§ 55.

К оглавлению
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 
17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 
34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 
51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 
68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83 84 
85 86 87 88 89 90 91 92 93 94 95 96 97 98 99 100 101 
102 103 104 105 106 107 108 109 110 111 112 113 114 115 116 117 118 
119 120 121 122 123 124 125 126 127 128 129 130 131 132 133 134 135 
136 137 138 139 140 141 142 143 144 145 146 147 148 149 150 151 

 В России личный налог – в форме подушного – долгое

время играл роль весьма значительного источника государствен-

ного дохода и, несмотря на все свое несовершенство и неспра-

ведливость, особенно вследствие деления населения на податные

и неподатные сословия, продержался с Петра Великого вплоть до

2 мая 1882 г., когда был издан указ об его отмене. В настоящее

время подушная подать сохранилась только в Сибири, где она

взимается главным образом с бывших государственных крестьян

и (в половинном размере) с ссыльнопоселенцев и, под названием

«ясака» (мехами), с кочевых и бродячих инородцев. Общая сумма

дохода, приносимого этими сборами, незначительна: по исполне-

нию росписи на 1893 г. она равнялась 145 621 р.1

Разные виды подушного налога встречаются в России довольно ра-

но: так, напр., дани раскладывались князьями на побежденных народов

поголовным образом – «столько-то с мужа». В течение удельного перио-

да о ней повторяется несколько раз; во время ига монгольского у нас

встречаются поголовные переписи, нет сомнения, ради разного рода

поголовных поборов. Но при дальнейшем развитии России в экономиче-

ском и финансовом отношении замечается чаще и чаще, что эта форма

обложения в чистом ее виде отступает на задний план и заменяется на-

логами поимущественного характера. Еще платя налоги в ханскую каз-

ну, великие князья распространили эти налоги; именно вместо «черного

бора» – подушной подати, собиравшейся монголами, установили новый

налог, имевший сначала характер поземельного, а после и вообще подо-

ходного, – так называемую «посошную подать».

Как известно, этот налог покончил свое существование при Петре

Великом в 1718 г. с установлением подушной подати, которая, впрочем,

по мысли великого государя, далеко не должна была иметь тот характер,

какой носила она на себе впоследствии. Указ 1718 г. прямо высказывает-

ся, что подать обязаны платить только те лица, которые или «пашут

пашню», или «производят промыслы и торговлю», т.е. не обязаны по-

жизненной личной службой, как тогдашнее дворянство. Те же лица, ко-

торых указ называл «гулящими», не имевшие земли и не производившие

никакого промысла, должны были записываться на «землю» или «горо-

да», чтобы участвовать в платеже подушного налога (дворяне, не явив-

шиеся в полки, духовные лица, не занимавшие штатных должностей,

вольноотпущенные, выходцы из разных стран и беглые, не помнящие

родства). Таким образом, Петр Великий имел в виду налог не на лицо

собственно или простую рабочую силу, а на лицо как представителя

известной собственности или промысла, почему от налога освобожда-

лись неспособные к работе и увечные, а также слуги, кормящиеся жало-

ваньем своих господ. Указ Петра ясно показывает, что он вовсе не имел

намерения возложить всю податную тягость на крестьянина, но наобо-

рот, на всех лиц, не приносящих государству пользы иным способом.

«Эти высокие предначертания великого преобразователя, – замечает

кн. Васильчиков, – были немедленно искажены его простодушными

преемниками и иноземными правителями. Уже в 1727 г. Екатерина I,

составив Верховный Совет «из шляхетства, знатных особ и других пер-

сон», велела рассмотреть, почем впредь с крестьян с душ, так как ныне

или по примеру других государств с одних работников и особенно, как

обычай в Швеции, платеж положить». Проектированное Петром наделе-

ние землей всех плательщиков подушного налога не было выполнено

при этом, и, таким образом, подать превратилась действительно в лич-

ный налог, лежавший только на низших сословиях, тогда как по мысли

Петра с уничтожением обязательной службы она должна была бы рас-

пространиться и на высшие сословия. Этим нововведением, говорит гр.

Толстой, податная система России, которая ничем не уступала системам

Западной Европы, отстала от них надолго в усовершенствовании этой

отрасли финансового управления. В самом деле, с этого времени харак-

терными чертами нашей податной системы являются, во-первых, разде-

ление населения на податные и неподатные сословия и, во-вторых, пре-

имущественное значение сборов поголовного характера (подушной и

оброчной подати), вследствие чего почти вся тяжесть прямого обложе-

ния лежала на низших, беднейших классах народа. Попытка Павла I рас-

пространить подушную подать на дворянство, «сей знатнейший чин

государства, паче прочих ощутивший милость Монаршую», не имела

продолжительного результата, ибо при Александре I этот дворянский

налог уничтожен или, точнее, был разложен в виде 18 к. на душу поме-

щичьих крестьян.

С 1863 г. подушному налогу подлежали только крестьяне (до этого

года также мещане, а ранее, как мы знаем из истории промыслового налога, и купцы). Главным фундаментом организации его служили произ-

водившиеся через известные промежутки времени «ревизии», или пере-

писи податного мужского населения (не исключая младенцев). На осно-

вании обнаруженного ревизией числа душ и установленного законом

оклада определялась в Министерстве Финансов общая цифра налога и

делалась раскладка его по губерниям, уездам и волостям. Окончательная

раскладка налога между отдельными плательщиками производилась

самими сельскими обществами, причем принцип поголовности утрачи-

вал свое значение и заменялся поимущественным: во внимание при этом

распределении налога принималось количество рабочих сил, величина

надела и вообще имущественное положение крестьянина. Несмотря на

этот обычный прием, неравномерность и несправедливость подушной

подати резко бросались в глаза и служили причиной массы недоимок.

Несовершенства этого налога особенно начали привлекать на себя

внимание с царствования императора Александра II и вызвали целый ряд

проектов реформы, но только 2 мая 1882 г. вышел указ, который всем

этим проектам и попыткам положил конец, выразив твердое намерение

правительства покончить навсегда с подушным налогом путем посте-

пенного уничтожения его по мере нахождения новых источников дохо-

да. Новым указом 25 мая 1885 г. постановлено совершенно прекратить

с 1 января 1887 г. взимание подушной подати во всей Империи, кроме

Сибири.

Для правильного суждения о значении этой меры и о тех последст-

виях_, коими она должна сопровождаться, кроме общих нам известных

соображений о непригодности подушных сборов, необходимо принять

во внимание и следующие обстоятельства:

1) Уничтожение более 60 милл. подушной подати для всех кресть-

ян, бесспорно, должно было составить громадную экономическую выго-

ду и, облегчая тяжесть наиболее производительного класса народа, пред-

ставляло собой и мудрую в финансовом отношении меру, создавая более

благоприятные условия для материального преуспеяния крестьян в бу-

дущем и подготовляя более надежный класс плательщиков.

2) Отменой подушного налога правительство уничтожило в прин-

ципе разделение сословий на податные и неподатные и тем отказалось от

мысли удерживать привилегированность одних в ущерб другим.

3) Погашение подушной подати и соединенное с ним понижение

выкупных платежей несомненно не могло не изменить взгляда крестьян

на землю как на бремя, как это было до сих пор в тех местностях, где

земля не составляет главного источника пропитания крестьян, где боль-

шой надел только увеличивал платежи, не увеличивая дохода. Под влия-

нием реформы 1885 г. связь населения с землей должна непременно сде-

латься крепче, а потому представится возможным изменить и уцелевшие

еще доселе юридические формы прикрепления крестьян к земле (уволь-

нение из обществ, приписки к ним и пр.), ибо они сделались совершенно

бесполезными, а стеснительными и подчас вредными они являлись уже и

прежде.

4) С отменой подушного счета крестьян и взимания налогов, нет

сомнения, может быть изменен и самый порядок обеспечения исправно-

го платежа податей, представляющийся ныне в виде круговой поруки,

крайне несправедливой в своем основании.

5) Наконец, отмена подушной подати делает возможной коренную

реформу нашей отяготительной и вредной паспортной системы.

Вообще по своей разносторонней важности для блага народа отме-

на подушного налога останется навсегда в летописях истории как одно

из великих деяний, совершенных в настоящее царствование1.

Одним из наиболее обращающих на себя в настоящее время видов

специальных личных налогов является так называемый военный налог,

вызванный на свет существованием всеобщей воинской повинности и

падающий на лиц, по каким-либо причинам освобожденных от действи-

тельной службы. В короткое время этот налог вызвал целую обширную

литературу; назовем здесь: Lesigang. «Das Wehrgeld oder die Ausgleichungsbelastung

der nicht dienenden Wehrpflichtigen» (в «Jahrb. für National-

Oekonomie und Statistik». Bd 33); Cohn. «Militärsteuer» (в «Tüb.

Zeitschrift f. die gesammten Staatswissenschaften». 1879); Marcinowski.

«Wehrsteuer im Deutschen Reich». Berlin, 1881; Borstorff. «Die Wehrsteuer»

(в «Tüb. Zeitsch.». 1866); Neumann. «Die Wehrsteuer» (в «Finanz Archiv».

1887); Ferraris. «L’imposta militare». Roma, 1883 и «L’imposta militare in

Francia ei nuovi studi su diessa in Germania ed in Italia» (в «Nuova Antologia

». 1889, II); Бранд. «Налог на освобожденных от воинской повинности

в теории и в практическом применении». Киев, 1889. Этот длинный пе-

речень достаточно показывает то внимание, с каким отнеслись ученые к

этому новому виду обложения. Обоснование этой формы налога лежит в

принципе справедливости: лицо, отбывающее воинскую повинность,

приносит известную жертву в пользу общего блага: терпит лишения,

теряет свободу, может нести ущерб в своем имущественном положении;

чтобы достигнуть равенства пожертвований, представляется справедли-

вым наложить какую-нибудь жертву и на тех лиц, которые, будучи вме-

сте с ним призваны к отбыванию воинской повинности, по какой-либо

причине были освобождены от нее; а так как однородной, личной, нату-

ральной жертвы придумать для них нельзя, то очевидно, что она должна

быть заменена денежным пожертвованием в виде специального более

или менее высокого налога. Будучи, по-видимому, прямым логическим

выводом из принципа справедливости обложения, эта аргументация да-

леко не представляется безусловно убедительной. Во-первых, остается

недоказанным, что для огромной массы простого люда, служащего в

солдатах, отбывание воинской повинности является значительным ли-

шением, напротив, очень часто оно сопровождается выгодными последствиями: незначительный труд, обеспеченное пропитание, некоторое

приобщение к плодам культуры, часто облегчение будущей карьеры и т.д.

Во-вторых, что более важно, подобный налог должен погрешить в самом

основании своем: невозможно отыскать такого имущественного эквива-

лента, который представлялся бы хоть сколько-нибудь соответствующим

труду по отбыванию воинской повинности и лишениям, ею вызывае-

мым, – лишениям, доходящим очень часто до пожертвования жизнью, и

притом не случайного, как в некоторых других видах труда (железнодо-

рожная служба и т.п.), и вытекающего из самого характера военной

службы; имущественные жертвы и личные, несомненно, несоизмеримы,

а потому такой налог не только не установит нарушенного отбыванием

воинской повинности равенства, а еще более усилит общее податное

неравенство.