Глава VIII

К оглавлению
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 
17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 

В.И.Ленин

Владимир Ильич Ленин прожил сравнительно небольшую (около 54 лет), но весьма яркую и плодотворную жизнь. То, что он сделал в теории и практике революционного движения, равносильно усилиям целой исторической эпохи — эпохи торжества ленинизма, победы Великой Октябрьской социалистической революции, установления диктатуры пролетариата в России и начала строительства социализма в одной, отдельно взятой, стране.

Время, в которое жил и осуществлял свою деятельность В.И.Ленин, является периодом больших политических сражений, жестоких классовых битв и торжества победы марксизма-ленинизма. Ленинизм вошел в историю на правах марксизма, доказал свою правоту на практических делах и с самого начала заявил о своем реальном будущем.

Всего лишь окало пяти лет, не считая времени болезни, Ленин прожил при Советской власти, когда он Получил возможность довольствоваться результатами своей дооктябрьской политической и революционной деятельности. Однако эти годы были самыми насыщенными и плодотворными в его жизни. Владимир Ильич много работал, даже чрезмерно много. Этого требовала революция, партия, история. Он прекрасно сознавал остроту и значимость переживаемого момента и отдавал всего себя делу, которому была посвящена вся его жизнь. Пролетарская революция, о которой он мог говорить сутками, о которой так много писал и дискутировал с разного рода социал-демократами, за идеи которой сидел в тюрьмах и был в ссылках, теперь свершилась, победила, была реальной действительностью.

Он прекрасно также понимал свою роль в происходивших событиях, ответственность, которая лежала на партии и лично на нем, как ее лидере. Главную задачу В.И.Ленин видел в правильной ориентации в сложном лабиринте революционных событий, чтобы твердо идти вперед, не сворачивая с начатого пути, определять перспективы и цели дальнейшего развития.

Такова доля, которая выпала на его плечи. И следует сказать, что он показал себя в трудные, порой весьма критические периоды революции, гражданской войны и иностранной военной интервенции выдающейся, несгибаемой, волевой и гениальной личностью. Наша история должна гордиться, что породила такого великого гения, в котором уникально сочетались все необходимые качества для свершения грандиозных событий и управления ими.

В послеоктябрьский период В.И.Ленин стал создателем первого в мире социалистического государства и главой его правительства. Он заложил основы деятельности партии большевиков в этот период, определил место и ее роль в системе диктатуры пролетариата, государственных и всех других политических и гражданских институтов. С самого начала деятельности партии после завоевания власти он постоянно настаивал на разделении партийных и правительственных функций и недопущении их слияния и переплетения. Он не только настаивал, но и сам твердо придерживался этого принципа.

Октябрь поставил перед Лениным массу проблем, вопросов и задач. Они требовали от него конкретного их решения и воплощения в жизнь. Страна, партия, правительство вступили на не изведанный до этого никем путь. Все теоретические предпосылки по ходу дела ломались, изменялись и совершенствовались. Нужны были правильные установки, действия и движение вперед. Необходимо было вести и направлять массы необученных, голодных, раздетых, лишенных чувства ориентации людей в результате великих потрясений, происшедших в такой огромной стране, какой была Россия.

В сложном переплетении неизвестных событий Ленин вновь оказался на высоте отведенного ему историей положения. Он творчески решает вопросы государственного и политического устройства страны, сложнейший за все времена национальный вопрос, активно занимается проблемами экономической политики на каждом этапе развития Советской власти. Значительное место в его деятельности уделяется вопросам военной защиты страны и обеспечения ее государственной безопасности. Он остается твердым в своей борьбе с различного рода оппозиционерами, заговорщиками, террористами и всеми теми, кто посягал на первую в мире Республику Советов. В обстановке полнейшей разрухи и экономического упадка страны Владимир Ильич смотрит уже так далеко, что его идеи кажутся для некоторых близких по партии людей и выдающихся в то время личностей бредовыми, не только не осуществимыми, но и даже “гибельными” для Советского государства.

Когда Владимир Ильич на Х съезде партии в марте 1921 года провозгласил новую экономическую политику — НЭП, не кто иной, как Лев Троцкий громогласно заявил: “Кукушка прокуковала — конец Советской власти”.

В беседе с английским писателем-фантастом Гербертом Уэллсом, когда Ленин в то тяжелое для советского народа время стал рассказывать ему о планах экономического развития, и в частности об электрификации страны, тот счел его “кремлевским мечтателем”.

Нужно отдать должное, что только прозорливость В.И.Ленина, его гениальная творческая мысль, умение анализировать обстановку с перспективой на будущее, твердое проведение в жизнь программных установок и решений партии позволили нашему народу и государству выйти из самых тяжелых ситуаций и стать на путь дальнейшего своего развития.

Глубокое изучение положения в мире, хода и направления развития социал-демократического и рабочего движения, хорошее знание ее лидеров, их теоретических работ, политических замашек и влияния на русскую социал-демократию, идейной убежденности и направленности других руководителей партии большевиков давали Ленину полную ясность в политической расстановке сил и определении дальнейших задач классовой и внутрипартийной борьбы. Один только Троцкий чего стоил. Он всегда находил повод выступить с противоположной точкой зрения, развязать дискуссию, наговорить массу теоретических выкладок, а затем признать свои ошибки под давлением убедительных доводов Ленина и его соратников по партии.

В те времена налицо был определенный плюрализм, все руководящие деятели стремились показать себя теоретическими идеологами, часто выступали в прессе и с длинными речами на митингах и собраниях, но все они меркли перед Лениным. С его авторитетом в области теории и практики строительства социализма считались все и ничего более ценного противопоставить ему не могли. Так произошло и с программой новой экономической политики, выдвинутой В.И.Лениным, которая затем стала определяющей в течение почти восьми лет и которую хотя и не сразу, но потом признали все как аксиому решения экономических проблем, смычки рабочего класса с трудовым крестьянством, движения вперед по пути социализма.

Х съезд РКП(б) был показательным в этом отношении. На нем был идейно разгромлен Троцкий по вопросу о профсоюзах, в чем основную роль опять-таки сыграл Ленин. Одновременно был поставлен и положительно решен вопрос о единстве рядов партии, недопущения фракционности и развязывания дискуссий. То, за что Ленин боролся, всегда было воплощено в конкретных решениях партии.

Причиной для такого решения послужили выступление Троцкого и дискуссия в низовых партийных организациях, приведшая к созданию оппозиционности и фракционности в партии. Позиция Троцкого и его сторонников уводила партию к временам “военного коммунизма”, к возрождению так называемых трудармий и переводу профсоюзов на военные рельсы. Такое направление деятельности партии не ориентировало советский народ на движение вперед и поэтому не могло быть принято ЦК и рядовыми членами партии.

Главное, что этот выпад Троцкого был осуществлен в труднейшее для страны и народа время и наносил ущерб укреплению союза рабочего класса с трудовым крестьянством, безопасности страны. Решение партийных и других разногласий того тяжелого, но и героического периода в истории нашего государства и партии, а порой и самых обычных неурядиц и личных взаимоотношений занимало у Ленина немало времени и усилий и требовало определенного отношения к ним. И обычно только Владимир Ильич мог тогда идейно твердо влиять и выполнять роль третейского судьи, в чем, несомненно, играл большое значение его авторитет и влияние на других советских руководителей, коллег по партии и рядовых ее членов.

В.И.Ленин воспитал славную плеяду советских руководителей, которые прекрасно показали себя в борьбе за становление влияния партии в России, в ходе Октябрьской революции и в тяжелые годы после нее. Они с огромной энергией и энтузиазмом успешно трудились на порученных им ЦК участках партийной, хозяйственной и военной деятельности, с достоинством оправдывали оказываемое им доверие. Тех из них, кто иногда зарывался или допускал ошибки, поправляли, а за серьезные промахи и здорово наказывали.

Ленин пристально следил за работой своих соратников, уделял должное внимание молодым кадрам, видел в них будущих руководителей. Он смело поручал им большие и трудные дела и гордился их успехами.

В число самого близкого окружения В.И. Ленина входили тогда: Я.М.Свердлов, И.В.Сталин, Л.Д.Троцкий, Г.Е.Зиновьев, Л.Б.Каменев, Ф.Э.Дзержинский, Я.Э.Рудзутак, А.М.Рыков, М.И.Калинин, М.В.Фрунзе, В.В.Куйбышев и другие.

Троцкий хотя и был в числе первых, но его небольшевизм и подмоченная репутация во время брестского конфликта не позволяли Ленину с полной гарантией доверия относиться к нему. Он с уважением относился к Н.И.Бухарину, но видел его замашки, задиристость и неуравновешенность в политике.

К видным деятелям партии и Советского государства, выросшим под идейным руководством В.И.Ленина, относились также: Молотов, Петровский, Пятаков и другие.

После смерти Я.М.Свердлова В.И.Ленин все больше полагался в делах партии на И.В.Сталина, что позволило 3 апреля 1922 года на Пленуме ЦК избрать его Генеральным секретарем ЦК РКП(б). Этот выбор был сделан в соответствии с пожеланиями членов Политбюро и при личной поддержке В.И.Ленина. Секретарями ЦК партии были избраны тогда В.М.Молотов и В.В.Куйбышев.

С предложением об избрании И.В.Сталина на этот пост были согласны все, никто в то время не высказал против его кандидатуры ни единого возражения. О его авторитете в партии и государстве свидетельствовали: партийный стаж, революционная борьба, вклад в дело революции и ее завоеваний, положение, которое он занимал. В то время Сталин продолжал руководить наркоматами по делам национальностей и Рабоче-Крестьянской Инспекции (РКИ), был членом коллегии ВЧК-ОГПУ от ЦК партии, членом Революционного военного совета Республики, членом Совета Труда и Обороны. Все это говорило в пользу Сталина, и не согласиться с выдвижением его кандидатуры на пост генсека было невозможно. Одновременно это указывало на то, что как руководитель партии, государственный и политический деятель он стал ближе всех к Ленину и был одним из первых его помощников.

В.И.Ленин мог гордиться своими близкими товарищами и в ответ получал огромное уважение с их стороны, хотя кое-кто с затаенной враждой относился к нему. Он требовал от них полной отдачи в работе и не жалел в этом самого себя. Владимир Ильич ежедневно работал значительную часть суток, отводя на отдых всего лишь несколько часов. Да и в это время он весь находился во власти дум о работе. За всю свою жизнь он никогда не был в санаториях или на курортах. Естественно, что до определенной поры его здоровье было сравнительно нормальным. Однако перегрузки в работе, прошлая жизнь, связанная со ссылками, преследованиями, ранением в результате покушения, постепенно стали давать о себе знать.

Первые симптомы болезни стали проявляться в конце 1921 года. Владимир Ильич, как и многие в его возрасте люди, не хотел показывать себя утомленным и нездоровым. Он видел перед собой громадные перспективы задуманных дел и не хотел замечать болезни. Но долго это продолжаться не могло, и последовали рекомендации врачей — необходим отдых. Ленин с Надеждой Константиновной и сестрой Марией Ильиничной уезжают в Горки. В мае наступает слабость, утрачивается речь, а в результате все заканчивается правосторонним параличом.

Нужно отдать должное общему состоянию здоровья Владимира Ильича, которое позволило ему к сентябрю месяцу справиться с болезнью. В октябре он уже на работе, хотя с некоторыми ограничениями. И все же Ильич опять много работает, и это послужило причиной принятия на Пленуме ЦК в декабре 1922 года специального постановления, по которому на Сталина (не на кого-нибудь, а именно на него) была возложена персональная ответственность за соблюдение установленного для Владимира Ильича дачами режима.

Несмотря на это, Ленин работает, принимает посетителей. И чаще всего у него бывал Сталин. Он информировал Владимира Ильича о ходе партийной работы и по всем другим вопросам, которые его интересовали. Одной из важных проблем, которая тогда стояла перед партией и Советским государством, было создание Союза Советских Социалистических Республик. Ленин дает Сталину ряд ценных указаний по этому вопросу, которые затем были заложены им в основные документы: доклад на I съезде Советов 30 декабря 1922 года и Декларацию об образовании СССР.

Ленин чувствовал и понимал, что у него остается мало времени, а сделать хотелось и нужно было очень много. И за короткий период с декабря 1922 года по май 1923 года (с вычетом времени на обострение болезни) В.И.Ленин продиктовал свои знаменитые статьи: “Странички из дневника”, “О кооперации”, “Как нам реорганизовать Рабкрин”, “О нашей революции”, “Лучше меньше, да лучше” и письма: “Письмо к съезду”, “О придании законодательных функций Госплану”, “К вопросу о национальностях или об “автономизации””. Эти статьи и письма были своего рода завещанием Ленина партии и мировому коммунистическому движению.

Владимир Ильич за короткий отрезок времени направил также десятки записок Сталину, Троцкому, Зиновьеву, Каменеву и другим соратникам по различным вопросам, требующим неотложного решения. Ленин категоричен, тверд в своих суждениях и указаниях, требует доклада об исполнении. Свои указания он, как правило, диктовал дежурным секретарям или Н.К.Крупской.

Так, в декабре 1922 года Владимир Ильич диктует ей ряд важнейших писем, после чего в ночь на 23 декабря следует ухудшение его здоровья, вновь наступает паралич правой ноги и руки. Это становится достоянием гласности членов Политбюро, после чего Сталин, как непосредственно ответственный перед партией за режим для больного Ленина, имел серьезный по этому поводу разговор по телефону с Надеждой Константиновной Крупской. Она восприняла его как грубое вмешательство в ее личную жизнь, брань и грубость в отношении нее, хотя нигде и никто, в том числе и сама она, не указывают на характер этой брани и грубости. Некоторые даже в связи с этим утверждают спустя многие десятки лет, что основным виновником смерти Ленина явился Сталин.

Крупская по этому случаю пишет письмо Каменеву, в котором прямо говорит “о чем можно, и о чем нельзя говорить с Ильичем, я знаю лучше всякого врача, т.к. знаю, что его волнует, что нет, и во всяком случае лучше Сталина”. Сейчас, спустя десятилетия, эти слова Н.К.Крупской тоже можно расценить как нескромность в отношении лечащих Ленина врачей, Сталина и Политбюро, на которых лежала огромная ответственность перед партией и народом за здоровье и жизнь В.И.Ленина.

Несмотря на это, Сталин, понимая состояние Надежды Константиновны и питая громадное уважение к Владимиру Ильичу и к ней, письменно принес ей свои извинения, объяснив свое поведение исключительно заботой о Ленине. Казалось бы, на этом инцидент должен был бы быть исчерпанным и страсти должны были улечься. Но дело усугубила опять-таки Н.К.Крупская.

Когда Владимиру Ильичу стало лучше, она, по-видимому по своей женской слабости, а может быть, и в порыве негодования рассказала ему 5 марта 1923 года о состоявшемся с ней разговоре Сталина. Ленин и раньше бывал иногда сильно раздражительным и сообщение жены (а как она все это преподнесла ему, известно только им двоим) о разговоре с ней Сталина воспринял очень тяжело и болезненно. Наверное, это была роковая ошибка Крупской, которая могла затем ее преследовать всю дальнейшую жизнь.

В тот же день В.И.Ленин диктует М.А.Володичевой письмо к Сталину:

“Уважаемый т. Сталин! Вы имели грубость позвать мою жену к телефону и обругать ее. Хотя она Вам и выразила согласие забыть сказанное, но тем не менее этот факт стал известен через нее Зиновьеву и Каменеву. Я не намерен забывать так легко то, что против меня сделано, а нечего и говорить, что сделанное против жены я считаю сделанным и против меня. Поэтому прошу Вас взвесить, согласны ли Вы взять сказанное назад и извиниться или предпочитаете порвать между нами отношения.

С уважением, Ленин.

5 марта 1923 года”.

Это было последнее письмо, которое Ленин вообще написал в своей жизни, точнее продиктовал. Об этом письме Каменев говорил в ту же ночь, когда оно было написано (с 5 на 6 марта 1923 года). Зиновьев рассказал об этом письме на Объединенном Пленуме ЦК и ЦКК ... Не только хронологически, но и политически, и морально оно подвело последнюю черту под отношениями Ленина и Сталина ...”[23].

Ленин в записке резко выступает в защиту своей жены, категорично требует от Сталина извинения перед ней, хотя два с лишним месяца до этого он уже сделал это. Сталин вновь не замедлил принести свои извинения, но судьба его была решена. Мнение о нем у Ленина сложилось еще раньше в связи с грузинским делом, которым занимался Дзержинский, а Сталин старался прикрыть грубость Орджоникидзе, не придавая этому делу серьезного значения. Настоящий “выпад” Сталина в отношении жены стал явным доказательством грубой стороны его характера “в сочетании с торопливостью и администраторским увлечением в решении вопросов”. Жены великих и занимающих высокие посты в государствах и правительствах лиц не раз в истории играли и еще будут играть неблаговидную роль в отношениях их мужей с другими государственными и политическими деятелями. Из-за них во все времена летели с плеч многие умные головы или отстранялись от активной деятельности способные руководители. На сей раз со Сталиным получилось бы что-то вроде этого, если бы Ленин выздоровел и приступил к исполнению своих обязанностей.

Трудно сказать, но можно предположить, что Н.К.Крупская, зная содержание письма и оценку, данную в нем Лениным Сталину, после разговора с ней Сталина по телефону в декабре 1922 года подлила потом в огонь масла. Этому, возможно, послужил и ряд других причин, как, например, близость отношений семьи Ульяновых с Каменевым и Зиновьевым, рост влияния Сталина в партии и государстве, боязнь за свое будущее и многое другое, что могло быть известно только близкому их семье кругу лиц.

Особенно четко об этом пишет Троцкий: “Никто во всяком случае не сомневался, что появление Ленина на предстоящем через несколько недель съезде означало бы устранение Сталина с поста Генерального секретаря и тем самым его политическую ликвидацию ...

Зиновьев, Каменев и я рассказывали под стенограмму, что последним письмом, которое продиктовал Ленин накануне второго удара, было письмо о разрыве всяких товарищеских и личных отношений со Сталиным. Крупская молчала, подтверждая своим молчанием наши слова. Однако были и другие утверждения по этому случаю. Например, М.И.Ульянова тогда сделала письменное заявление о том, что “письмо о разрыве отношений имело личный характер, навеяно было временными обстоятельствами, как это видно, между прочим, из того, что незадолго до этого письма Ленин призывал Сталина и обращался к нему с такой просьбой, которую можно было поручить только подлинному революционеру, заслуживающему доверия. Ульянова не шла дальше этого намека ... но речь шла об обращении Ленина к Сталину за ядом”[24].

Несмотря на различный подход к оценке этого письма, несомненным остается одно, что необдуманное сообщение Н.К.Крупской о разговоре с ней Сталина привело к дальнейшему ухудшению у Ленина мнения о нем, изложенного еще в январе 1923 года в “Письме к съезду”, которое затем расценивалось как “завещание Ленина”.

В “Письме к съезду” Владимир Ильич, проявляя заботу о прочности и единстве партии, ее устойчивости “в борьбе против враждебных государств, которая, по его мнению, должна сильно обостриться в ближайшие годы”, поставил вопрос “увеличения числа членов ЦК до нескольких десятков или даже до сотни”, и в первую очередь за счет рабочих и крестьян.

В “Письме” он выражает опасение за раскол в партии из-за сложившихся отношений между Сталиным и Троцким. “Тов. Сталин, сделавшись Генсеком, сосредоточил в своих руках необъятную власть, и я не уверен, сумеет ли он всегда, достаточно осторожно пользоваться этой властью. С другой стороны, тов. Троцкий, как показала уже его борьба против ЦК в связи с вопросом о НКПС, отличается не только выдающимися способностями ... но и чрезмерно хватающей самоуверенностью и чрезмерным увлечением чисто административной стороной дела ...”.

Что касается Зиновьева и Каменева, то Ленин припомнил им октябрьский эпизод, который, по его мнению, не был случайностью.

Говоря о молодых членах ЦК, Ленин отметил Бухарина и Пятакова, считая их самыми выдающимися из этих лиц. Ленин охарактеризовал Бухарина как ценнейшего и крупнейшего теоретика, любимца партии, хотя “его теоретические воззрения очень с большим сомнением могут быть отнесены к вполне марксистским, ибо в нем есть нечто схоластическое (он никогда не учился и, думаю, никогда не понимал вполне диалектики)”.

“Пятаков, — по мнению Ленина, — человек несомненно выдающейся воли и выдающихся способностей, но слишком увлекается администраторской стороной дела, чтобы на него можно было положиться в серьезном политическом вопросе ...”.

В конце “Письма” Ленин вновь возвращается к Сталину и диктует следующее: “Сталин слишком груб, и этот недостаток, вполне терпимый в среде и в отношениях между нами, коммунистами, становится нетерпимым в должности Генсека. Поэтому я предлагаю товарищам обдумать способ перемещения Сталина с этого места и назначить на это место другого человека, который во всех других отношениях отличался от тов. Сталина только одним перевесом, именно, был более терпим, более лоялен, более вежлив и более внимателен к товарищам, меньше капризности и т.д. Это обстоятельство может показаться ничтожной мелочью. Но я думаю, что с точки зрения предохранения партии от раскола и с точки зрения написанного мною о взаимоотношениях Сталина и Троцкого, это не мелочь или это такая мелочь, которая может получить решающее значение. 4 января 1923 года”.

В.И.Ленин просил запечатать это “Письмо”, хранить его только у Н.К.Крупской и передать его Президиуму XII съезда партии, который намечался на апрель 1923 года.

“Письмо” Ленина к съезду можно расценить двояко. С одной стороны, оно проникнуто заботой об укреплении единства партии, предупреждением от раскола, а с другой — отрицательно характеризует руководящих деятелей партии, как старых, так и молодых, и может создать о них неблагоприятное впечатление у тех, кто будет ознакомлен с ним. Ленин выразил этим “Письмом” определенное недоверие к людям, со многими из которых он жил и работал плечом к плечу долгие годы, внес некоторую неприязнь в отношения между ними, дал повод спекулировать его мнением о своих бывших соратниках для многочисленных недоброжелателей и врагов. “Письмо к съезду”, несомненно, явилось ошибкой Ленина, которую он совершил в конце своей жизни, хотя и будучи тяжело больным.

Поэтому XII съезд партии поступил вполне разумно. Он принял “Письмо” к руководству, но не стал его опубликовывать и афишировать. Да этого и не требовал сам Ленин. Рекомендации В.И.Ленина об укреплении ЦК партии начали выполняться уже на этом съезде. Это был первый съезд без Ленина, но он проходил в ленинском духе, и, казалось, что он незримо присутствовал на нем.

Ленин умер 21 января 1924 года. В памяти народной он остался его великим вождем, создателем и руководителем Коммунистической партии, гениальным теоретиком и верным последователем марксизма, творцом нового учения — ленинизма, руководителем победоносного Великого Октября и организатором Советского государства, зодчим строительства социализма в нашей стране, выдающимся деятелем международного коммунистического и рабочего движения.

Его провожала в последний путь вся страна. В день похорон на 5 минут остановилась жизнь одной шестой земного шара, и только гудки заводов и фабрик, транспорта говорили о великой скорби, которую переживал советский народ, все прогрессивное человечество в связи с безвременной кончиной Владимира Ильича Ленина.

По поводу смерти В.И.Ленина почти все его соратники по партии выступили в прессе и перед общественностью со статьями и речами. 26 января состоялся II Всероссийский съезд Советов, на котором наряду с другими видными деятелями партии выступил и Генеральный секретарь ЦК ВКП(б) И.В.Сталин. Это была речь-клятва на верность Ленину в укреплении единства партии, сохранении прочности Советского государства, усилении обороноспособности страны.

Через два дня Сталин выступил на вечере кремлевских курсантов и свою речь полностью посвятил Владимиру Ильичу Ленину. Он характеризует его как “самого простого, обыкновенного и скромного человека с присущими ему такими чертами, как: необычайная сила убеждения, простота и ясность аргументации, отсутствие рисовки, непреодолимая сила логики в его речах, что выгодно отличало его от “парламентских” ораторов. Его особенно выделяла среди других свойственная только ему принципиальность даже в том случае, если он оставался один или оказывался в самой тяжелой ситуации.

Ленин искренне верил в творческие силы масс, — говорил о нем Сталин, — что давало ему возможность осмыслить стихию и направить ее движение в русло пролетарской революции. Ленин был рожден для революции. Он был поистине гением революционных взрывов и величайшим мастером революционного руководства. В дни революции он умел предугадывать движение классов и вероятные зигзаги революции. Отсюда он обладал поразительной ясностью тактических лозунгов и “головокружительной смелостью революционных замыслов”.

Гениальная прозорливость, способность быстро схватывать и разгадывать внутренний смысл надвигающихся событий — это то самое свойство Ленина, которое помогало ему наметить правильную стратегию и ясную линию поведения на поворотах революционного движения”.

Так говорил Сталин о Владимире Ильиче Ленине в те первые дни после его смерти, давая ему клятву от имени всей партии и от себя лично на верность делу, которому он посвятит затем свою жизнь, на верность идеалам марксизма-ленинизма. И эту верность Иосиф Виссарионович пронесет через все испытания, борьбу за единство партии и чистоту ее рядов, за торжество социализма в нашей стране.

Выступили в печати и с речами также Зиновьев, Каменев, Бухарин, Калинин, Дзержинский, Молотов, Рудзутак и другие. При этом у некоторых из них уже стало проскальзывать свое, что-то ранее наболевшее, хотя все они в меру возможностей отдавали честь величию и гению В.И.Ленина, демонстрировали свою верность ему и ленинизму.

В Коммунистической академии выступил Н.И.Бухарин с докладом “Ленин как марксист”, в котором он намеревался связать свою эволюционную теорию с последними статьями Ленина и дальнейшей разработкой теоретических проблем, которые в них ставит Ленин. Это послужило предметом того, что сторонники Бухарина назвали его доклад концом ленинизма и началом бухаринизма.

Кроме того, Бухарин был против бальзамирования В.И.Ленина и помещения его в саркофаг для постоянного обозрения, заметив по поводу такого же предложения выкопать останки Маркса и захоронить их в России ... “где-то в партии несет странным духом”.

Единственным человеком, который остался, насколько мог, безразличным к смерти Ленина, — был Троцкий. В самый критический момент болезни Ленина он умудрился уехать на юг на отдых и спокойно лечил свое здоровье после легкого приступа инфлюэнцы. Там и застало его сообщение о кончине Владимира Ильича.

Троцкий мог бы приехать на похороны Ленина, он был здоров, и для этого в его распоряжении имелось целых пять дней. Однако он, верный своим принципам сохранения собственного здоровья и, несомненно, по причинам личных отношений с Лениным, решил продолжать свой отдых в Сухуми, на приморском курорте.

На принятие такого решения, по-видимому, повлияли многие обстоятельства, о которых, несомненно, тогда не раз задумывался Троцкий. Это и теоретическая дуэль, и политические перепалки до Октября, брестская трагедия, промашки в годы гражданской войны, за которые он здорово получал от Ленина и ЦК, и последняя дискуссия о профсоюзах, которую он навязал партии. Ленин многое простил ему, допустил в партию, назначал на должности руководителей ведущих наркоматов страны, считал его ближайшим соратником. И несмотря на многое, чему Троцкий был обязан Ленину, он поступил подло по отношению к нему, остался на курорте и не отдал ему последние почести.

“В Сухуми, — писал после Троцкий в “Моей жизни”, — я проводил целые дни, лежа на балконе, выходившем на море. Хотя уже стоял январь, солнце было ярким и теплым ... Вдыхая морской воздух, я всем существом ощущал уверенность в своей правоте ...”.

Для нормальных людей такое поведение Троцкого не только не укладывается в рамках приличия, но и вызывает презрение и ненависть. Это было еще одно предательство Троцкого по отношению к Ленину. Даже мертвого ненавидел за то, что тот шел впереди него, мешал его честолюбивым замыслам и тем самым отодвигал его, Троцкого, на второй, а порой и на более дальний план.

Впоследствии сам Троцкий признался, что “факт неучастия (в похоронах. — Примеч. автора), несомненно, произвел неблагоприятное впечатление”. А Зиновьев по этому поводу сказал: “Плохой политик не сумел найти правильной тактики, поэтому и потерпел поражение”[25].

Этот поступок вызвал недоумение даже у многих приближенных Троцкого, которые, несмотря ни на что, не могли не прийти, чтобы не отдать дань уважения великому Ленину. Они стояли с непокрытыми головами в морозную стужу перед его гробом на Красной площади, в то время как их кумир грелся на берегу Черного моря и вынашивал свои честолюбивые планы.

Только за одно это Троцкий не может иметь права на какое-либо признание и малейшее уважение. Он оказался не только “Иудушкой русской революции”, но и вдобавок “Иудой в отношении Ленина”[26].

И еще одно кощунство Троцкого нельзя никогда ему простить. Спустя 20 лет в борьбе со Сталиным он стал спекулировать на измышлениях в отношении смерти В.И.Ленина. Он заявил, что “смерть Ленина могла произойти и нормальным путем, но могла быть и ускорена. Факт таков, что она наступила внезапно, после периода медленного улучшения”.

При этом Троцкий бросает тень на Сталина, утверждая, что при содействии Ягоды и его людей в окружении Ленина (охрана, обслуга и т.п.) он мог отравить Ленина с помощью яда. Причину для таких утверждений Троцкий усмотрел в том, что Сталин сообщил членам Политбюро, что Ленин, понимая свое состояние, обратился к нему с просьбой достать для него яд. “Политбюро, — говорит Троцкий, — решило вопрос о доставке яда отрицательно, но Ленин мог получить его другим путем ... и с этой стороны Сталин обеспечивал себя, таким образом, полностью.

Замечательно, — пишет Троцкий далее, — что об обращении к нему Ленина Сталин не предупредил ни Крупскую, ни сестру Ленина Марию. Обе они бодрствовали у изголовья больного”.

В заключение Троцкий заявляет: “Остается самый главный вопрос: было ли тело Ленина подвергнуто исследованию? Вряд ли кто-либо потребовал этого. Во всяком случае не Сталин, который вместе с Зиновьевым и Каменевым был хозяином положения, руководил всем, что касается смерти, вскрытия, извещения населения, затем похорон”[27].

Вчитываясь в эти заявления Троцкого, с отвращением думаешь, к каким дешевым приемам, низости, провокационным выходкам и вымыслам прибегает он, чтобы облить грязью Сталина, советских руководителей и чекистов, выдвигая против них подозрения и обвинения в преступной деятельности, связанной со смертью Ленина.

Каждому человеку хорошо известно, что в любых случаях смерти, и особенно высоких государственных деятелей, создаются специальные комиссии, производится вскрытие трупа, уточняется диагноз лечения, устанавливается причина смерти. Это хорошо знал Троцкий, но ему нужна была сенсация, пусть бездоказательная, но обвинение Сталина в смерти Ленина перед мировой и советской общественностью. Этого он добивался всеми средствами, и в первую очередь путем гнусной лжи.

Убедительным ответом на все эти провокационные измышления и ложь является статья академика Б.В.Петровского “Ранение и болезнь В.И.Ленина”, напечатанная в газете “Правда” 25 и 26 января 1990 года. В ней говорится: “Сама история болезни В.И.Ленина, подлинные протоколы вскрытия его тела и микроскопических исследований абсолютно точно определяют диагноз заболевания — атеросклероз левой сонной артерии, размягчение мозга и, как кульминационный момент, — кровоизлияние в зоне жизненноважных центров мозга. Все клинические симптомы этой трагедии, наблюдаемые советскими и зарубежными учеными-медиками у постели больного, это подтверждают. Ни о каком отравлении не может быть и речи”.

История не простила Троцкому эту подлость.