СОЦИАЛЬНО ЗНАЧИМЫЙ РЕЗУЛЬТАТ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ ДОЛЖНОСТНОГО ЛИЦА КАК ОБЪЕКТ, ОХРАНЯЕМЫЙ ОТ ЗЛОУПОТРЕБЛЕНИЯ ДОЛЖНОСТНЫМИ ПОЛНОМОЧИЯМИ

К оглавлению
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 
17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 
34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 
51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 

Т.Х. Конов, соискатель

В соответствии с уголовно-правовой логикой составляющие содержание ст. 285 УК РФ

«Злоупотребление должностными полномочиями» нормы относятся к группе норм и поло-

жений уголовного права, сориентированной на охрану государственной власти, интересов

государственной службы и службы в органах местного самоуправления. На доктринальном

уровне государственная власть, интересы государственной службы и службы в органах

местного самоуправления известны в качестве объекта уголовно-правовой охраны, обе-

спечиваемого гл. 30 УК РФ, неотъемлемой составляющей которой выступает ст. 285 УК РФ.

Однако представление об объекте состава злоупотребления должностными полномочиями,

складывающееся из наименования гл. 30 УК РФ «Преступления против государственной власти,

интересов государственной службы и службы в органах местного самоуправления», едва ли

можно считать объективным. Законодатель ограничивается лишь абстрактным перечислением

объектов, преступные посягательства на которые предусматриваются гл. 30 УК РФ, оставляя

без внимания фактическую сущность государственной власти, интересы государственной

службы и службы в органах местного самоуправления как объекта уголовно-правовой охраны.

Осложняется понимание объекта злоупотребления должностными полномочиями отсутствием

единообразия в уголовно-правовой терминологии, используемой при регламентации задач

уголовного права, наименований разд. X и гл. 30 УК РФ. Описывая объекты, обеспечиваемые

отраслью уголовного права, в ч. 2 ст. 2 УК РФ законодатель использует термин «государство».

Заглавие разд. X УК РФ опирается на словосочетание «государственная власть». Соответствен-

но в названии гл. 30 УК РФ идет речь о «государственной власти, интересах государственной

службы и службы в органах местного самоуправления». Все это свидетельствует о том, что

на правотворческом уровне не сложилось единого подхода к пониманию сущности объекта

злоупотребления должностными полномочиями.

Однозначной позицией по вопросу содержательной стороны объекта, обеспечиваемого гл.

30 УК РФ, не располагает и доктрина уголовного права. Представители науки приводят различ-

ные определения объекта должностных злоупотреблений1. Отсутствие четкого представления

об объекте должностных преступлений на правотворческом и доктринальном уровнях препят-

ствует оценке эффективности реализации ст. 285 УК РФ. В связи с этим необходимо обратиться

к определению понятия «объект злоупотребления должностными полномочиями» в контексте

действующего уголовного закона и на основе перспективных теоретических взглядов.

Основой адекватного восприятия объекта, охраняемого ст. 285 УК РФ, следует признать

общетеоретическую модель объекта преступления. Современная уголовно-правовая

доктрина предложила ряд направлений к определению сущности объекта преступления,

многие из которых нашли отражение в понимании объекта злоупотребления должност-

ными полномочиями. Так, А.Н. Красиков признавал в качестве объекта уголовно-правовой

охраны благо, интерес2. Аналогичного мнения придерживаются А.В. Наумов3 и А.В. Паш-

ковская4.

При определении объекта злоупотребления должностными полномочиями указанные

идеи использовала Х.А. Ибрагимова, понимая под объектом должностных преступлений

«интересы службы во всех отношениях»5.

Вместе с тем буквальное толкование понятий «благо» и «интерес» вряд ли позволяет

уяснить действительную сущность объекта преступления. Исходя из семантики, благо под-

разумевает «то, что дает достаток, благополучие, удовлетворение потребностей», а сущность

интереса отражает определенную «значимость, выгоду»6. Это подчеркивает субъективное

начало в понятиях «благо» и «интерес», поскольку каждый человек испытывает своеобраз-

ные потребности, придает значимость лишь отдельным составляющим жизнедеятельности,

стремится получить личную выгоду. Поэтому объект уголовно-правовой охраны как кате-

горию объективную методологически неверно отождествлять с благами и интересами без

каких-либо объективных ограничений.

Ряд авторов при определении объекта уголовно-правовой охраны опираются на раз-

работанное еще в советский период учение об объекте преступления как общественных

отношений7. Сквозь призму общественных отношений в современной науке уголовного

права нередко рассматривается и объект должностных преступлений. Так, по мнению

А.Г. Безверхова, объектом должностных преступлений являются «правовые властеотно-

шения, т.е. властеотношения, урегулированные правом и складывающиеся по поводу и в

связи с признанием, соблюдением и защитой прав и законных интересов управляемых»8.

Представленная трактовка объекта должностных злоупотреблений имеет рациональные

и уязвимые аспекты. Заслуживает поддержки стремление автора при определении объ-

екта должностных преступлений перенести акцент с непосредственной деятельности

должностных лиц на результат функционирования соответствующих органов, учреждений,

организаций, предприятий. Однако вызывает сомнения авторская мысль относительно того,

что деятельность должностных лиц реализуется исключительно посредством отношений

власти-подчинения. В действительности полномочия представителей государственного и

муниципального аппаратов нередко увязываются с диспозитивными отношениями.

В свете изложенного по вопросу определения объекта злоупотребления должностными

полномочиями интересна точка зрения Б.Т. Разгильдиева. «Объектом составов должност-

ных преступлений, — пишет он, — выступают общественные отношения, обеспечивающие

решение задач, стоящих перед соответствующими органами государственной власти и

местного самоуправления»9.

Позиция Б.Т. Разгильдиева представляется убедительной. Общественная опасность

злоупотребления полномочиями должностных лиц любого уровня сводится именно к вос-

препятствованию решению задач, стоящих перед государством и муниципальными обра-

зованиями. Вместе с тем можно возразить утверждению, что объект должностных злоупо-

треблений существует в форме общественных отношений. Деятельность должностных лиц,

рассматриваемая посредством существования соответствующих общественных отношений,

ограничивает понимание объекта должностных преступлений лишь самим процессом

решения задач, стоящих перед государственными и муниципальными органами, учрежде-

ниями, предприятиями, тогда как суть реализации государственных и муниципальных задач

должностными лицами видится в достижении конкретного социально значимого результата,

который и должен определять содержание объекта, обеспечиваемого гл. 30 УК РФ.

На теоретическом уровне социальный результат функционирования государственных и

муниципальных органов, учреждений, организаций, предприятий можно представить как

объективное благо, т.е. благо, носящее исключительно объективно выраженный характер.

При этом благо как таковое, образуемое посредством деятельности должностных лиц, пред-

полагает удовлетворение соответствующих интересов личности, общества или государства.

Объективное свойство указанного блага увязывает реализацию интересов личности, обще-

ства или государства должностными лицами с необходимостью учитывать иные социальные

интересы на всех уровнях их существования.

Таким образом, объектом состава злоупотребления должностными полномочиями вы-

ступает социально значимый результат деятельности должностного лица, обеспечиваемый

посредством решения соответствующих задач, стоящих перед государством или муници-

пальным образованием.

Представленный теоретический взгляд на объект состава злоупотребления должностными

полномочиями обусловливает возможность дать некоторые рекомендации по оптимизации уго-

ловного законодательства. Так, с целью точного отражения в уголовном законе действительной

сущности объекта должностных преступлений следует пересмотреть наименование гл. 30 УК

РФ. Существующий законодательный вариант понимания объекта должностных преступлений,

отраженный в названии, достаточно узко воспроизводит сущность социально значимого резуль-

тата деятельности государства и муниципальных образований как объекта уголовно-правовой

охраны. По смыслу наименования гл. 30 УК составляющие ее содержание уголовно-правовые

нормы и положения направлены исключительно на охрану интересов государства и местного

самоуправления. Однако деятельность должностных лиц сориентирована на достижение соци-

ально значимого результата не только на государственном и муниципальном уровнях. Решение

государственных и муниципальных задач предполагает обеспечение соответствующих социаль-

ных интересов на всех уровнях их существования — от личностного до государственного. На это

обращает внимание и сам законодатель, закладывая в качестве обязательного признака основ-

ного состава злоупотребления должностными полномочиями существенное нарушение прав и

законных интересов граждан или организаций либо охраняемых законом интересов общества

или государства. Определяя общественную опасность преступления, предусмотренного ст. 285

УК РФ, через причинение вреда интересам личности, общества и государства, законодатель не

ограничивает объект злоупотребления должностными полномочиями только государственными

и муниципальными интересами. Законодательная позиция относительно сферы должностных

злоупотреблений находит соответствующее отражение и на правоприменительном уровне. К

примеру, приговором Фрунзенского районного суда г. Саратова от 21 июня 2002 г. К. признан

виновным в совершении преступлений, предусмотренных ч. 1 ст. 285 и ст. 292 УК РФ. К., будучи

старшим оперуполномоченным ОУР ОВД Фрунзенского района г. Саратова, являясь должностным

лицом, при исполнении служебных обязанностей с целью искусственного создания высокой

раскрываемости преступлений на обслуживаемой оперативной зоне сознательно выносил

необоснованные постановления об отказе в возбуждении уголовных дел. Указанные обще-

ственно опасные деяния повлекли за собой существенное нарушение прав и законных интересов

граждан, гарантированных Конституцией РФ и регламентированных уголовно-процессуальным

законодательством Российской Федерации 10.

В данном примере сущность объекта преступных посягательств К. связывается с правами

и законными интересами конкретных граждан, вытекающих из конституционных и уголовно-

процессуальных норм. В связи с этим действие ст. 285 УК РФ не ограничивается исключительно

сферой государственных и муниципальных интересов и по своей сути направлено на охрану

личности, общества и государства от злоупотребления должностными полномочиями.

На основании изложенного предлагается следующая редакция названия гл. 30 УК РФ:

«Глава 30. Преступления в сфере государственной службы и службы в органах местного

самоуправления». Данный вариант наименования гл. 30 УК РФ логично подчеркивает лишь

сферу преступлений, предусмотренных ст. 285–293 УК РФ, по смыслу объединяющей в себе те интересы личности, общества и государства, которые должны обеспечиваться посредством

решения государственных и муниципальных задач.

Высказанные суждения позволяют сделать предложение в диспозиции состава престу-

пления, предусмотренного ч. 1 ст. 285 УК РФ: слова «использование должностным лицом

своих служебных полномочий вопреки интересам службы» заменить словами «использо-

вание должностным лицом своих служебных полномочий вопреки задачам службы». Такое

нововведение подчеркнет социальную сущность объекта, обеспечиваемого ст. 285 УК РФ,

одновременно исключив из диспозиции состава злоупотребления должностными полно-

мочиями достаточно субъективную по своему значению категорию «интерес».

Таким образом, теоретический анализ объекта злоупотребления должностными полно-

мочиями позволяет придти к следующему заключению:

1. Объектом, охраняемым от злоупотребления должностными полномочиями, выступает соци-

ально значимый результат деятельности должностного лица, обеспечиваемый посредством решения

соответствующих задач, стоящих перед государством или муниципальным образованием.

2. С целью точного отражения в уголовном законодательстве действительной сущности объек-

та злоупотребления должностными полномочиями предлагаются следующие нововведения:

а) наименование гл. 30 УК РФ рекомендуется изложить таким образом: «Глава 30. Престу-

пления в сфере государственной службы и службы в органах местного самоуправления»;

б) в диспозиции состава преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 285 УК РФ, слова

«использование должностным лицом своих служебных полномочий вопреки интересам

службы» полезно заменить словами «использование должностным лицом своих служебных

полномочий вопреки задачам службы».