2.2.3 Оскорбление как вид аморального поведения

К оглавлению
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 
17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 
34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 
51 52 53 54 55 56 

Осуждение человека происходит через Библейское понимание греха – осуждаемое виновное поведение человека. В христианском понимании вина устанавливается не перед обществом или другим человеком, а перед богом. Правила и каноны христианства постепенно выработали правила индивидуального поведения. Христианская мораль выработала также и особую систему моральных ценностей, в которой злословие относится к числу тяжелейших грехов.

Христианская мораль осуждала богохульство, поскольку оно покушалось на святая святых – любовь к богу и веру в его непогрешимость. В «Новом завете» носителем сплетен, самых страшных слухов и злословия против имени Бога выступает дьявол, имя которого образовано от древнегреческого слова «diabole» – клевета и буквально означает «хулитель, клеветник». Злословие, злокозненность и злонамеренность, которые оскорбляли невинного человека, шли вразрез с христианским постулатом любви к ближнему, любви, связанной с божественным планом бытия, т. к. «Бог есть любовь» (1 Ин. 4:8).

Навет, богохульство, злословие, сквернословие, брань – пороки человеческого поведения с точки зрения христианской морали, пороки не потому что чинят обиды индивиду, а потому, что, во-первых, подрывают достоинство Верховного Высшего Существа и веру в его чудодейственное бытие, а во-вторых, не отвечают требованиям должного состояния сердца, не принимающего в себя пороков: «исходящее от человека оскверняет человека; Ибо изнутрь, из сердца человеческого, исходят злые помыслы, прелюбодеяния, любодеяния, убийства, кражи, лихоимство, непотребство, завистливое око, богохульство, гордость, безумство» (Мк. 7:21,22). Поэтому христианской моралью осуждаемо любое греховное деяние: «Кто будет веровать и креститься, спасен будет; а кто не будет веровать, осужден будет» (Мк. 16:16). А, собственно, само умаление имени бога есть непростительный грех.

Морально-религиозный кодекс, сформулированный в виде десяти заповедей Моисея и инкорпорированный в тексты Библии, оказал воздействие не только на развитие религиозного сознания, но стал нравственной основой во всей истории человечества, основой христианской системы ценностей, повлиявшей на нормативное закрепление основных правовых принципов. Первые надындивидуальные нормы поведения, зафиксированные в десятословии как непререкаемые запреты, можно разделить на 4 основные группы: 1) запреты, направленные против профанации бога и имени бога, табуирующие идолопоклонничество языческим богам и упоминание имени бога «напрасно»; 2) требование почитать родителей и необходимости трудиться; 3) запреты на насилие и прелюбодеяние; 4) запреты на лжесвидетельствование и посягательство на чужую собственность. Категорическая направленность этих запретов определила этическую ориентацию религиозного сознания в виде ориентирующих понятий Добра и Зла.

Христианское религиозное сознание выработало также ряд особых правил богоугодного, т. е. желательного поведения в случае проявления вербальной агрессии в виде злословия:

1). «Не гневайся за всякое оскорбление на ближнего, и никого не оскорбляй делом» (Сир. 10:6);

2). «У глупого тотчас же выкажется гнев его, а благоразумный скрывает оскорбление» (Притч. 12:16);

3). «Испытаем его оскорблением и мучением, дабы узнать смирение его и видеть незлобие его» (Прем. 2:19);

4). «Немилостив к себе, кто не удерживает себя в словах своих, и он не удерживает себя от оскорбления и от уз» (Сир. 13:15).

2.2.4 Религиозное и правовое единство происхождения концепта «оскорбление»

В религиозном сознании истолкование заповедей как нормоустанавливающих правил поведения происходит с точки зрения их соотнесенности с волей и желанием Высшего Верховного Существа – Бога. Церковное наказание через религиозное очищение и последующее прощение, связаны также с именем Бога. Песнь имени Бога, епитимья – воспевание и восхваление бога для своего спасения и земного прощения. Этимологически слово «петь» восходит к обряду жертвенного возлияния и одновременного исполнения религиозного гимна, песни в честь божества. Поэтому в религиозном сознании сложилось особое отношение к песни как к гимну во имя бога и во свое спасение, обладающей чудодейственной силой сродни самому эффективному оружию: «И вот, у нас во главе Бог, и священники Его, и трубы громогласные, чтобы греметь против вас» (2 Пар. 13:12).

Древнейший памятник римского цивильного права «Законы XII таблиц» (450 г. до н. э.) зафиксировал особое отношение языческого (религиозного) сознания к песни как антисоциальному явлению. Форма изложения молитвы в виде песнопения в древности считалась священной, т. к. Песнь – это «торжественное» восхваление гимна жизни именем бога. Псалмы читаются и поются в церкви во время богослужений (Мизун 1999: 346).

Уважение к вере согласно религиозным представлениям выражается через выполнение ее обрядов. Однако, само служение Богу заключается не в непрерывных молитвах или выполнении различных формальных ритуальных действий. Богу угодным является тот, кто делает добро, живет честно, без обмана, на зло отвечает добром. Это значит «вера ваша в делах ваших». И первородный грех, вызванный агрессивностью человека, можно искупить, если люди откажутся от своей агрессивности и повернутся друг к другу с добром и любовью. Так была заложена идея гуманистического отношения к человеку, идея уважения его основных прав и свобод, приобретаемых при рождении, но не дарованных свыше.

Выводы

В жизни общества возникает понятие божественного и святого, а значит – неприкасаемого, даже опасного. Понятие божественного легко переходит в понятие священного, т. е. исключительного по важности. Священное в силу своей исключительной важности объявляется запретным, не упоминаемым всуе, неприкасаемым, запретное легко получает значение опасного. Постепенное табуируемое опасное превращается в нечистое, т. е. заслуживающее презрения. В силу прочных общенародных традиций нечистое – это уже непристойное. Слова, имевшие прежде высокий сакральный смысл, превратились в грязные ругательства, произнесение которых строго табуируется в обществе.

Процесс образования сакрально-профанного понятия в религиозных системах постепенно сформировал морально-этическую форму запрета, связанного с неприкосновенностью имени божества и всего, что связано с его культом. Данная форма запрета получила религиозно-нормативную кодификацию в виде «оскорбления»: оскорбление имени бога; оскорбление религиозных чувств определенного социума; оскорбление имени демиурга.

Табуированные средства экспликации сосредоточены вокруг идеи человеческой свободы (коммуникативные права) и ее ограничения (коммуникативные обязанности) путем создания различных форм социального контроля или введения прямых социальных запретов, связанных с идеей человеческого «верха» или человеческого «низа», где первое характеризуется религиозным запретом на упоминание священных, сакральных понятий всуе, а второе – социальным запретом на сравнение любых действий, связанных с человеческим «низом».

Процесс формирования концепта «оскорбление» связан в различных языках, во-первых, с этнокультурными особенностями развития общечеловеческой культуры, а во-вторых, с образованием инвективной лексики, определяемой функционально по семантическому значению как эксплуатация святости и неприкосновенности имени божества. Важнейшие социокультурные смыслы, вербализованные в лингвокультурных концептах, сохраняют свое дескриптивное описание в этимологической памяти языка и служат эволюционной семасиологической основой в формировании ассоциативных связей концептуальных пространств современных лингвокультур, т. к. многочисленные очеловеченные смыслы, рассеянные в разных этнических культурах, постоянно сопровождают человеческую цивилизацию, определяя ее ценностные ориентиры.