§ 22.

К оглавлению
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 
17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 
34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 
51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 
68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83 84 
85 86 87 88 89 90 91 92 93 94 95 96 97 98 99 100 101 
102 103 104 105 106 107 108 109 110 111 112 113 114 115 116 117 118 
119 120 121 122 123 124 125 126 127 128 129 130 131 132 133 134 135 
136 137 138 139 140 141 142 143 144 145 146 147 148 149 150 151 

 Другое проявление горной регалии выражается в из-

влечении дохода из горного дела путем взимания налогов и по-

шлин с частной предприимчивости и, оттеснив на задний план

личную инициативу правительства в горной промышленности,

имеет ныне первенствующее значение. Эта сторона горной рега-

лии является весьма важной, так как она может служить значи-

тельным источником государственных доходов и, кроме того,

оказывает немаловажное влияние на самое состояние, на ход раз-

вития этой отрасли народного хозяйства. Металлы и минералы

играют вообще чрезвычайную роль в экономической жизни об-

щества, и потому устанавливаемый горным законодательством

характер отношений государства к их добыванию обладает вы-

дающимся значением, что и заставляет нас остановиться на этом

вопросе с большей подробностью.

Основной вопрос всего горного законодательства заключа-

ется обыкновенно в том, кто распоряжается недрами земли – соб-

ственник ли ее поверхности или государство? Иначе говоря, со-

единено ли право собственности на поверхность земли с правом

собственности на ее недра или последнее отделено от первого и

принадлежит государству. Взглянем, как решался этот вопрос в

различные периоды государственной жизни и как он решается в

настоящее время.

В древнем мире1 как общее правило существовало второе

решение этого вопроса и собственником недр земли считалось

государство, которое и отдавало их для разработки частным ли-

цам за известное вознаграждение. Так было в Египте, Карфагене,

Греции. Только в Древнем Риме, по первоначальному римскому

праву, минералы и руды считались плодами земли и сравнива-

лись, следовательно, со всяким произведением ее поверхности;

но и здесь с переходом владычества республики за пределы Ита-

лии это воззрение стало изменяться, и ко времени установления

империи повсюду в ее владениях, за исключением Италии, вла-

дельцем недр земли стало считаться одно государство.

Это положение позднейшего римского права может быть иллюст-

рировано многими примерами. Так, из отрывков горного положения для

провинции Vipaska (вероятно, конца I в. по Р. Х.) видно, что государство

через посредство особого чиновника (procurator metallorum) отдавало там

для горной разработки участки частным лицам за известную плату, доз-

воляя всякому искать и разрабатывать новые месторождения. Император

Константин в 320 г. предоставил в провинции Африке всем желающим

право добычи мрамора на всяких землях; в 363 г. Юлиан распространил

действие этого указа на всю восточную часть империи, а несколько

позднее оно распространилось и на западную часть; в 382 г. издается

постановление, по которому при добыче мрамора и других камней на

частных землях следует уплачивать десятую долю в казну и столько же

землевладельцу. В кодексе Юстиниана нет прямых указаний на призна-

ние законодателем регальности горного дела, но есть одно весьма убеди-

тельное косвенное указание – запрещение искать ископаемых под чужи-

ми домами; естественно предположить отсюда, что ископаемые отыски-

вались совершенно свободно и что отсутствие всяких законодательных

стеснений в этом деле давало возможность некоторым ревностным иска-

телям не только бродить по чужим землям, но и подкапываться под чу-

жие дома.

Касательно отношения государства к горному промыслу в

начале средних веков существует между финансистами множест-

во споров, легко объяснимых смутностью, неполнотой и разно-

образием дошедших до нас сведений. Нельзя, однако, отрицать,

что воззрение на ископаемые, как на клад, недоступный для част-

ных лиц и, следовательно, не принадлежащий им, должно было

существовать долгое время, ибо в эпоху начала средних веков

никто значительной цены добыванию металлов и минералов не

придавал, вследствие того что при несовершенстве технических

приемов, отсутствии знания и неразвитости частной инициативы

это добывание являлось почти невозможным для частных лиц. Не

могли остаться также без влияния и традиции Римской империи.

Поэтому уже с VII в. встречаются пожалования королями и гер-

цогами разным духовным и светским властителям права добычи

металлов иногда на землях, принадлежащих самому жалуемому,

иногда же на землях, не принадлежащих ни жалуемому, ни коро-

лю или герцогу. С открытием и увеличением разработки новых

рудников все более и более утверждалась и крепла их регаль-

ность, сознание верховного права на них государства, и выража-

лась уже в более или менее общих распоряжениях верховной вла-

сти.

Дальнейшая судьба горной регалии в различных странах

была неодинакова. В Англии, как известно, борьба земледельче

ского класса с королевской властью кончилась победой позе-

мельной аристократии, и это обстоятельство положило конец

горной регалии в этой стране. Постепенно горная регалия в Анг-

лии стала ограничиваться отдельными актами парламента снача-

ла относительно отдельных местностей, а затем и относительно

всей страны, так что в настоящее время, за ничтожными и немно-

гочисленными исключениями, владелец поверхности земли явля-

ется в Англии и собственником недр ее. Во Франции горная рега-

лия в полной силе существовала до конца XVIII в., в котором под

влиянием освободительных идей и новых экономических теорий,

проповедовавших свободу конкуренции и строгое уважение к

личной инициативе, основанной на праве собственности, ей был

нанесен тяжкий удар; однако она удержалась и до сих пор, хотя и

с весьма серьезными ограничениями. Наконец, Германия пред-

ставляет собой страну, где горная регалия существовала всегда в

самых широких размерах, касаясь почти всех важнейших иско-

паемых.

Различно было и проявление регального права в жизни. Оно

выражалось, напр., в Германии: или 1) в форме монополии, т.е.

государство присваивало себе исключительное право на добыва-

ние и продажу горных продуктов, или 2) государство отдавало

добывание горных продуктов разным территориальным владель-

цам, или, 3) наконец, чаще всего государство, обложивши горный

промысел прямым налогом, объявляло добывание ископаемых

свободным (Freierklärung) под условием: а) уплаты означенного

налога (Frohngeld), б) постоянного ведения разработки и в) возна-

граждения за убытки землевладельца, иногда заменяемое участи-

ем в прибылях (Mitfaurecht). Такой порядок, по которому, наряду

с признанием за государством регального права собственности на

недра земли, существует право каждого частного лица искать

ископаемых на всех землях, носит техническое название «горной

свободы» (Bergbaufreiheit или просто Bergfreiheit). Он является

прямым следствием горной регалии, находится с ней в преемст-

венной связи; это ясно видно из того, что горная свобода и не

относилась к ископаемым, которые не подлежали регалии. Оче-

видно, владельцы последней, убедясь в неудобстве и невозмож-

ности личной эксплуатации ее на всем пространстве своих терри-

торий, нашли более целесообразным предоставить ее частным

лицам за определенную плату, а стремление к большой выгоде

для казны вызвало желание поощрить развитие частной промыш-

ленности, могучий стимул к чему был найден в установлении

горной свободы и права первого открывателя. Таким образом,

горная регалия привела за собой горную свободу, т.е. право одно-

го лица, применяемое первоначально в интересах исключительно

этого лица, явилось тем корнем, из которого выросло право каж-

дого, способное быть применяемым в интересах общегосударст-

венных (Штоф). В настоящее время горная свобода служит осно-

ванием всего горного законодательства Германии, а за немноги-

ми исключениями и отступлениями, и всего цивилизованного

мира, и нет сомнения, что только благодаря существованию этого

института горная промышленность достигла той высокой степени

развития, на которой она находится теперь в государствах Сред-

ней Европы.

В глубине средних же веков коренится начало и тех сборов, кото-

рые и поныне взимаются континентальными государствами Европы в

несколько измененном виде. Важнейшими из этих сборов были:

1. Горная десятина – самый распространенный сбор, взимавшийся

в размере 1/10 части всех продуктов, добытых из земли, т.е. валового до-

хода, и потому весьма обременительный, вследствие чего делались все-

возможные послабления, понижавшие его до 1/20 части. С течением вре-

мени натуральная десятина превратилась в денежную, а в настоящее

время изменилась в пропорциональную горную подать.

2. Четвертные деньги (Quatembergelder) – сбор несколько позд-

нейшего происхождения, взимавшийся по четвертям года и предназна-

чавшийся исключительно на содержание фискальной администрации,

которая наблюдала за производством горного промысла, своевременной

уплатой различных сборов и соблюдением со стороны горных предпри-

нимателей правил, установленных в интересах общественной безопасно-

сти. Сбор этот сохранился до сих пор в некоторых государствах, напр. в

Пруссии под названием «Aufsichtssteuer» (подать за надзор, взимающая-

ся в размере 1 % с валового дохода).

3. Винодельческая пошлина (Recessgelder), уплачивавшаяся обык-

новенно твердой цифрой (в этом отношении, впрочем, были и исключе-

ния: напр., в швейцарском и саксонском законодательстве, у нас в законо-

дательстве Петра Великого эта пошлина была установлена в размере 1/32

части дохода) лицом, добывавшим металл или минерал, собственнику

земли, на которой производилось это добывание, если только землевла-

делец существовал отдельно от предпринимателя. Плата за поверхность

земли, отведенной для промысла, взимается и в настоящее время.

4. Точно так же до сих пор существуют jus praeemptionis – право

первой купли. Сущность этого сбора заключается в играющем весьма

выдающуюся роль в горной регалии праве государства первому поку-

пать все продукты, добытые частными предпринимателями из земли, по

известным, законом определенным ценам. Первоначально право это рас-

пространялось почти на все важнейшие предметы добывания, но посте-

пенно ввиду многочисленных затруднений, возникающих отсюда для ча

стной промышленности, и невозможности надежного контроля за соблю-

дением интересов казны, основанных на этом праве jus praeemptionis, по-

стоянно ограничивалось и суживалось, и в настоящее время оно касается

только благородных металлов – золота, серебра, платины (в некоторых

государствах – селитры).

Если принять за основание характеристики современных ев-

ропейских горных законодательств, относительное значение гор-

ной регалии и горной свободы, то представляется возможным

различить в них четыре типа.

Первый тип характеризуется полным отсутствием горной

регалии и горной свободы. Представителями такого порядка ве-

щей являются Англия1 и часть Италии; право земельной собст-

венности здесь слишком строго и исключает всякого вмешатель-

ство другого лица на право распоряжения недрами чужой земли.

Отсюда – полное отождествление собственности на поверхность

и недра земли.

Второй тип характеризуется существованием горной рега-

лии и отсутствием горной свободы на всех частных землях (Рос-

сия, кроме Царства Польского и Финляндии).

В третьем типе горного законодательства землевладелец

признается собственником недр земли (отсутствие горной рега-

лии), правительство имеет лишь надзор за производством горного

промысла; горная же свобода существует, но со значительными

ограничениями. В случае открытия руды на чуждой земле прави-

тельство первоначально предлагает разрабатывать ее самому вла-

дельцу земли, и только тогда, если он отказывается от разработ-

ки, это право передается лицу, открывшему руду (часть Италии,

Женевский кантон).

В четвертом, господствующем и наиболее рекомендуемом,

типе горного законодательства соединяются в разнообразных

отношениях горная регалия и горная свобода (Франция, Бельгия,

Пруссия, Австрия, Царство Польское, Финляндия и др. страны).

Обыкновенно и регалия, и свобода касаются не всех металлов и

минералов, а только важнейших, причем в разных странах имеют

место различные ограничения.

Во Франции с Бельгией все ископаемые разделяются по отноше-

нию к праву их разработки на три группы: 1. Металлы и некоторые ми-

нералы (mines), которых никто не может добывать без особой концессии

от правительства, все равно на собственной ли или на чужой земле; соб-

ственник земли имеет лишь преимущественное право на разработку;

если в течение срока он не приступил к раскопкам, концессия дается

третьим лицам, а собственник может получить лишь вознаграждение за

занятую землю. 2. Копи (minières: наносные железные руды, торф, кол-

чеданистые и квасцовые земли) находятся вообще в распоряжении зем-

левладельца, но для разработки их требуется разрешение правительства,

а разработка некоторых из них может быть предоставляема, помимо

воли землевладельца, и посторонним лицам. 3. Каменоломни (carrières)

подчиняются полной свободе распоряжения со стороны землевладельца.

Пруссия совершенно изъяла из распоряжения землевладельца все

металлы и многие минералы, предоставив частным лицам полную сво-

боду их поисков и добывания повсюду, за исключением тех местностей,

где последнее несовместимо с общественными интересами (напр., под

дорогами, зданиями, колодцами), под условием уплаты вознаграждения

за порчу земли собственнику и известной пошлины государству.

Вот общие начала действующего горного законодательства.

Спрашивается, насколько господствующий в нем тип – соедине-

ние горной регалии и горной свободы – является справедливым в

своих основаниях и совместным с уважением к частной собст-

венности?1 Для ответа на этот вопрос рассмотрим те начала, ко-

торые обыкновенно полагаются в основание права собственности

на землю.

По естественному праву основанием собственности являют-

ся завладение и труд: с этой точки зрения принцип горной свобо-

ды вовсе не противоречит праву собственности, ибо как завладе-

ние, так и труд, направленный на расчистку и обработку почвы, в

ту первобытную эпоху, когда слагалось право собственности на

землю, имели в виду исключительно ее поверхность; а богатства

ее недр, залегающие на более или менее значительной глубине,

были тогда еще неизвестны и потому не могли привлекать к себе

внимания отдельных лиц.

Если за основание права собственности признать договор

гражданского общества, то и здесь нельзя найти противоречия

между горной свободой и земельной собственностью, ибо в мо-

мент заключения этого договора подземные богатства не были

известны и не имелись в виду контрагентами.

Кроме того, даже и в том случае, если бы последнее предпо-

ложение не имело места в действительности, решение поставлен-

ного выше вопроса одним этим не могло бы измениться, ибо в

настоящее время, как известно, абсолютной свободы действий,

основанной на праве, никаким регуляциям со стороны государст-

ва не подлежащем, – не признается. Раз же отсутствие такого, не

подлежащего никаким ограничениям, абсолютного права являет-

ся неоспоримым фактом, то становится очевидным, что лишь в

условиях и важности осуществления известного права, в данном

случае в условиях самого процесса добывания ископаемых и его

важности для общественного хозяйства и человеческой культуры,

надо искать ответа на вопрос о праве государства регулировать

его и делать своей регалией. Здесь мы встречаемся со следующи-

ми соображениями:

1. Важность добывания металлов и минералов и их значение

в жизни человечества не подлежит сомнению: трудно себе пред-

ставить, в каком беспомощном положении находились бы теперь

люди, если бы они не ознакомились уже в давно минувшие вре-

мена с обработкой и употреблением ископаемых.

2. Между тем в условиях добывания ископаемых заключает-

ся известная рискованность предприятия, которая делает способ-

ным к этому делу далеко не всякого землевладельца. В стране,

где не существовала бы горная свобода, ожидать, чтобы каждый

землевладелец, особенно при условии мелкого землевладения,

обладал необходимыми техническими познаниями, необходимым

капиталом, необходимой предприимчивостью для отыскания и

разработки копий и руд, лежащих под его землей, невозможно.

3. Протяжения и границы подземных богатств не совпадают

с пределами владений на поверхности земли, так что разработка

руд, залегающих на значительном пространстве, для своего ус-

пешного хода требует часто отчуждения и сосредоточения в од-

них руках большой площади, принадлежащей разным владель-

цам. Нет сомнения, что добиться добровольного согласия на от-

чуждение земли или производство на ней раскопок от таких раз-

личных владельцев для частного лица весьма нелегко, а иногда и

совершенно невозможно.

Отсюда видно, что соединение права собственности на по-

верхность и недра земли должно парализовать горную промыш-

ленность и тем наносить существеннейший ущерб народно-

хозяйственным интересам. Принцип горной свободы лишь один

может служить достаточно сильным стимулом и надежным усло-

вием успешной разработки горных богатств, и поэтому призна-

ние его составляет прямую задачу развитого горного законода-

тельства.