Экономика интересует?

Лента светоотражающая, контурной маркировки,Знаки по Допог, таблицы
ros-znak.com
Лента светоотражающая, контурной маркировки,Знаки по Допог, таблицы
ros-znak.com
ahmerov.com
загрузка...

7

К оглавлению
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 

Чтобы не возвращаться вновь в вопросу о возможном заимствовании исламом или христианством обычая помещать монеты в рот умершего из языческого (шаманистского или тенгрианского) погребального обряда, следует обратить внимание на то, что в описанных выше погребениях многие признаки, с одной стороны, абсолютно несовместимы с христианским и мусульманским погребальными обрядами, с другой стороны, находятся в полном согласии с буддийскими ритуалами. Список адресующихся к буддизму признаков, кроме присутствия собственно монет, включает наличие разнообразного погребального инвентаря, южную ориентировку погребенных, трупосожжение на стороне, помещение остатков кремации в сосуд, следы огненных ритуалов, использование лицевых покрывал из шелка, особенности позы.

Христианство и, еще более строго, ислам запрещают помещать в могилу вместе с умершим оружие, орудия труда, украшения и прочие предметы – все то, что в археологии определяется как погребальный инвентарь. Хотя исполнение этого предписания в кочевой среде имело сугубо ситуативный характер[42], все же отсутствие инвентаря в погребениях считается одним из главных признаков исламизации и христианизации. Действительно, исследованные в Средней Азии и на южной окраине Степи средневековые кладбища несториан состоят из безынвентарных погребений. В подавляющем большинстве безынвентарными являются погребения мусульманских некрополей, возникших возле золотоордынских городов. А те погребения, что содержат вещевой инвентарь, в археологической литературе применительно к периоду утверждения ислама интерпретируются как переходные, сохраняющие черты прежней языческой обрядности. Между тем как отсутствие в могиле вещей не обязательно обозначает принадлежность погребенного исламу или христианству (но может быть обусловлено, например, его социальным или имущественным положением), так и наличие в погребении сопроводительного инвентаря не является жестким маркером языческой природы ритуала. Буддизм, отличавшийся разнообразием способов обращения с телами покойных и отсутствием твердо установленных норм погребального ритуала, как свидетельствуют археологические и этнографические данные, по меньшей мере, не возбранял обеспечение покойного необходимыми вещами, если не предписывал его прямо. Приведенное выше описание похорон монгольского князя можно дополнить описанием фрагмента современной буддийской процедуры погребения: "тело помещают в гроб вместе с несколькими предметами, принадлежащими покойному, а также с корзиной пищи и сосудом воды. Считается, что личные вещи пригодятся усопшему на небесах, а пища и вода необходимы для его духа" [Лестер, 1996, с.351].

Одним из обязательных требований мусульманского погребального обряда является соблюдение кыблы. Правильную позицию лица умершего на территории Золотой Орды можно было обеспечить при большом разнообразии расположения тела относительно сторон света. Предпочтение отдавалось ориентировке головой на северо-запад или на запад, позволявшей соблюсти не только поворот лица в сторону Мекки, но и предписанные особенности позы. Практически недостижимым соблюдение кыблы оказывалось при ориентировке умершего в южный и в юго-западный секторы горизонта. В христианской традиции умершего кладут в могилу в положении вытянуто на спине головой на запад с тем, чтобы его лицо было обязательно обращено на восток. В "Мамуу-Толгой" погребение совершено головой на юг, лицо умершей обращено на север; в могильнике Сарбулат-2 умерший ориентирован головой на юг-юго-восток, лицо обращено на север; в могильнике "Западный" зафиксирована ориентировка головой на север, лицом на юг. Во всех случаях следует констатировать непримиримое расхождение с требованиями мусульманской и христианской обрядности, и вместе с тем – принципиальное согласие с буддийскими представлениями о сакральности сторон света, как они в середине XIII в. были зафиксированы Рубруком у "идолопоклонников Югуров": "Все они молятся на север, хлопая в ладоши и простираясь на землю на согнутых коленях, причем челом опираются на руки... Все двери храмов отворяются на юг противоположно обычаю Сарацинов"  [Рубрук, 1993, с.112.][43].

О естественности для буддийских похорон трупосожжения сказано выше, остается лишь добавить, что оно абсолютно несовместимо со средневековой христианской и мусульманской обрядностью. Христиане, верившие в воскресение во плоти, категорически отвергали кремацию усопших. Поэтому повсеместно в зоне влияния христианства фиксируется вытеснение трупосожжения трупоположением, и в Степи именно знакомством с христианством, к примеру, объясняют частичное замещение трупопосожжения трупоположением у кыргызов. Еще более твердо отрицалось трупосожжение в исламе. Исследователи отмечают, что сожжение в мусульманских странах не применялось даже в отношении заслуживших всеобщую ненависть преступников, потому что кремация тела означала безвозвратное уничтожение души  [Мец, 1996, с.341]. Ввиду столь последовательного отвержения исламом практики трупосожжений, вероятно, требует гораздо более осторожного отношения имеющее место в археологической литературе причисление следов огненного культа (обжиг внутримогильных сооружений, находки золы и углей в засыпи или на дне могил[44]) к категории "раннемусульманских" признаков.

Фрагменты шелковой ткани, обнаруженные во рту погребенных в могильниках "Мамуу-Толгой" и Сарбулат-2, судя по особенностям их расположения, вряд ли могли быть остатками савана, случайно попавшими в ротовую полость под давлением грунта заполнения могилы. Более вероятно, что это фрагменты специальных лицевых покрывал, подобных тем, что появились в средневековых погребениях Восточного Туркестана под влиянием китайских образцов  [Восточный Туркестан, 1995, с.281]. В частности, в могильнике Астана  (давшем при раскопках огромное количество разнообразных письменных документов, в том числе и буддийские сочинения) А.Стейном в могиле I.3 были найдены два погребенных, лежавших головой на юг. Их лица были закрыты шелковыми покрывалами, у одного покойного под покрывалом обнаружена пара наглазников в виде серебряных "очков", а во рту – золотая имитация монеты Юстиниана I  [Восточный Туркестан, 1995, с.292].

Погребения с аналогичными чертами исследованы в мавзолее на золотоордынском некрополе Увекского городища. Всего здесь вскрыто 7 кирпичных склепов с захоронениями разной степени сохранности; общим для всех комплексов признаком являлась северо-восточная ориентировка умерших. В одном случае покойная лежала в деревянном гробу, отделенном от пола погребальной камеры четырьмя дощечками, положенными поперек могилы, в вытянутой на спине позе с простертыми вдоль туловища руками. Волосы были забраны в сетку, лицо закрыто прямоугольным куском шелковой ткани, сверху на тело покойной был положен шелковый халат. Погребальный инвентарь включал ряд украшений из драгоценных металлов. Возле челюсти были найдены две золотые имитации монет диаметром 13-14 мм. Такие же золотые имитации монет найдены еще в двух погребениях мавзолея. В одном из них две "монеты" обнаружены возле челюсти умершего, в другом – одна "монета" лежала непосредственно в полости рта. Мавзолей, как предполагается, был построен в период расцвета Укека в конце XIII – начале XIV в. и функционировал, по меньшей мере, до 60-х годов XIV в.; погребальный инвентарь, ориентировка покойных и некоторые другие детали обряда характеризуют некрополь как семейную усыпальницу неисламизированной монгольской аристократии (Кубанкин, 2007, с.190-201; Яблонский, 1975, с.79).

В погребениях Мамуу-Толгоя и Сарбулата шелковая ткань, по всей видимости, была намеренно заткнута в рот умершим – так же как в одном из описанных выше киданьских погребений Китая. Практика закрывания естественных отверстий в теле усопшего, не известная в христианстве и исламе[45], в буддизме сохраняется и поныне. Современные знатоки буддийских обрядов сообщают, что она преследует, по меньшей мере, две цели: во-первых, помогает душе покойного благим образом покинуть тело, избегая нечистые отверстия  (наилучшим путем считается темя), во-вторых, препятствует выходу «зловонного духа». Этим целям сейчас служит особая поза умершего: его правую ладонь фиксируют под головой, закрывая пальцами ноздрю и ухо, а левую руку укладывают так, чтобы ладонь закрывала anus  [Ешеев, 2005; Ионова, 1987, с. 145][46]. Возможно, именно этим объясняется положение костей предплечья и кисти левой руки под тазовыми костями погребенного в могильнике Сарбулат-2 и, судя по рисунку, аналогичное положение левой руки погребенной в могильнике "Мамуу-Толгой".