Перед штурмом

К оглавлению
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 
17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 
34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 
51 52 53 54 55 

По мере того как артиллеристы вырывали из-под земли вражеские железобетонные крепости, все нарастало нетерпение — поскорее бы покончить с белофиннами. Командиры подразделений едва сдерживали порыв бойцов. Гневом и яростью загорались люди, глядя на серые квадраты из железобетона и стали, ощерившиеся черными зевами амбразур. Мучила, тяготила бойцов эта неожиданная остановка перед вражеским укрепленным районом.

Враг укрепился основательно, капитально. Но у нас не голые руки, хороша наша техника. Мы в силах дать такой огонь, от которого враг с ума сойдет в своих железобетонных логовищах. Но чтобы бросить на штурм укрепленного района нашу технику, наших замечательных бойцов, чтобы взять и стереть с лица земли эти проклятые доты и дзоты, нужна, была подготовка. Серьезная, вдумчивая подготовка! Еще ни одной армии не приходилось прорывать такие укрепленные позиции.

Подготовка к штурму в 123-й стрелковой дивизии шла полным ходом. В трех километрах от передовых позиций был построен “укрепленный район”, в точности воспроизводивший схему вражеской оборонительной полосы. Бойцы учились преодолевать надолбы и проволочные заграждения, брать штурмом доты. Сколачивались блокировочные группы. Артиллеристы-противотанковики учились поспевать со своими пушками всюду, где было необходимо поддержать пехоту. Танкисты практиковались в боевом взаимодействии с пехотой, подвозя блокировочные группы к макетам дотов на прицепленных к танкам бронесанях.

Не зная усталости, готовил к штурму свой батальон капитан А. Сорока. Это был один из самых энергичных организаторов прорыва. Его, спокойного и бесстрашного большевика, знал и любил весь полк.

Особое значение придавал капитан Сорока индивидуальной Выучке бойца. Он требовал от каждого — быть зорким и смелым в бою, умело учитывать обстановку. Не только требовал этого, но и учил этому бойцов.

Большое внимание обращал капитан Сорока на взаимопомощь подразделений в бою. Тяжело доставалось артиллеристам. Колеса орудий вязли в глубоком снегу. Стоило больших усилий вытаскивать их и двигать орудия вслед за пехотой. Предвидя эти трудности в бою, капитан Сорока заранее выделил несколько стрелковых отделений в помощь артиллеристам.

Три раза мы инсценировали штурм вражеского укрепленного района. Сознавая всю ответственность перед страной за предстоящее боевое дело, бойцы и командиры подразделений действовали на учениях всерьез, не щадя сил. Могучие крики “ура” оглашали лес, когда над макетом вражеского дота взвивалось красное знамя. Большие серые глаза Сороки искрились, когда подразделения, поддерживая друг друга, стремительно врывались в траншеи, мастерски преодолевали проволоку, надолбы и другие препятствия.

— Отлично! Дело выйдет! — говорил капитан. Бойцы и командиры окружали его.

— Когда штурм, товарищ капитан?

— Штурм? — как бы не расслышав, переспрашивал Сорока и добавлял, улыбаясь: — Ничего необычного, товарищи, не будет. Самое обыкновенное дело. Горячее, правда, но самое обыкновенное. Прикажут нам с вами: “Взять доты, разгромить укрепленный район врага!” Возьмем и разгромим! Помните сталинские слова: нет таких крепостей, которых не взяли бы большевики...

Спокойствию, хладнокровию и деловитости в бою учил бойцов капитан Сорока...

Окончив учения, батальон снова занял передовую линию. Вражеские железобетонные крепости были уже обнажены. Мы рыли траншеи поблизости от них. С каждым днем все ближе к врагу переносили наблюдательные пункты. По склонам рощи “Зуб” спустились в лощину взводы полковой артиллерии. Они били по дотам прямой наводкой. Там же, вблизи от врага, оборудовали огневые позиции минометчиков. Перенес в лощину свой командный пункт и капитан Сорока. Нетерпение нарастало.

— Когда штурм, товарищ капитан?

— Выдержка и спокойствие, товарищи!..

И вот долгожданные дни настали. 10 февраля капитан Сорока пришел с командного пункта командира полка майора Рослого в приподнятом настроении. Серые глаза его светились как-то по-особенному, задорно, вызывающе. Все мы, сидевшие в землянке командного пункта батальона, поняли: штурм и разгром укрепленного района врага — дело решенное. Сдерживая волнение, встали, окружили капитана. Он сказал:

— Одиннадцатого февраля за нашими боевыми действиями будет следить из Москвы товарищ Сталин, вся страна будет думать о нас...

Все ясно: штурм вражеского укрепленного района назначен на завтра. Скоро на неприступных железобетонных крепостях врага будут развеваться красные знамена. Кто-то из нас закричал “ура”. Капитан Сорока рассердился:

— Предстоит серьезное дело, а не забава!.. Вызвать ко мне командиров и политруков!

Собрались командиры рот: лейтенанты Дутов, Чирков, Маньков, командир подразделения пулеметчиков Шаповалов, политруки Шангулов, Тайгулов, Смирнов, комиссар батальона Циренщиков, командиры блокировочных групп, танкисты, саперы. Командир батальона начал объяснять задачу. Командование полка поставило перед батальоном сложную боевую задачу:

прорвать укрепленный район на высоте 65,5 и обеспечить свободный выход частей к станции Кямяря. На пути — центральный дот № 006, выступающий двумя серыми казематами, соединенными бетонированным тоннелем, в котором свободно может разместиться целый батальон. На пути — надолбы, ров, проволочные заграждения, глубокие вражеские траншеи, железобетонная стена для укрытия пехоты и минометов, доты и дзоты в глубине обороны.

С наступлением темноты, надев маскировочные халаты. Сорока и Циренщиков повели командиров подразделений на исходные рубежи. 6-я рота займет исходное положение в лощине, прямо перед дотом № 006, в 200 метрах. Задача — блокировать дот, занять траншею, парализовать действия глубинных огневых точек врага. 4-я рота наступает справа от дороги через высоту 65,5. Она врывается в траншею и занимает землянки, уничтожая противника. 5-я рота врывается за танками в промежуток между 6-й и 4-й ротами, прикрывает огнем действия блокировочных групп, обеспечивает движение по дороге.

Весть о наступлении облетела все землянки. Велико воодушевление бойцов. Вечером везде был прочитан приказ. Наконец-то! Бойцы осматривали свое оружие, чистили его, надежнее закрепляя на лыжах бронированные щитки. В отделениях, взводах и ротах командиры и политработники объясняли бойцам предстоящую задачу. Неутомимо работали связисты, проводя новые линии связи к подразделениям.

На командном пункте батальона — деловое оживление. Невдалеке от него уже встали за прикрытиями могучие танки с бронесанями для подвоза к дотам блокировочных групп. Сюда доставляли ящики со взрывчаткой.

Бойцы ужинали, получали штурмовой паек. Часов в десять вечера капитан Сорока отправился в подразделения, чтобы проверить боевую готовность батальона. Он побывал в стрелковых ротах, у минометчиков, у артиллеристов, у танкистов. Всюду его встречали восторженно:

— Значит штурм, товарищ капитан?

— Штурм, товарищи, — отвечал капитан Сорока. — В бой пойдем с именем любимого Сталина на устах. Докажем, что никакие крепости не остановят нас, бойцов и командиров Красной Армии. Только — выдержка, спокойствие, хладнокровие! Каждый должен выполнить свою боевую задачу организованно, мастерски. На штурм во славу Родины!..

— Есть на штурм во славу Родины! — отвечали стрелки, пулеметчики, артиллеристы.

Была ночь, последняя ночь перед штурмом линии Маннергейма.

 

Схема белофинских укреплений на Карельском перешейке

 

 

 

Бомбежка белофинcкого железнодорожного узла. С картины худ. А. Мизина

 

 

Каменная стена с противотанковым рвом

 

 

Внешний вид вражеских траншей с бойницами у дотов

 

 

Гранитные надолбы

 

 

Бойцы осматривают трофейные орудия

 

 

Бреши и вмятины от снарядов в бронированной стенке дота

 

 

За утренним туалетом

 

 

Пулеметчики на лыжах

 

 

Саперы готовятся к ночным действиям в расположении противника

 

 

Мост, построенный саперами на месте разрушенного белофиннами

 

 

 

 

Дополнительные иллюстрации отсутствующие в сборнике

 

Хренов Аркадий Фёдорович

5. 2. 1900 - 29. 12. 1987

 

Ульянов Иван Федосеевич

8. 11. 1907 - 11. 5. 1968

 

Комендант Сергей Павлович

14. 1. 1915 - 21. 1. 1942

   

Ватагин Алексей Михайлович

 

26. 9. 1912 - 30. 4. 1945

 

Толмачёв Михаил Иванович

5. 9. 1909 - 29. 10. 1944

 

Лаптев Павел Васильевич

27. 11. 1911 - 3. 9. 1954