. В тематическую группу могут входить слова разных частей речи, номинирующие понятия одной определенной области действительности.

Мы соглашаемся с В.П. Даниленко, считающей, что "набор терминируемых понятий шире, чем семантические возможности имени существительного, как средства выражения всех этих понятий" [Даниленко 1977, с. 74]. В.П. Даниленко признает терминами все знаменательные слова: существительные, прилагательные, наречия, глаголы, если они выражают научные понятия и отвечают другим требованиям терминологических наименований. На наш взгляд, нет никаких оснований считать, что прилагательные, наречия и глаголы не могут приобретать терминологических характеристик. Например, если существительные conduct, euthanasia и fraud являются юридическими терминами, т.е. обозначают научные понятия, то лексемы to conduct, to euthan(at)ize, fraudulent, fraudulently, если они фигурируют в научной речи юриста, также будут являться юридическими терминами и обозначать научные понятия но на другом уровне – уровне движения, динамики и признака.

Тем не менее, субстантивный характер терминологических единиц считается одним из важнейших признаков терминологичности. На этом основании многие исследователи считают терминами лишь существительные и словосочетания, построенные на их основе. Данное утверждение имеет некоторые основания. Во-первых, категория имени существительного настолько развита в европейских языках и обладает столь широкими семантическими возможностями, что способна исчерпать основной состав терминологических наименований [см.: Ахманова 1969, с. 11]. Высокая степень абстрактности терминологии – следующий аргумент в пользу имени существительного. "Терминология представляет собой не сумму имен реальных вещей и действий, а определенную систему названий понятий о вещах и действиях. Поэтому в широком смысле слова единственным лексико-грамматическим средством, выражающим научно-технические понятия о предметах, качествах, действиях в терминологии, являются имена существительные" [Щеглова 1968, с. 89].

Несмотря на то, что в качестве терминов могут выступать все знаменательные лексемы, основная масса рассматриваемых нами юридических терминов представлена существительными и субстантивными словосочетаниями. Мы считаем целесообразным в процессе практического анализа выделять не тематические, а лексико-семантические группы терминов. Термин лексико-семантическая группа понимается двояко: 1) подразряд слов в пределах одной части речи, объединенных общностью значения; 2) Слова, объединяемые общностью значения, независимо от принадлежности к той же или к разным частям речи [см.: Ахманова, 1966, с. 118]. Таким образом, выделение лексико-тематических групп рассматриваемых нами терминов оправдано тем, что в нашем материале превалируют термины-существительные и термины, представленные субстантивными словосочетаниями. Вместе с тем, употребление термина лексико-семантическая группа не противоречит тому, что в ряде выделяемых нами лексико-семантических групп присутствуют глагольные, адъективные и адвербиальные термины.

Отличие обыденных и научных понятий обусловливает различия между словами общего языка и терминами, и, как следствие, приводит к тому, что системные отношения в терминологии и общем языке организованы по-разному. Как указывает В.П. Даниленко, для терминологии "характерна более высокая степень организованности ее отдельных элементов, т.е. отраслевых терминосистем" [Даниленко 1977, с. 57].

А.В. Косов называет три причины более высокой степени системной организации терминологической лексики:

специфика научного понятия;

наличие классификаций соответствующих понятий;

вмешательство человека в организацию терминосистем [см.: Косов 1980, с. 18].

Вместе с тем, следует отметить, что степень системной организации терминологической лексики зависит от специфики соответствующей терминологии. Во-первых, особенности системной организации терминов определяются степенью упорядоченности терминологии, к которой они принадлежат. Терминологии общественных наук сохраняют более прочные связи с общим языком, по сравнению с терминологиями точных наук, и, как следствие, менее упорядочены. В результате в терминологиях общественных наук чаще встречаются термины, имеющие несколько дефиниций, т.е. обозначающие разные понятия или указывающие на разные элементы содержания обозначаемого понятия. Во-вторых, значения терминов любой терминологии, находящейся на стадии формирования, не лишены многих особенностей значений соответствующих лексем и словосочетаний в общем языке. На этой стадии развития терминологии связи между соответствующими научными понятиями окончательно не установлены, и отношения между терминами предопределены лексическими связями соответствующих лексем и словосочетаний в общем языке (данная особенность не свойственна терминам иноязычного происхождения).

Цель упорядочения любой терминологии состоит в упразднении тех общеязыковых явлений, которые вступают в противоречие с регулирующим сферу терминологий фактором – системой научных понятий. К их числу относятся явления синонимии, полисемии, наличие коннотативного компонента значения и др. Однако создание взаимно-однозначных соответствий между системами понятий и системой терминов: одно понятие – один знак, не всегда происходит удачно, так как терминологическая подсистема языка подвержена влиянию подсистемы общего языка.

Тем не менее, одно из специфических свойств научного понятия состоит в том, что оно удерживает термин в системе и не дает ему той свободы, которой обладают слова общего языка. Элементами каждой терминосистемы являются термины, выполняющие единую функцию, – обозначения научных понятий, объединяющих наиболее существенные признаки предметов. Выделение существенных признаков возможно "лишь при соотнесении данных предметов, впервые познаваемых определенной отраслью знаний, с уже ранее познанными предметами, т.е. в системе" [Никифоров 1966, с. 113]. В качестве терминов могут выступать как отдельные слова, так и словосочетания, что свидетельствует о неоднородности элементов системы. Взаимосвязанность и соотнесенность понятий обусловливает определенные связи и отношения между языковыми элементами, их обозначающими как внутри системы, так и за ее пределами, что позволяет говорить о внутренних и внешних связях терминов. Под внутренними связями понимаются связи терминов внутри той или иной терминосистемы. Внешние связи включают в себя связи членов данной терминосистемы с элементами других языковых систем.

Внутренние и внешние связи терминов могут быть двух видов: парадигматические и синтагматические. Под парадигматическими связями понимаются отношения внутри любого класса лингвистических единиц, "противопоставленных друг другу и в то же время объединенных по наличию у них общего признака…". Парадигматические связи между лексическими единицами проявляются в явлениях гипо-гиперонимии, синонимии, полисемии, антонимии и т.п. [см.: Сергевнина 1978, с. 70; Лингвистический энциклопедический словарь 1990, с. 366-367].

Тот факт, что термины функционируют не изолированно, а в контексте, т.е. в линейном ряду с другими языковыми единицами, позволяет говорить о синтагматических связях между  терминами, проявляющихся в особенностях их сочетаемости. Синтагматические отношения предполагают отношения между последовательно расположенными единицами языка в реальном потоке речи или в тексте [см.: Сергевнина 1978, с. 72; Лингвистический энциклопедический словарь 1990, с. 447].

Как указывалось выше, гипо-гиперонимические (родо-вивидовые) отношения терминов предопределены родо-видовыми отношениями понятий, обозначенных ими. Чаще всего видовые термины представлены субстантивными словосочетаниями на основе родовых терминов (behavior – addictive behavior). При этом любая терминосистема является подсистемой в составе всего словарного состава языка. Поэтому в языке всегда можно обнаружить единицу, соотносимую с понятием, являющимся родовым для всех научных понятий соответствующей терминосистемы. Этот факт подтверждает наличие внешних родо-видовых связей элементов терминологической системы.

Касаясь особенностей синтагматических отношений в терминологии, необходимо упомянуть о понятии лексической сочетаемости, которое является одним из ключевых понятий в лексико-семантической системе языка. Лексическая сочетаемость языковых единиц обусловлена спецификой их значений. П. Томас указывает следующие модели сочетаемости, свойственные терминам английского языка: существительное + существительное, прилагательное + существительное, глагол + частица, глагол + предлог, глагол + существительное, наречие + глагол (в форме страдательного причастия) [см.: Thomas 1993, p. 48]. На наш взгляд, данный список необходимо дополнить моделью существительное + предлог + существительное. Следует отметить, что термины сочетаются не только с элементами своей терминосистемы, но и со словами общего языка, что подтверждает наличие внешних синтагматических связей терминов.

При рассмотрении синтагматических отношений в пределах той или иной терминологии возникает проблема разграничения терминов-словосочетаний и свободных сочетаний, имеющих терминологический характер и включающих в свой состав термины. Мы соглашаемся с теми исследователями, которые утверждают, что термин должен обозначать одно понятие [см.: Сергевнина, 1981, с. 64; Овчаренко 1970 с. 140]. В.М. Овчаренко указывает на то, что свободные сочетания терминологического характера в отличие от терминов-словосочетаний представляют собой контекстуальное объединение однопонятийных языковых единиц в многопонятийные комплексы. Как следствие, значение термина-словосочетания, обозначающего одно понятие, полностью не выводится из значений составляющих его терминоэлементов, так как всегда остается некоторая часть определения, которая прямо не соотносится ни с одним из компонентов и привязывается к термину в целом. Например, термин короткозамкнутый электродвигатель определяется как "асинхронный электродвигатель, обмотка ротора которого выполнена в виде беличьей клетки". Словосочетание короткозамкнутый электродвигатель является термином, поскольку его значение не выводится из значений терминоэлементов короткозамкнутый и электродвигатель. Словосочетание синхронный электродвигатель, по мнению В.М. Овчаренко, термином не является, поскольку определяется как "синхронная электрическая машина, работающая в качестве электродвигателя". Из определения понятия "электродвигатель" следует, что электродвигатель является разновидностью электрической машины, поэтому часть определения "электрическая машина, работающая в качестве электродвигателя" не несет никакой новой информации.  Вместе с тем, исследователь отмечает, что отграничение многопонятийных комплексов от концептуально целостных образований в практике терминологической работы проводится сравнительно редко [см.: Овчаренко 1970 с. 141-149]. На наш взгляд,  мы не можем с уверенностью говорить о нетерминологичности словосочетания, употребляемого в научном контексте, лишь на том основании, что значение данного словосочетания полностью выводится из значений его составляющих. В научном понятии объединены признаки некоторого класса предметов или явлений. Состав элементов любых классов и категорий предопределен критериями их выделения. Именно поэтому объем и содержание научного понятия может изменяться в процессе развития соответствующей науки, элементы его объема и содержания могут полностью или частично входить в состав другого понятия. Мы полагаем, что если словосочетание достаточно часто употребляется в научной речи специалистов, его можно считать закрепившимся в составе той или иной терминосистемы и рассматривать как термин. Кроме того, выделение терминов в научном тексте невозможно без тесного взаимодействия лингвистов со специалистами – носителями того или иного терминологического подъязыка.

Итак, можно сделать вывод, что термины находятся в определенных синтагматических и парадигматических связях в пределах своей терминосистемы, а также с элементами других подсистем языка. Системные отношения терминов в пределах своей терминосистемы предопределены родо-видовыми отношениями понятий, обозначенных ими. Благодаря системности языковых единиц, в том числе терминологических, возможна их категоризация, то есть объединение слов в различные группы или классы на основании семантических и формальных признаков. Терминологическая лексика более упорядочена, по сравнению с лексикой общего языка, вследствие четкости научных понятий и вмешательства человека в организацию терминосистем. Поскольку терминосистемы общественных наук сохраняют более прочные связи с общим языком, по сравнению с терминосистемами точных наук, терминосистемы общественных наук менее упорядочены, что проявляется в полисемии, синонимии терминов, наличии оценочного компонента значения, то есть явлениях, которые традиционно считаются нежелательными для терминологии. Неоднородность элементов терминосистем проявляется в том, что в качестве терминов могут выступать как отдельные слова, так и словосочетания. Субстантивный характер терминов считается одним из признаков терминологичности, так как основная масса терминов представлена существительными и словосочетаниями на их основе. Тем не менее, нет никаких оснований не считать терминами прилагательные, наречия и глаголы, если они выражают научные понятия. Словосочетание можно рассматривать как термин, если оно часто употребляется в научной речи специалистов и закрепилось в терминосистеме. Вместе с тем, выделение терминов в научном тексте невозможно без взаимодействия лингвистов со специалистами, пользующимися той или иной терминологией.