К ВОПРОСУ О РАЗГРАНИЧЕНИИ КОМПЕТЕНЦИИ ОРГАНОВ КОНСТИТУЦИОННОЙ ЮСТИЦИИ И СУДОВ ОБЩЕЙ ЮРИСДИКЦИИ

К оглавлению
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 
17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 
34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 
51 

С.А. Сайбулаева,

аспирант (Дагестанский государственный университет)

 

При всем многообразии рычагов обеспечения верховенства Конституции РФ и феде-

рального законодательства особое место в этом механизме занимают решения Конститу-

ционного Суда РФ, одним из главных правовых инструментов которого является судебный

конституционный контроль1. Однако, несмотря на очевидную важность решений органов

конституционной юстиции, все еще существует ряд проблемных вопросов, представляющих

интерес для научных дискуссий: разграничение компетенции между тремя высшими орга-

нами судебной власти2; разграничение компетенции между Конституционным Судом РФ и

конституционными (уставными) судами субъектов РФ3; проблема неисполнения решений

органов конституционного контро ля4; невозможность отмены решений Конституционного

Суда РФ5 и др. В ходе дискуссий по указанным проблемам в отношении Конституционного

Суда РФ выдвигались обвинения как в превышении полномочий, так и в несоответствии

принимаемых решений Конституции РФ6. Однако, на наш взгляд, наиболее проблемным

является вопрос разграничения компетенции между судами общей юрисдикции и органами

конституционной юстиции7.

Проблема взаимоотношений органов конституционной юстиции России с федеральны-

ми судами общей юрисдикции является «старой» и решается довольно сложно. Действую-

щее законодательство имеет значительные пробелы, которые не позволяют однозначно

определить преде лы компетенции органов, правомочных осуществлять судебный

конституцион ный контроль. Однако в связи с принятием и вступлением в силу Гражданско-

процессуального кодекса РФ (далее — ГПК РФ) в 2002 г. вновь «всплыли» так и не решен-

ные ранее проблемы по разграничению компетенции между конституционными (уставными)

судами субъектов РФ и судами общей юрисдикции. В частности, в п. 2 ч. 1 ст. 26, ч. 1, 2 и 4

ст. 251 и ч. 2 и 3 ст. 253 ГПК РФ закреплено, что дела об оспаривании нормативных право-

вых актов органов государственной власти субъектов РФ, затрагивающих права, свободы и

законные интересы граждан и организаций, нормативно-правовые акты органов государ-

ственной власти, органов местного самоуправления или должностных лиц, нарушающие

права и свободы граждан, гарантированные Конституцией РФ, законами и другими

нормативно-правовыми актами, могут быть обжалованы в суд8. Причем в ч. 4 ст. 251 прямо

указывалось, что данные нормативные акты подведомственны судам общей юрисдикции.

Представляется спорной и ст. 27 ГПК РФ, относящая к ведению Верховного Суда РФ рас-

смотрение дел об оспаривании нормативных правовых актов Президента РФ, Правительства

РФ и иных федеральных органов государственной власти, затрагивающих права, свободы

и законные интересы граждан и организаций9. И если в ГПК РФ была сделана оговорка, что

не подлежат рассмотрению в суде заявления об оспаривании нормативных правовых актов,

проверка конституционности которых отнесена к исключительной компетенции Конститу-

ционного Суда РФ (ч. 3 ст. 251), то о конституционных (уставных) судах аналогичной ого-

ворки нет10. В Конституционный Суд РФ обратились Государственное Собрание — Курултай

Республики Башкортостан, Государственный Совет Республики Татарстан и Верховный Суд

Республики Татарстан с запросом о проверке конституционности положений ст. 26, 251 и

253 ГПК РФ11, ст. 1, 21 и 22 Федерального закона «О Прокуратуре Российской Федерации»12

(постановление Конституционного Суда РФ от 18 июля 2003 г.)13. Причем проверка консти-

туционности по некоторым статьям Федерального закона «О Прокуратуре Российской Фе-

дерации» проводилась Конституционным Судом не первый раз, однако после постановления

Конституционного Суда РФ от 11 апреля 2000 г. оставались все еще не решенные вопросы14.

Анализируя постановление Конституционного Суда РФ от 18 июля 2003 г., необходимо от-

метить следующие моменты. Суд общей юрисдикции при рассмотрении конкретного дела,

в котором подлежит применению конституция или устав субъекта РФ, придя к выводу об их

противоречии федеральному закону и руководствуясь ст. 76 Конституции РФ, вправе раз-

решить дело в соответствии с федеральным законом. При этом он должен обратиться в

Конституционный Суд РФ с запросом о соответствии Конституции РФ положений учреди-

тельного акта субъекта РФ, т.е. Конституционный Суд РФ в очередной раз подтвердил не

право, а обязанность судов общей юрисдикции обращаться с запросом в Конституционный

Суд РФ для проверки соответствия Конституции РФ закона, подлежащему применению в

конкретном деле (постановление от 16 июня 1998 г.)15. По сути запроса Конституционный

Суд выразил следующие правовые позиции и принял следующее решение: «Конституции и

уставы субъектов РФ, в отличие от иных нормативных правовых актов субъектов РФ, нахо-

дятся в особой связи с Конституцией РФ и не могут считаться разновидностью нормативных

правовых актов, контроль за законностью которых производится в порядке гражданского

или административного судопроизводства. Рассматриваемыми положениями, по их бук-

вальному смыслу, не устанавливается подведомственность дел об оспаривании конституций

и уставов субъектов РФ судам общей юрисдикции. Однако сложившаяся правоприменитель-

ная практика исходит из истолкования указанных положений гражданского процессуаль-

ного законодательства как не исключающих подведомственность судам общей юрисдикции

дел о признании противоречащими федеральному закону конституций и уставов субъектов

РФ, основываясь, в частности, на том, что закон не содержит указания на допустимость про-

верки конституций и уставов субъектов РФ только в порядке конституционного судопроиз-

водства. Судебная практика, которая хотя и исходит из допустимости проверки соответствия

федеральному закону конституции (устава) субъекта РФ в суде общей юрисдикции по за-

явлению прокурора, также свидетельствует, что такая проверка фактически невозможна

без установления соответствия норм учредительного акта субъекта РФ Конституции РФ.

Кроме того, при этом может встать вопрос о необходимости проверки конституционности

положений самого федерального закона, на соответствие которому проверялись положения

конституции (устава) субъекта РФ. В результате решение вопросов, отнесенных к сфере

конституционного судопроизводства, в нарушении ст. 118 и 125 Конституции РФ осущест-

вляется по правилам гражданского судопроизводства, т.е. не в должной процедуре и не-

надлежащим судом»16. Исходя из вышеизложенного, Конституционный Суд РФ постановил

признать содержащуюся в п. 2 ч. 1 ст. 26, ч. 1, 2 и 4 ст. 251, ч. 2 и 3 ст. 253 ГПК РФ норму,

которая наделяет суд общей юрисдикции полномочием разрешать дела об оспаривании

нормативных правовых актов субъектов РФ, не соответствующей Конституции РФ, в той

мере, в какой данная норма допускает разрешение судом общей юрисдикции дел об оспа-

ривании конституций и уставов субъектов РФ. Признать содержащуюся во взаимосвязанных

п. 2 ст. 1, п. 1 ст. 21 и п. 3 ст. 22 Федерального закона «О Прокуратуре Российской Федера-

ции», п. 2 ч. 1 ст. 26, ч. 1 ст. 251 ГПК РФ норму, наделяющую прокурора правом обращаться

в суд с заявлением о признании нормативных правовых актов субъектов РФ противореча-

щими закону, не соответствующей Конституции РФ, в той мере, в какой данная норма до-

пускает обращение прокурора в суд общей юрисдикции с заявлением о признании поло-

жений конституций и уставов противоречащими федеральному закону17. Таким образом,

Конституционный Суд РФ решил данный вопрос. Однако в данном постановлении так и не

прозвучала четкая формулировка (необходимая, на наш взгляд), что судам общей юрисдик-

ции неподведомственны вопросы, относящиеся к компетенции конституционного (устав-

ного) суда субъекта РФ в соответствии с Федеральным конституционным законом «О судеб-

ной системе»18 и соответствии с законодательством субъекта РФ. Также остался нерешенным

вопрос о конституционности положений ГПК РФ, закрепляющих полномочия Верховного

Суда РФ рассматривать и разрешать дела об оспаривании нормативных правовых актов

Правительства РФ (ст. 27 ГПК РФ). Федеральный конституционный закон «О Правительстве

Российской Федерации»19 закрепляет, что акты Правительства РФ могут быть обжалованы

в суд, но не определяет ни подведомственности таких дел судам той или иной юрисдикции,

ни предметную и инстанционную подсудность. Соответствующее регулирование осущест-

вляется законодательством о судах и судопроизводстве. В 2004 г. в Конституционный Суд

РФ поступил запрос Правительства РФ, в котором оспаривается конституционность поло-

жений п. 2 ч. 1 ст. 27, ч. 1, 2 и 4 ст. 251, ч. 2 и 3 ст. 253 ГПК РФ, закрепляющих полномочия

Верховного Суда РФ рассматривать и разрешать дела об оспаривании нормативных право-

вых актов Правительства РФ. По мнению Правительства РФ, названные положения ГПК РФ

в той части, в какой они наделяют Верховный Суд РФ полномочием рассматривать дела об

оспаривании нормативных правовых актов Правительства РФ и выносить решение о при-

знании таких актов противоречащими федеральному закону и утрачивающими юридическую

силу со дня их принятия, противоречат Конституции РФ20. Согласно анализу постановления

Конституционного Суда РФ положения ст. 27, 251 и 253 ГПК РФ означают, что Верховный

Суд РФ рассматривает дела об оспаривании нормативных правовых актов Правительства

РФ, лишь если при этом не затрагивается вопрос об их конституционности или о конститу-

ционности федерального закона, на котором они основаны. В случаях, когда проверка со-

ответствия нормативного акта Правительства РФ федеральному закону невозможна без

установления соответствия этих актов Конституции РФ, Верховный Суд не вправе разрешить

дело в порядке ст. 27. Иное фактически означало бы оценку нормативного акта судом общей

юрисдикции и на предмет его соответствия Конституции РФ, что недопустимо. Таким об-

разом, взаимосвязанные положения п. 2 ч. 1 ст. 27, ч. 1, 2 и 4 ст. 251, ч. 2 и 3 ст. 253 ГПК

РФ в части, наделяющей Верховный Суд РФ полномочием рассматривать дела об оспарива-

нии нормативных правовых актов Правительства РФ, не предполагают разрешение судом

общей юрисдикции таких дел в случаях, когда нормативный правовой акт Правительства

РФ принят при осуществлении полномочия, возложенного на него непосредственно феде-

ральным законом по вопросам, не получившим содержательной регламентации в данном

законе, именно на основании этого уполномочия Правительство РФ непосредственно осу-

ществляет правовое регулирование соответствующих общественных отношений, а также

когда управомоченные субъекты обращаются в Конституционный Суд РФ с требованием о

проверке конституционности того же нормативного акта Правительства РФ и (или) феде-

рального закона, на котором он основан. В иных случаях, когда вопрос о конституционности

оспариваемых нормативных актов Правительства РФ не возникает, их проверка может быть

осуществлена Верховным Судом РФ в порядке производства по делам о признании таких

актов противоречащими федеральному закону. Учитывая вышеизложенное, Конституцион-

ный Суд РФ признал все рассматриваемые положения ГПК РФ не противоречащими Консти-

туции РФ, поскольку данные положения не предполагают разрешение Верховным Судом РФ

дел об оспаривании нормативных актов Правительства РФ, принятых во исполнение полно-

мочия, возложенного на него непосредственно федеральным законом. Однако нормативные

положения, содержащиеся в перечисленных статьях ГПК РФ, согласно которому признание

нормативно правового акта противоречащим федеральному закону со дня принятия или

иного указанного судом времени влечет за собой утрату силы этого нормативного правово-

го акта или его части, — в части, относящейся к проверке нормативных правовых актов,

которые в соответствии со ст. 125 Конституции РФ могут быть проверены в процессе кон-

ституционного судопроизводства, — не имеют юридической силы с момента принятия и не

подлежат применению21. Данная правовая позиция звучала и ранее в постановлении Кон-

ституционного Суда РФ от 11 апреля 2000 г.22, в этом же постановлении содержались по-

ложения, приписывающие Федеральному Собранию РФ принять федеральный конституци-

онный закон, более четко разграничивающий компетенцию судов общей юрисдикции и

органов конституционной юстиции. В постановлении от 27 января 2004 г. Конституционный

Суд повторил это положение: «Конституционный Суд РФ обращает внимание Федерального

Собрания на то, что принятие федерального конституционного закона о полномочиях судов

общей юрисдикции неоправданно затянулось. Федеральному Собранию надлежит принять

федеральный конституционный закон, в котором закреплялись бы полномочия Верховного

Суда РФ по рассмотрению дел об оспаривании таких нормативных правовых актов Прави-

тельства РФ, проверка которых не относится к исключительной компетенции Конституци-

онного Суда РФ, а также привести правовое регулирование, обеспечивающее проверку

законности нормативных правовых актов судами общей юрисдикции, в соответствие с тре-

бованиями Конституции РФ и правовыми позициями Конституционного Суда РФ, выражен-

ных в его постановлениях»23. Данное положение, на наш взгляд, оправданно, и даже необ-

ходимо, однако его недостаток заключается в том, что нет аналогичного положения о более

четком разграничении полномочий судов общей юрисдикции и конституционных (уставных)

судов.

По нашему мнению, можно согласится с высказанной в научной литературе точкой зре-

ния, что правовое регулирование в федеральном законодательстве взаимодействия кон-

ституционных (уставных) судов субъектов РФ и судов общей юрисдикции в сфере правовой

защиты конституций связано и с проблемой разграничения полномочий между Российской

Федерацией и субъектами РФ в сфере осуществления судебной власти (конституционной

юстиции), поскольку конституционные (уставные) суды субъектов РФ являются судами

субъектов РФ, а почти все суды общей юрисдикции (за исключением мировых судей), все

арбитражные суды — это федеральные суды24. Закон РФ «Об обжаловании в суд действий

и решений, нарушающих права и свободы граждан»25, Федеральные законы «Об общих

принципах организации местного самоуправления в Российской Федерации»26, «Об общих

принципах организации законодательных (представительных) и исполнительных органов

государственной власти субъектов Российской Федерации»27 и Гражданский процессуальный

кодекс РФ, на наш взгляд, должны быть дополнены нормой, согласно которой судам общей

юрисдикции не подведомственны дела, находящиеся в компетенции Конституционного

Суда РФ и конституционных (уставных) судов субъектов РФ. Федеральный законодатель

в этой связи должен пересмотреть свою позицию относительно диспозитивности нормы

Федерального конституционного закона «О судебной системе Российской Федерации»

относительно права создания конституционных (уставных) судов в регионах, закрепив

императивный порядок создания органов конституционной юстиции в субъектах РФ. Пред-

ставляется, что законодателю необходимо более подробно разработать процессуальные

формы взаимодействия различных структур судебной власти. Также, на наш взгляд, необ-

ходимо дополнить федеральное законодательство нормой, предусматривающей не право,

а обязанность судов общей юрисдикции, обнаруживших факты противоречия законов,

иных нормативных актов Конституции РФ, обращаться в Конституционный Суд РФ. А вот во

взаимоотношениях с арбитражными судами необходимо отметить первые положительные

шаги: ст. 81 Арбитражно-процессуального кодекса РФ, принятого 5 апреля 1995 г., обязы-

вает арбитражные суды приостанавливать производство по делу в случае невозможности

его рассмотрения до принятия решения по вопросу, рассматриваемому в порядке консти-

туционного судопроизводства28.

Однако это только малая толика от той большой потребности в установлении в различных

отраслях процессуального законодательства процессуальной формы взаимодействия судов

общей юрисдикции и арбитражных судов не только с Конституционным Судом РФ, но и с

конституционными (уставными) судами субъектов РФ. Характеристика основных положений,

закрепленных в Законе о Конституционном Суде РФ 1994 г., и практика работы Конституци-

онного Суда РФ дают основания для вывода о том, что, несмотря на существующие проблемы,

созданы условия для высококвалифицированной и независимой деятельности судебного

органа конституционного контроля России. В целях построения правового государства,

укрепления конституцион ного строя России необходимо четко прописать спорные вопро-

сы. Только тогда можно говорить об эффективном конституционном право судии в нашем

государстве и о верховенстве Конституции РФ на всей ее территории.