ТЕОРЕТИЧЕСКИЕ ВОПРОСЫ ПРАВОСПОСОБНОСТИ КРЕДИТНОЙ ОРГАНИЗАЦИИ

К оглавлению
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 
17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 
34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 
51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 

Е.Ю. Адушкина,

аспирант

Цивилистическая наука уделяет большое внимание учению о юридических лицах, в част-

ности, в юридической литературе довольно полно изложены вопросы правоспособности

юридических лиц.

Полная правоспособность юридического лица по характеру может быть общей (универ-

сальной) или специальной (целевой), что определяет ее качество1. Общую правоспособность

можно определить как принадлежащее юридическому лицу субъективное право, содержа-

ние которого заключается в способности иметь любые гражданские права и обязанности

имущественного характера, не запрещенные законом и соответствующие природе юридиче-

ского лица. Юридическое лицо, обладающее специальной правоспособностью, может иметь

гражданские права, соответствующие предмету и целям деятельности, предусмотренным его

учредительными документами и правовыми актами, и нести связанные с этой деятельностью

обязанности2.

Таким образом, правоспособность юридических лиц может быть как универсальной

(общей), дающей им возможность участвовать в любых гражданских правоотношениях,

так и специальной (ограниченной), предполагающей их участие лишь в определенном,

ограниченном круге таких правоотношений3.

Согласно ч. 2 п. 1 ст. 49 ГК РФ коммерческие организации, за исключением унитарных

предприятий и иных видов организаций, предусмотренных законом, могут иметь гражданские

права и нести гражданские обязанности, необходимые для осуществления любых видов

деятельности, не запрещенных законом, т.е. наделены общей (универсальной) правоспособ-

ностью, что дает им возможность участвовать в любых гражданских правоотношениях. Соот-

ветственно специальной (целевой) правоспособностью наделены унитарные предприятия

и иные виды организаций, предусмотренные законом, специальный характер правоспособ-

ности которых обусловлен особенностями основного предмета их деятельности.

Для банков и иных кредитных организаций установление специальной правоспособ-

ности предусматривается ст. 5 Закона о банках. При этом само построение указанной ста-

тьи с очевидностью свидетельствует о том, что основная цель установления специальной

правоспособности банков и иных кредитных организаций состоит также в обеспечении их

специализации на осуществлении банковской деятельности (или отдельных ее видах) и

соответственно на совершении банковских операций4.

По мнению ряда ученых, в частности Г.А. Тосуняна и А.Ю. Викулина, в российском праве

наряду с принципами общей и специальной правоспособности объективно присутствует

принцип исключительной правоспособности юридических лиц, который означает, что

разрешение осуществлять определенный вид деятельности одновременно является запре-

щением на осуществление иных видов предпринимательской деятельности5.

Именно в силу принципа исключительной правоспособности, полагают Г.А. Тосунян и

А.Ю. Викулин, кредитная организация наделена правом проведения банковских операций,

что подтверждается, по их мнению, следующим:

во-первых, принцип исключительной правоспособности выражается в том, что занятие

исключительными видами деятельности разрешено лишь строго определенным юридическим

лицам и, таким образом, должно считаться запрещенным для всех остальных участников

гражданского оборота. Следовательно, запрещение всем участникам гражданского оборота,

кроме строго определенных лиц, осуществлять соответствующий вид деятельности состав-

ляет одну из сущностных характеристик принципа исключительной правоспособности.

Систематическое проведение банковских операций запрещено всем юридическим лицам,

кроме кредитных организаций;

во-вторых, в соответствии с принципом исключительной правоспособности для осу-

ществления соответствующей деятельности необходимо специальное разрешение (ли-

цензия), получаемое в особом процессуальном порядке. Таким образом, в силу принципа

исключительной правоспособности необходимым условием выполнения юридическим

лицом определенных видов деятельности является дозволение (разрешение) со стороны

государства. Кредитные организации согласно ст. 12 Закона о банках получают право

осуществления банковских операций именно с момента получения лицензии, выдаваемой

Банком России;

в-третьих, принцип исключительной правоспособности предполагает прямое указание

в Законе на те виды предпринимательской деятельности, которыми юридическое лицо,

осуществляющее исключительный вид деятельности, заниматься не вправе. Кредитным ор-

ганизациям в соответствии со ст. 5 Закона о банках запрещается совмещать осуществление

банковских операций с производственной, торговой и страховой деятельностью.

Аналогичные основания предложены Ю.В. Филатовым для введения принципа функцио-

нальной правоспособности — банковской, которая предполагает следующее: 1) исключи-

тельное право банков на осуществление банковской деятельности; 2) запрет другим орга-

низациям осуществлять данную деятельность; 3) запрет банкам осуществлять деятельность

в сфере производства, торговли и страхования; 4) осуществление банковской деятельности

с момента получения банковской лицензии; 5) выполнение банковских операций, указанных

в лицензии банка6.

По мнению К. Трофимова, кредитные организации обладают исключительной правоспо-

собностью, что проявляется, с одной стороны, в запрете для банков заниматься производ-

ственной, торговой и страховой деятельностью, с другой — в запрете для других юридических

лиц, не имеющих соответствующей лицензии, заниматься банковской деятельностью7.

Однако с данными утверждениями трудно согласиться, поскольку в отношении кредитных

организаций речь идет все же об установленной Законом специальной правоспособности

отдельных видов юридических лиц. Вероятно, установление специальной правоспособности

для кредитных организаций, помимо общественно значимого характера их деятельности,

вызвано необходимостью осуществления эффективного государственного контроля за це-

левым использованием значительных финансовых ресурсов, которые они аккумулируют в

своих руках и которые принадлежат другим юридическим лицам и гражданам8.

Представляются не бесспорными некоторые утверждения, положенные указанными

авторами в обоснование исключительной (функциональной) правоспособности кредитной

организации.

Одной из сущностных характеристик принципа исключительной (функциональной)

правоспособности Г.А. Тосунян и А.Ю. Викулин считают запрещение для всех участников

гражданского оборота, кроме строго определенных лиц, осуществлять соответствующий

вид деятельности и отмечают, что систематическое проведение банковских операций

запрещено всем юридическим лицам, кроме кредитных организаций. Действительно, до

недавнего времени осуществление банковских операций, в т.ч. ее отдельных видов, было

запрещено всем юридическим лицам, кроме кредитных организаций. Однако с принятием

Федерального закона от 27 июля 2006 г. № 140-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный

закон “О банках и банковской деятельности” и статью 37 Закона Российской Федерации

“О защите прав потребителей”9 коммерческие организации, не являющиеся кредитными

организациями, получили право осуществлять без лицензии Банка России банковские

операции, указанные в п. 9 ч. 1 ст. 5 Закона о банках, в части принятия от физических лиц

наличных денежных средств в качестве платы за услуги электросвязи, жилое помещение и

коммунальные услуги при соблюдении установленных Законом о банках условий. Предо-

ставленное данным Законом право коммерческой организации, не являющейся кредитной

организацией, осуществлять без лицензии Банка России банковские операции, указанные

в п. 9 ч. 1 ст. 5 Закона о банках, не позволяет однозначно утверждать об исключительном

характере правоспособности кредитной организации.

Нельзя согласиться также с мнением Г.А. Тосуняна, А.Ю. Викулина, Ю.В. Филатова, что

именно в силу исключительной (функциональной) правоспособности кредитным органи-

зациям запрещается совмещать осуществление банковских операций с производственной,

торговой и страховой деятельностью. Как отмечается в юридической литературе, характер

правоспособности юридического лица определяет ее качество (общая и специальная право-

способность); объем правоспособности — это количественный показатель, отражающий

число осуществляемых видов деятельности (один или несколько). Объем правоспособности

может определяться в законодательстве различными способами, в т.ч. путем установления

запрета совмещать с уставной деятельностью иные определенные виды предприниматель-

ской деятельности10. Таким образом, установленный в ст. 5 Закона о банках запрет для

кредитных организаций заниматься производственной, торговой и страховой деятельностью

служит показателем объема правоспособности кредитной организации, но не характера

правоспособности.

Не убедительно утверждение С. Якушевой, что правоспособность кредитных организаций

носит исключительный характер, т.к. они занимаются исключительно теми видами деятель-

ности, которые предусмотрены лицензией11.

Перечень осуществляемых кредитной организацией видов деятельности установлен

Законом о банках, в т.ч. деятельности, на осуществление которой необходимо получение

лицензии. В частности, согласно ст. 5 и 6 Закона о банках кредитная организация осущест-

вляет банковскую деятельность на основании лицензии Банка России, деятельность на рынке

ценных бумаг, в т.ч. в качестве профессионального участника, а также иную финансовую

деятельность, связанную с осуществлением сделок, исчерпывающий перечень которых

содержится в ст. 5 Закона о банках. Поскольку осуществляемые кредитной организацией

виды деятельности определены Законом о банках, что подтверждает специальный (целевой)

характер правоспособности кредитной организации, нет оснований утверждать, что право-

способность кредитных организаций носит исключительный характер.

На наш взгляд, введение в гражданское право понятий «исключительная», «функцио-

нальная» правоспособность, не вполне ясных с теоретической точки зрения, может запутать

правоприменительную практику и создать благоприятное поле для произвола и злоупотре-

блений. Думается, что правоспособность юридического лица может быть только двух видов:

общая и специальная. Вместе с тем желательно, чтобы законодатель прямо указывал, какие

виды юридических лиц обладают общей, а какие — специальной правоспособностью12.

Определенный интерес представляет позиция Л.Г. Ефимовой о характере правоспособ-

ности кредитной организации. Гражданская правоспособность кредитной организации, по

ее мнению, представляет собой частный случай правоспособности юридического лица и нет

оснований для вывода о специальной правоспособности кредитной организации13. Данное

утверждение аргументируется следующим.

Главной особенностью правового положения кредитных организаций следует считать

предмет их деятельности — посредническую деятельность на рынке капиталов. Указанный

предмет деятельности конкретизирован в ст. 5 и 6 Закона о банках, в соответствии с кото-

рыми кредитные организации вправе выполнять банковские операции и другие сделки как

перечисленные в ч. 2 ст. 5 и ст. 6 Закона о банках, так и не перечисленные в них. Причем

сделки, названные банковскими операциями, кредитные организации осуществляют моно-

польно, иные сделки — в общем порядке, наряду с другими небанковскими организациями.

В свою очередь, банки вправе монопольно осуществлять в совокупности три вида банковских

операций, которые перечислены в ст. 1 Закона о банках. При этом кредитной организации

запрещается заниматься производственной, торговой и страховой деятельностью.

Коммерческие организации, наделенные общей правоспособностью, в практической жизни

никогда не осуществляют все виды деятельности сразу. Они вынуждены специализироваться.

Причем одни коммерческие организации специализируются по собственной воле, другие — по

воле законодателя. В последнем случае вводится в действие норма, запрещающая отдельным

коммерческим организациям совмещать некоторые виды деятельности. Аналогичная ситуация сложилась в отношении кредитных организаций, которым запрещено заниматься торговой,

производственной и страховой деятельностью. Отсюда следует, что в отличие от остальных

коммерческих организаций кредитные организации не обладают общей правоспособностью

в том объеме, о каком идет речь в абз. 2 п. 1 ст. 49 ГК РФ, их правоспособность ограничена.

Однако, по мнению Л.Г. Ефимовой, нет оснований для вывода о специальной правоспособ-

ности кредитных организаций в смысле абз. 1 п. 1 ст. 49 ГК РФ. Помимо ст. 5 Закона о банках,

действующее законодательство не накладывает никаких ограничений на свободный выбор

кредитными организациями каких-либо видов деятельности и совмещения их с банковскими

операциями и сделками. Поэтому кредитные организации вправе осуществлять те банковские

операции, которые перечислены у них в лицензии, а также заниматься любыми другими ви-

дами деятельности, которые прямо не относятся к торговле, производству или страхованию,

вне зависимости от того, перечислены они в уставе или нет. Очевидно, речь может идти лишь

о частичном ограничении общей правоспособности кредитных организаций путем введения

для них запрета заниматься определенными видами деятельности. Это явление можно назвать

принудительной специализацией кредитных организаций.

Предоставленное Законом о банках право кредитной организации совершать иные сдел-

ки в соответствии с законодательством РФ без их конкретизации позволило Г.А. Тосуняну

утверждать, что такие сделки совершаются кредитной организацией в силу общей право-

способности. Именно в соответствии с принципом общей правоспособности, по его мнению,

кредитная организация вправе проводить не только банковские операции и сделки, осу-

ществляемые помимо банковских операций, но и покупать гвозди, столы, компьютеры и т.д.

Если бы на кредитные организации не распространялся принцип общей правоспособности,

то иная хозяйственная деятельность (кроме собственно банковской) была бы невозможна,

что означает невозможность проведения и банковской деятельности, т.к. осуществление

последней предполагает наличие соответствующей инфраструктуры14.

Как справедливо отмечает И.А. Дубов, решение вопроса о том, какие «иные сделки» может

осуществлять кредитная организация, тесно связано с проблемой определения характера

правоспособности кредитной организации как юридического лица2.

В юридической литературе нет единой точки зрения относительно характера «иных

сделок», которые кредитная организация вправе осуществлять на основании абз. 4 ст. 5

Закона о банках. По справедливому мнению большинства авторов, в частности, М.И. Бра-

гинского, В.В. Витрянского16, И.А. Дубова17, С.В. Пыхтина18, А.Г. Братко19, К. Трофимова20 под

«иными сделками», перечень которых законодателем не определен, имеются в виду только

хозяйственные сделки, направленные на обеспечение (организационное, юридическое,

техническое) банковской деятельности кредитной организации. Именно в силу абз. 4 ст. 5

Закона о банках кредитная организация заключает договоры аренды (субаренды) зданий

(помещений) в качестве арендатора, договоры охраны, обеспечивающие защиту жизни

персонала и сохранность ценностей, договоры имущественного страхования и страхования

денежной наличности в качестве страхователя, договоры купли-продажи офисной и компью-

терной техники, договоры энергоснабжения в качестве абонента и прочие хозяйственные

договоры, необходимые для обеспечения деятельности кредитной организации.

Для кредитных организаций эти сделки не носят предпринимательского характера, т.к.

совершая их, они не преследуют цели и не извлекают прибыль. Прибыль при совершении

этих сделок получают контрагенты кредитных организаций по сделкам21.

По мнению других авторов, в частности Л.Г. Ефимовой22, абз. 4 ст. 5 Закона о банках

разрешает кредитной организации заключать не только сделки, без которых не может быть

обеспечена банковская деятельность кредитной организации, но и любые другие сделки в

соответствии с законодательством РФ, за исключением запрещенных для кредитной орга-

низации производственной, торговой и страховой деятельности.

Данная позиция подтверждается судебной практикой. Так, апелляционная инстанция

Арбитражного суда Свердловской области в своем постановлении от 10 марта 2006 г. по

делу № А60-9691/2005-С423 признала, что деятельность банка по заключению арендного

и агентского договоров осуществлена в силу общей правоспособности и не противоречит

Закону о банках, в котором предусмотрено право кредитной организации осуществлять

иные сделки в соответствии с законодательством РФ.

Как следует из материалов дела, между обществом (агент) и банком (принципал) был

заключен агентский договор, согласно которому агент обязуется совершать от своего име-

ни и за счет принципала действия по передаче в аренду принадлежащих принципалу на

праве собственности конторских помещений, а именно осуществлять подбор арендаторов

помещений и согласовывать их с принципалом, заключать с одобренными принципалом

арендаторами договоры аренды помещений на условиях данного договора, осуществлять

фактическое исполнение заключенных договоров аренды. На основании агентского дого-

вора обществом (арендодатель) с предпринимателем (арендатор) заключен договор аренды

объекта недвижимости, согласно которому арендодатель передает арендатору во временное

владение и пользование два нежилых помещения.

Полагая, что агентский договор является ничтожной притворной сделкой, прикрывающей

коммерческую деятельность банка, противоречащей его целям деятельности и выходящей за

пределы специальной правоспособности банка, и, считая, что договор аренды представляет

собой ничтожную сделку, поскольку заключен с нарушением требований, установленных ст.

608 ГК РФ, предприниматель обратился в арбитражный суд с встречным исковым заявлением

о признании данных договоров недействительными сделками и применении последствий

их недействительности.

Оценив представленные в материалы дела агентский договор и договор аренды, суд

пришел к выводу о том, что спорные договоры не выходят за рамки полномочий кредитной

организации. Как было указано судом, сама по себе деятельность по заключению банком как

арендного, так и агентского договоров осуществлена в силу общей правоспособности и не

противоречит ст. 5 Закона о банках, в которой предусмотрено право кредитной организации

осуществлять иные сделки в соответствии с законодательством РФ. При этом кредитной

организации запрещается заниматься только производственной, торговой и страховой

деятельностью. Спорные договоры ни к одному из запрещенных кредитной организации

видов деятельности не относятся, в связи с чем суд отказал в удовлетворении требований

по встречному исковому заявлению24.

Аналогичная позиция была занята ранее и Федеральным арбитражным судом Восточно-

Сибирского округа в постановлении от 10 июля 2002 г. по делу № А19-1159/02-33-Ф02-

1819/2002-С125. Судом было отмечено, что кредитной организации запрещается заниматься

производственной, торговой и страховой деятельностью, следовательно, любая деятельность

банка, за исключением прямо запрещенной законом, осуществляется в соответствии с Законом

о банках и является банковской деятельностью. Банковская деятельность, как указано судом,

состоит в совершении банковских операций и иных, не запрещенных законом сделок.

Действительно, редакция ст. 5 Закона о банках позволяет сделать вывод о том, что

кредитной организации разрешено осуществлять банковские операции и любые сделки,

за исключением запрещенной для кредитной организации производственной, торговой и

страховой деятельности. Представляется, однако, что подобный подход не соответствует

общей концепции Закона о банках, наделяющей кредитную организацию специальной

правоспособностью в целях обеспечения их специализации на осуществлении банковской

деятельности, в связи с чем право кредитной организации осуществлять «иные сделки» не

может быть безграничным исходя из ее целевой правоспособности.

Совмещая банковскую деятельность с иными видами деятельности, в т.ч. посредством

осуществления иных сделок в соответствии с законодательством РФ, кредитные организации

реализовывают свои собственные, частные интересы. Однако банковская деятельность сама

по себе является высокорисковой, поскольку в процессе ее осуществления аккумулируются

денежные средства третьих лиц — вкладчиков и кредиторов кредитной организации.

Надежность и стабильность банковской системы — один из определяющих факторов

экономического и социального благополучия государства и общества. Специфика статуса

кредитной организации, а также особенности ее деятельности требуют максимального

регулирования направлений деятельности кредитной организации, в т.ч. посредством

совершения «иных сделок», в связи с чем полагаем, что ст. 5 Закона о банках нуждается

в уточнении касательно характера осуществляемых кредитной организацией иных сделок

в соответствии с законодательством РФ, для чего предлагаем абз. 4 ст. 5 Закона о банках

изложить в следующей редакции: «Кредитная организация вправе осуществлять иные

сделки в соответствии с законодательством РФ, направленные на обеспечение банковской

деятельности кредитной организации».

Предлагаемые изменения не приводят к ущемлению прав кредитной организации и

полностью соответствуют позиции Пленума Верховного Суда РФ и Пленума Высшего Арби-

тражного Суда РФ, изложенной в п. 18 постановления от 1 июля 1996 г. № 6/8 «О некото-

рых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского кодекса Российской

Федерации»26. В соответствии с данным постановлением коммерческие организации, в

отношении которых законом предусмотрена специальная правоспособность (банки, стра-

ховые организации и некоторые другие), не вправе совершать сделки, противоречащие

целям и предмету их деятельности, определенным законом или иными правовыми актами.

Такие сделки являются ничтожными на основании ст. 168 ГК РФ как не соответствующие

требованиям закона или нормативных актов.

Очевидно, что принятие указанных изменений устранит существующий в юридической

литературе спор относительно характера правоспособности кредитной организации.