1.1. Семантическая мотивировка понятий «ложь» и «обман»

К оглавлению
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 
17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 

Неоспоримым является факт, что культурологическое исследование языка невозможно без использования последних достижений этимологии. Вполне очевид­но, что этимология слов открывает неисчерпаемые возможности установления эволюции значений в индоевропейских языках, а также является средством реконструкции культурных моделей и менталитета древних, ибо, по утверждению М.М.Маковского, «в одном слове может быть скрыта тайна дру­гого слова того же языка или целой семьи слов, а в этих словах может быть скрыта тайна человеческого мышления или даже тайна человеческого бытия» (Маковский, 1996: 28). Кроме того, первый этап распредмечивания концепта предполагает необходимость проведения этимологического анализа (Степанов, 1997). В когнитивной семантике высказывается мысль, что концепты «можно адекватно изучать только на фоне когнитивной способности человека вообще и что нет специфической лингвосемантической организации знаний вне концепту­альной памяти в широком смысле» (Полюжин, 1998: 138). Концептуальная па­мять, на наш взгляд, заключается в тенденции метафорической трансформации значений, установление основных путей таких трансформаций позволит прогно­зировать закономерности приобретения/ дальнейшего появления новых значе­ний.

Семантические исследования в рамках когнитивного подхода ориентиро­ваны на проникновение в структуру концепта, на объяснение наречения объекта/явления именем, которое закреплено за ним в данном языковом коллек­тиве.

Поэтому для уяснения семантических мотивировок (принципов номина­ции) понятий «ложь» и «обман» в русском и английском языках нам представля­ется оправданным обращение к этимологии слов, а следовательно, к открытию их «первосмысла» (Маковский). Ведь, по справедливому замечанию Ю.С.Степанова, «этимология есть предыстория, дописьменная история кон­цепта» (Степанов, 1997: 7). Анализ понятий «ложь» и «обман» с точки зрения семантических мотивировок подразумевает и реконструкцию соответствующих фрагментов модели мира древних. Проникновение к истокам формирования по­нятий предполагает обращение к архаической логике и языковому сознанию, запечатленным в семантических мотивировках.

В своем исследовании мы будем опираться на понятие «множественной этимологии», принятое М.М.Маковским, который предполагает «одновременное существование нескольких (иногда - многих) семасиологических связей в исто­рии одного и того же значения» (Маковский, 1996(в): 6). Подобное видение ба­зируется на точке зрения, что язычники соотносили один и тот же пред­мет/явление с самыми различными предметами, а одно и тоже действие станови­лось источником множества ассоциаций в сознании древних, связывающих дан­ное действие с широким кругом действий/явлений. В этой связи любопытно про­следить, с чем в древнем сознании ассоциировались понятия «ложь» и «обман», с какими значениями оказываются связанными значения «лгать», «обманывать». Для более глубокого проникновения в «изнанку» семантики слов, обозначающих «ложь»/ «обман», «лгать»/ «обманывать», использовались работы М.М.Маковского (1980,1986, 1989, 1992, 1995, 1996(б), 1996(в)), статьи (1995(а), 1997), фрагменты монографии А.А.Потебни (1989), а также привлекались мате­риалы этимологических словарей М.Фасмера (1964), А.Г. Преображенского (1910-1914), Г. Дьяченко (1899), E.Partrige (1979). Суммируя результаты проана­лизированных источников, мы смогли выделить и проследить некоторые пути становления значений лексем, номинирующих ‘ложь’ и ‘обман’.

Развитие слов со значением ‘лгать’ и ‘обманывать’ представим в виде пяти основных цепочек.

1) ‘огонь, гореть’ > ‘говорить, язык, речь’> ‘лгать’

Значение ‘говорить’ и ‘гореть’ оказываются издревле соотносимыми меж­ду собой, поскольку неотъемлемыми атрибутами сакрального ритуала язычников считались сочетание костра и громких заклинаний (слово - символ творящего Божества, огонь - первоэлемент Вселенной).  Сравним в этой связи и.-е. * rek ‘говорить’ и *rek ‘огонь’,  лат.  rogus ‘огонь’.

Понятие «огонь», соотносимое с понятием «язык, издавать звуки»  наблю­дается в ряде индоевропейских языков:

1) др.англ. lieg ‘огонь’, греч.  legein ‘говорить’, лат. lingua ‘язык’, нем. lgen ‘лгать’;

2) и.-е. * bher ‘говорить’, также ‘гореть’;

3) др.-англ. tung ‘язык’, а и.-е. *teg  ‘гореть’.

Индоевропейский корень *uer обозначал ‘гореть’, а также ‘говорить’, что можно сравнить с русским ‘варить’ и ‘врать’.

С другой стороны, значение ‘говорить’ может приобретать негативный от­тенок: ‘говорить’ > ‘навлечь несчастье словами’ > ‘навлечь болезнь заговором’ > ‘обманывать’. Таким образом, слова со значением ‘говорить’ приобретают отри­цательную коннотацию с течением времени > ‘говорить неправду’, и, следова­тельно, ‘лгать’:

лат. dicre ‘говорить’, а впоследствии ‘лгать’.

Продемонстрировать трансформацию значений ‘гореть’ > ‘обманывать’ можно примерами английского сленга  to burn в значении ‘to deceive’,   англ. жаргон a hot air ‘очковтирательство, надувательство’, а также русским нагреть на  какую-либо сумму. В процессе сбора фактического материала нам также встретился глагол нажарить в значении ‘обмануть’, что подтверждает выска­занное ранее предположение о дальнейшем развитии слов со значениями ‘лгать’ и ‘обманывать’ сообразно выделенным цепочкам.

2)  ‘бить, резать’ > [‘говорить, издавать звуки’] > ‘врать, лгать’

Слова со значением ‘резать’ часто соотносятся со словами, имеющими значение ‘говорить’, а это последнее, как мы уже видели в первой цепочке, мо­жет приобретать значение ‘лгать’. К примеру, русское говорить и заговаривать (болезнь) далее приобретает значение ‘обманывать’ во фразеологической еди­нице «заговаривать зубы», отсюда врач (лечащий заговором) < врать (‘говорить, заговаривать’ < *върати), в связи с чем можно сравнить болг. врач ‘колдун’, сербохорв. врач ‘прорицатель, чародей’, серб. преварити ‘обмануть’. Интересно отметить, что в древности понятие болезни неразрывно связывалось с понятием «обман», болезнь «обманывали», считая ее злым духом. Ср. др.-англ. coрu - ‘болезнь’, но англ. cheat ‘обман’, литовск. ligo ‘болезнь’, но нем. lgen ‘обманывать’.

Совр. англ. to cut ‘резать’ соотносится с корнем, представленным гот. qiюan,  др.англ. cweрan ‘говорить’. В русском арго расколоться употребляется в значении ‘заговорить’.

Слова со значением ‘резать, бить’ могут приобретать значение ‘лгать, об­манывать’ без промежуточного этапа  ‘говорить’. К примеру,

англ. сленг to bam - ‘бить’, а также ‘обманывать’

to hock - ‘бить’ (‘схватить’), но и ‘обманывать’

to fib - ‘бить’, а также ‘обманывать’ (a fib = a lie)

англ. диал. to lick - ‘бить’ и ‘обманывать’

К корню to cut ‘резать’, видимо, относится англ. сленг to cod ‘обманывать’, а также нам встретился глагол to carve - ‘вырезать, резать’, которое в англ. сленге имеет значение ‘обманывать’.

Слова со значением ‘лгать, обманывать’, соотносимые со значениями ‘бить, резать’ (> ‘вред’), можно проиллюстрировать также следующими приме­рами:

лат. dolo ‘рубить’,  doleo ‘испытываю боль, страдаю’, но  dolus ‘хитрость, обман’;

др. англ. liрian ‘резать’, но гот. liutai  ‘обман’, рус. диал. лудить  ‘обманывать’.

Значение ‘обманывать, мошенничать’ также соотносится со значениями ‘гнуть’:

рус. диал.  лукать - ‘гнуть’. От этого же корня существительного лука ‘хитрость, обман’ из первоначального ‘кривизна, излучина’ образовано  лукавый (др.-рус. лукавъ - ‘извилистый, хитрый, коварный’, лукыи - ‘кривой, согнутый’). Кстати сказать, лукавый - один из леших, мелких лесных духов в мифологии древних славян, представлялся согнутым и искривленным, как лук, и «таков же внутренне. Наделен отрицательными «левыми» признаками» (Кайсаров и др., 1993:79).

и.-е. geu ‘гнуть’, но и.-е. *ghauo ‘поддельный, фальшивый’. Типологически ср. др.-ангд. hylc ‘bend’ > ‘turn’, но ирл. celg ‘обман’. Англ. dog в значении ‘притворство’ соотносится с и.-е. *dhug ‘гнуть’. Англ. сленг bucket  в значении ‘обманывать, мошенничать’ соотносится с и.-е. *bheug ‘гнуть’. Здесь уместно также сравнить русское: «Ну, ты загнул...» в значении ‘приврал’.     Необходимо упомянуть, что во многих индоевропейских языках встречается противопостав­ление «прямой» правды и «кривой» лжи, которое имеет мифопоэтические ис­токи, к примеру, в славянских персонифицированных образах Правды и Кривды. В обозначениях лжи - др.исл. lygi < и.-е. *leug ‘сгибать’, др.-ирл. gau < и.е. *geu ‘гнуть’ отражается семантическая мотивировка понятия Кривды - «сгибать, де­лать кривым», что позволяет говорить о лжи как искривляющей, искажающей действительность/реальность.

‘лить’  ‘говорить’  ‘лгать’

Переход значений от ‘источать жидкость, лить’ к ‘говорить’, в основе ко­торых лежит уподобление потока речи и текущей жидкости, представляет собой древнейшую метафору, зафиксированную многими языками. В русском языке параллелизм глаголов со значением ‘литься’ и ‘говорить’ настолько распростра­нен, что нет необходимости приводить много примеров: речь текла, струилась, фонтан красноречия, изливать печаль, переливать из пустого в порожнее и пр. Развитие значения глагола ‘лить’  ‘врать, обманывать’ подтверждается мно­гими языковыми фактами. Так на широком славянском материале глагол лить развивает устойчивую ассоциацию с «ложью» на основе исходного семантичес­кого признака «заставлять течь, литься»: диал. заливаха ‘врун’, ур. отлить фа­фуру ‘сочинить неправду’, сиб. заливать в три ручья ‘лгать’, в гору лить ‘лгать’; пол. zalewa ‘сочинять, врать’, чеш. (разг.) nalejvat ‘обманывать, наду­вать’.

Таким образом, развитие фразеологизма лить пули можно рассматривать как «наращивание» (Мокиенко, 1984) глагола лить в значении ‘лгать, обманы­вать’. У  Гоголя, слушающие Ноздрева, когда тот «распускал небылицу, глупее которой трудно выдумать», говорили: «Ну, брат, ты, кажется, уж начал пули лить» (Гоголь, 205). Подробнее о фразеологических единицах речь пойдет во 2 разделе настоящей главы.

4) [‘двигать, тащить’] > ‘дуть, воздух’ > ‘обманывать’

Слова со значением ‘двигать, тащить’ часто дают значение ‘дуть и воздух’, а последние нередко приобретают значение ‘обманывать’:

англ.диал. to leep - ‘обмануть’;

рус. разг. липа - ‘обман’;

англ. сленг to breeze - ‘to deceive’;

рус.  на-дуть в значении ‘обмануть’.

Иллюстрацией сказанного также служит английское blow (‘преувеличивать, загибать’),  префиксальное образование  to bluff (be + luff) - разг. ‘обмануть, взять на пушку, блефовать’.

5) ‘класть’  [‘скрывать’] > ‘обманывать’

Лексемы, со значением ‘расстилать,  класть’ могут давать значения ‘обманывать’. Например, англ. to put ‘класть’ в англ. сленге приобретает значе­ние ‘обманывать’ (делать простым, наивным, следовательно, обманывать), особенно to put across.

Значение ‘скрывать’ также могло давать значение ‘лгать, обманывать’. Ин­тересно, что лат. ponre могло означать ‘класть, прятать’, отсюда imponre ‘класть’, а также и ‘обманывать’, от этого же корня англ. to impose (upon) - ‘обманывать’.

Значение обмана в основе имеет представление «покрывания» (Потебня), сокрытия, которое соединяют в себе туман с темнотою, отсюда

рус. морочить ‘обманывать’ (ср. рус.  мрак);

пол. udzi ‘обманывать’;

вологод. окутать ‘обмануть’ (окута=окула - ‘обманщик, хвастун’).

Примечательно также, что в древнем сознании понятие «обман» никак не связывалось с сообщением ложной информации, как в современном языке, а соотносилось с нанесением морального и физического ущерба.

др.-перс. droaga - ‘ложь’

др.-инд. droha - ‘ущерб, вред, увечье, повреждение’ > dhrut ‘обман’

лат. fraus ‘ущерб, вред’ > ‘ложь’, англ. fraud.

В русском слово  арап ‘обманщик, лжец’, соотносится со словом одного из индоевропейских языков - хеттского: arp - ‘беда, несчастье, страдание’, а англ. wretch ‘несчастный’ также может обозначать ‘негодяй, обманщик’. Англ. gull ‘обманывать’ можно сравнить с рус. жульничать, жулье, норв. galli ‘вред’.

Подчеркивая сходство внутренней формы русской пары  правда-кривда и осетинской rast ‘прямой’, ‘правый’, ‘правильный’, ‘честный’, ‘прямо’, «точно», ‘как раз’ - жvzжr ‘плохой’, ‘зло’, Ю.С.Степанов устанавливает этимологическую общность последнего с авест. zbar - ‘идти вкривь’, др.-инд. hvaras - ‘искривление, обман’, а также указывает на этимологическое тождество сл. zъlъ, рус. злой и осет. zul  ‘кривой’. В результате Ю.С.Степанов приходит к выводу, что «правда» оказывается «концептуально родственная концепту «прямой», «а кривда, неправда» - концепту «зло, злой» (Степанов, 1997: 324).

Понятия «ложь» и «обман» связывались также в сознании древних с пусто­той, поскольку значение ‘пустота’ нередко переходило в значение ‘обман’:

лат. vacuus ‘пустой’ > др.инд. vakya ‘ложь, обман’.

Переходя к завершающей части настоящего параграфа, заметим, что об­щим направлением развития слов со значениями ‘лгать’, ‘обманывать’ явился путь от конкретного ко все более отвлеченным абстракциям на основе метафо­ризации.

Таким образом, рассмотрев семантические мотивировки понятий «ложь» и «обман», мы пришли к выводу:

1) истоки становления значений лексем, обозначающих ‘ложь’, ‘обман’, ‘лгать’, ‘обманывать’ кроются в сакральной сфере и оказываются тесно связан­ными с вербальной деятельностью людей. А обнаруживаемая метафорическая основа семантических мотивировок позволяет не только проникнуть в сферу ар­хаичной духовной культуры, но и приблизиться к пониманию принципов номи­нации, способов семантического кодирования понятий «ложь» и «обман» на сов­ременном этапе;

2) в древних индоевропейских номинациях со значением ‘ложь’ и ‘обман’  можно выделить 3 основных семантических компонента значений, ставших ис­точниками негативной коннотации лжи и обмана:

-  зло, нанесение ущерба, вреда (а значит, несчастье)

-  сокрытие намерений

- доминирующий компонент «сгибание, искривление, разбиение, разреза­ние» позволяет говорить об искажении действительности, реальности, разруше­нии существующего порядка вещей.

3) выявленная сеть метафорических переходов, характерная для обоих языков, дает основание предположить, что метафорически образное описание лжи/обмана будет происходить по моделям, позволяющим осмысливать ложь/обман как огонь, болезнь, покров/темноту, жидкий и воздушный поток.