1.

К оглавлению
1 2 3 4 5 6 7 8 

Капризы истории странным образом отделили социометрию от ее отца – Якоба Леви Морено (1889 – 1974 гг.), создавшего эту школу, а также Американский институт социометрии и давшего начало социометрическому движению, которое теперь получило распространение в мировом масштабе. Современная эпоха освоила его идеи так глубоко, что забыла имя их автора. Усвоение через забвение… Целые пласты театра и киноискусства несут на себе печать его стиля. На всех континентах растет число психодраматических групп. То, что на Западе было глубоко усвоено (и благодаря этому ушло в подсознание), та мореновская основа, одна из основ западной социальной науки и терапии, воспринимается нами в обратном порядке — через многие последствия и последователей.

Морено принято ассоциировать с представителями символического интеракционизма Шютцем, Блумером и др., что связано прежде всего с его теорией ролевого развития. Однако он опубликовал ее намного раньше их. И даже «Mind, Self and Society» Дж. Г. Мида, считающегося одним из столпов социологии ролей, были опубликованы на полгода позже «Who Shell Survive?» [2]. Морено. Давно уже теория ролей стала общим местом всех учебников по социологии и социальной психологии, но только в редких случаях есть ссылки на Морено и даже на Мида, хотя Морено создал не только теорию (как Мид), непохожую ни на какую другую, но и практику, в которой все понятия: «Я», «МЫ», «ролевое развитие», «социальные и интегративные роли» и др. становятся рабочими, частью терапии. «Теория ролей не ограничивается одним только измерением, социальным…Она распространяет концепцию ролей на все измерения жизни» - пишет Морено.

Курт Левин говорил: «Если бы не Морено, я бы не занялся групповыми процессами». «Особая атмосфера Института Морено вдохновила также таких крупных ученых, как Фриц Перлз, основатель гештальттерапии, Эрик Берн, основатель трансакционного анализа, и Георг Бах, изобретатель марафонских групп» [3, с. 333]. Подобно Жюлю Верну, он сделал то, что под силу нескольким научным коллективам вместе взятым. Он создал: групповую психотерапию, социометрию, психодраму, социодраму, а также социатрию (как социальную терапию, пользующуюся методами и результатами социометрии), социономию (теоретическую основу социодинамики и социогенетики, а также науку, изучающую соционимы) и многое другое, что серьезно повлияло на несколько гуманитарных областей — социологию, психологию, философию, театр...

Психодрама сейчас используется повсеместно и не только в групповой психотерапии. Что касается социологов, то степень знакомства с работами Морено или осознания его влияния – на порядок ниже, чем у психологов. Хотя справедливости ради надо отметить, что среди социологов, считающих себя его учениками - такие фигуры как Г.Гурвич, И.Гоффман, Л.фон Визе, Т.Ньюкомб, Т.Сарбин, Л.Котрелл и др. Впрочем, в свое время Морено и не стремился к широкому признаню социологов: «Пока я главным образом занимался созданием основ, которые позволили нам систематически и точно изучать коллективные явления в человеческих отношениях, я не удовлетворялся сложными размышлениями и изощренными мечтами относительно идеи коллективности, как бы благородны они ни были, представлениями о юридических, социальных или культурных институтах, хотя знал, что очутился бы в хорошей компании многих выдающихся социологов» [4, c. 292-293].

Теперь, открывая бесчисленное количество современных и давно изданных книг и учебников по социологии и психологии, заглядывая и в алфавитный указатель, и в систематический (за понятиями: малая группа, групповая терапия, социальная смерть, групповой статус, социальный атом и др.), мы видим их широкое использование и чрезвычайно редкое упоминание имени самого Морено. Подавляющее большинство русскоязычных социологов не знают «такого социолога», но зато знают «что такое социометрия», так как уже подсчитывали в таблицах «индексы популярности» членов какой-либо группы.

В 1958 г. в СССР была издана книга Морено «Социометрия». С тех пор попытки применить на практике методы социометрии потеряли не только счет, но даже связь с первоисточником. В 1970 г. в Ленинграде вышла брошюра И.Волкова “Основы социометрии”. Не претендуя на передачу духа и идеологии метода, она сухо пересказывала “голую” технику - формулы вычисления групповых индексов и приемы рисования стрелок выборов. Потом были статьи Я.Коломинского, Г.Андреевой, И.Волкова, В.Паниотто и др., оживленные дискуссии в группе аспирантов первого набора Института конкретных социальных исследований АН СССР и на первой в истории России кафедре социальной психологии МГУ. Далее уже цитировались и копировались вышеупомянутые, которых цитировали и копировали другие и т.д. Про Морено, похоже, забыли.

К середине 70-х уже многие психологи и социологи имели общее представление о количественной методике диагностики малой группы, носившей название “социометрия” и практически потерявшей связь с ее создателем и в особенности с его идеями. К этому времени появились гуманитарные специалисты прикладного характера деятельности: социологи и психологи на предприятиях и в учреждениях, педагоги-новаторы, стремящиеся к использованию социометрии или ролевых игр в своей работе. В методических брошюрах и изустно передавались рецепты “социометрических” замеров и различных смешанных и комбинированных методик (референтометрии, ранжировки предметно-ценностных ориентаций в сочетании с социометрией), подсчитывались “индексы популярности” и использовались потом для соответствующих обоснований.

Тогда и появились “социометрические” анонимные анкеты с вопросами в лоб: ”С кем из перечисленных здесь членов вашего коллектива Вы пошли бы в разведку?” и т.п. Вопросы эти, кстати, всегда воспринимаются весьма абстрактно. “Разведку” каждый видит по-своему, но при этом, несмотря на анонимность, каждый чувствует, что какие-то (пусть не все) отношения в группе, связи могут открыться. И от всего этого напряжение только возрастает. «К сожалению, большинство исследователей при использовании социометрических техник уделяли одностороннее внимание индексу выборов/предпочтений, который теперь применяется столь широко и поверхностно: от вопросов…«кто ваши друзья?» до адресованного детям вопроса «кого ты больше любишь, отца или мать?» (для исследования эдиповой гипотезы Фрейда), часто без упоминания социометрического отцовства… Количественный анализ выборов и отвержений прост и даёт немедленный результат. Структурный анализ социограмм и психогеографических диаграмм труден, требует много времени… Без спонтанности и процесса разогрева всей группы в аспекте общей проблемы социометрические тесты становятся бесполезными» [4, с. 295-296].

Для тех, кто хочет применять социометрию на практике, проблемой является не только полное отсутствие учителей, обучающих методам Морено как единому целому (социометрия, психодрама и групповая терапия), но и отсутствие достаточного количества первоисточников и учебников на русском языке. Личное участие в психодраме или социодраме, несомненно, продвинет больше, чем упражнения в подсчетах «индексов популярности» в группе.