Глава 21 Взрыв «Мерседеса»

К оглавлению
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 
17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 
34 35 

13 сентября 1994 года

Эту дату я запомнил на всю жизнь, так как она стала днем гибели Сильвестра.

День начался как обычно, ничего подозрительного и странного я не замечал.

Целый день мы ездили по Москве. Единственное, на что я обратил внимание, – это то, что в последнее время за машиной Сильвестра постоянно следовало несколько автомобилей. Я неоднократно показывал их Иванычу, но он только отмахивался, чувствуя себя настолько великим, а потому неприкосновенным, что забыл об элементарной осторожности.

Вот и сегодня повторилась уже ставшая привычной ситуация.

– Иваныч, смотри, опять «хвост» за нами! – сказал я, не надеясь, однако, на должное внимание со стороны Сильвестра.

Иваныч, равнодушно посмотрев в заднее стекло своего «шестисотого» «Мерседеса», ответил:

– Ну и что? «Хвост» и «хвост»... Органы ведут нас. Это их работа. Чего ты волнуешься? Начальнику РУОПа я не угрожал, как покойный Отарик, так что нам бояться нечего. А это их работа. Пускай водят. Сегодня с братвой мы не встречаемся, ездим к коммерсантам, к лохам, так что никого не подставим. Пускай ездят, надежнее будет!

Почти весь день мы промотались по разным встречам. К вечеру, около семи часов, была назначена еще одна, в неком банке на предмет переговоров с банкиром-консультантом по поводу нефтяного бизнеса.

Я в этот день выполнял еще и роль водителя. Примерно за час до встречи зазвонил мобильный телефон, Сильвестр приказал остановить «мерс» около маленького скверика. Я послушно остановился. Сильвестр достал мобильный телефон и вышел на улицу, так как бронированная крыша машины являлась хорошей изоляцией для радиоволн и телефон плохо работал в салоне.

До меня доносились отдельные слова Сильвестра, но о чем идет речь, я так и не понял.

– Хорошо, хорошо, – наконец сказал он, видимо прощаясь. – Приезжайте к семи часам к банку, я там буду. Там и переговорим.

После этого Иваныч сел обратно в машину.

– Кто там? – поинтересовался я на правах приближенного лица.

– Да курганские звонили, встретиться хотят. Я им к банку подъехать велел. Слушай, – сказал вдруг Сильвестр, – что-то машина у нас больно заляпанная, давай на мойку заедем. Все же к банкиру еду, марку-то нужно держать!

– Хорошо, Иваныч, как скажешь, – ответил я и свернул к ближайшей мойке.

Мойки в последнее время в Москве практически открывались на каждом углу и старались работать по евростандарту – то есть при каждой мойке было небольшое кафе, где можно было посидеть, попить кофе, посмотреть телевизор, пока машину моют, – обычно такая мойка занимала около получаса и называлась «мойка под ключ», когда все вымывалось тщательным образом – и салон, и багажник, и днище машины. К одному из таких автосервисных заведений мы и подъехали в тот вечер. Сильвестр пошел пить кофе, приказав мне не оставлять машину без надзора. Я заехал в ангар. Там работали несколько человек. Все они практически одновременно мыли машину. Кто начинал мыть салон, кто-то протирал стекла, остальные занимались мытьем кузова и днища...

Поставив машину, я хотел было отойти в сторонку и понаблюдать за мытьем машины, как вдруг ко мне подошел парень в кожаной куртке и сказал:

– Вам необходимо расплатиться через кассу.

– Да ладно, братуха, – отмахнулся я. – Что я буду бабки в какую-то кассу носить, давай лучше тебе отдам, на карман!

– Нет, нет, у нас строгий порядок, – сказал парень. – Идите вон туда, – он указал в сторону окошечка, – там касса, заплатите.

Я нехотя пошел к кассе. Подойдя к окошечку, увидел, что за кассой никого не было.

– Во времена! – громко сказал я. – Хоть кассу снимай, никого нет! Что за дела?

Вскоре появилась кассирша. Она была чем-то встревожена. Молча взяв у меня деньги, пробила и выдала чек.

– Сейчас, одну минутку, – сказала она, – я перепроверю... – И села за калькулятор что-то пересчитывать.

– Да не нужна мне эта мелочь! – раздраженно сказал я. – Сколько можно меня держать?

– Нет, нет, все должно быть правильно! – сказала кассирша. – Сейчас все пересчитаю и отдам вам сдачу.

Наконец она дала мне какую-то мелочь, которую я демонстративно подержал в руках, и, положив назад на столик, вышел.

Люди уже заканчивали мыть машину. Я обратил внимание, что в яме, под машиной, копошатся два парня в темных халатах.

– Что они там делают? – раздраженно осведомился я у мастера.

– Уважаемым клиентам, – ответил тот с улыбкой, – мы моем даже днище машины, чтобы не ржавело.

– Ладно, – сказал я, протягивая мастеру купюру.

– Нет, нет, ничего не надо, – сказал мастер. – Все только через кассу.

– Скоро закончат? – осведомился я.

– Минут через десять. Вы можете пока присоединиться к своему попутчику, попить кофе.

Я отказался, помня о том, что Сильвестр запрещал мне отлучаться от машины. Я, по сути, и так нарушил его приказ, отходя к кассе.

Наконец машину закончили мыть, и я махнул Иванычу рукой, показывая, что машина готова. Он тут же вышел из кафе, не переставая разговаривать с кем-то по мобильному телефону.

– Что так долго? – удивленно спросил он, закончив разговор.

– Да они что-то с деньгами... Заморочки получились, – начал я было объяснять нелепую ситуацию с оплатой, но Сильвестру это, видимо, было совсем неинтересно.

– Ладно, иди кофе попей, – махнул он рукой. – Машину-то смотрел?

– Конечно, Иваныч, не волнуйся. Все в лучшем виде. Там человек десять ею занимались.

– Хорошо, – сказал Сильвестр.

Вскоре мы сели в вымытую машину, Сильвестр хозяйским глазом обвел салон:

– Да, чисто вымыли! И пахнет хорошим шампунем! Все по высшей категории!

– Правда, бабок много содрали, – сказал я.

– Сколько? – прищурясь, спросил Сильвестр.

– Около сорока долларов примерно...

– Нормально, – резюмировал Иваныч и велел ехать к Белорусскому вокзалу, в сторону 3-й Тверской-Ямской улицы. У дома номер шесть мы притормозили. Сильвестр взглянул на часы – было около семи.

Около банка на серебряном «Мерседесе» Сильвестра уже ждали курганцы. С ними был и Андрей.

– А что Андрюха-то там делает? – удивился Сильвестр. Выйдя из машины, он спросил у него: – Андрюха, ты что, теперь с этими ребятами работаешь?

– Да что вы, Сергей Иванович, – стал оправдываться Андрей, – как можно! Я работаю только с вами! Мы просто приехали вместе, я у них вроде гида – они ж люди приезжие и наши московские закоулки плохо знают.

– Ладно, – сказал Сильвестр, – о чем базар? О чем говорить будем?

Пока Иваныч беседовал с курганцами, я отогнал машину и припарковал ее недалеко от здания банка. Неожиданно из серебряного «Мерседеса» курганцев вылез шофер, подошел ко мне и сказал:

– Ну как тачка, ничего бегает?

– Да ты что?! Отличная тачка! «Шестисотый», спортивный вариант... – похвастался я.

– Ну-ка, дай я погляжу! – сказал водила, и не успел я глазом моргнуть, как он уже сидел в машине Сильвестра, внимательно разглядывая внутреннюю отделку и беспрестанно что-то трогая руками.

– Что ты делаешь? – попытался остановить его я.

– Тачку рассматриваю, не видишь, что ли, – ответил водила, добавив: – Хорошая машина...

– Ладно, давай вылезай. Шеф не любит, когда чужие в его машине руками шарят, – не выдержал я.

– Да мы же не чужие, мы свои! Братуха, ты чего?! – обиженно сказал курганец.

Я ничего не ответил, сел в салон и стал дожидаться возвращения Сильвестра.

С курганцами он разговаривал еще минут десять, потом взглянул на часы:

– Все, мне пора к банкиру. Ждите меня здесь. Минут через пятнадцать-двадцать выйду.

Вскоре Иваныч скрылся за массивными дверями банка. Курганцы уезжать не торопились – видимо, тоже ждали возвращения Сильвестра.

Сильвестр в последнее время стал активно заниматься бизнесом – алмазами, золотом, недвижимостью, инвестировал автомобильные предприятия. Особенно большое внимание он уделял нефтяному бизнесу, и в АКБ «БАР» он приехал именно для консультации по поводу положения в нефтеперерабатывающей промышленности. Дело в том, что в этом банке у Иваныча был свой человек, к которому он постоянно обращался с вопросами подобного рода.

Сильвестр пробыл в банке, как и обещал, не больше двадцати минут. Выйдя оттуда, он вновь подошел к курганским, они снова стали беседовать. Разговор, на мой взгляд, был совершенно идиотским. Курганские приглашали Сильвестра куда-то отдыхать, Иваныч отказывался, курганцы настаивали.

Неожиданно Олег похлопал Сильвестра по плечу и спросил:

– Ну как здоровье? От всех болезней вылечился, которые у проституток получил?

Сильвестр, сплюнув через плечо, ответил:

– Да ладно, ребята! Все нормально!

Наконец они распрощались, и Иваныч направился к машине. Курганцы все еще стояли на тротуаре. Наклонившись ко мне – я сидел на водительском месте, – Сильвестр сказал:

– Шурик, пересядь на другое место, я сяду за руль.

Я послушно вылез из машины, Иваныч занял место водителя, тут же подогнав кресло под свой рост. Я уселся на заднее сиденье, не переставая думать о дурацком разговоре Сильвестра с курганцами. Иваныч завел машину. Как только он повернул ключ зажигания, раздался телефонный звонок, но кто звонил, узнать Сильвестру было не суждено, так как в то же мгновение машина взорвалась.

Меня спасло то, что я не успел захлопнуть дверцу. Моя собственная оплошность спасла мне жизнь, если бы не это, то я уже давно разговаривал бы с ангелами. Взрывной волной меня выбросило из машины на тротуар. Я сильно ударился о металлическую ограду, отделяющую тротуар от двора, и на несколько секунд потерял сознание.

Придя в себя, я сначала не понял, где нахожусь, затем, резко вспомнив, что произошло, я взглянул в сторону машины. «Мерседес» пылал, Сильвестр остался внутри. Около меня валялся какой-то предмет, в котором я признал радиотелефон Сильвестра. Видимо, его тоже выбросило из машины взрывной волной.

Я сидел на тротуаре словно пьяный. Голова раскалывалась от боли, казалось, что внутри застряли осколки. У меня еще хватило сил поглядеть в сторону, где несколько минут назад тусовались курганцы. Они как раз в спешном порядке сели в свой «мерс» и рванули с места происшествия с небывалой скоростью. Никто не собирался оказывать помощь ни Сильвестру, ни мне.

Я с трудом поднялся и подошел к горящей машине. Вокруг уже начали собираться люди. Кто-то выбежал из банка, кто-то – из ближайших жилых домов. Люди что-то кричали, показывая на пылающую машину. Мне страшно было заглядывать внутрь, но я пересилил себя и посмотрел в окошко машины. Сильвестр находился внутри, и он горел. Этой картины я не забуду никогда в жизни, звук лопающейся от огня кожи и треск горящей плоти до сих пор снится мне в кошмарах.

– Парень, отойди от машины! Сейчас рванет! – крикнул мне кто-то из толпы.

Я отскочил от машины и, не обращая ни на кого внимания, бросился прочь. Посреди улицы догорал «шестисотый» «Мерседес» с телом Сильвестра, моего всесильного босса, крестного отца... Помочь ему не мог уже никто.

Тело Сильвестра, обгоревшее до черноты, потом опознали по личным вещам, сам он обгорел до неузнаваемости. Так закончилась жизнь всесильного авторитета, который держал на коротком поводке состоятельных бизнесменов и финансистов, крутейшего мафиози, которого побаивались даже бесстрашные чеченцы. Иваныч погиб так же, как и жил, умер, так сказать, в новом стиле – отправился на небеса в новехоньком «шестисотом» «Мерседесе»...