Билет 4. Ирландские саги.

К оглавлению
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 
17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 

1) Развитие и циклизация. Древнейший цикл – уладский. Время действия – 1-е вв. нашей эры. Эпический король Конхобар согласно древнеирландским  хроникам, жил с 30 года до н. эры по 33 г. нашей. Деление Ирландии на 5 областей, о котором еще говорится в сагах, было уничтожено в 130 г. Эпическая столица уладов – Эмайн-Маха – была разрушена в 332 г. Доирландские элементы: имя Кухулина – Сетанта – напоминание о племени сетанциев, кельтском племени древней Британии; имя его тестя -- Форгал Манах – воспоминание о племени менакиев. Т.е. начали они складываться еще в доирландский период, основное ядро – 3-4 вв. (до скандинавского нашествия), запись – 9-11 вв.

Цикл Финна сложился в период внешнего нашествия вплоть до порабощения англичанами, сначала виде саг, потом в виде баллад (так перебрался в Шотландию).

За пределами этих двух циклов – саги, действие которых приурочено к тому или иному “царствованию” (6-7 вв.). Это фантастические легенды и сказания.  Излюбл. темы: любовь смертного и сиды (Исчезновение Кондлы, Любовь к Этайн, Смерть Муйрхертаха) и чудесные плавания.  

2) Мифологические и магические мотивы.

Ирландские саги подверглись незначительной христианизации, поэтому в них лучше, чем в каком-либо другом средневековом эпосе сохранились языческие представления и связанные с ними мифологические и магические мотивы. Начнем с божеств. Появляются в сагах такие существа, как сиды. Это племя полубогов, которое обитает не то на чудесном острове (или островах), где-то далеко за морем, не то под землею, в холмах Ирландии – ирландцы так и не решили. Они вступают в разные отношения с людьми: влюбляются в них и уводят к себе ("Исчезновение Кондлы", “Болезнь Кухулина”). Иногда, однако, для устройства своих дел они сами прибегают к помощи смертных ("Болезнь Кухулина"). Мстительными и жестокими они становятся лишь тогда, когда люди сами причиняют им зло (Син в саге "Смерть Муйрхертаха"). “Классические" боги: Луг - бог света, а также всех искусств и ремесел, отец Кухулина; Огме  - бог мудрости, красноречия и письменности, столь же древний и общекельтский, как Луг; Мананнан и его отец Лер были божествами моря (М. Был мужем сиды Фанд, с которой слюбился Кухулин см. “Болезнь Кухулина”). Бог Мидер, лишенный определенных функций, известен своим даром превращений и любовью к смертным женщинам ("Любовь к Этайн"). Из многочисленных божеств войны (которые все - женского пола) назовем Морриган, упоминаемую в саге о смерти Кухулина. Кроме этих "светлых" божеств, мы находим в сагах и "темных" богов; это зловещие и вредоносные фоморы, живущие в мрачном обиталище где-то на севере, за морем.

Особой формой близости между людьми и богами являются земные воплощения последних. Зачатие земною женщиною сына от божественного отца - обычный мотив в мифологии всех народов.           

  Далее. Языческие праздники и связанная с ними обрядность: праздник Самайн, справлявшийся в ночь на 1 ноября и знаменовавший собой наступление зимы. В саге саги "Болезнь Кухулина" рассказывается об играх и увеселениях, которые были на этом празднике. В ночь Самайна разверзались волшебные холмы, и тогда обитатели их, сиды, вступали чаще всего в общение с людьми (вот с Кухулином, собственно, и пообщались. Привиделись ему 2 женщины, которые били его плетками. После этого он целый год лежал и ни с кем не говорил. Через год привиделась ему Либан, сестра Фанд, которая сказала а) что Фанд хочет его, б) что Лабрайду (тоже, видимо, сид) нужна помощь К. в борьбе против врагов. В царство сидов – на Равнину блаженства – на разведку отправляют Лойга, возницу К. Потом К. отправляется туда сам, побивает всех врагов – еще один способ общения людей с сидами -- борьба). 

Лучше всего сохранилась в сагах (не мифологического цикла) вера в духов. Тут мы встречаем несметные полчища духов - "козловидных", "бледноликих" и иного вида (И испустили крик вокруг него демоны козловидные и бледноликие, духи долин и воздуха, ибо племя богини Данан всегда поднимало крик вокруг Кухулина, чтобы еще более увеличить страх, трепет, ужас и содрогание, которые вызывал он в каждом бою, битве, сражении, сече, где только бился он Бой К. с Фердиадом), призраков, волшебных существ, одноруких, одноногих и одноглазых, страшных волшебных старух, девушек-птиц. Не перечесть всех упоминаемых в сагах чудесных превращений, предсказаний, предзнаменований. Главную роль в магической практике древней Ирландии играли заклинания - как приворотные, так и оградительные, применявшиеся при всяком случае (“Исчезновение Кондлы” -- друид поет Кондле заклинание, чтобы тот не видел сиду). Сюда же относятся "злые песни", содержащие угрозу наслать разные беды, болезни и даже смерть в случае невыполнения требования. Часто ими пользовались для всякого рода вымогательств (см. “Смерть Кухулина” -- заклинатели просят копье у К., грозясь в противном случае сложить против него злую песню).

Совершенно особым видом колдовских поверий были у ирландцев так называемые гейсы. Это - своеобразные запреты или зароки, лежащие на отдельных лицах. От сходных религиозных запретов, встречающихся у других народов ("табу"), они отличаются тем, что носят обычно персональный характер. Они чрезвычайно разнообразны. Например, на Кухулине лежат гейсы  - не вкушать мяса собаки (имя его значит "пес Кулана") и не отказываться ни от чьего гостеприимства. Некоторые, наконец, связаны с культом природных сил, так, например, на короле Конайре лежал запрет - не выходить из дома после захода солнца.

Магические животные: лошади Кухулина – Серый из Махи, который жил в Сером озере, откуда его вытащил К. Потом, когда К. убили, Серый, которого тоже ранили, “пока еще была в нем душа и исходил луч света от чела его”, вернулся за него отомстить.

Бурый бык из Куалнге божественного происхождения.

  3) Сюжеты и персонажи. Не знаю, что доц. Ванникова здесь имела в виду. Предположим, что следующее. Есть три больших цикла саг – уладский, цикл Финна и группа саг о разном (см. выше).

Улад – это то, что сейчас называется Ольстером. Уладские герои изображены в нем как превосходящие героев других областей. Общим фоном событий цикла служит старинная борьба между Уладом и Коннахтом, выражавшаяся как в постоянных мелких набегах, грабежах и пограничных сватках (см. "Повесть о кабане Мак-Дато"), так и в больших организованных походах (Угон быка из Куалнге"). По свидетельству летописей, борьба эта длилась со II века до нашей эры по II век нашей.  Сила враждебного Коннахта воплощена в уладских сагах в образах могучей и жесткой королевы Медб и ее мужа, короля Айлиля, окруженного такими бойцами, как Кет, сын Матаха, Фергус, Фердиад и другие. Медб удалось привлечь на свою сторону королей других областей, например, короля Мумана (тоже область такая) - мудреца и волшебника Курои. Этой коалиции противостоит мощь короля уладов Конхобара и лучших бойцов - Кухулина, Конала Победоносного и Логайре Сокрушителя, группирующихся вокруг него в древней столицы уладов - "дивной Эмайн-Махе".

Первоначальным стержнем всего цикла была личность самого Конхобара, жизнь которого хроники относят к I веку до н. эры и I веку н. эры. Но вскоре его постигла та же участь, что и былинного короля Владимира, короля Артура и многих других эпических королей: он был оттеснен на задний план своими юными витязями. В дошедших до нас сагах много говорится о красоте, о грозной и величавой осанке Конхобара, которого улады "почитали своим земным богом", но ничего не говорится о его собственных "подвигах силы и мужества". Главным героем цикла стал племянник Конхобара, непобедимый Кухулин. Было, однако, время, когда Кухулин не фигурировал в уладском цикле. Если в "Недуге уладов" он и не мог выступать, так как события этой саги отнесены ко времени до Конхобара, то отсутствие его имени в сагах с участием Конхобара ("Повесть о кабане Мак-Дато" и "Изгнание сыновей Уснеха"), в которых дело идет о чести и благе всего народа, было бы совершенно необъяснимым, если бы к моменту возникновения этих саг эпический образ Кухулина уже сложился. Зато сразу после своего вступления в цикл Кухулин занял в нем первенствующее положение. Главные события цикла происходят на территории, являющейся личным наделом Кухулина, в Куалнге или на равнине Муртемне, что лишний раз подтверждает гипотезу о местном и родовом происхождении этих сказаний.

Если и не было создано сплошной, связной повести о жизни Кухулина, то эпизодические саги о нем настолько согласованы между собою, что можно составить по ним его легендарную биографию. За повестью о чудесном рождении Кухулина (он сын бога Луга, его мать – сестра Конхобара Дехтире) следуют сказания о его детстве. Еще ребенком он превосходил всех своих сверстников силой и ловкостью. Когда ему исполнилось шесть лет, с ним случилось происшествие, объясняющее его прозвище. Конхобар и все его воины отправились на пир, устроенный кузнецом Куланом. Мальчик, оставленный дома, выбрался на свободу и захотел присоединиться к пирующим. Во дворе Кулана на него напал сторожевой пес хозяина, отличавшийся такой силой и свирепостью, что целый отряд воинов не мог бы справиться с ним. Но мальчик метнул в его пасть камень из пращи, пронзивший пса насквозь, и тот пал на месте. Все подивились этому подвигу. Однако Кулан, понесший ущерб, потребовал, чтобы мальчик отслужил ему некоторый срок сторожем за пса, что и было исполнено: отсуда имя - Ку-Кулайн, "пес Кулайна". Семи лет он впервые получил оружие и сразу стал побеждать сильнейших бойцов Ирландии. Когда Кухулин сделался юношей, женщины и девушки Ирландии стали влюбляться в него за его красоту и подвиги. По настоянию уладов он решил жениться ("Сватовство к Эмер"). В перипетиях опасного сватовства ему пришлось побывать в Шотландии, где он обучился всем тонкостям военного искусства. Мимолетно он слюбился там с богатыршей Айфе, которая родила ему сына, Конлайха. Когда Конлайх вырос, он отправился в Ирландию разыскивать своего отца. Они встретились, сразились, не признав друг друга, и сын Кухулина пал от руки своего отца. В возрасте семнадцати лет Кухулин совершил свой величайший подвиг, обороняя один свою родину против целого вражьего войска (“Похищение быка из Куалнге”).

Двумя важнейшими эпизодами жизни Кухулина являются далее любовь его к сиде Фанд, связанная с его победоносной экспедицией в "страну блаженных" ("Болезнь Кухулина"), и борьба Кухулина за первенство, послужившая предметом обширной саги "Пир у Брикрена". Между женами трех величайших героев Улада - Кухулина, Конала Победоносного и Лойгайре Сокрушителя - возник спор о том, кому из их мужей принадлежит первенство. Ссора эта нарочно была подстроена злокозненным Брикреном, сеятелем раздоров, который с этой целью пригласил всех героев к себе на пир (основной мотив и схема рассказа те же, что и в "Повести о кабане Мак-Дато"). Герои против воли вовлечены своими женами в распрю. Происходит ряд состязаний между ними, в которых Кухулин неизменно берет верх, но всякий раз судьи отказываются признать испытание решающим. Наконец, все трое едут в Муман, к хитроумному королю-волшебнику Курои, сыну Дайре, который придумывает испытать не их силу и боевое мужество, а моральную доблесть. Он предлагает каждому из них отрубить ему, Курои, голову, с тем чтобы на следующий день он явился и отрубил голову смельчаку. Все трое принимают вызов, но когда Курои является за расплатой, Конал и Лойгайре уклоняются, а Кухулин нет. Но Курои щадит К. и награждает за смелость: отныне он получает имя “первого героя” Ирландии.

Поэтическая биография К. завершается героической сагой о его смерти. Образ К. имеет, вероятно, историческую основу, рано обросшую мифическими элементами. В нем проступают архаические, быть может, туземные (пиктские) черты. Форма первоначального имени его – Сетанта – во всяком случае,  не ирландская.

Вообще же вся личность и судьба Кухулина окутаны мифическими элементами. К. – подлинный полубог. Ни один из других героев не обладает такими чудесными свойствами и способностями, как К. Когда он приходит в боевую ярость, он вырастает и весь преображается; он почти обладает способностью летать по воздуху и т.п. (см. “Сватовство к Эмер”). Весьма вероятно, что в образе К. слились несколько образов, эпически, исторически и мифически первоначально различных. Но, слившись воедино, они составили один целостный образ, всячески приукрашенный поэтической фантазией.

Цикл Финна. Финн – вождь фенниев, особой организации воинов, необыкновенно искусных в ведении боя и физических упражнениях, занимавшихся будто бы только войной и не подчинявшихся никакой власти, кроме своего вождя. Другие персонажи – сын Ф. Ойсин (Оссиан), песнопевец, внук Осгар, Грайне и Диармайнд, которые любили друг друга, и прятались от короля Финна, который тоже любил Грайне.

Саги о чудесных плаваниях – “Плавание Брана” и “ Плавание Майль-Дуйна” (наверное, есть еще что-то, но я больше не знаю). Они относятся к фантастическим сагам, поскольку речь идет о потусторонней стране. Сюжет “Плавания Брана”: однажды Бран на своем дворе услышал пение женщины и впал в сон. Когда проснулся, в его руке была серебряная веточка. Потом он увидел эту женщину, которая опять пела ему о чудесной Стране Женщин и приглашала с собой. Он поплыл. В море им встретился морской бог Мананнан, который рассказывает им  о своем будущем воплощении среди людей. Потом они проплывают мимо Острова Радости, где все смеются. Приплыли в Страну женщин, пробыли там много-много лет, а им казалось, что только год. Потом решили вернуться. Но когда один из спутников Брана коснулся ногой земли, то рассыпался в прах. И тогда Бран снова отплыл от берега и пропал. Сюжет этой саги незамысловат, ее выразительность – в лирических описаниях.

В саге “Плавание Майль-Дуйна” разработана та же тема – посещение чудесной страны. Основа саги – языческая, что явствует из упоминания о блаженной стране или острове женщин. + христианские элементы (рассуждение о грехе, образы анахоретов, мораль прощения врагам, мать Майль-Дуйна – монахиня). + античные черты (Циклоп, птица Феникс). Майль-Дуйн отправляется на поиски убийц своего отца и посещает много-много волшебных островов, среди которых есть и остров женщин, и остров хохотунов.   

4) Специфика героического характера в уладском цикле.

Тут   надо  рассказывать про Кухулина. С одной стороны, в его образе есть черты первобытного демонизма – 7 зрачков, по 7 пальцев на руках и ногах, чудесные превращения, когда он в ярости преображается так, что один глаз уходит так глубоко внутрь, что и журавль его оттуда не достанет, а другой выкатывается наружу и становится огромным, как котел.

С другой стороны – человечность героя, благородство. К. – идеал доблести и нравственного совершенства   древней Ирландии.  Наряду с необычайной силой и мужеством К. обладает душевным благородством. Большинство лежащих на нем гейсов имеет высокий моральный характер: никогда не отказывать в помощи женщине, никогда не отвергать предлагаемого гостеприимства, всегда быть верным данному слову.  Он великодушен к врагам, отзывчив ко всякому горю, утонченно вежлив с женщинами, всегда – защитник слабых. Им движет не корысть или эгоизм. Он самоотверженно один  отстаивает свою родину от полчищ врагов (“Угон быка из Куалнге”). Он безутешен, когда его рукой сражен друг его юности (“Бой К. с Фердиадом”). Погибает он за других как жертва долга и чести.

5) Особенности   поэтики.

С самого начала эти саги сложились в прозе. Но вскоре их авторы, в вслед за ними и рассказчики стали вставлять в прозаическое повествование ради его оживления и эстетического эффекта обычно небольшие, но иногда довольно обширные отрывки в стихах. Но в стихах передаются исключительно либо моменты высшего драматического напряжения, либо речи действующих лиц - притом лишь тогда, когда они достигают высокого пафоса. Мы нигде не встретим сколько-нибудь связного изложения событий в стихах. Нет сомнения, что все они вторичного происхождения и носят чисто декоративный характер. В них филиды (певцы) нашли применение своего искусства в "высших" видах лирики. С течением времени число стихотворных вставок увеличилось вплоть до того, что в некоторых частях эпопеи "Угон быка из Куалнге" они образуют чуть не половину текста. В разных версиях, при полном тождестве прозаического текста, стихотворные вставки бывают весьма различны, а иногда и вовсе отсутствуют. Это касается главным образом таких "типических" мест, как описание пиров, вооружения, сражений и т.п., для которых существовали традиционные формулы (как и в наших былинах) и которые переносились из одной саги в другую.

Влияние на последующее литературное развитие.

Куртуазные романы бретонского цикла (подробнее – в соответствующем билете), Макферсон  со своими “Песнями Оссиана”, поэты ирландского возрождения 20-го века, Джойс, Толкиен.