КРИМИНАЛИСТИКА

К оглавлению
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 
17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 
34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 
51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 

В.В. Николайченко,

доктор юридических наук,

профессор

СИСТЕМА ПРИНЦИПОВ ЧАСТНОЙ МЕТОДИКИ РАССЛЕДОВАНИЯ

ПЕНИТЕНЦИАРНЫХ И ПОСТПЕНИТЕНЦИАРНЫХ

ПРЕСТУПЛЕНИЙ

В научной литературе слово «принцип» толкуется как основание, из которого необходимо

исходить и которым следует руководствоваться в деятельности1. Это центральное понятие,

основание системы2.

Применительно к частной методике расследования преступлений он означает исходные

и определяющие положения, в которых отражаются существенные стороны познавательной

и практической деятельности в сфере по раскрытию, расследованию и предупреждению

преступлений. Это орудие научного анализа и познания, на основе которого формируется

частная методика расследования.

Что касается принципов и системы принципов в криминалистической методике, то здесь

за последние годы почти ничего не изменилось. Еще в 1938 г. Б. Шавер писал, что их «раз-

работка идет произвольно и не всегда по правильному пути. Между тем продуктивность

работы в этой области требует, чтобы была определенная направленность, определенная

целеустремленность, определенные устойчивые положения, исходя из которых разрабаты-

вались бы проблемы частной методики»3. Если взять новые учебники по криминалистике,

то можно увидеть, что этот вопрос в них или вообще не рассматривается, или имеется набор

разнообразных суждений, или формулируются такие принципы, которые не отличаются от

принципов всей криминалистики.

Расхождение в понимании принципов объясняется разными подходами к самой роли

принципов в формировании методик расследования преступлений и, прежде всего, от-

сутствием единства в определении круга научных знаний, которые несет в себе тот или

иной принцип. Это можно считать следствием существующих проблем разработки прин-

ципов криминалистики в целом. Например, Т.В. Аверьянова, Р.С. Белкин, Ю.Г. Корухов,

Е.Р. Россинская считают, что «нет и не может быть никаких специфических принципов

данной отрасли знания, а есть применение общих принципов науки к познанию специфи-

ческого предмета криминалистики»4. Налицо ситуация, когда еще при недостаточно раз-

работанных основополагающих принципах криминалистики ведутся научные исследования

по формированию принципов отдельных ее областей. При этом исследования принципов

криминалистической методики осуществляются в условиях существования различных мне-

ний, противоречий не только в построении их системы, но даже в понятии принципа, его

места в науке. Данное обстоятельство указывает на то, что продолжение разработки осно-

вополагающих принципов криминалистики, ее систематики — актуальная научная задача,

обусловленная потребностями криминалистической теории и практики раскрытия и рас-

следования преступлений. В криминалистике, как ни в какой другой специальной юриди-

ческой науке, не только допустима, но и важна разработка идей, положений, которые под-

нимаются учеными-криминалистами до уровня принципов.

В последнее время наметилась тенденция, когда исследователь при формировании той

или иной методики расследования или вообще не пишет, на какой основополагающей идее

она основана, или «растворяет» ее в самой методике. Такой подход не соответствует основам

деятельности, к каким относится формирование частной методики расследования. Особенно

часто возникает ситуация, когда принцип подменяется отдельными научными положениями,

теориями, которые и по своей сути, и по своему назначению не могут быть принципами. Прав

М.П. Никитин, предостерегая исследователя от попыток заменить его отдельными закономерно-

стями, представлениями. Такой подход, по его мнению, обрекает исследователя на неудачу5.

Это хорошо видно на примере криминалистической характеристики преступлений.

Придание данной категории той роли, которую она выполнить не в состоянии, можно

увидеть даже в работах уважаемых и известных криминалистов. Например, И.А. Возгрин

писал, что «в виде специального принципа она предусматривает описание различных

групп преступлений, объединенных общностью методик их расследования. Знание ее не-

обходимо для правильной организации предотвращения, раскрытия и расследования этих

преступлений»6. Как видим, криминалистическая характеристика поднимается до уровня

принципа методики расследования преступлений, а в отдельных случаях его заменяет. В

то же время вряд ли кто будет возражать, что криминалистическая характеристика — лишь

один из элементов содержания, структуры методики. Однако следует признать, что элемент

системы не может стоять над системой, он только ее часть, иначе это принизило бы значи-

мость остальных элементов. В данном случае криминалистическая характеристика — лишь

способ подхода, некий материал для разработки главного — конкретных рекомендаций по

расследованию преступлений. Стремление придать криминалистической характеристике ту

роль, которую она выполнить не в состоянии, видимо, и предопределило ее перспективы.

Достаточно вспомнить Р.С. Белкина, который не случайно писал, что данная категория не

оправдала возлагавшихся на нее надежд ученых и практиков. Однако было бы неправиль-

ным полагать, что она «изжила себя, из реальности, которой она представлялась все эти

годы, превратилась в иллюзию, в криминалистический фантом»7. Криминалистическая

характеристика выполняла и выполняет свою роль, которая присуща именно ей.

При всей сложности проблемы принципов методики расследования преступлений необ-

ходимо отметить, что те из них, которые отнесены к категории общих принципов, в какой-то

степени изучены или подвергаются тщательному научному анализу и обобщению.

В криминалистической литературе о частных принципах методики расследования пре-

ступлений практически ничего не говорится. И это не случайно. Частные принципы жестко

привязаны к частной методике и только на нее рассчитаны. Каждой частной методике долж-

ны соответствовать свои частные принципы, потому они и частные. Если пытаться найти в

них общее для всех частных методик, тогда они войдут в систему общих принципов.

В научной литературе выделяются и специальные принципы методики расследования

преступлений, объединяющие исходные идеи о структуре и содержании частных методик по

группам (видам) преступлений. С этим можно было бы согласиться, если бы авторы смогли их

сформулировать. Предпринимаемые же попытки недостаточно убедительны, отличительные

особенности недостаточно конкретны. Часть принципов, которые в отдельных работах отно-

сятся к специальным, вполне могут быть и частными, и даже общими. Например, И.А. Возгрин

пишет: «Поскольку специальные принципы, в отличие от общих и частных, более многочис-

ленны и разнообразны, перечислить их не представляется возможным; нельзя также дать и

какую-то общую систему специальных принципов криминалистической методики»8.

Выделение и создание системы частных принципов методики расследования сопряжены

с известной сложностью. Прежде чем приступить к формированию частной методики рас-

следования, автор должен эти принципы сформулировать и пояснить, почему они выбраны

в роли принципов той или иной конкретной методики. В.С. Стефанов пишет, что главная

задача — «найти принципы, которым подчинено развитие методологии знаний, и на этой

основе отыскать типовые приемы и способы»9. Их определение позволит четко определить

направление частной методики и ее основу. Для примера можно сослаться на методику рас-

следования преступлений, связанных с профессиональной деятельностью, разработанную

В.А. Образцовым. Анализ практики расследования отдельных видов преступлений, связанных

с профессиональной деятельностью, позволил, как пишет автор, «сформулировать принцип

раскрытия рассматриваемых преступлений. Суть его сводится к следующему: сопоставление

данных о том, как должна быть осуществлена исследуемая по делу деятельность; данных о

том, как она осуществлялась в действительности, а затем выявить имеющиеся между ними

расхождения. Реализация отмеченного принципа возможна различными путями»10. Далее

В.А. Образцов формулирует еще один принцип — связь анализируемых преступлений с

профессиональной деятельностью. Можно обсуждать предложение В.А. Образцова в части

места этих принципов в системе принципов методики расследования. Главное важен из-

бранный В.А. Образцовым подход к определению частных принципов, а он определяется

тем, что является главным двигателем того или иного вида преступлений.

Применительно к пенитенциарному и постпенитенциарному рецидиву это те принципы,

которые раскрывают существенные признаки анализируемого объекта, дают представле-

ние о сущности и круге отображаемых в нем явлений, служат ориентиром, указывающим

на ряд вопросов, которые необходимо выяснять в каждом случае при расследовании дел

о преступлениях, связанных с пенитенциарными факторами. К числу частных принципов

формирования методики расследования пенитенциарных и постпенитенциарных престу-

плений мы относим следующие: учет корреляционной связи между факторами, присущими

лишению свободы и рецидивом преступлений; учет закономерностей отражения в следах и

способах преступления факторов, связанных с пребыванием преступника в местах лишения

свободы; диалектика внутренних и внешних изменений в структуре личности преступни-

ка под влиянием срока наказания; учет фактора уголовной среды и ее влияния на весь

процесс расследования; осуществление расследования во взаимодействии с органами,

исполняющими лишение свободы; особая роль криминалистических учетов и иных форм

информационно-справочного обеспечения расследования11.

Данной системе принципов присуща гибкость, которая может корректироваться в за-

висимости от особенностей базы формирования методики, например, отдельно для пени-

тенциарных и постпенитенциарных преступлений, от криминалистических особенностей,

присущих преступлениям, входящим в их состав. В целом система частных принципов всегда

подвижна, она может как сокращаться, так и увеличиваться, а в отдельных случаях носить

совершенно особый характер, поскольку определяется особенностями преступлений.

Эти частные принципы определяют и особенность методики расследования рецидива пре-

ступлений, главная из которых заключается в наличии связи между самим фактом предыдущего

наказания и механизмом рецидивного преступления, следовой картиной преступления. Именно

через призму этой связи можно разрабатывать наиболее эффективные пути раскрытия и расследования рецидивных преступлений. Фактор уголовного наказания — это из менения в личности

осужденного, которые находят отражение в качественной и количественной характеристике

рецидивной деятельности, его механизме, порождаемые объективными противоречиями между

позитивными целями и функциями уголовного наказания и последствиями его исполнения. Данный

фактор включает в себя не только сам факт назначения и отбывания уголовного наказания, но и его

продолжительность, количество судимостей, режим отбывания наказания, «криминальный стаж».

Учет данного фактора при расследовании рецидивных преступлений наименее изучен, несмотря

на то, что именно он является главным для отграничения методики расследования рецидивных

преступлений от методик расследования иных видов множественности преступлений.

С «фактором наказания» связаны и многие особенности личности рецидивиста: постоян-

ная готовность и предрасположенность к новым преступлениям; крайняя внутренняя напря-

женность, подозрительность, агрессивность, наличие определенных психофизиологических

установок, которые относятся к категории тяжелых, ярко выраженных и очень устойчивых, в

основном связанных с насильственным разрешением возникающих потребностей и проблем.

Отсюда — особенности поведения во время следствия. С фактором наказания связаны способ

и подготовка рецидивного преступления. По нашим данным, более 40 % рецидивных пре-

ступлений обдумывались, планировались еще во время предыдущего отбывания наказания.

Поскольку подготовка осуществлялась в определенной среде, соответственно существует и

круг лиц, осведомленных о готовящихся преступлениях. Организаторы и участники будущих

преступлений «обрастают» массой улик, следов, имеющих доказательственное значение. Во

время изоляции заключенный находится под тщательным надзором: каждый его шаг известен

не только администрации, но и осужденным. Это приучает к контролю за собой, необычной

скрытности. Любой неправомерный поступок, не говоря о преступлении, обдумывается с

точки зрения сокрытия, что требует времени. Поэтому отличительная особенность способа

преступления, совершаемого рецидивистом, это отсутствие импульсивности, тщательная под-

готовка. Воспитанная годами заключения привычка к сокрытию (даже любознательность в

криминальной среде не поощряется и жестко наказывается) детерминирует (предопределяет)

способ совершения преступления и особенно его сокрытие. Вся модель будущего преступления

строится с учетом приобретенного опыта. Есть еще одна особенность, связанная с выбором

способа совершения преступления как со стороны находящихся в заключении, так и бывших.

Как правило, скрыть само преступление в условиях изоляции и полного контроля невозмож-

но. Тогда на первое место выходит инсценировка, когда убийство выдается за самоубийство,

телесное повреждение за самоповреждение. Практика показывает, что именно инсценировки

являются наиболее распространенным способом для заключенных и их же они применяют

после освобождения. Однако каким бы тонким и изощренным ни был замысел преступника,

он неизбежно допускает более или менее значительные просчеты, в большинстве случаев по-

зволяющие следователю обнаружить инсценировку и выявить признаки подлинного события.

Именно инсценировки зачастую выдают упорного «сидельца» из мест лишения свободы.

Через фактор наказания исследуется связь рецидивиста с предметом преступного

посягательства. При отбывании наказания преступник привыкает к тому, что предмет

посягательства всегда рядом, это сказывается на выбор предмета посягательства и после

освобождения. В силу высокой концентрации преступников в одном месте рецидивисту

приходится изобретать сложные способы сокрытия преступления.

Данный пример еще раз подтверждает актуальность криминалистического изучения

периода, когда рецидивист отбывал уголовное наказание. Если уголовно-правовое, уголовно-

исполнительное изучение личности осужденного проводится с целью определения уровня

его исправления (для этого отбираются такие показатели, как отношение к труду, злоупотре-

бление спиртными напитками, участие в общественной жизни коллектива, образовательный

уровень, участие в общеобразовательном обучении и т.п.), то при криминалистическом изучении это специально отобранные признаки: связи осужденного (с кем поддерживает

переписку, с кем дружит), данные о повышении уровня криминального профессионализма,

привычки и признаки, которые могут проявить себя в преступной деятельности. Владение

этой информацией позволит при расследовании преступлений высказывать предположения

о принадлежности неизвестного преступника к определенной группе лиц, а при известных

условиях и о конкретном лице, совершившем преступление.

Значение предложенной краткой системы принципов формирования частной методики

расследования пенитенциарных и постпенитенциарных преступлений состоит в том, что она

является базисной, на ее основе строятся все элементы этой системы. Комплекс рекомен-

даций организационного, тактического и методического обеспечения расследования пени-

тенциарного рецидива должен сообразовываться и приводиться в соответствие с ними.

Разработка частных методик расследования через анализ частных принципов является

еще одним направлением, источником сведений, открывающим путь к установлению за-

кономерностей возникновения доказательств, необходимых для разработки приемов и

методов раскрытия, расследования и предупреждения преступлений.