МОРФОЛОГИЯ

К оглавлению
1 2 3 4 5 6 7 8 

Морфологическое строение русского слова

<Объектом морфологии являются минимальные значимые единицы языка – морфемы. В отличие от фонемы, морфема обладает значением>.

Морфема выделяется (т.е. существует как морфема) в том случае, если есть ряд слов, у которых встречается один и тот же звуковой отрезок («тот же» с учетом фонетических и закономерных грамматических чередований) и которые имеют смысловую общность. Сопоставление домом – дом – дому выделяет морфему дом; сопоставление ломом – хлебом – отцом выделяет морфему -ом.

 

Русское слово может состоять из одной или нескольких морфем (т.е. мельчайших единиц языка, имеющих значение). Одноморфемных слов в русском языке немного: да, нет, ах (междометие), ого, я, ты, вот, только, как, когда, где, пальто, шимпанзе и под. Слова он, дом, ах (глагольная форма: Татьяна ах!.. Медведь за нею), режь и под. не являются одноморфемными (см. дальше).

<...>

В огромном большинстве русские слова многоморфемны: по-на-вы-черк-ива-ль-и, рас-сеч-(е)-ний-ами, пре-глупь-еньк-ому и т.д.

<Значение морфем. Деление морфем на флексии и дериваторы>

Некоторые морфемы имеют строго стандартизованное значение: оно одинаково во всех словах, имеющих эту морфему. Например, морфема -у (в форме брату) имеет стандартизованное значение. В предложении Он пишет письмо брату слово с флексией -у может быть заменено любым другим с той же флексией2: другу, учителю, Петру, вологжанину, артисту, шведу; все они обозначают адресата действия. Даже слова верблюду, галстуку, глазу, кругу, позору, океану, введенные в этот контекст, будут обозначать того, кому написано письмо, хотя их назывное значение и не оправдывает такого грамматического использования этих слов. Всем словам с этой морфемой свойственно значение адресата действия; таким образом, это значение стандартизовано.

 

Другой пример: морфема -и любому глаголу сообщает повелительное значение: Сиди! Лежи! Отопри! – и т.д.

В некоторых случаях морфема обладает не одним значением, а их комплексом; но появление каждого из них стандартизовано: в определенных контекстах появляются одни, в других контекстах – другие значения, но одинаковые у всех слов с этой морфемой. Например, морфема -ом в числе других значений имеет значения: а) орудия действия: Он умело орудует молотом; б) лица-предмета, совместно с которым производится действие (при наличии предлога с): Мы пели вместе с ним весь вечер. В первом контексте все слова с морфемой -ом приобретают орудийное значение: Он умело действует зубилом, огнем, плечом, шифром; соседом, пригорком, слоном, прямоугольником, упрямством... Даже слова, чье назывное значение не связано с именованием орудий, приобретают это значение в данном контексте (впрочем, все они могут быть мотивированы определенными заданиями общения). Схема Он умело действует ...-ом означает ‘Он умело действует как орудием таким предметом, который обозначен словом с морфемой -ом’. Это значение предугадывается независимо от реального наполнения лакуны в схеме. В контексте Мы говорили вместе с... любые слова с морфемой -ом (которая чередуется с <а/у/э>..., ср.: Петра, Петру, Петре, Петром) приобретут значение совместного производителя действия.

 

Самая возможность контекстов, где все слова с данной морфемой выражают одно и то же значение, свидетельствует о том, что значение данной морфемы стандартно.

Морфемы, которые всегда употребляются в сопровождении других морфем и имеют стандартизованное значение, называются флексиями (окончаниями).

Флексии, которые не имеют синонимов, являются частицами, т.е. уже отдельными словами, а не частями слов, поэтому к ним и не применяется название флексия.

 

Морфема -тель может входить в разные контексты; однако нет ни одного, где она при всех наполнениях схемы имела бы одно и то же значение. Даже наиболее общий контекст: Вот ...-тель – покажет, что морфема -тель имеет нестандартизованное значение: Вот выключатель (значение морфемы -тель ‘прибор, с помощью которого производится действие, означенное предыдущими морфемами слова’); Вот писатель (значение морфемы -тель – ‘лицо, которое профессионально занимается тем, что обозначено предыдущими морфемами слова’) и т.д.

Морфемы с таким нестандартизованным значением не являются флексиями, это – дериваторы.

Корнем же называется такая морфема, которая может использоваться в речи без дериваторов (т.е. только в сопровождении флексий или без них).

В каждом русском слове обязателен корень и возможны флексии и дериваторы. Мена одной флексии на другую создает формы того же слова (той же лексемы): брат, брата, братом и т.д. Следовательно, флексии – это формообразующие, словоизменительные морфемы. Мена дериваторов (префиксов и суффиксов) образует разные слова: писать – писатель – писание – переписать. Дериваторы – словообразующие морфемы.

<Четкое деление морфем на словоизменительные и словообразующие позволяет противопоставить словоизменение (формоизменение), т.е. склонение имен или спряжение глаголов, и словообразование, т.е. образование новых слов при помощи дериваторов>.

Морфема может быть выражена звуковым нулем. Ср.: стол – стола – столом; хлопнуть – хлопнул – (он) хлоп (меня по плечу); сядет – сядь!; просмотреть – просмотр. В каждом из данных рядов одна из форм грамматически характеризуется именно отсутствием морфем, которые есть у других членов ряда; это – нулевые показатели. Нулевые морфемы играют большую роль в строе русского языка.

 

От морфем отличаются интерфиксы – звуковые отрезки, которые служат для соединения морфем; это межморфемные прокладки. Они лишены своего отдельного значения. Например, в форме игр-а-j-ут путем сопоставлений выделяются морфемы игр-, -а- (с процессуальным значением), -ут. Отрезку -j- нельзя приписать никакого отдельного значения; он служит способом соединения глагольных основ, оканчивающихся гласным, со следующими суффиксами, которые начинаются тоже гласным или являются нулевыми, ср.: играющий, играемый, играя, играй! Это интерфикс.

 

К интерфиксам относятся: соединительные гласные в сложных словах: лед-о-ход, перекат-и-поле, шест-и-колесный и т.д.; -о- между приставкой и корнем: под-о-брать, раз-о-мкнуть; -ов- перед суффиксом -ск-: вуз-ов-ск-ий и мн. др. Интерфиксы в послекорневой части очень характерны для морфологического строения русских слов.

Самостоятельность, выделимость морфем зависит от того, насколько стандартизовано (постоянно в разных словах) их значение и насколько стандартен их фонемный состав. У русского глагола выделимость приставок очень высока; выделимость суффиксов низка. У существительных в целом сравнительно высока выделимость суффиксов (хотя она меньше, чем у глагольных приставок), низка выделимость префиксов.

 

В современном русском литературном языке существуют следующие типы слов по их морфемному строению. (Далее приняты обозначения: R – корень, f – флексия, d – дериватор, в скобках – интерфикс):

Таким образом, русское слово представляет собою ряд морфем (начиная с одной и до семи).

 

Кроме морфем, для передачи грамматических значений используются другие грамматические средства: чередование фонем корня и чередование размещения ударения.

<О различных способах выражения грамматического значения>

И то и другое может употребляться как самостоятельное грамматическое средство, например, для противопоставления видов: перебежать – перебегать, разрезать – разрезать. Но большей частью они только сопровождают аффиксы и подчеркивают их значение.

Грамматические значения могут соотноситься по-разному. Существует соотношение, которое характеризует, например, единицы: учитель – учительница, поэт – поэтесса, ткач – ткачиха. В словах учительница, поэтесса, ткачиха морфологически указано, что называется женщина. В словах же учитель, поэт, ткач морфологически указано, что эти названия могут относиться и к мужчине, и к женщине (ср.: Она – опытный учитель); другими словами: с помощью морфем в этих словах не указано, что они именуют только женщин. Отношение в этих парах слов можно выразить так: nА – n_А. Здесь: n – ‘указано’, n_ – ‘не указано’, А – ‘названа женщина’. Такие отношения называются неравносторонними (привативными); единицу со значением nА (по отношению к единице nA) называют маркированной.

Но возможны иные отношения; они представлены, например, единицами: москвич – москвичка, француз – француженка, болгарин – болгарка. Фразы типа: Она – обаятельный болгарин; Петрова – не ленинградец, а москвич – невозможны. В этих парах слова москвичка, француженка, болгарка называют только женщин, а москвич, француз, болгарин – только мужчин. Отношения в этих парах слов следует выразить так: nA – n_A. Здесь: n – ‘указано’, A – ‘слово называет женщину’, A_ – ‘слово называет мужчину (не женщину)’. Такие отношения называются равносторонними (эквиполентными); в этих отношениях маркированы обе единицы. Все грамматические отношения в русском языке являются или привативными, или эквиполентными.

<Словообразование>

Некоторые слова (и их основы) по отношению к другим словам (и их основам) являются производящими. Из двух основ одна является производящей для другой (однокорневой) в том случае, если она проще другой.

 

Одна основа проще, чем другая (однокорневая), если осуществляется одно из трех условий.

1) В одной основе меньше значимых частей, чем в другой. Например, в соотносительных парах: писать – написать, дом – домик, учитель – учительница – вторые единицы сложнее первых, они являются производными. Если в обеих основах равное число морфем (при этом учитываются и нулевые), то производящая основа определяется по второму принципу.

2) Обе основы имеют одинаковое число морфем5, но у одной из этих основ сложнее значение, чем у другой. Более сложным является маркированное значение (nA) по отношению к немаркированному (n_A). Поэтому в соотносительных парах: решить – решать, надписать – надписывать, красавец – красавица – основа первого слова (в каждой паре) проще, чем основа второго производного. Если же обе равноморфемные основы являются маркированными, то производящая основа определяется по третьему принципу.

3) Если слову типа (а) (например, отглагольному существительному) всегда соответствует слово типа (б) (например, глагол), но не наоборот: слову типа (б) не всегда соответствует слово типа (а), то основы типа (а) производны, они по значению сложнее основ (б). Это связано с тем, что при описанных соотношениях объем значения основы (а), как правило, уже, чем объем значения основы (б); таким образом, основа (а) является лексически маркированной. Поэтому в парах раскрасить – раскраска, переносить – перенос, написать – написание производными (более сложными) являются вторые слова в каждой паре, несмотря на то что число морфем здесь попарно одинаково и оба члена (глагол – существительное) маркированы.