Античный роман

К оглавлению
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 
17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 
34 35 36 37 38 39 

 

Как жанр древнегреческой литературы роман оформился в конце II - нач. I вв. до н.э. Изучение романа следует начать с уяснения вопросов терминологического характера. В то время как для основных родов литературы - эпоса, лирики, драмы - используются возникшие еще в древности греческие термины и определения, роман - единственный из всех жанров древнегреческой литературы - имеет не греческое, а средневековое наименование. Появившимся в средние века французским сочетанием la conte roman стали называть любые стихотворные произведения, написанные не на латинском, а на каком-либо романском языке. При этом речь шла не только о куртуазной литературе, к которой относятся европейские средневековые рыцарские романы и поэзия, но имелись в виду также многочисленные псевдоисторические и легендарные произведения, написанные на народных языках. Впоследствии первая часть этого словосочетания, переводимого на русский язык как “романное повествование”, исчезла, а в употреблении осталось прилагательное roman, которое приобрело самостоятельное значение, и с 16-го в. закрепилось за нарративными сочинениями древнегреческой прозы, именуемыми теперь романами.

Сами античные романисты давали своим произведениям различные названия, указывающие на связь с устоявшимися к тому времени литературными жанрами, как, например, драма, комедия, история и т.д. Таковы греческие слова “драматикон”, “логос”, “библос” - (применительно к римскому роману - латинское “фабула”).

Как свидетельствуют многообразие названий и некоторая расплывчатость жанровых определений античного романа, вопрос о происхождении этого жанра не может быть решен однозначно. Дело, конечно, не сводится к разногласиям терминологического характера, хотя неоднократные попытки дать современное определение жанра “античный роман”, по признанию многочисленных исследователей, приводят к существенным противоречиям и обречены на неудачу. Найти достаточно емкое и устойчивое определение, которое бы отражало особенности содержательной и композиционной структуры всех представителей рассматриваемого жанра и соответствовало его эстетической сути, вряд ли возможно. Тем более это маловероятно, когда речь идет о попытках определения места, которое этот жанр занимает в истории общелитературного процесса, и оценке его последующего влияния на развитие современного романа.

Взгляды исследователей на этот вопрос нередко диаметрально противоположны: от полного отказа в праве именовать древнегреческие романы этим термином и соответствующего отрицания какой-либо его связи с более поздним, даже средневековым романом, до утверждения о несомненном влиянии античного романа на европейский психологический роман через посредство авантюрного романа 17 - 18 вв., в основе которого видят его древнегреческий источник.

Зародившись в эпоху эллинизма, античный роман своего наивысшего расцвета и распространения достиг в эпоху римской империи. Формируясь в условиях упадка античного общества, роман отразил в себе черты своего времени. Сохранившиеся до наших дней в полном объеме или известные по кратким пересказам и незначительным фрагментам, романы проявляют близкое сюжетное сходство, позволяющее выделить общую сюжетную схему, в центре которой молодая влюбленная пара необыкновенной красоты. Полюбив друг друга с первого взгляда, юноша и девушка (в более ранних романах они успевают вступить в брак) в силу разных обстоятельств должны расстаться и в разлуке поодиночке преодолевают самые разнообразные препятствия: они терпят кораблекрушение, пленение и рабство у разбойников или пиратов, подвергаются всевозможным мнимым смертям, наконец, испытывают многочисленные притязания со стороны нежелательных претендентов на их любовь. При этом одним из обязательных условий сюжетной схемы является то, что герой и героиня должны сохранить верность по отношению друг к другу. Судьба вознаграждает их счастливым избавлением от всех этих несчастий, роман завершается встречей и воссоединением влюбленных.

Во II в.  н. э. жанр романа достигает такой степени развития, что появляются попытки пародировать некоторые жанровые издержки и даже возникают “самопародии”, примером чего можно назвать роман Ахилла Татия “Левкиппа и Клитофонт”. В отличие от предшественников, Ахилл Татий переносит действие своего романа в сугубо современную обстановку и ведет рассказ от имени одного из главных героев Клитофонта. В дом его отца из Византия, где идет война, приезжает двоюродная сестра Клитофонта Левкиппа с матерью. В полном соответствии с традиционной схемой романа Левкиппа и Клитофонт влюбляются друг в друга и бегут из дома, боясь препятствий со стороны родителей, т.к. Клитофонт помолвлен с другой девушкой. Беглецов сопровождает близкий друг и родственник Клитофонта Клиний, на них обрушивается весь традиционный для греческого романа перечень испытаний: кораблекрушение, плен у разбойников, от которых им удается освободиться. В Александрии Левкиппу похищает разбойник Херей, влюбившийся в нее, в то время как любви Клитофонта домогается богатая вдова Мелита. Клитофонт, уверенный, что Левкиппы нет в живых, т.к. он собственными глазами видел ее казнь, как потом выясняется, инсценированную, дает согласие на новый брак, но тут неожиданно возвращается домой муж Мелиты Ферсандр, которого считали погибшим.

Пародийно снижен и в комическом виде предстает перед читателем образ главного героя Клитофонта, дважды заточаемого в темницу, трижды избиваемого Ферсандром, малодушного и трусливого, готового на предательство близких ему людей. Сродни ему и Левкиппа. Впервые в греческом романе появляется совершенно новая, далеко не идеализированная пара, наделенная исключительными внешними данными, но с явно антигероичными, безнравственными чертами. В пародийных целях использует Ахилл Татий и другие, типичные для романа мотивы, как, например, судебное разбирательство или мотив переодевания, комическая направленность которого особо ощутима в рассказе о переодевании Клитофонта в платье Мелиты, чтобы бежать из заточения (VI, 5). Сохраняя чисто внешнее сходство с другими романами, Ахилл Татий иронизирует над сложившимися к этому периоду штампами греческого романа, явно рассчитывая на то, что читатель сумеет различить в знакомом материале новые черты и по достоинству их оценить.

Особое место среди греческих романистов занимает Лонг, роман которого “Дафнис и Хлоя” снискал наибольшую славу в мировой литературе. Дата написания этого произведения точно не установлена, в последних научных исследованиях ее приближают ко II веку нашей эры. Нет никаких сведений об авторе романа, самое имя которого также вызывает противоречивые толкования. Главной темой повествования является изображение любовных переживаний воспитанных пастухами и ведущих пастушеский образ жизни юноши и девушки, которым покровительствуют пастушеские божества. Обращает на себя внимание близость сюжетных мотивов романа Лонга к новой комедии, в которой мотив “подброшенного и найденного ребенка” играет важную роль. У Лонга этот мотив осложнен введением двоих подброшенных детей, мальчика, вскормленного козой и воспитанного козопасом  Ламоном, а два года спустя пастух овец Дриас обнаруживает в гроте нимф девочку, вскармливаемую овцой. Как свидетельствуют оставленные при детях приметные знаки, оба они были подброшены богатыми родителями. В ходе развития действия будет выявлено благородное происхождение молодых людей, воспитанных приемными родителями.

Когда юноше Дафнису исполняется пятнадцать лет, а девочке, названной Хлоей, тринадцать, их воспитатели посылают молодых людей пасти стада коз и овец. Дафниса и Хлою постепенно охватывает неведомое им до сих пор чувство любви. В отличие от прочих романистов, традиционно изображающих в своих произведениях внезапное, возникающего у героев с первого взгляда любовное чувство, Лонг показывает постепенный, психологически более мотивированный  процесс сближения Дафниса и Хлои. Как тонко отмечает известный перевод-чик и исследователь этого жанра А.Н. Егунов, “Лонг переносит мотив разлуки извне вовнутрь, мотивируя своеобразную «разлуку» невинностью героев (Егунов А.Н. Гелиодор и греческий роман. Гелиодор. Эфиопика. М-Л., 1932. С.50).

Лонг избегает восточной экзотики, его герои почти не покидают предместий Митилены на о. Лесбосе, где происходит действие романа; эпизодическую, второстепенную роль играют здесь приключения. Главные симпатии автора на стороне людей сельского труда, которых он противопоставляет богатым бездельникам из города. Не играют решительной роли у Лонга и традиционные для романа вообще фигуры нежелательных претендентов на любовь героя или героини. В романе “Дафнис и Хлоя” таков Доркон, влюбленный в Хлою пастух, которого убивают напавшие на прибрежные луга тирийские пираты, в плену у которых оказался Дафнис. Свирель, отданная раненым Дорконом Хлое, помогает ей спасти Дафниса, так как, услышав знакомые звуки свирели, стадо Доркона бросается к берегу и опрокидывает корабль неприятеля. Избежавший гибели Дафнис возвращается к Хлое.

Новым испытаниям подвергаются молодые люди в связи с набегом на прибрежные поля Митилены жителей Метимны, которые угоняют стадо Дафниса и похищают Хлою. Самого Дафниса, обвиненного в гибели метимнейского корабля и избитого горожанами, спасают односельчане, встав на защиту юноши. В ответ на обвинения метимнейцев, упрекавших Дафниса в гибели корабля, на котором было много денег и дорогой груз, Дафнис произносит сдержанную и полную достоинства речь, несомненно, свидетельствующую о симпатиях автора к своему герою (II, 16). Поверив лживым обвинениям городских повес, граждане Метимны посылают войско, совершившее набег на прибрежные поля митиленцев. Воины захватили богатую добычу, среди попавших в плен людей оказалась и Хлоя, которую, словно козу или овцу, погнали, подхлестывая хворостинкой (II, 20).

Несмотря на определенные черты реалистического изображения картины военного набега и наличие прочих метких наблюдений, в романе Лонга много сказочных элементов, как, например, эпизод спасения Хлои при содействии Пана, который внушил захватчикам страх страшным звуком свирели, волчьими голосами овец, тем, что без причины ломались весла и не поднимались с морского дна якоря кораблей. Разобравшись во всем, граждане Метимны вернули митиленцам награбленное добро и заключили мир. Малоубедительным и восходящим к сказке является объяснение того, каким образом разбогател Дафнис, случайно найдя на морском берегу кошель с крупной суммой денег.

Еще одной отличительной чертой повествовательной техники Лонга является привнесение в его роман о любви буколических мотивов и прекрасных описаний природы. Картины сельских праздников, зимней охоты, красоты цветущего сада, яблока, забытого на ветке дерева, весеннего пробуждения природы придают роману “Дафнис и Хлоя” особое звучание, свидетельствуют о принципиально новом осмыслении природы и места, которое на фоне этой природы занимает человек. Определенная симметричность, давно подмеченная исследователями романа Лонга, характеризует не только композицию произведения, но ощущается и в характере персонажей (Дафнис-Астил), в общей идейно-тематической направленности романа, автор которого противопоставляет порочной и безнравственной жизни горожан высоконравственную и гармоничную жизнь сельских жителей, крестьян и пастухов, обитающих на лоне природы.

Лонг, великолепный стилист и мастер художественного слова, демонстрирует прекрасную риторическую образованность, которую он сочетает с высокой эстетической задачей. Особую роль в романе играют монологи, используемые для раскрытия психологии главных героев. Настроение героев и окружающую их обстановку хорошо передает искусство ритмичной прозы, красота и музыкальность языка произведения Лонга, позволяющие его автору приблизить отдельные прозаические фрагменты к поэзии или стихотворению в прозе.

Роман Лонга “Дафнис и Хлоя”, один из лучших образцов поздней греческой повествовательной прозы, оказал значительное влияние на европейскую литературу, став прообразом “пасторальных романов”. Это произведение, вызвавшее восторженные отклики Гете, призывавшего перечитывать его ежегодно, пользуется неизменным успехом и у современного читателя.

Самым большим по объему из дошедших до нас романов является “Эфиопика” Гелиодора, датируемая второй половиной 4-го в. н.э. Роман Гелиодора завершает историю жанровой эволюции античного греко-римского романа. По наблюдениям ученых последних лет, три характерных особенности “Эфиопики” Гелиодора составляют его специфику на фоне прочих известных нам произведений рассматриваемого жанра: композиционное построение, когда уже первая книга романа вводит читателя в середину событий - in medias res, прием, свойственный классическому эпосу; “серьезный характер” романа, проявляющийся в интересе автора к религиозным, мифологическим, философским, литературным и связанным с вопросами искусства темам; наконец, особая, “этническая” позиция Гелиодора, как впервые отметила Н.П.Зембатова наделяющего всех представленных в романе греков той или иной степенью коварства, в то время как варвары, даже злодеи, “наделены чертой простодушия” (Зембатова Н.П. Роман Гелиодора “Эфиопика” и его место в истории жанра / Античный роман. М.: Наука, 1969. С.99).

Действие “Эфиопики”, насчитывающей 10 книг, открывается сценой на пустынном берегу в устье Нила. Поблизости от покинутого людьми корабля над распростертым без признаков жизни юношей хлопочет девушка, которую зовут Хариклея. Она рассказывает предводителю разбойников, захвативших корабль, что случилось с нею и ее возлюбленным по имени Феаген до момента его ранения. Сама героиня, приемная дочь дельфийского жреца Харикла, выросла в Дельфах. Здесь ее встретил и полюбил прибывший из Фессалии красавец Феаген. В полном соответствии с традиционной схемой романа, осложненной, как это было у Лонга, мотивом “подброшенного ребенка”, герои “Эфиопики” влюбляются друг в друга и тайно, взойдя на корабль, покидают город. Причина бегства - в стремлении Харикла, приемного отца Хариклеи, выдать ее замуж за своего племянника. Молодых людей сопровождает египетский пророк, мудрый старец Каласирид, который узнал тайну рождения Хариклеи. Она эфиопская царевна, ее мать, царица Персинна, подбросила дочь, родившуюся у нее с белоснежной кожей, т.к., ожидая ребенка, царица любовалась изображением Андромеды.

Согласно оракулу, Феаген и Хариклея должны были до свадьбы посетить “черную землю, удел жаркого солнца”. Они отправляются в Африку, но попадают в плен к пиратам, с чего начинается длинная цепь их приключений. Действие “Эфиопики”, обладающей очень сложной композицией, в основном связано с Египтом. Греция упоминается только в рассказах второстепенных героев (Кнемона и Каласирида), немаловажную роль играет Эфиопия. Если в прочих романах герои впервые встречают друг друга в родном городе и после многочисленных приключений возвращаются туда же, герои “Эфиопики” проводят в Греции свое детство, окончание же странствий и счастливое воссоединение происходит в Эфиопии, на родине героини.

Составляющие одну из примечательных особенностей романа Гелиодора философско-религиозные тенденции не представляют собой каких-либо целенаправленных доктрин или течений, позволяющих трактовать его роман как философский или религиозный трактат. Гелиодор, владеющий хорошим риторическим образованием, стремится как можно лучше продемонстрировать характерные философские тенденции своего времени. Присущая Гелиодору склонность к обилию религиозно-мифологических и философских рассуждений в его романе предопределила тот успех, которым его произведение пользовалось в эпоху византийской империи.

Русский перевод романа Гелиодора появился впервые в XVIII в. под заголовком: “Образ невинной любви, или страшное приключение эфиопской царевны Хариклеи и Феагена фессалянина”. Этот перевод сделан с латинского языка. С латинских, французских и немецких изданий неоднократно переводились на русский язык романы других авторов, как, например, “Похождения Кереа и Каллирои” Харитона, “Торжество супружеской любви над злосчастиями, или приключения Аврокома и Анфии” Ксенофонта Эфесского. В 1896 г. появился оригинальный перевод романа Лонга “Дафнис и Хлоя”, сделанный Д.Мережковским. Большинство греческих романов переведены с греческого языка только в XX веке.