2.

К оглавлению
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 

изучения качественно новых социальных взаимодействий, в социальном познании возник принципиально новый подход - социологический. За полтора века своего существования социология разработала продуктивный детализированный категориальный аппарат анализа социальной структуры и ее подвижек, а также дала образцы достаточно глубоких и практически ориентированных эмпирических исследований состояния и изменения социальной структуры в современных обществах.

Социальной структурой называется определенный способ связи и взаимодействия людей как элементов общества, занимающих определенные социальные позиции (их статус) и выполняющих определенные социальные функции (социальные роли) в соответствии с принятой в данной социальной системе иерархией норм и ценностей. В качестве основных свойств социальной системы, подлежащей социологическому анализу, "Российская социологическая энциклопедия" выделяет следующие параметры:

отношения, взаимоотношения, взаимозависимость;

регулярность, внутреннее разнообразие, постоянство;

фундаментальность, существенность, глубина;

детерминирующее, ограничивающее, контролирующее воздействие по отношению к эмпирически наблюдаемому явлению [1].

Наиболее детальную разработку концепции социальной структуры, получившую широкое признание в мировой социологии, дала гарвардская социологическая школа, созданная великим социологом П.А. Сорокиным и впоследствии предложившая метод структурно-функционального анализа. В американский период творчества, начавшийся в 1923 г.,  Сорокиным был опубликован ряд работ – таких, как "Социальная и культурная динамика (1937-1941 гг.), "Социальная мобильность" (1927 г.). Приглашенный  в Гарвардский университет в 1930 г., он создает здесь департамент социологии и закладывает основы Гарвардской социологической школы. Двадцать пять лет самой активной научной и организаторской работы были связаны у него с этим ведущим гуманитарным академическим заведением США. В этот период ученый уделял постоянное внимание процессам социальной  организации, дезорганизации и реорганизации в рамках общего исторического процесса и подчеркивал особое значение периодических флуктуаций как главного содержания социальных изменений.

В методологическом плане социологическую концепцию Сорокина можно назвать социальным реализмом. Он постулировал существование надорганической, надындивидуальной социокультурной реальности. Эта реальность объективируется в материальных и иных "носителях", но она не может быть сведена, редуцирована к физической реальности, поскольку социокультурные явления очень тесно интегрированы благодаря своей структуре значений. Сам он считал себя "интегралистом". Наиболее полно его методологические позиции изложены в работе "Общество, культура и личность" (1947 г.), где, в частности, подчеркивается, что тотальная реальность есть многоаспектная бесконечность, которая трансцендентно превосходит любую единичную вычлененную перспективу. Эта тотальная реальность обнимает истину чувств, истину рационального интеллекта и сверхнациональную, гиперсознательную веру, интуицию, или видение. Все три типа познания должны использоваться в социологических попытках систематизированного изучения социокультурных явлений.

Эти социокультурные феномены не являются случайно распределенными, но формируют когерентные агрегаты. Хотя и не существует общезначимой интеграции всех социокультурных объектов, сосуществующих в данной конкретной среде, социологический анализ может выявить иерархию уровней интеграции. Высший уровень интеграции социокультурных значений и ценностей выражается в основных социальных институтах. Все социальные системы высокого уровня, т.е. те, чей масштаб выходит за рамки конкретных обществ, экзистенциально организованы вокруг фундаментальных предположений, касающихся природы реальности и  принципиальных методов ее понимания. Набор основных альтернатив при этом ограничен: реальность предполагается непосредственно данной в органах чувств (чувственной ― sensate); или же открываемой сверхчувственным образом (идеационной ― ideational); либо она рассматривается как органическое и диалектическое сочетание  изначально имеющихся возможностей (идеалистической). Соответственно им имеются и три несводимых формы истины ― чувственная, духовная и рациональная. На разных этапах истории возможные базовые предпосылки находятся на разных фазах развития и в каждый четко определенный период истории все пять основных культурных систем ложного общества (право, искусство, философия, наука, и религия) демонстрируют очевидную тенденцию взаимного соответствия в своем отражении реальности.

По Сорокину, культурная интеграция ни в коем случае не является неким статичным условием. Он рассматривает социальную реальность как постоянно изменяющийся процесс, но характеризующийся повторяемыми стандартными характеристиками (uniformities). Более того, процесс в рамках социокультурных систем носит диалектический характер в силу акцентуации и преобладания какого-то одного фундаментального типа мировоззрения или базового восприятия реальности. Процесс ведет к исчерпанию данного типа и последующему переключению на один из двух оставшихся типов альтернативного мировоззрения. Эта диалектика является душой сорокинского "принципа ограничений", предполагающего ритмическую периодичность социокультурных явлений. Коррелирующий с ним принцип – это "принцип имманентных изменений", помещающий главные  причины изменений скорее внутри социокультурной системы, нежели во внешние силы. Другим источником изменений является с необходимостью неполное, незавершенное состояние интеграции. Плохая интеграция сложных частей – это один из источников постоянно протекающего изменения системы организации.

Сорокин признавал, что максимального развития социокультурная система достигает только через столетия. Процесс перехода суперсистемы от одного преобладающего мировоззрения к другому, сравнимый  с изменением направления в качании маятника, вызывает радикальные преобразования социальных институтов и нормативных образцов взаимодействия. Он выделяет три главных типа таких образцов по шкале солидарности-антагонизма: фамилистический, договорный и обязательный.

Упадок одной интегративной основы и возникновение альтернативного доминантного этоса сопровождается длительными периодами социального кризиса, войн и других несчастий, созданных руками человека. Сорокин считал, что Октябрьская революция и первая мировая война – суть симптомы огромных потрясений социокультурной системы западного общества, и еще в 20-х годах он предсказывал дальнейшие социальные катаклизмы. Как считают многие исследователи его творчества, эти прогнозы реализовались в "великой депрессии" (30-е годы) и во второй мировой войне.

Во времена, когда проблеме социальных изменений  и социальных крушений на социетальном уровне уделялось минимальное внимание, Сорокин сформулировал теорию социокультурных изменений. Он исследовал влияния социальных бедствий и революций на международное поведение. Этому посвящены, в частности, его работы "Социология революции" (1925 г.) и "Человек и общество в условиях катастрофы" (1942 г.). Одно из важных обобщений в этой области было сформулировано им в форме "принципа поляризации", согласно которому нормальная для большинства субъектов в повседневном поведении тенденция к моральному безразличию интенсифицируется в периоды острых кризисов (революции, социальные потрясения). В этих условиях большинство преследует лишь гедонистическое, на себя ориентированное удовлетворение, в то время как значимое для общества меньшинство начинает ориентироваться на альтруистическую, религиозную, милосердную и иную, обращенную к внешнему миру, деятельность. Когда же социальное потрясение, наконец, пройдено, это бимодальное или поляризованное распределение возвращается к раннему "нормальному" распределению.

В конце второй мировой войны Сорокин не верил, что Запад оправится от своей фазы имманентного кризиса и перейдет в  период гармоничного международного развития. Поэтому он оставался призывающим к бдительности критиком того, что он считал главными тенденциями современного общества, включая концентрацию власти в руках безответственных лиц и сил и анархизацию норм сексуального поведения. Оба эти явления типичны для угасающей фазы чувственных систем. Он полагал, что богатая чувственная культура Западной Европы прошла свой творческий пик. Вот почему он сосредоточил после второй мировой войны свои исследования на таких типах поведения, которые, по его мнению, были прямо противоположны позднечувственным ценностям: на  форме и  технике любви  и альтруизма, на их распределении в обществах и социальных коррелятах. Знание этого жизненно необходимо, если социология должна подготовиться к наиболее вероятным наследованиям чувственной эпохи.

В каком-то смысле работа Сорокина в области "амитологии" (науки о любви и дружбе) представляет собой возврат к наследию европейской социологии ХХ века, которая видела свою цель в нахождении средств, помогающих преодолеть распадение общества. Этот подход, в частности перекликается с идеями консенсуса у Конта, солидарности у Дюркгейма, взаимопомощи у Кропоткина.

Сорокин широко использовал документацию, содержащую количественные данные, в своих теоретических интерпретациях. В период между мировыми войнами он был пионером в эмпирическом изучении малых групп, в анализе других аспектов экспериментальной социологии. В то же время он решительно выступал против квантификации и формализации как самоцели, и его книга "Причуды и слабости в современной социологии" (1956 г.) представляет собой  аргументированную методологическую критику модного, но неадекватного использования некоторых современных социологических  процедур эмпирического исследования.