8.1 ГРАЖДАНСКОЕ РАЗБИРАТЕЛЬСТВО

К оглавлению
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 
17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 
34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 
51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 
68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83 84 

Ст. 6 Европейской Конвенции по правам человека гарантирует

каждому право на справедливое судебное разбирательство «в случае

спора о его гражданских правах и обязанностях или при предъявле_

нии ему любого уголовного обвинения». В ст. 6 содержится ряд осо_

бых гарантий, которые должны быть предоставлены участникам су_

дебного разбирательства.

Немалое число дел в отношении России связано с различными

проблемами, возникающими в связи с гражданским разбирательст_

вом. Большинство решений по этим делам касается либо вопроса о

длительности разбирательства, либо проблем, связанных с исполне_

нием решения. Эти проблемы будут рассмотрены по очереди.

1 30 июня 2005 г. Россия ратифицировала Протоколы 1, 4 и 7 к Европейской Конвен_

ции по правам человека.

8.1.1 Длительность разбирательства

Период времени, который должен учитываться при определении

того, соответствовало ли разбирательство гарантиям разумности

срока, начинает исчисляться с момента начала разбирательства по

гражданским делам и с момента предъявления обвинений по уголов_

ным делам (см. ниже). Этот период заканчивается по завершении

разбирательства в самой высокой из возможных инстанций2. Для го_

сударств, недавно присоединившихся к системе Конвенции, отсчет

срока разбирательства начинается с даты ее ратификации, однако

Суд может принять во внимание, в каком состоянии находилось дело

на тот момент. Обязательство без промедления завершать разбира_

тельство требует от государств особенно внимательного подхода к

делу, если разбирательство уже продолжалось в течение некоторого

времени до ратификации Конвенции.

Вынося решение о том, имело ли место нарушение, Суд принима_

ет во внимание четыре следующих критерия:

— сложность дела;

— поведение заявителя;

— поведение властей;

— степень риска для заявителя в данном деле.

Путь рассуждений Суда в таких делах можно проследить, напри_

мер, в деле Еманаковой против России3, которое было связано с разби_

рательством о семейной недвижимости, конфискованной в 1930 г.

Отец заявительницы, репрессированный как «кулак», был реабили_

тирован посмертно, а заявительница обратилась с иском о призна_

нии ее прав на дом. Период времени, который должен был рассмот_

реть Суд, составлял три года и 10 месяцев, которым предшествовали

около шести лет разбирательства до 5 мая 1998 г.

Суд указал, что поскольку дело связано с событиями 1930_х годов,

оно представляет определенную сложность. С другой стороны, были

отмечены такие обстоятельства, как небольшие размеры оспариваемого недвижимого имущества, ограниченное число документов в ма_

териалах дела и отсутствие каких_либо свидетелей, которых следова_

ло опросить. Поэтому характер исследуемых вопросов права или

фактических обстоятельств дела не оправдывал длительности разби_

рательства. Суд далее заметил, что в течение почти всего рассматри_

ваемого периода суды не уведомляли заявительницу о том, что рас_

смотрение ее кассационной жалобы откладывалось, при этом в тече_

ние этого времени судебные инстанции не проводили вообще ника_

кой работы по делу. Учитывая вышесказанное, а также личные обсто_

ятельства заявительницы и то, что было поставлено для нее на кар_

ту, Суд счел, что разбирательство не было проведено в разумный

срок в нарушение ст. 6(1).

8.1.2 Проблемы, возникающие при исполнении решений

В решении по делу Бурдов против России4 — самом первом решении,

вынесенном против России — Суд повторил, что ст. 6 гарантирует

право на подачу иска, относящегося к гражданским правам и обязан_

ностям, в суд или трибунал, или «право на судебное разбирательст_

во», а одним из аспектов этого права является право доступа к суду,

т.е. право инициировать судебное разбирательство по гражданским

делам. Однако это право было бы иллюзорным, если бы внутренняя

правовая система государства допускала, чтобы окончательное, всту_

пившее в силу судебное решение оставалось недействующим в ущерб

одной из сторон. Суд заявил, что было бы немыслимо, чтобы ст. 6

предписывала в подробностях процессуальные гарантии, предостав_

ляемые сторонам в разбирательстве, не гарантируя при этом испол_

нения судебных решений; толкование ст. 6 как касающейся исключи_

тельно доступа к суду и проведения разбирательства привело бы к си_

туациям, несовместимым с принципом верховенства закона, кото_

рый Договаривающиеся государства обязались соблюдать при рати_

фикации Конвенции. Поэтому исполнение решение должно рассма_

триваться как неотъемлемая часть «судебного разбирательства» по

смыслу ст. 6.

Заявитель по делу Бурдова принимал участие в спасательной опе_

рации в районе катастрофы на Чернобыльской АЭС и в результате

пострадал от обширного радиоактивного облучения. В 1991 г. Ему была назначена компенсация за вред, причиненный здоровью, одна_

ко эти деньги ему не выплачивались, несмотря на обращение в суд с

иском против службы социального обеспечения. В своем решении

Суд постановил, что государственные органы не имеют права ссы_

латься, как это сделали российские власти, на недостаток средств в

качестве оправдания невыплаты средств, причитающихся согласно

решению. Несмотря на то, что в определенных обстоятельствах за_

держка при исполнении решения может быть оправдана, она, тем не

менее, никогда не должна умалять самую суть права по ст. 6. В деле

Бурдова несоблюдение российскими властями судебных решений о

выплате заявителю компенсации полностью лишило ст. 6 какого_ли_

бо смысла и потому представляет собой нарушение Конвенции.

С подобной проблемой было связано много других дел — одним из

примеров является дело Тетерины против России5, которое касалось

неисполнения решения, предписывающего городскому совету обес_

печить заявителя государственным жильем, на которое он имел пра_

во, будучи судьей.

8.1.3 Надзорное производство

Совместимость с Конвенцией надзорного производства исследо_

валась в деле Рябых против России6. Заявительница обратилась с ис_

ком против банка и государства, утверждая, что вследствие экономи_

ческих реформ ее личные сбережения значительно упали в цене.

Сбережения были результатом тяжелого труда заявительницы, кото_

рая намеревалась купить на эти средства квартиру. Однако государст_

во, в нарушение требований законодательства о вкладах, не провело

переоценки сумм на вкладах с целью компенсировать инфляцию.

Районный суд вынес решение в пользу заявительницы и назначил ей

компенсацию. Однако председатель Белгородского областного суда

подал на решение протест в порядке надзора на том основании, что

оно было принято в нарушение норм материального права. Решение

было отменено, а требования заявительницы оставлены без удовле_

творения.

Европейский Суд повторил свои рассуждения по делу Бурдова, ука_

зав в дополнение, что право тяжущегося на суд было бы иллюзорным и в том случае, если бы правовая система государства допускала отме_

ну окончательного и вступившего в силу судебного решения судом

высшей инстанции не в результате использования права на обжало_

вание, а в результате принесения протеста должностным лицом госу_

дарства. В данном деле было установлено нарушение ст. 6. Председа_

тель областного суда в этом деле действовал в соответствии со ста_

рым Гражданским процессуальным кодексом. Европейский Суд еще

не высказывался по вопросу о совместимости с требованиями Кон_

венции нового Гражданского процессуального кодекса 2002 г.