ЭВОЛЮЦИЯ СИСТЕМЫ УГОЛОВНОГО НАКАЗАНИЯ В РОССИИ*

К оглавлению
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 
17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 
34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 
51 

 

М.С. Рыбак,

доктор юридических наук, профессор,

заслуженный юрист России

Пожизненное лишение свободы, если говорить о нем с позиции отечественной истории,

как вид наказания не является новым. По своей сути оно напоминает ранее уже существо-

вавшую на Руси практику применения тюремного заключения, которое по статьям Собор-

ного уложения назначалось на определенный (от трех дней до 4 лет) либо неопределенный

(на сколько государь укажет) срок1. Значительно позже обозначенный вид наказания был

упразднен как не оправдавший себя на практике.

Сейчас уже мало кто сомневается, что и действующее уголовное законодательство России,

регулирующее порядок назначения и исполнения пожизненного лишения свободы, сфор-

мулировано не лучшим образом. В нем нет четкого определения его цели и содержания.

Само название указанного вида наказания не соответствует здравому логическому смыслу.

Слово «пожизненное» означает «находящийся в каком-либо положении всю жизнь, до конца

жизни»2. А по смыслу ч. 5 ст. 79 УК РФ лицо, отбывающее пожизненное лишение свободы,

может быть освобождено условно-досрочно (УДО), если судом будет признано, что оно не

нуждается в дальнейшем отбывании наказания и фактически отбыло не менее 25 лет лишения

свободы. Критерии применения указанной меры не определены. Если при УДО осужденных

к лишению свободы на определенный срок требуется достижения такой цели наказания, как

исправление осужденных (ч. 2 ст. 43 УК), то при пожизненном лишении свободы такая цель

не ставится, оно преследует цель лишь специальной и общей превенции. Это неверно. Если

говорить на правовом языке, то оно должно иметь такие же цели, как и все виды наказаний,

другое дело, насколько его целесообразно применять вообще.

В литературе уже неоднократно ставился вопрос: почему предусматривается возможность

условно-досрочного освобождения, когда пожизненное лишение свободы не имеет срока?

Почему именно после фактического отбывания не менее 25 лет, в то время как условия от-

бывания наказания этой категории осужденных во многих странах мира изменяются в лучшую

сторону, как правило, через 4–6 лет? Средний срок содержания в тюрьме осужденных к

пожизненному заключению составляет 13–14 лет! О непродуманности правового регули-

рования пожизненного лишения свободы в российском законодательстве подтверждает

содержание все той же ч. 5 ст. 79 УК, где оговаривается, что лицо, совершившее в период

отбывания пожизненного лишения свободы новое тяжкое или особо тяжкое преступление,

условно-досрочному освобождению не подлежит. А если указанное лицо совершит, на-

пример, одно или два преступления средней тяжести? В законодательстве ответа на этот

вопрос нет.

Также вызывает сомнение установление сроков, дающих основание на условно-досрочное

освобождение при отбывании бессрочного наказания — 25 лет (ч. 5 ст. 79 УК) и свыше 30

лет при назначении наказания по совокупности приговоров (ч. 4 ст. 56 УК РФ). Дефиниции

указанных статей УК РФ дают основание утверждать, что создалась трудно объяснимая

ситуация, при которой пожизненно лишенные свободы оказались в «привилегированном»

положении по отношению к осужденным на определенный срок, т.е. «смертники»3 могут

быть освобождены от наказания раньше, чем отбывающие срочное лишение свободы пре-

ступники. Как видим, сегодня отдельные нормы УК РФ находятся в таком противоречии

между собой, что не исключают ошибок в толковании и применении ряда критериев при

назначении и исполнении уголовного наказания.

Нормы права должны быть понятны, объективны, гуманны и выполнять единственную

миссию — строго защищать интересы всех и в первую очередь тех, на чьей стороне нрав-

ственность и правда.

Закон работает лишь тогда, когда он справедлив, понятен и прогнозируем. Кстати,

ошибки в прогнозе, — считает А.Б. Лисюткин, — не исключаются4. Непродуманный закон,

как правило, порождает негативные последствия для общества и государства. В правовой

политике современной России рельефно проявляется принцип гуманности к опасным пре-

ступникам, но почему-то нередко незащищенными остаются законопослушные граждане.

Здесь уместно привести данные исследования дел осужденных к пожизненному лишению

свободы, а затем помилованных. А.С. Михлин констатирует, что к началу 2001 г. в местах

лишения свободы содержались 1 341 человек, отбывающих пожизненное лишение свобо-

ды. Большинство из них — помилованные. Все они совершили убийство при отягчающих

обстоятельствах: 70 % осуждены за убийство двух и более человек; 35 % — за убийство

малолетних и несовершеннолетних или с целью сокрытия других преступлений; 21 % наряду

с убийством совершили такие тяжкие преступления, как изнасилование, разбойное напа-

дение, бандитизм, терроризм, захват заложников и т.д. Подавляющее большинство (80 %)

ранее имели судимости, из них половина — три и более. У них сформировались устойчивые

антисоциальные убеждения, криминальное мировоззрение. Показателен тот факт, что 26 %

отказались ходатайствовать о своем помиловании. Следовательно, контингент осужденных

крайне негативен по различным признакам, что обусловливает применение к ним строгих

мер по обеспечению безопасности общества и граждан путем строгой изоляции и жестких

условий их содержания5.

А.В. Малько, С.В. Жильцов, глубоко исследовавшие данную проблему в историко-

правовом и политическом аспектах, справедливо полагают, что подобная умышленная борьба

института помилования со смертной казнью, а также последствия этой борьбы все больше

свидетельствуют о том, что в результате побеждает т.н. лукавый гуманизм, который неред-

ко стоит отдельным (многим. — М.Р.) гражданам жизни. Ведь при огульном помиловании

через некоторое время на свободе оказываются и такие лица, которые снова убивают ни в

чем не повинных людей6.

Практика исполнения наказания в виде пожизненного лишения свободы показывает,

что некоторые т.н. «колонии пожизненных» стали своего рода «центрами повышения пре-

ступной квалификации и полного расчеловечивания личности, и ускоренными темпами

противоправно освобождают на свободу рецидивистов и серийных убийц, которых при-

говорили к пожизненным срокам заключения. Так, например, в Ивдельской ИК-56 особого

режима 40 опасных преступников были условно-досрочно освобождены. Каждый из них

за особо тяжкие преступления был приговорен к высшей мере наказания и помещен в вы-

шеназванную колонию.

Россия, вступив в Совет Европы, объявила мораторий на смертную казнь. В итоге неко-

торых осужденных к высшей мере наказания помиловал президент, расстрел им заменили

длительными сроками заключения — 20, 25 лет. Однако и эти сроки, как отмечает А. Горлов,

многие преступники не отбыли, освободившись раньше времени7.

Подавать прошение об условно-досрочном освобождении они имели право не

раньше, чем по истечении двух третей назначенного срока. Проверка Генпрокурату-

ры показала: порой в колонии соблюдалось только это требование из целого ряда

необходимых для УДО. Для УДО должно быть, например, раскаяние заключенного,

однако руководство колонии направляло необоснованные представления в суды об

УДО особо опасных преступников, — заявил прокурор отдела Генпрокуратуры в УрФО

Д. Серебренников8.

В Главном управлении Федеральной службы исполнения наказаний по Свердловской

области указанные случаи освобождения объяснили тем, что преступники в колонии вели

себя примерно и уверенно встали на путь исправления. Однако проверка показала, что

отбывавшие наказание были освобождены из исправительной колонии на несколько лет

раньше срока, несмотря на то, что постоянно нарушали режим и много времени находились

в штрафном изоляторе. Но суд поверил представлениям на УДО, подписанным начальником

Ивдельской колонии, где примерное поведение его подопечных было главным аргументом

для их досрочного освобождения. Как позже выяснилось, многие из «досрочников», выйдя

на свободу, снова взялись за старое — убийства и разбои9. По данным Генпрокуратуры,

освобожденные совершали жуткие преступления. Так, на 5 лет раньше срока на свободе

оказался убивший двух человек, пять раз судимый А. Чумаков. Ему пожизненное лишение

свободы заменили 20 годами лишения свободы. Четырежды судимый А. Юшков освободился

на 3 года раньше срока. Через три месяца его арестовали за убийство и разбой.

Всего таких «досрочников» прокуратура насчитала 39 человек. За ними страшные

дела, — говорит глава областной комиссии по помилованию Ю. Демин, по 6–8 трупов на

каждом10.

Практика показывает, что освобожденные от наказания питомцы вышеуказанных колоний

нередко продолжают свое криминальное «мастерство» — насилуют, убивают, взрывают

и тем самым деморализуют окружающую среду и нередко, совершив ряд тяжких и особо

тяжких преступлений, после второго–пятого осуждения, возвращаются обратно в колонию

«смертников». Таким образом, происходящая в России миграция преступных элементов со

свободы в неволю, а затем на свободу и обратно в неволю свидетельствует о несовершенстве

законодательства и излишне либеральной проводимой государством политики.

Общество чувствует безнаказанность досрочно освобождаемых «смертников» от на-

казания и содрогается от страха, осознавая свою незащищенность со стороны органов

правопорядка и государства в целом.

Крайне опасная криминальная обстановка, разгул неподдающихся коррекции взглядов и

убеждений, опасных преступников, посягающих на жизнь человека, свидетельствуют о том,

что пока наше общество не созрело для исключения смертной казни из системы уголовных

наказаний.

Замена смертной казни в России пожизненным лишением свободы, как уже отмечалось,

нисколько не повлияла как на гуманизацию уголовного законодательства, так и на снижение

тяжких и особо тяжких преступлений, напротив, имеется тенденция к их росту.

С учетом вышеизложенного следует признать, что пожизненное лишение свободы, как

показывает практика, не оправдывает себя. Оно объективно не решает и не может решать

целей, стоящих перед наказанием. Сами осужденные считают смертную казнь более гуман-

ным и справедливым для себя наказанием, чем изнурительность, психические и физические

страдания и унижения в колониях пожизненного лишения свободы. Очевидно, не случайно

«пятая часть всех осужденных к высшей мере, — констатирует заслуженный деятель науки

РФ, доктор юридических наук, профессор Н.И. Матузов, — отказывается от подачи прошения

о помиловании, т.е. они согласны принять смерть»11. Если учесть, что бессрочное содержание

не в состоянии улучшить нравственность и другие позитивные качества личности, которая

в результате длительного нахождения в отрыве от семьи, общества становится асоциаль-

ной и отвыкшей от нормального образа жизни, то становится очевидным, что пожизненное

лишение свободы ни по каким критериям не оправдывает себя. По этим соображениям

пожизненное лишение как вид уголовного наказания, по нашему мнению, целесообразно

из системы наказаний исключить.

Большинство населения современной России выступают за применение смертной казни.

По данным опроса, проведенного Фондом «Общественное мнение», в российском обществе

доминирует представление о смертной казни как о необходимой мере наказания, которую

следует сохранить в законодательстве и применять на практике. Только 15 % россиян счи-

тают такую меру наказания недопустимой12. В Белоруссии на проведенном референдуме 24

ноября 1996 г. 82 % граждан также высказались против отмены смертной казни; в Украине,

согласно опросам, — 93 %. Такова примерно и мировая статистика.

Вопрос о применении или неприменении смертной казни постоянно широко освеща-

ется в мировой прессе, особенно когда совершаются теракты с огромными человеческими

жертвами, например, в США, Англии, России и других странах.

Президент Польши Лех Качиньский считал отказ от смертной казни ошибкой Европы и

предложил Евросоюзу вернуть смертную казнь. По его мнению, государство, отказавшись

от смертной казни, дает преимущество преступнику над жертвой13.

В ракурсе обсуждаемой проблемы обращает на себя внимание высказанное бывшим

членом Конституционного Суда РФ Т. Морщаковой: «Общество, говорят нам, не проголосует

за отмену смертной казни. Верно. С этим никто уже давно не спорит, и не только в нашем

обществе... Везде люди проголосуют за смертную казнь. Поэтому проведение референ-

дума ... не имеет никакого смысла. Но нужно понять, почему общество так голосует, и разбираться именно в причинах этого явления. Я не думаю, что людьми руководят только

мстительные чувства. Позволю сказать, что они руководствуются одним соображением,

неудовлетворенностью тем, как государство борется с преступностью. Государство, со-

храняя в своем законодательстве смертную казнь или даже идя на то, чтобы приводить

смертные приговоры в исполнение, занимается обманом ... Общество нуждается в защите

от необоснованных казней (но сегодня в России обоснованные смертные приговоры не

исполняются, а если имеют место казни, то об этом нужно бить тревогу. — М.Р.). Общество

нуждается, — отмечает далее автор, — в защите от насаждения жестоких нравов. Потому

что мы потом живем среди людей, которые воспитаны в жестокости. И можем с разных сто-

рон получить и по отношению к себе неадекватные, агрессивные, жестокие акции (мы уже

сейчас получаем жестокие акции и только потому, что занимаемся правовым словоблудием,

государство должно прислушиваться к мнению собственного народа и защищать его всеми

имеющимися у него средствами, в т.ч. и применением смертной казни. — М.Р.). Общество

нуждается в том, чтобы совесть его освободилась от такой меры наказания, как смертная

казнь (здесь уместно напомнить народную мудрость о том, что «клин клином вышибают».

Кстати сказать, как представляется, пока без ее применения проблематично ставить и решать

предусмотренные в ст. 2 УК РФ задачи по охране прав и свобод человека и гражданина,

собственности, общественного порядка и общественной безопасности, окружающей среды,

конституционного строя России от преступных посягательств, обеспечение мира и безопас-

ности, а также предупреждение преступлений. — М.Р.»)14.

Как уже отмечалось, к сожалению, общество пока не созрело для отмены смертной казни.

Только при высоком уровне духовности, нравственности, правосознания и материального

благосостояния смертная казнь уйдет в небытие как самое омерзительное и зловещее яв-

ление человеческого бытия. В Конституции России (ст. 20) предусмотрено, что смертная

казнь — явление временное, а раз это так, то она (смертная казнь) рано или поздно будет

отменена. Важно, чтобы в этот процесс не вмешивались и не подталкивали Россию, не то-

ропили время другие государства.

Следует обратить внимание, что в Европейской конвенции о защите прав человека и

основных свобод 1950 г. провозглашается: «Право каждого человека на жизнь охраняется

законом. Никто не может быть умышленно лишен жизни иначе как во исполнение смертного

приговора, вынесенного судом за совершение преступления, в отношении которого законом

предусмотрено такое наказание» (п. 1 ст. 2). В п. 2 ст. 2 устанавливается, что лишение жизни

не рассматривается как нарушение данной статьи, если оно является результатом примене-

ния силы, абсолютно необходимой: а) для защиты любого лица от незаконного насилия; б)

для осуществления законного ареста или предотвращения побега лица, задержанного на

законных основаниях; в) для подавления, в соответствии с законом, бунта или мятежа»15.

Таким образом, установлены четыре исключения, когда само государство может «убивать».

Значит, право человека на его жизнь, даже с точки зрения международных документов, не

такое уж безусловное и абсолютное. В этой связи Н.И. Матузов справедливо отмечает, что

требование Совета Европы к России отменить смертную казнь противоречит в известной

мере первому исключению, допускающему возможность лишения жизни человека по при-

говору суда. В то же время следует обратить внимание на тот факт, что смертная казнь за

особо тяжкие преступления сохраняется в более чем 100 странах мира. По мере возрастания

активности криминала в российском обществе срабатывает иммунитет защиты, который

проявляется в требовании возобновления смертной казни. Так, после теракта в Беслане в

стране вновь с тревогой заговорили о возможности и необходимости применения смертной

казни. Например, председатель Комитета Совета Федерации по обороне и безопасности

В. Озеров однозначно заявил, что Совет Федерации поддерживает отмену моратория на

смертную казнь.

 «Не все ходят с поясами шахидов, есть люди, для которых жизнь —величайшее благо.

Я думаю, что восстановление смертной казни отвадило бы некоторых от участия в терактах»16.

Активным сторонником этой меры является заместитель председателя Государственной Думы,

доктор юридических наук С.Н. Бабурин, известный ученый и писатель Даниил Корецкий,

автор «Антикиллера» и других произведений17, заслуженный деятель науки РФ, доктор

юридических наук, профессор А.Д. Бойков, доктор юридических наук, профессор, заслу-

женный юрист РФ С.Ф. Милюков, заслуженный деятель науки РФ, доктор юридических наук,

профессор Э.Ф. Побегайло, профессора кафедры уголовного и уголовно-исполнительного

права Саратовской государственной академии права доктора юридических наук, профессора

Ю.И. Бытко, А.Н. Варыгин, Г.В. Верина, Н.А. Лопашенко и другие ученые и практики.

Между тем эскалация криминального насилия продолжается, она сегодня оценивается с

применением таких слов, как «разгул», «обвал», «беспредел». Цена человеческой жизни де-

вальвирована, убить могут за гроши или просто так, ни за что. Люди гибнут на вокзалах, в метро,

на улицах ... Убивают даже в собственных подъездах и квартирах. Поистине, «в этой жизни

умереть не ново»... При таких условиях говорить о каких-либо гарантиях права человека на

жизнь становится бессмысленным18. В контексте изложенного обратило на себя внимание и

поддержку в средствах массовой информации выступление известного ученого-юриста В.Е. Гу-

лиева, который считает, что в настоящее время нация, общество, власть обязаны адекватно

противостоять криминальной агрессии. В отношении серийных убийц, террористов, детоубийц,

наркотеррористов — изготовителей и оптовых дилеров наркотических средств, смертная

казнь по суду не просто допустима, она необходима, причем с десятикратной перепроверкой

материалов дела, обоснованности приговора и особого порядка его исполнения. Каждый год

промедления в решении такого чрезвычайного вопроса – это множество бессудных убийств, а

главное, – убежденность многих в безнаказанности преступлений и в бездушии государства,

его безразличии к самой большой ценности — жизни собственных граждан19.

Здравомыслящий политик, ученый-правовед, психолог, педагог, любой правоприменитель

и просто человек не могут возразить автору указанных выше строк, как и не могут не согла-

ситься с тем, что «смертная казнь как правовое ограничение в современный «хаотичный»

период пока необходима. Она нужна и потому, как справедливо отмечают А.В. Малько и

СВ. Жильцов, что другие сдерживающие элементы социальной регуляции (прежде всего

культурные, нравственные, религиозные (и правовые. — М.Р.) нормы) еще не заявили о

своей эффективности20.

Проблема смертной казни имеет всемирный многоаспектный характер, применение ее во

все времена вызывало острые дискуссии в обществе. Великий итальянский гуманист Чезаре

Беккариа был противником применения смертной казни к преступникам, «за исключением

тех случаев, когда жизнь гражданина, лишенная свободы, может произвести революцию

и нанести вред безопасности, или когда смертная казнь есть единственная узда, могущая

воспрепятствовать новым преступлениям»21.

Самое печальное и трагическое, что может быть для любого общества, — это лишение

жизни невиновного человека. К сожалению, в настоящее время такие факты не исключены.

«Не секрет, что следователи и суды, — пишет П. Орлов, корреспондент «Российской газеты», —

иногда ошибаются, потому что они живые люди. Да, не все ошибки вовремя исправляются.

Однако не все и вступают в законную силу. Нередко людям, оказавшимся без вины на скамье

подсудимых, все же удается отстоять свое честное имя и добиться реабилитации... Пример-

но в такую ситуацию попал старший лейтенант С. Более двух лет он провел за решеткой по

ложному обвинению. В декабре 2003 г. суд полностью оправдал офицера»22.

Ю. Александров отмечает, что некоторые говорят: подумаешь, мол, расстреляли двух-трех

невиновных, зато сколько действительно виновных было расстреляно! А кто, собственно,

сказал, что их было два-три? Да, действительно, в России известно мало таких случаев: два

человека погибли по делу Чикатило, да еще можно вспомнить «витебское» дело, где были

расстреляны несколько человек, как впоследствии оказалось, невиновных. Сколько безвинно

погибло тех, о ком мы никогда не узнаем? Как будто у нас очень легко это узнать! И кстати, а

хоть кто-то понес ответственность за одного невинно расстрелянного и одного умершего в

тюрьме по делу того же Чикатило? Что-то об этом ничего не было слышно! В то же время в

США недавно были обнародованы цифры: несколько сотен человек казнены ошибочно!23

Для того чтобы полностью исключить подобного рода судебные ошибки, необходимо

внести изменения в уголовное законодательство о сроках исполнения высшей меры на-

казания.

По нашему мнению, в целях общего предупреждения преступлений, охраны жизни и

здоровья граждан, исключения случаев применения к невиновным высшей меры наказа-

ния его следует применять вплоть до отмены, но с отсрочкой исполнения приговора на 5

лет. В этот период осужденный направляется в колонию особого режима, где должны быть

созданы соответствующие материально-бытовые условия, рабочие места для его трудово-

го использования и условия для осуществления наблюдения за его поведением. В случае

проявления в указанный срок фактов, свидетельствующих о невиновности осужденного,

его незамедлительно освобождают, а если нет, приговор приводится в исполнение, т.е.

применяется смертная казнь.

Практика отсрочки исполнения приговоров к смертной казни уже имеется. Так, напри-

мер, в соответствии со ст. 48 УК КНР24 смертная казнь применяется только к преступным

элементам, совершившим тягчайшие преступления. В отношении осужденных к смертной

казни преступных элементов, когда нет необходимости приведения приговора в исполне-

ние немедленно, одновременно с вынесением приговора к смертной казни его исполнение

может быть отсрочено на 2 года с направлением осужденного на исправительно-трудовые

работы и осуществлением наблюдения за его поведением.

В соответствии со ст. 50 УК Китая, если осужденные к смертной казни с отсрочкой ис-

полнения приговора во время отсрочки действительно раскаялись и изменились к лучшему,

а также имели заслуги, государственные награды, то по истечении двух лет их переводят в

колонии пожизненного лишения свободы, в которых установлен срок пребывания — 14 лет;

если же они злостно сопротивлялись перевоспитанию, что может быть доказано, то, по решению

Верховного народного суда либо с его санкции, смертная казнь приводится в исполнение.

Следует иметь в виду, что в Китае принят закон, согласно которому только Верховный суд

имеет право решать вопрос о назначении смертного приговора по уголовным делам. Как со-

общает агентство «Синьхуа», закон направлен на борьбу с ошибками региональных судов в

делах о тяжких преступлениях25. Не исключено, что в уголовное законодательство указанного

государства могут быть внесены и другие конструктивные изменения. Поэтому нынешняя

практика правового регулирования назначения и исполнения наказания в виде смертной

казни с отсрочкой приговора по УК Китая, на наш взгляд, может быть в перспективе воспри-

нята уголовным законодательством России лишь при условии ее глубокого исследования с

соответствующей корректировкой, отвечающей нынешней уголовно-исполнительной политике

Российской Федерации. Вполне вероятно, что такой гуманный шаг государства по отношению

к особо опасным преступникам, как отсрочка исполнения смертных приговоров осужден-

ным за совершение серийных убийств, изнасилований, бандитизм и другие особо тяжкие

преступления, даст им последний шанс для сохранения своей жизни. Вне всяких сомнений,

указанная мера будет способствовать созданию условий для жизни без страха, и, как писал

П.И. Новгородцев, воплотится в «Символе веры современного правосознания: это право на

достойное человеческое существование. Признание этого права имеет не только нравственное,

но и юридическое значение»26. Подобное право в наше время получило закрепление в ряде

международных документов, в частности во Всеобщей декларации прав человека 1948 г.

В целях совершенствования действующей системы наказаний и с учетом вышеизло-

женных положений ее необходимо реконструировать. В ст. 44 УК РФ, по нашему мнению,

могут быть включены следующие виды наказаний: а) общественное порицание; б) судебное

предостережение; в) лишение специального, воинского или почетного звания, классного

чина и государственных наград; г) лишение права занимать определенные должности или

заниматься определенной деятельностью; д) штраф; е) возложение обязанности загладить

причиненный вред; ж) увольнение от должности; з) исправительные работы; и) условное

осуждение; к) условное осуждение к лишению свободы с обязательным привлечением к

труду; л) ограничение по военной службе; м) конфискация имущества; н) содержание в

дисциплинарной части; о) лишение свободы на определенный срок; п) смертная казнь с

отсрочкой исполнения приговора до 5 лет.

Безусловно, действующая система наказаний, закрепленная в уголовном законодатель-

стве, нуждается в реконструкции и совершенствовании. Высказанные соображения по этому

вопросу не претендуют на бесспорность.

Обсуждение данной проблемы научной общественностью и правоприменительными ор-

ганами будет способствовать формированию эффективной системы уголовных наказаний,

что, несомненно, послужит весомым вкладом в осуществление защиты личности, общества

и государства от преступных посягательств и станет реальным выражением претворения в

жизнь правовой политики современной России.