ВВЕДЕНИЕ

К оглавлению
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 
17 18 19 20 21 

Характерной чертой современной лингвистики является заметное увеличение количества исследований, осуществляемых с антропоцентрических позиций. В центре внимания таких исследований оказываются не системно-структурные аспекты языка, а функционирование языка как средства общения. Это связано в первую очередь с тем, что «описательный системно-языковой подход, давший в свое время положительные результаты, теперь не обладает достаточной объяснительной силой, чтобы решить задачу комплексного изучения разговорного диалога как продукта речевой деятельности говорящих» (Борисова, 1996, с. 21).

Антропоцентрический подход к языку предполагает комплексное изучение языковых средств, используемых в определенных коммуникативных ситуациях, учет психологических и национально-культурных факторов при анализе процесса коммуникации, выявление степени эффективности использования различных языковых средств в конкретных коммуникативных условиях.

Данное исследование посвящено выявлению национальной специфики вербальных способов модификации поведения и эмоционально-психологического состояния (далее состояния) собеседника в российской и американской коммуникативных культурах. Актуальность работы обусловлена приоритетностью исследований в сфере национально-культурных факторов коммуникации в современной лингвистике, значительным местом, которое занимают речевые акты модификации поведения и состояния собеседника в российском и американском общении, а также отсутствием комплексного описания ситуации модификации поведения и состояния собеседника в российской и американской коммуникативных культурах.

Принципиальным для данного исследования представляется уточнение понятия "поведение".

Традиционно поведение понимается как  взаимодействие индивида с окружающей средой, опосредованное их двигательной (физической) и психической активностью (Психология, с. 276). Поведение – это социально обусловленная деятельность, и именно социальная обусловленность поведения диктует правила и принципы деятельности человека в обществе. Постижение этих принципов и правил происходит в процессе общения индивида с другими членами социальной группы. Если поведение индивида не соответствует ситуации, либо в результате определенных действий индивида происходит нарушение общепринятых норм и правил, то члены социальной группы могут осуществлять модификацию поведения данного индивида, используя для этого как вербальные, так и невербальные средства.

О важности такой цели общения, как управление поведением собеседника, неоднократно упоминалось в лингвистической литературе. А. А. Леонтьев выделяет индивидуально-регулятивную функцию как один из вариантов коммуникативной функции языка, характеризуя ее как функцию избирательного воздействия на поведение одного или нескольких человек. Как отмечает автор, такое воздействие является наиболее типичным для общения (Леонтьев, 1974).

Е. Ф. Тарасов указывает на то, что «с общеметодологических позиций основную цель общения можно определить как управление поведением (деятельностью) собеседника» (Тарасов, 1977). Говоря о специфике управления поведением, Е. Ф. Тарасов включает сюда и изменение поведения, и сохранение поведения собеседника. Управление поведением может принять форму кооперации либо противостояния (там же).

Особенностью ситуации модификации поведения и состояния собеседника является отсутствие ее жесткой связи с конкретными временными и пространственными характеристиками  общения, в отличие, например, от типичных ситуаций «в магазине» или «у врача», где, помимо четко определенной обстановки общения существует и фиксированное распределение ролей между коммуникантами. Логично предположить, что отсутствие четких пространственно-временных параметров рассматриваемой ситуации влечет за собой значительное увеличение количества возможных вербальных  способов воздействия на адресата в отличие от ограниченного набора вариантов вербального взаимодействия в ситуациях, ограниченных пространственно-временными рамками.

При попытке ограничения ситуации модификации поведения и состояния собеседника определенными пространственно-временными и ролевыми рамками (например, общение учителя и ученика в школе или родителей с детьми в семье) мы вправе ожидать появления стандартных способов воздействия на поведение собеседника, характерных именно для этих пространственно-временных и ролевых параметров. Как будет показано ниже, таким стандартным способом воздействия на поведение собеседника в российской коммуникативной культуре  является речевой акт замечания, используемый в ситуациях «школа» и «семья».

Теоретической основой данного исследования является функционально-прагматический подход к описанию языка (Арутюнова, Падучева, 1985, Беляева, 1992, Богданов, 1990, Вежбицка, 1985, Гак, 1982, Грайс, 1985, Лич, Свартвик, 1983, Почепцов О. Г., 1985, Серль, 1986, Сорокин, Тарасов, Шахнарович, 1979, Сусов, 1980, 1985, 1988, 1989, Цурикова, 1993, Leech, 1983, Levinson, 1983, DeVito, 1991, Tubbs, Moss, 1987, Bach, Harnish, 1979, Lakoff, 1990, Morgan, 1978, Blakemore, 1992, Yule, 1996, Tsurikova, 1997 и др.). При выявлении национальной специфики речевого поведения носителей сравниваемых культур мы опирались на имеющиеся к настоящему времени попытки описания коммуникативного поведения, а также социолингвистические исследования (Аврасин, 1979, Аршавская, 1978, 1979, Белл, 1980, Блакар, 1987, Егорова, 1995, Крысин, 1976, 1989, Стернин, 1993, 1996а, 1996б, Тарасов, 1974, Швейцер, 1976, Швейцер, Никольский, 1978, Greenberg, 1971, Lambert, 1972, Gumperz, 1977, Hocker, Wilmot, 1985, Fasold, 1990, Nida, 1996).

Для осуществления модифицирующего коммуникативного акта необходимо наличие говорящего и адресата, между которыми распределяются роли побудителя к действию (как правило, эту роль берет на себя говорящий. Исключение составляет употребление речевого акта запроса о разрешении, где говорящий является исполнителем предицируемого действия), исполнителя действия (как правило, им является адресат высказывания. Заметим, что в роли адресата может выступать как один человек, так и группа людей. В последнем случае говорящий прибегает к речевому акту призыва). В побудительной ситуации существует еще одна важная роль – лицо, принимающее решение о выполнении или невыполнении действия. Эту роль может принимать на себя как говорящий, так и адресат в зависимости от соотношения их социальных характеристик (Беляева, 1992).

В описываемой нами ситуации для выбора и успешного осуществления того или иного побудительного речевого акта важно соотношение таких социальных параметров, как статусы коммуникантов, а также социальные позиции, которые занимают коммуниканты в момент общения.

Другими релевантными характеристиками являются взаимоотношения между коммуникантами и сфера общения (Беляева, 1992).

Все вышеперечисленные компоненты являются составляющими побудительной коммуникативной ситуации, которая, в свою очередь, является одним из наиболее важных компонентов ситуации модификации поведения или состояния собеседника.    По нашему мнению, для реализации модифицирующей интенции необходимо не только наличие Говорящего и Адресата, не только наличие у Говорящего желания, чтобы Адресат совершил некоторое действие, физическое, ментальное или речевое, но и оценочное отношение Говорящего к поведению или состоянию Адресата (негативное либо положительное), а также возможность выражения положительных и отрицательных эмоций в процессе межличностной коммуникации.

Речевые акты, направленные на изменение поведения и состояния собеседника, будем называть модифицирующими или регулятивными актами. Побудительность в них является частью прагматического значения.

Прагматическая вариативность речевых средств в описываемой нами ситуации определяется нормами построения высказываний, принятыми для данного языка, социальными компонентами ситуации общения, а также культурными традициями. Среди социальных составляющих выделим соотношение статусов коммуникантов, распределение ролей, социально-психологическую дистанцию между участниками общения, обстановку общения (официальная, нейтральная, дружеская). К культурно обусловленным компонентам следует отнести возможность/невозможность выражения негативного эмоционального отношения к поведению или состоянию адресата при определенном сочетании вышеперечисленных социальных факторов, а также традиционные, т.е. наиболее частотные формы вербального поведения в данной ситуации, которые могут не совпадать с рекомендациями речевого этикета.

Модифицирующее высказывание будем считать результативным, если коммуникативная интенция говорящего опознана адресатом именно как попытка изменить его поведение или эмоционально-психологическое состояние. При этом адресат реагирует на регулятивное высказывание, либо меняя свое поведение или состояние так, как того хочет говорящий, либо отказываясь подчиниться желанию говорящего. В первом случае модифицирующее высказывание можно охарактеризовать как эффективное, поскольку говорящий достигает цели. Во втором случае опознанное регулятивное высказывание, не достигшее цели, будем считать неэффективным. Если же модифицирующая интенция остается неопознанной адресатом, имеет место нерезультативное  регулятивное высказывание.

Модификация поведения и состояния собеседника может осуществляться с помощью разнообразных языковых средств, прагматический потенциал которых в данной коммуникативной культуре позволяет им выполнять модифицирующую функцию.

Наиболее распространенным способом воздействия на поведение собеседника является использование директивных речевых актов. В современной лингвистической литературе существуют подробные описания директивов как особого класса речевых актов (Беляева, 1992), а также подробный  анализ разновидностей директивных речевых актов (Бирюлин, 1990, Цурикова, 1993, Шеловских, 1995, Егорова, 1995).

Для того, чтобы адресат мог опознать высказывание как директивное, оно должно удовлетворять некоторым прагматическим условиям, которые в литературе описываются как условия успешности речевых актов (Беляева, 1992,  Цурикова, 1992). Для директивных речевых актов условиями успешности будем считать:

1. Наличие у говорящего желания, чтобы адресат совершил требуемое действие.

2. Наличие у адресата возможности для совершения необходимого действия.

3. Неочевидность для говорящего того факта, что без вербального побуждения адресат изменит свое поведение и состояние.

Использование понятийного аппарата, разработанного в рамках коммуникативно-прагматического подхода к языку, позволяет включить в анализ не только средства выражения модифицирующей интенции, в которых эта интенция является частью семантики (например, императивные конструкции), но также и языковые средства, потенциально способные влиять на поведение адресата, хотя в их семантике модифицирующая интенция не содержится.

Кроме того, с помощью коммуникативно-прагматического аппарата становится возможным выявление иерархии средств, которые способны передавать модифицирующую интенцию в процессе межличностной коммуникации в каждой из анализируемых коммуникативных культур.

Функционально-прагматический анализ ситуации модификации поведения и состояния собеседника предполагает полевую модель описания вербальных способов воздействия. Для каждой из сопоставляемых культур выделяются ядерные и периферийные способы управления поведением собеседника.

Языковые средства, потенциально способные реализовать модифицирующую интенцию, можно рассматривать в двух аспектах: с точки зрения плана их содержания и с точки зрения плана выражения.

План содержания анализируемых языковых средств – это комплекс коммуникативных целей, который включает в себя передачу эмоционально окрашенного отношения к поведению Адресата, выражение Говорящим желания воздействовать на поведение Адресата, а также называние действия, к которому побуждается Адресат. В конкретной ситуации одна из названных целей может преобладать над остальными.

План выражения характеризуется разнообразием форм, которое проявляется в степени эксплицитности выражения модифицирующей интенции, в модальной семантике высказываний-модификаторов, в их синтаксическом оформлении.

В известной нам литературе нет описания национальной специфики вербальных способов воздействия на поведение и состояние адресата. Именно этим определяются цели и задачи нашего исследования.

Основной целью данного исследования является выявление национальной специфики вербальных способов модификации поведения и эмоционально-психологического состояния (далее состояния) собеседника в российской и американской коммуникативных культурах.

Достижение поставленной цели предполагает решение следующих задач:

Описание набора признаков коммуникативной ситуации модификации поведения и состояния собеседника, социальных характеристик участников общения и языковых средств, с помощью которых реализуется модифицирующая интенция .

Выявление и описание типов речевых актов, используемых в данной коммуникативной ситуации в каждой из рассматриваемых коммуникативных культур.

Определение национально специфичных  способов вербального воздействия на адресата в рассматриваемых коммуникативных культурах; установление связи между чертами национального характера, культурными традициями и наиболее частотными (предпочтительными) способами вербального воздействия на поведение и состояние собеседника в конкретной коммуникативной культуре.

Теоретическая значимость данной работы связана с важностью установления национальной специфики средств выражения модифицирующей интенции и их прагматических характеристик в различных коммуникативных культурах.

Ситуация модификации поведения и состояния собеседника обладает высокой коммуникативной значимостью, т.к. умение говорящего вербально воздействовать на адресата отражается на многих сторонах общения: его развертывании, эффективности, степени конфликтности и  других. Именно этим объясняется практическая значимость работы. Результаты исследования могут быть использованы при обучении  речевому этикету и эффективному речевому воздействию в российской коммуникативной культуре и при обучении английскому языку как иностранному.

Материалом для исследования послужили высказывания, собранные методом сплошной выборки из киносценариев, драматургических и прозаических произведений современных американских и отечественных авторов. Объем выборки составил около 3 млн. словоупотреблений для каждого языка. Кроме того, в ходе исследования использовались записи устной разговорной речи носителей русского и американского варианта английского языка в анализируемой ситуации. Записи устной речи носителей американской коммуникативной культуры проводились методом включенного наблюдения в период обучения диссертанта в 1993-1994 гг. в Hollins College, США. Общее количество проанализированных высказываний составило 3000 на материале русского языка и 2800 на материале американского варианта английского языка.

Для решения поставленных задач в ходе исследования применялись методы сплошной выборки, сопоставительного и количественного анализа, метод лингвистического наблюдения.