ТЕОРИЯ ГОСУДАРСТВА И ПРАВА

К оглавлению
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 
17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 
34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 
51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 

М.И. Байтин,

доктор юридических наук, профессор,

заслуженный деятель науки РФ

К УТОЧНЕНИЮ ПОНЯТИЯ ЗАКОННОСТИ*

Вопрос о законности — один из узловых, центральных в теории права. Значение идеи

законности определяется тем, что это правовое явление выражает теснейшую взаимосвязь

между нормативным пониманием права как системы действующих в государстве юридиче-

ских норм, и реальной жизнью права с правовой действительностью, с правоотношениями,

с правопорядком. Этим объясняется то, что проблема законности издавна привлекает вни-

мание отечественных ученых.

В советском прошлом исследованию проблемы законности стало уделяться особое вни-

мание с начала 50-х годов. Профессора Н.Г. Александров, М. С. Строгович и другие ученые,

выступавшие по ней, исходили из известной мысли В.И. Ленина в его письме «О «двойном»

подчинении и законности» о том, что суть законности состоит в строжайшем соблюдении

и исполнении законов.

Многим уже в то время данный вопрос представлялся настолько наработанным, что, на-

пример, известный в ту пору юрист Г.И. Федькин, который после занятия ряда руководящих

постов в системе высшего юридического образования был прикомандирован для написания

докторской диссертации о законности к Институту государства и права Академии науки,

пробыв год в докторантуре, обратился с заявлением, в котором просил заменить ему тему

докторской диссертации, потому что по этой проблеме трудно сказать что-либо новое. Его

просьба была удовлетворена, и впоследствии он защитил докторскую диссертацию по более

близкой ему теме — правовому регулированию науки. Но прошли годы, и жизнь показала, что

Г.И. Федькин ошибался в своей оценке степени разработанности проблемы законности.

Обобщая наиболее важное, существенное, что было достигнуто в исследовании закон-

ности, М.С. Строгович определял ее как строгое и неуклонное соблюдение и исполнение

законов всеми государственными органами, всеми учреждениями и общественными орга-

низациями, должностными лицами и гражданами1.

Конкретизируя и углубляя обоснование и раскрытие понятия и механизма обеспечения

законности, Н.Г. Александров привлек внимание к необходимости повышенной ответствен-

ности органов государства и его должностных лиц за соблюдение и исполнение законов.

 «О существовании законности, — писал он, — можно говорить тогда, когда вся деятель-

ность всех звеньев государственного аппарата основывается на законе, когда должностные

лица строго оберегают права всех граждан, когда никому не дозволено чинить произвол,

когда правонарушения неукоснительно разоблачаются и совершившие их лица несут

предусмотренную законом ответственность»2.

Нетрудно представить себе, какое большое значение в то время имела такая постановка

вопроса, не говоря о том, что она требовала от ученого безусловного мужества.

В 60–70-е годы прошлого века в советской правовой науке наметилась тенденция ис-

следования законности с широких научных позиций — в правовом и общесоциологическом,

историческом и теоретическом планах, что позволило рассматривать данное понятие, по

крайней мере, в трех основных аспектах:

во-первых, законность как принцип поведения всех участников общественных отношений

в обществе и государстве, заключавшийся в требовании соблюдения и исполнения законов

всеми государственными и муниципальными органами, учреждениями, общественными

организациями, должностными лицами и гражданами;

во-вторых, законность как принцип и метод формирования и деятельности всех ветвей

государственной власти — законодательной, исполнительной и судебной; принцип и метод

осуществления задач и функций государства, правовых форм его деятельности — право-

творческой (прежде всего, законодательной) и правоприменительной (правоисполнитель-

ной и правоохранительной); принцип и метод упорядочивания отношений, возникающих

между субъектами права;

в-третьих, законность как правовой режим, неотъемлемая составная часть демократиче-

ского политического режима, определенное устойчивое правовое состояние3 между госу-

дарством и обществом, государственными органами и гражданами, при котором обоюдное

соблюдение и исполнение законов как населением, так и властью органически сочетается

с повышенной ответственностью органов государственной власти за обеспечение закон-

ности, защиту прав и свобод личности, с решительным пресечением правонарушений и

неотвратимостью ответственности за них.

Анализ основных аспектов понятия «законность» под углом зрения ее предназначения

позволил Н.Г. Александрову выделить следующие наиболее существенные ее черты:

а) всеобщность требования соблюдать и исполнять законы;

б) осуществление всех государственных властных функций исключительно на основе

законов при строгом соблюдении должностными лицами предусмотренных законодатель-

ством прав граждан и недопущении необоснованного привлечения их к ответственности

или незаконного лишения тех или иных благ;

в) решительное пресечение любых нарушений закона, от кого бы они не исходили, обе-

спечение неотвратимости ответственности за эти нарушения4. При этом, как справедливо

отмечал Н.Г. Александров, «отдельные незаконные действия, образуя нарушение закона и

нарушение законности, не перерастают, однако, в подрыв режима законности в целом, если

они незамедлительно пресекаются и неотвратимо влекут ответственность лица5.

В свете этого принципиальное значение имеет утверждение И.С. Самощенко о том, что

«законность как особое общественное явление означает не просто реализацию требова-

ний права в отдельных конкретных случаях. Это господство закона в общественной жизни,

господство его, в частности, в отношениях между властью и личностью», предполагающее

«недопущение какого-то ни было произвола в отношении граждан со стороны органов

государства и должностных лиц»6.

Значительный вклад в исследование вопросов законности был внесен также М.Д. Шарго-

родским, С.Н. Братусем, В.Н. Кудрявцевым, Д.А. Керимовым, Е.А. Лукашевой и некоторыми

другими учеными.

В последующие годы после временного спада интереса к данной проблематике с новой

силой происходит дальнейшее ее развитие как в ракурсе отраслевых юридических дисциплин,

так и (что особенно отрадно), на общетеоретическом уровне. В частности, в 90-годы прошлого

века по общетеоретическим вопросам законности были защищены докторская (С.В. Афанасьев)

и несколько кандидатских диссертаций (Н.И. Приведенцев, А.Б. Лисюткин, М.Ю. Зиновьева,

А.Ф. Ефремов и др.). В центре внимания исследователей все чаще оказываются вопросы

обеспечения более высокого уровня законности в условиях создания правового государства,

принципы и гарантии, особенно специально-юридические гарантии законности, соотношение

законности, правопорядка, демократии, справедливости, охраны прав личности.

Таким образом, развитие идеи законности продолжается на основе преемственности между

тем, что было наработано раньше, и тем, что в этом направлении делается теперь. Примеча-

тельно, что многоаспектно изучая законность как принцип, метод и особый правовой режим,

современные исследователи продолжают рассматривать основные аспекты и черты законности,

исходя из ее понимания как строжайшего соблюдения и исполнения законов всеми.

Естественно, возникает вопрос: может ли ныне данное определение удовлетворить наше

представление о законности, соответствует ли оно требованиям сегодняшнего дня?

По нашему убеждению, в принципе рассматриваемое определение остается правильным

и сохраняет силу по настоящее время.

Вместе с тем, с учетом позитивных шагов формирования цивилизованного гражданского

общества и правового государства, конституционного закрепления прав и свобод человека

как высшей ценности, связанных с этим современным уровнем развития науки и данных

практики, представляется необходимым внести в понимание законности и структуры ее со-

держания некоторые уточнения. Такая постановка вопроса связана с тем, что определение

законности только как обязанности строжайшего соблюдения и исполнения закона всеми

уже недостаточно, потому что в нем привлекается внимание лишь к одной стороне законности

— обязанности соблюдать и исполнять исходящие от государства законы. Но совершенно

очевидно, что наряду с этой стороной законности необходимо выделять и другую, не менее

важную сторону данного многосложного явления, а именно официально признаваемое в

качестве принципа законности формального равенства всех перед законом и судом.

Этот принцип, проистекающий, как известно, из учения естественной школы права, полу-

чил официальное закрепление в принятой в результате французской буржуазной революции

Декларации прав человека и гражданина 1789 г., в ранних конституциях, принятых в США

и Франции7, последующих буржуазных конституциях, и лег в основу теории и практики во-

площения идей демократии и законности в западном мире.

После октября 1917 г. развитие России, а затем Советского Союза и западных стран пошло

по двум направлениям. В первом случае — по линии диктатуры пролетариата, сосредоточе-

нии усилий государства на подавлении сопротивления классовых противников, ликвидации

частной собственности, широком применении насилия и т.п. действий, обосновываемых

ленинско-сталинской интерпретацией марксизма, в другом — по линии утверждения де-

мократического режима правления, перераспределения материальных ценностей и повы-

шения благосостояния не только богатых, но и бедных, всего общества, что было неразрывно

связано с выдвижением на первый план обеспечения прав и свобод личности.

В условиях второго пути принцип равенства граждан перед законом и судом или, как

его принято именовать, принцип формального равенства, свойственный праву вообще

как особому социальному явлению, приобретает основополагающее значение, становясь

эффективным средством выражения в действующем праве установок и требований других

естественных законов, в т.ч. свободы собственности, справедливости, безопасности и т.д.

Тем самым принцип формального равенства занял центральное место в борьбе за права и

свободы личности, что получило международное признание и закрепление в принятой в 1948 г. Генеральной Ассамблеей ООН Всеобщей декларации прав человека и последующих

правозащитных документах.

Общеизвестно, что люди в силу особенностей, свойственных всякому индивиду, различны,

неодинаковы и потому не могут быть уравнены между собой ни физически, ни интеллек-

туально, ни материально.

Вместе с тем опыт США, ряда стран Европы, Японии показывает, что все-таки есть

единственно возможный и реально существующий вид равенства — это конституционно

закрепленное государством формальное равенство всех граждан перед законом и судом.

Как известно, самый распространенный довод критиков института формального равен-

ства с позиции марксистско-ленинской идеологии заключался в том, что оно практически

неосуществимо, поскольку, что бы не декларировалось в законе, не могут быть равны между

собой богатый и бедный, эксплуататор и эксплуатируемый, в частности, утопающий в роскоши

миллионер и ночующий под мостом бродяга.

Но в том и дело, что, как подтверждает исторический опыт, юридически могут, хотя ра-

венство всех перед законом, конечно же, не следует абсолютизировать, несмотря на то, что

оно в какой-то мере относительно, принцип формального равенства как конституционно

закрепленный институт равенства всех и каждого перед законом и судом, объединяющий со-

ответствующие правовые нормы, на самом деле ставит разных во всем остальном неодина-

ковых людей в равное правовое положение как граждан государства, вследствие чего имеет

первостепенное значение для реального развития и охраны прав и свобод личности.

Этим обусловливается огромная притягательная, морально-этическая сила данного

принципа и выражающего его правового института, определяющих прогрессивный демо-

кратический характер правозащитного движения.

Нельзя не заметить, что сама жизнь, еще в пору существования СССР, подвигла к тому, что

в стране возникли элементы рассматриваемого принципа без его терминологического упо-

минания. Зачатки его выражения можно найти в Конституции СССР 1936 г., более подробно

в Конституции СССР 1977 г. и Конституции РСФСР 1978 г. И, наконец, в ст. 19 и других статьях

ныне действующей Конституции РФ, подробно раскрывающих содержание института: «Все

равны перед законом и судом», по сути, закреплен принцип формального равенства, хотя харак-

теризующий его термин пока по-прежнему не упоминается и теоретически не осваивается.

Правда, еще Ц.А. Ямпольская в свое время высказала соображение об определении

законности как соблюдения и исполнения законов и охраны прав граждан8, но оно не по-

лучило последующего развития и поддержки в литературе. Как заметил по этому поводу

М.С. Строгович, «ничего неправильного в этом, разумеется, нет. Однако вряд ли имеется

необходимость в таком дополнении определения законности», ибо «законы закрепляют за

гражданами права и гарантируют их, поэтому соблюдение и исполнение законов вместе с

тем означает их охрану, обеспечение прав граждан»9.

Думается, что данный довод не убедителен: такой важнейший аспект содержания за-

конности, как общеобязательность закрепления и охраны прав человека и гражданина

должен не подразумеваться, а быть напрямую указан в определении понятия законности.

Кстати, законность не складывается сама собой посредством закрепления в законах. Как

справедливо отметил в свое время основатель реалистической школы права Р. Иеринг, право

и законность не приходят сами собой, за них нужно бороться, и государству и гражданам

необходимо сообща постоянно отстаивать и охранять их.

К теоретической разработке этого вопроса в тесной связи с современностью, пред-

ставляется, необходимо обратиться не только представителям теории государства и права,

но и конституционного, административного, трудового, гражданского и других отраслевых

юридических дисциплин. Важно, чтобы проблема прав и свобод личности рассматривалась

не абстрактно, в общем и целом, а в неразрывной связи с теоретической разработкой и ре-

шением назревших практических задач формирования правового государства и обеспечения

соответствующего ему более высокого уровня законности.

Включение в определение законности, наряду с обязанностью блюсти законы, общеобязатель-

ного обеспечения формального равенства всех перед законом и судом позволит рассматривать

данную категорию, с одной стороны, как всякую правовую проблему с позиции соотношения

субъективных прав и юридических обязанностей, с другой стороны, под углом зрения ее взаи-

мосвязи с углублением демократизма и повышения эффективности государства и права.

Как человек, много лет занимающийся проблемами не только права, но и государства, не могу

не сказать, что на сегодня наше государство не вполне справляется с осуществлением возложен-

ных на него функций. В этом направлении, как и в вопросах удешевления и совершенствования

механизма государства, реального обеспечения взаимной ответственности между государством

и личностью, признания и использования государства в качестве организации общего блага и

соответствующего поворота в правосознании людей, предстоит громадная работа.

Ученые-юристы призваны помогать в постановке и разработке назревших актуальных

вопросов. Один из них — уточнение понятия «законность», связанное с признанием двух

сторон ее __________содержания — соблюдения и исполнения законов и обеспечения всеобщего

равенства перед законом и судом, составил предмет данной статьи.

Исходя из изложенного, законность в современном Российском государстве может быть

определена следующим образом: законность — есть принцип, метод, режим формирования

и функционирования правового государства и гражданского общества, в основе которых

лежат строжайшее соблюдение законов всеми и равенство всех перед законом и судом10.