Глава 29.Сексуальность: стереотипы и реальность

К оглавлению
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 
17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 
34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 

Е. Г. Луковицкая

Вводные замечания

Понятие «сексуальность» относится к тому, как общество и индиви­ды организуют, понимают, репрезентируют эротические и репродук­тивные действия и что предпринимают, но поводу этих действий.

Исследования показывают, что пол, гендер и сексуальность взаи­мосвязаны во многих культурах. Как очень точно отмечает Г. Рубин, «сексуальность является связующим звеном между гендерами; льви­ная доля подавления женщин коренится именно в ней, передается с помощью нее, конституируется внутри нее» [5, с. 510]. Современная психология в своем анализе гендерных взаимодействий уже не может игнорировать социальную сконструированность сексуальности, ее влияние на формирование гендерной идентичности личности, отно­шений власти и подчинения.

А что мы видим на практике? Мы видим, что тема сексуальности во многом до сих пор закрыта и мало обсуждается. Сексуальное про­свещение детей и подростков в обыденном сознании часто ассоции­руется с сексуальным развращением. Есть родители, которые не раз­решают своим детям-подросткам посещать занятия по сексуально­му просвещению. В то же время сами они не в состоянии грамотно, правдиво, доступно и спокойно объяснить детям, как они появились на свет, что с ними происходит в подростковом возрасте, как пра­вильно предохраняться, какие возможны генитальные инфекции и каковы их последствия для мужского и женского организма, как пра­вильно осуществлять гигиенический уход за своим телом. В резуль­тате у детей может возникать чувство обиды на родителей за обман (про аистов и капусту), что не будет способствовать доверительным отношениям родителей с детьми. Многие девочки оказываются то­тально не подготовленными (или минимально подготовленными) к внезапным менструациям и переживают травматический опыт. Пер­вые сексуальные контакты (рано или поздно они все-таки происхо­дят у всех, независимо от родителей) для девочек часто совершаются под «нажимом» и в рамках иерархических патриархальных отноше­ний и гендерных стереотипов, которые ими часто не осознаются.

Исследования показывают [11], что школьные сексуальные обра­зовательные программы содержат:

•    авторитарное подавление дискурса женского сексуального желания;

•    продвижение дискурса женской сексуальной виктимизации (жер­твенности);

•    явную привилегированность замужней гетеросексуальности над другими практиками сексуальности.

Таким образом, женщина социализируется преимущественно как потенциальная жертва мужской сексуальности. Она не представляет собой субъекта в ее собственном праве.

Этому способствуют определенные дискурсы сексуальности.

1.   Сексуальность как насилие (этот дискурс приравнивает юношес­кую гетеросексуальность к насилию).

2.   Сексуальность как жертвенность.

Используемый в образовательном процессе язык репрезентирует женщин как реальных или потенциальных жертв мужского жела­ния — женщин учат защищать себя от болезней, нежелательной бере­менности, «использования себя» (being used). Мужчины в данном дис­курсе репрезентируются как хищники.

Какие предположительные объяснения лежат в основе этого?

•    Женская субъективность, включая желание вовлечения мужчин в сек­суальную активность, лежит вне пределов доминирующего дискурса.

•    Для избежания виктимизации женщинам необходимо как можно дольше избегать добрачных сексуальных отношений. С другой сто­роны, мужской виктимизации можно избежать, если создать по­стоянную брачную пару.

Язык и эмоции данного дискурса уводят внимание от институционализированных структур, отношений, которые подавляют женщин в обществе.

Дискурсы сексуальности по-разному влияют на социализацию мальчиков и девочек, что далеко не в полной мере учитывается в образовании. Гендерная нечувствительность к объяснению и пони­манию сексуальности приобрела две основные формы: игнориро­вание пола как социально значимой переменной и игнорирование соответствующего поло-дифференцированного социального кон­текста.

Практическое занятие «Сексуальность: стереотипы и реальность» было разработано в рамках спецкурса «Введение в гендерные иссле­дования» для студентов-психологов старших курсов очного и заочно­го обучения, уже изучивших дисциплины «Социология», «Антропо­логия», «Общая психология», «Социальная психология».

Задание проводится после заключительной лекции курса «Фор­мирование сексуальной идентичности», в рамках которой рассмат­ривается многообразие проявлений сексуальности в обществе, кон­цепции сексуальности 3. Фрейда, К. Хорни, теории формирования различных сексуальных идентичностей (теория сексуального сцена­рия Д. Ганьон и У. Саймон, социально-психологическая теория мар­кирования и др.), современные теории гендера и сексуальности (М. Фуко, С. де Бовуар, К. Миллет, А. Дворкин).

Цели занятия

1.   Осмысление психологических проблем, стереотипов проявления сексуальности, с которыми сталкивается личность в процессе фор­мирования сексуальности.

2.   Рефлексия своих собственных страхов и сопротивлений.

Порядок работы

Целевые группы данного занятия — гомогенные по полу, гото­вые с точки зрения преподавателя к обсуждению сензитивных во­просов.

Аудитория может быть не готовой к обсуждению темы сексуаль­ности. Чтобы не возникло проблем, лучше предложить студентам оце­нить по 10-балльной шкале свою готовность работать по данной теме и работать с теми, кто действительно хочет проанализировать свои установки и стереотипы в отношении сексуальности.

Этап 1. Заполнение опросника, знакомство с автобиографией (до­машняя работа).

Этап 2. Групповые дискуссии.

Этап 3. Анализ сексуальной автобиографии в малых группах.

Этап 1. Заполнение опросника, знакомство с автобиографией Алины (домашняя работа)

Опросники (см. приложение 1) лучше предлагать заполнить дома в спокойной обстановке, поскольку опросники, заполненные на занятии в присутствии других студентов, не всегда подробны и откровенны.

Инструкция

Вам предлагается для самостоятельного домашнего заполнения опросник, состоящий из 18 вопросов, а также отрывок из сексуаль­ной автобиографии Алины (см. приложение 2).

Попробуйте сосредоточиться на каждом вопросе в предлагаемом опроснике. Подумайте, как это связано с вашими чувствами или уста­новками в отношении себя и в отношении сексуальности в целом.

Этап 2. Групповые дискуссии

После осмысления каждым своего собственного опыта предлагается проведение групповых дискуссий на следующие темы (выбор темы за­висит от особенностей группы).

•    Каково влияние родителей (их отношения друг к другу и к детям) на формирование сексуальности?

•    Каково влияние типа семьи на формирование сексуальности?

•    Каково влияние религии на отношение человека к своей сексуальности?

•    Кто оказывает наибольшее влияние на формирование сексуально­сти (родители, братья и сестры, друзья...)?

•    Представьте, что от вас зависит внедрение программы сексуально­го просвещения — какой бы вы ее сделали? (Предложить разбить­ся на малые группы и расписать свои программы на листе ватмана, представить их всей группе и обсудить.)

Этап 3. Анализ сексуальной автобиографии в малых группах

Студентам предлагается произвольно разделиться на малые группы по 3-4 человека и провести качественный анализ автобиографии Алины (см. приложение 2). Инструкция

1.  В процессе работы обсудите, пожалуйста, следующие темы.

•    Как вы думаете, как можно помочь девушке выйти из данного психологического состояния?

•    Как вы думаете, повлияло ли такое начало сексуальной жизни на дальнейшие отношения девушки с мужчинами?

•    Какие можно сформулировать возможные темы исследования, которые вытекают из этого отрывка?

•    С помощью какой теории можно проанализировать автобиографию Алины?

2. Сформулируйте, пожалуйста, свои выводы и запишите их на лис­те ватмана.

Литература

1.  Кон И. С. Лунный свет на заре. Лики и маски однополой любви. — М., 1998.

2.  Кон И. С. Введение в сексологию. — М.: Медицина, 1988.

3.  Миллетп К. Теория сексуальной политики // Вопросы философии. - 1998. - № 9.

4.  Митчелл Дж. Женская сексуальность. Жак Лакан и ecolefreudiene. Введение // Введение в гендерные исследования: Хрестоматия. Ч. 2. - СПб.: Алетейя, 2001.

5.  Рубин Г. Размышляя о сексе: заметки о радикальной теории сексу­альных политик // Введение в гендерные исследования: Хресто­матия. Ч. 2. - СПб.: Алетейя, 2001.

6.  Омельченко Е. Тело — друг человека? Провинциальная молодежь после   сексуальной   и   накануне   гендерной   революций   // Рубеж. - 2000. - № 15. - С. 141-167.

7.  Темкина А. Сценарии сексуальности и сексуальное удовольствие в автобиографиях российских женщин // Гендерные исследова­ния. - Харьков: ХЦГИ, 1999. - № 3.

8.  Фуко М. Воля к истине. По ту сторону знания, власти и сексуаль­ности. — М., 1996,

9.  Heiman R.J., Piccolo Lo J. Becoming ograsmic. A sexual and Personal Growth. Programm for women. — London, 1976.

10.  Anderson B. L, Cymnowski J. M. Sexual Self-Schema // J. of Personality and Social Psychology. — Vol. 67. — № 6.

11.  Fine M. Sexuality, schooling and adolscent females. The missing Discourse of Desire // Toward a new psychology of gender. — 1997.

Приложение 1

Опросник для самостоятельного

домашнего заполнения

1.  Было ли сильным влияние религии в вашей детской жизни? На­сколько это было важным в вашей семье и для вас?

2.  Как вы думаете, повлияла ли религия на ваши установки к сексу?

3.  Влияет ли сейчас религиозная вера на ваше отношение к сексу?

4.  Позволяли ли вам в семье задавать вопросы или обсуждать сексу­альные темы?

5.  Показывалась ли физическая привязанность между родителями в семье?

6.  Были ли родители физически или вербально нежными с вами?

7.  Каково отношение к обнаженному телу в вашем доме?

8.  Как вы думаете, каково было отношение ваших родителей:

•   к сексу друг с другом?

•   к вашей собственной развивающейся сексуальности?

•   к различиям между мужчинами и женщинами в вашей семье?

9.  Каково было отношение в вашей семье к гомосексуальности?

10. Какое было в вашем детстве влияние ваших братьев, сестер и дру­зей на то, что вы думали о сексе в это время?

•   Обсуждали ли вы когда-либо такие вопросы с друзьями, с бра­том или сестрой?

•   Что было предметом шуток и смущения?

•   Что рассматривалось как «грязное»?

И. Помните ли вы игры с сексуальным контекстом, когда были ре­бенком (такие, как «в доктора»)?

12.  В каком возрасте вы помните первые генитальные ощущения? Были ли они приятными или возбуждающими?

13.  В каком возрасте вы вспоминаете свою первую мастурбацию (или любую другую уединенную активность, которая вызывала гени­тальные ощущения удовольствия)?

•   Как и где вы делали это? Как часто?

•   Как вы себя чувствовали, делая это?

•   Как вы исследовали свою собственную сексуальность?

14.  Помните ли вы какой-либо расстроивший вас сексуальный экспе­римент (опыт), который был в вашем детстве?

15.  Когда вы впервые узнали о зачатии (оплодотворении) и рожде­нии детей?

•   Как вы это узнали?

•   Как вы реагировали на это?

16.  В каком возрасте вы начали менструировать?

•   Рассказали ли вам заранее о менструации? Как и кто?

•   Было ли это предметом обсуждения среди ваших друзей?

•   Как (какими словами) вы называете менструацию?________

•   Какими были ваши чувства в ожидании менструации?

•   Как вы себя чувствовали, когда менструации начались? Как вы вспоминаете их влияние на ваш стиль жизни? Чувствовали ли вы различие между собой и своим телом?

•   Были ли у вас какие-либо трудности с менструациями?

17.  Что вы чувствовали по отношению к своим отцу и матери (в тер­минах закрытости и уважения)?

18.  В каком возрасте вы стали ходить на свидания?

•   группами

•   одиночные

•   Чего вы больше всего хотели от свиданий? Популярности? Бе­зопасности? Нежности? Секса? Дружбы, партнерства?

Приложение 2

Отрывок из сексуальной автобиографии Алины

С чего она начинается? С «пресловутого первого раза»? Нет. Думаю, что гораздо раньше.

С чего тогда? С первого поцелуя в холодном подъезде? С первой книж­ки «про это», случайно найденной у родителей под подушкой и тут же «взахлеб» прочитанной? А может, просто — с осознания своей принадлеж­ности к женскому именно полу? Но когда это произошло? Я не помню...

В четыре года я хотела быть мальчиком. Настояла на том, чтобы меня коротко постригли, наотрез отказывалась носить платья и юбки и откликалась только на имя Паша. Но что повергло моих родителей в настоящий шок: то, что я пыталась писать стоя.

Шесть лет: дворовая подружка Рита, моя ровесница. Как-то раз мы были у нее дома, играли одни в ее комнате. Потом забрались под стол, и она попросила: «Покажи мне свою п-ку». После недолгих уговоров я это сделала — в ответ она показала, мне свою. Все как есть, во всех подробностях.

«Хочешь, я покажу тебе, что я люблю делать?» — с этими словами она взяла какую-то игрушку и показала. Затем передала эту игрушку мне и попросила сделать то же самое — сначала с ней, потом с собой. Таков был мой первый опыт мастурбации.

Тогда мне это не понравилось.

В девять лет я узнала, откуда берутся дети. Вернее, как они полу­чаются. До этого я верила сказке о том, что мама, мол, пьет специаль­ную таблетку — и из этой таблетки у нее в животе потом растет ребе­ночек. Когда я из книжки узнала правду, мне было очень обидно, что мама меня обманула. Просто очень.

Интерес к подобным вещам пробудился у меня примерно в то же время.

В двенадцать лет я случайно нашла у родителей в спальне книжку «про это». Прочитана была «взахлеб». И, возбудившись от подобного рода чтения, впервые тогда запустила руку в трусики...

Наверное, я ничем не отличалась от большинства подростков: все было так же... В общем-то.

В четырнадцать лет я познакомилась со своим первым парнем. Это произошло в одной из тех самых компаний подростков, что стоят без видимой цели вечерами у подъездов. О, по меркам той компании он был крут: 19 лет, работа...

Февраль. Холодный подъезд.

- Давай, я тебя поцелую. (Это было сказано скорее с утверждением.)

Он мне нравился. Но ни для кого не секрет, что подростками в этом возрасте руководит больше чувство престижа.

По причине того же самого чувства престижа моя подруга расста­лась с девственностью в без малого четырнадцать лет.

В пятнадцать лет мне казалось, что все — влюбилась. Ему было семнадцать. Ласковый, нежный, внимательный — мальчик-мечта. Мальчик-картинка.

Мы были вместе лишь две недели. Расстались, когда он узнал, что я еще девственница. Это означало, что со мной нельзя спать. А брать на себя ответственную миссию по лишению меня девственности он, видимо, боялся. Сказал: «У нас нет будущего».

...И где-то в глубине души я возненавидела свою девственность...

В сентябре все того же года меня чуть было не изнасиловал тот са­мый первый мой парень, к которому я испытывала самые нежные чув­ства и почти безгранично доверяла...

Очень четко тогда я почувствовала свою слабость: сопротивляться не имело смысла. Кричать тоже смысла не было: ночь, карьеры, во­круг — ни души. Его слова:

-  Подумаешь! Была девочка — станешь не девочка!

Не помню, как я все-таки уговорила его отпустить меня. В душе — обида и боль. Больше мы не общались.

А вот и тот самый «первый раз», который, по мнению психологов, оставляет отпечаток на всей дальнейшей жизни человека. Особенно на сексуальной. И который во многом определяет его отношения с людьми противоположного пола.

Следующий год. Мне было восемнадцать. Ему — двадцать два. По­знакомились мы на пьяном дне рождения нашего общего знакомого. Начались встречи, инициатором был он.

Я попала в совершенно незнакомую компанию, в которой оказа­лась, кстати, единственной девчонкой. Компания мне не нравилась. Они постоянно пили и спаивали меня.

Должна сказать, что с первой же встречи я попала от этого челове­ка в какую-то странную зависимость — состояние, когда невозможно отказать. Со мной такого никогда еще не бывало! Это не была любовь с первого взгляда, просто он меня словно гипнотизировал.

Как-то раз мы вдвоем напились больше обычного. И вот: конец апреля, теплая весенняя ночь, крыша девятиэтажки и раскинувшееся над нами огромное звездное небо. Тогда мы впервые попробовали за­ниматься любовью.

До этого мы позволяли друг другу уже любые ласки, и он прекрас­но знал о том, что я еще девочка. Его слова, произнесенные со спокой­ной такой уверенностью:

—  Значит, я буду у тебя первым.

Мы мучились довольно долго. Ничего не получалось. По его сло­вам, я «зажималась», хотя, напротив, на самом деле я всеми силами старалась расслабиться. Так и разошлись ни с чем.

После этого я начала ужасно психовать. Меня терзали мысли о том, что со мной что-то не так, что-то не в порядке... Я боялась, что никогда не смогу этим заниматься.

У меня там все было так узко, что было больно даже засовывать палец! Неудача на крыше окончательно «доконала» меня. Я больше ни о чем не могла думать, кроме этого! Дома я плакала.

И я решила: во чтобы ни стало, пусть даже будет очень больно... но я докажу себе, что со мной все в порядке. И доказала. Это случилось на следующий день, на квартире у его друга. Я очень боялась. Но надо было убедиться, надо было доказать себе... Я легла с ним в постель из отчаяния. А еще он уговаривать умеет...

Да, помучиться ему со мной пришлось немало. Как только он перехо­дил к «решительным действиям», адская боль сводила мне судорогой весь живот и ноги. Он старался осторожно. Осторожно не получалось. Он это понял и решил тогда «сделать все это сразу», чтобы меня не мучить.

От боли у меня потемнело в глазах, и я чуть не потеряла сознание.

Когда я поняла, что это все — Боже, какое облегчение я испытала! Про себя я кричала:

«Спасибо!!! Спасибо тебе!»

Провела рукой между ног и увидела на пальцах кровь, кровь, зна­чит, все нормально. А крови было много. Как оказалось, разорвано там у меня все было основательно. Заживало долго. Но это ерунда.

Узнали родители. В ту же ночь меня очень жестоко избили. Били всю ночь. Ремнем, по чему попало. Я закрывала руками лицо и грудь — били по рукам. Отец хотел «выпороть по тому самому месту, чтоб ни­когда ни с кем не смогла» — слава Богу, мама не дала. Он таскал меня за волосы. Кидал на пол, унижал, хлестал ремнем в диком исступлении.

Это было очень страшно. Еще и потому, что родители меня никог­да и пальцем не трогали. Отец — тот вообще мною не интересовался: словно и не было меня. Даже не знал порой, сколько мне лет и в каком я классе. Мы вообще не общались. И вот — такое.

После этого я неделю никуда не ходила, все тело было в синяках.

А потом дни потянулись сплошной серой массой: без дня, без ночи, без времени... Месяц жизни в прострации, месяц жизни в густом бес­просветном мареве боли. Отец постоянно меня унижал, правда, уже не бил. Но это куда больнее...

Мой «герой-любовник» так и не позвонил. Он просто пропал. Ког­да был так нужен мне... Мы случайно встретились через месяц. Мне показалось, он испугался, увидев меня...

А в этот месяц я реально сходила с ума. Похудела на 9 кг, у меня стали дрожать руки: не могла даже воды налить в стакан, всего боя­лась. Я не контролировала свои мысли: сплошным потоком они текли сквозь мой воспаленный мозг, а потом и вовсе пропали... Я теряла себя. И самое страшное было то, что я не могла противиться этому.

Что потом? Психиатр, элениум; чуть позже — психологический центр. Там меня вытащили буквально с того света, вернули, хоть и не сразу, к жизни.

Что потом? Мама плакала и просила у меня прощения. Ее я про­стила (и даже как-то легко), отца — нет. Сейчас прошло почти четыре года, а я все не могу его простить, хотя пыталась не раз... Не то что говорить с ним — не могу смотреть на него, находиться в одной ком­нате... Меня охватывает истерический страх.

Вот так. Вот такой вот «первый раз». А я-то мечтала о розах, о шам­панском, свете свечей и о нем — добром, нежном... И чтобы свадьба потом, и все такое прочее...

Господа психологи, ваш прогноз? Каковы предположительные по­следствия от такого «первого раза»?

А теперь послушайте. Последствия действительно были, немалые. Так, если вкратце:

•    Страх. Животный, беспричинный страх. Я начала бояться всего. Людей. Домов. Машин. Лестниц... Но больше — все-таки людей.

•    Страх и ненависть по отношению к отцу.

•    Истерический невроз, который проявлялся как реакция на отца. И, наконец, то, что имеет отношение к теме нашего повествования:

•    Я потеряла всякое сексуальное желание. Вообще.