4.3.3 Диагностика оскорбления в лингвистической экспертизе

К оглавлению
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 
17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 
34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 
51 52 53 54 55 56 

Проблемы, возникающие на стыке языка и права и требующие создания лингвоправового терминологического обеспечения, весьма разнообразны и сложны. Многие из них ждут проведения предварительных научных теоретических дискуссий. Но некоторые из указанных задач уже сейчас приходится решать юристам-практикам, сталкивающимся с необходимостью юридической квалификации лингвосоциальных явлений права, чем вносится существенный вклад в создание прецедентной научной базы, вырабатываемой практикой. В большей мере лингвоправовые исследования такого рода стимулируются самим обществом, в котором активизировались явления, ранее мало востребованные как предмет судебного разбирательства. Таковы дела о защите чести, достоинства и деловой репутации в связи с клеветой и оскорблениями, конфликты по авторским правам, недобросовестной рекламой, грязными предвыборными технологиями (Голев 2002: 5).

Юридическая практика выявила лингвистическую и юридическую неразработанность подходов, отсутствие единых правил игры для всех участников судебных разбирательств по такого рода делам. Поэтому судебная лингвистическая экспертиза лингвосоциальных явлений права, вовлеченных в юридическую сферу, уже давно стала насущной потребностью права. Тем более, что в грамматическом строе национального языка заложены «закономерности национальной правовой системы» (Александров 2000: 105).

Описать возможные типовые речевые ситуации оскорбления словом невозможно, поэтому при описании оскорбления как социального явления речь может идти только о речевых стратегиях нанесения оскорбления. «Конечно, существует круг «типичных» оскорбительных ситуаций, которые истолковываются однозначно. Однако, лингвистического описания этого круга нет, он имплицитен и ощущается носителями языка на уровне интуиции» (Вежбицка 1997: 330). Представление об оскорбительности слова или поступка лежат не столько в языковой сфере, а в сфере культурных традиций нормативного поведения человека в обществе. Лингвистически эта проблема не всегда решается, даже если учитывается полный коммуникативный контекст, т. е. «тематическая область дискурса, цели и задачи участников общения, характер их взаимоотношений, правила речевого поведения определенной сферы общения» (Вежбицка 1997: 390).

При проведении независимой лингвистической экспертизы необходимо соблюдать ряд рекомендаций: 1) выполнять требование процессуальной нормы (лингвистическая экспертиза не может содержать юридической квалификации); 2) учитывать многофункциональность языка, например, инвектива может, как оскорбить, так и выражать внутренне состояние эмитента; 3) экспертиза должна на примерах показать стратегии вербальной перверсии, т. е. определять приемы ее достижения, показывать каким способом было достигнуто оскорбление; 4) эксперт должен правильно определять предмет экспертизы, т. е. разграничивать собственно лингвистическую часть экспертизы от юридической (клевета (ст. 129 УК РФ) – унижение чести и достоинства другого лица (лингвистическая составляющая) путем распространения ложных сведений (юридическая составляющая); оскорбление (ст. 130 УК РФ) – унижение чести и достоинства другого лица (лингвистическая составляющая), выраженное в неприличной форме (юридическая составляющая); хулиганство (ст. 213 УК РФ) – демонстрация явного неуважения к обществу (лингвистическая составляющая; т. е. оскорбляющее воздействие на участников социума), выражающаяся путем применения насилия к гражданам либо угрозой его применения (юридическая составляющая); неуважение к суду (ст. 297 УК РФ) – унижение чести, достоинства судьи, присяжного заседателя иного лица (лингвистическая составляющая) по поводу отправления ими правосудия (юридическая составляющая); оскорбление представителя власти (ст. 319 УК РФ) – унижение чести и достоинства лица (лингвистическая составляющая) по поводу исполнения им своих должностных обязанностей (юридическая составляющая); оскорбление военнослужащего (ст. 336 УК РФ) – унижение чести и достоинства военнослужащего (лингвистическая составляющая) другим военнослужащим по поводу исполнения обязанностей военной службы (юридическая составляющая); защита чести, достоинства и деловой репутации (ст. 152 ГК РФ) – унижение чести, достоинства или деловой репутации (лингвистическая составляющая) путем распространения не соответствующих действительности сведений (юридическая составляющая)).

Под квалификацию ст. 282 УК РФ «Возбуждение национальной, расовой или религиозной вражды» попадают взгляды, идей, знания, измышления, которые вызывают чувство неприязни, вражды, в отношении какой-либо расы, национальности, религии или их представителей, ущемляют их человеческое достоинство. Не попадает под квалификацию данной статьи личное оскорбление представителя какой-либо национальности, расы или религии, если оно не имеет целью возбуждения соответствующей вражды или унижение национального достоинства.

Правильная постановка вопросов при проведении лингвистической экпертизы помогает не совершать юридических ошибок при квалификации конфликтного высказывания (например, выражают ли использованные в статье словесные и иные средства (если да, то какие) унизительные характеристики, отрицательные эмоциональные оценки и негативные установки в отношении кого-либо?; использованы ли в статье специальные языковые или иные средства (какие именно) для целенаправленной передачи оскорбительных характеристик, отрицательных эмоциональных оценок, негативных установок против кого-либо?; как правильно следует трактовать слово, например «русофоб»?; это буквально написано в статье или это вытекает из контекста материала?; информация содержит личный выпад, угрозы, брань?; как правильно следует трактовать слово, содержит ли слово информацию о событиях и фактах или представляют оценочное суждение о взглядах, убеждениях человека?; информация содержит унизительные характеристики, отрицательные эмоциональные оценки, негативные установки в отношении кого-либо?).

При проведении лингвистической экспертизы конфликтных высказываний имеет значение речевая стратегия достижения не результата, а само покушение на честь, достоинство и деловую репутацию личности.

Задачей теории судебной лингвистической экспертизы является создание терминологического аппарата, способствующего выявлению перверсивной языковой личности, т. е. описанию речевых ходов, допускающих вербальную агрессию, в формах, запрещенных законом. Лингвистическая экспертиза оскорбления подтверждает или опровергает адекватность стилистического распознавания реферируемого смысла перверсивного высказывания адресатом диспозиции правовой нормы.

Развитие терминологического аппарата коммуникативной перверсии в рамках теории судебной лингвистической экспертизы позволит определить границы предметной области правовой нормы, к которой относится концептуальное образование «оскорбление». Определение семантического объема лингвокультурного концепта «оскорбление», т. е. установление функций и иерархии семантических признаков в его составе происходит на основе данных обыденного сознания, описания диспозиции правовой нормы и выводов лингвистической экспертизы.

Выводы

Юридические свойства концепта «оскорбление» заключаются в его способности представлять некий объем правовой информации, символизм которой отражен в языковых формулах в виде понятийной, семантической и асксиологической составляющей. В речи лингвокультурный концепт «оскорбление» приводит к дисфункции вежливости, что делает коммуникативное общение конфликтным. Но если в обыденном сознании детекция оскорбления строится на анализе намерений адресанта как оценке справедливости, то в праве диагностика оскорбления должна иметь процессуальное соответствие обоснования, т. к. она служит процессуальным средством доказывания.

Для характеристики юридических свойств лингвокультурного концепта «оскорбление» в настоящей работе был принят термин коммуникативной перверсии, который выражает степень утраты личностью своей социальной привлекательности в зависимости от коммуникативной прозрачности текста конфликтного высказывания. Под коммуникативной прозрачностью речевого портрета языковой личности в настоящей работе понимается вывод из прагматики содержания текста, выражающего речевое намерение автора высказывания создать восприятие образа лица на основе системы вербализованных субъективных социальных оценок.

Для выявления коммуникативной перверсии в конфликтном высказывании предназначена судебная лингвистическая экспертиза, задачи которой сводятся к следующим функциям: 1) констатация события достоверности коммуникативной перверсии конфликтного высказывания, преподносимого в виде мнения или утверждения; 2) установление факта нарушения правила легитимности в коммуникативном взаимодействии: соответствует ли способ и канал коммуникативной трансляции языкового кода уровню порога стилистической оправданности; 3) установление юридического события перверсивной достаточности: а) уголовно-правовая норма – неприличная форма, гражданско-правовая норма – порочащий характер сведений (правовой критерий); б) определение степени коммуникативной прозрачности речевого портрета языковой личности (лингвистический критерий), т. е. способности информации влиять на искажение социальной привлекательности лица, подвергшегося вербальной агрессии.

Определение лингвистической экспертизой степени негативного искажения социального портрета личности и правильное процессуальное оформление полученных выводов позволит обосновать юридические доводы доказывания по конфликтному высказыванию и, тем самым, установить чистоту «коммуникативных помыслов» речи, степень ее агрессивности, соблюдение принципов уважения и основных коммуникативных правил общения.