5.

К оглавлению
1 2 3 4 5 6 7 

 Оценивая результаты выборов в Четвертую Думу, аналитики из Общественного фонда «Антифашист» писали: «Последние выборы доказали..., что избиратель, может быть, вне зависимости от своих собственных взглядов, более не ставит на «маргиналов» и «аутсайдеров». А в этих условиях национал-экстремистские объединения шансов на попадание, например, в Думу не имели вовсе, скорее всего, они не имели шансов даже на случайность» [там же, с.20-21]. Следует подчеркнуть, что РНЕ на выборах, в том числе региональных, не смогло добиться даже скромного электорального успеха, несмотря на самое широкое использование популистской демагогии

Рассуждая, почему русские нацисты за 10 лет «так и оказались в положении шпаны, не приблизились к власти», политолог-публицист Л.Радзиховский объясняет это «… их  бездарностью, отсутствием лидеров и главное… тем, что «эта публика чувствует себя уверенно лишь под крылом власти, тайной полиции» [33]. Все так, но автор не сказал главного: народ, избиратели не доверяют нацистам-фашистам и, несмотря на огромные трудности, переживаемые страной и большинством населения, не видят в них дееспособную, разумную альтернативу нынешней власти. Иначе говоря, нацизм-фашизм, правый экстремизм, национал-радикализм сегодня (и, судя по всему, в принципе, если не произойдут какие-то подлинно катастрофические пертурбации) не может рассматриваться как сила, способная каким-либо путем отстранить от власти нынешний режим.

И еще несколько цифр из социологических исследований. В начале 1995 г. 43% опрошенных россиян полагали, что «сегодня в России могут прийти к власти люди, подобные Гитлеру» [34]. Данные же опроса ВЦИОМ, проведенного несколькими месяцами позже, показали, что рост фашизма и крайнего национализма беспокоил тогда около 5% населения, а сочувствовали правым экстремистам всего около одного процента населения России [35]. Согласно данным Российского  независимого института социальных и национальных проблем (РНИСиНП), если в октябре 1999 г. возможность установления в стране диктатуры считал реальной каждый десятый россиянин, то в июне 2000 г. этого опасались менее 2% населения. А ростом фашистской угрозы в июне прошлого года был озабочен лишь 1% сограждан [36].

Закон о политических партиях, принятый Государственной Думой в июне 2001 г., нанесет ощутимый удар и по ультранационалистическим организациям. Однако было бы неверно и опасно делать благостный вывод, что, мол, опасность фашизма в России  полностью миновала и невозможны осуществление национал-экстремистами перегруппировки сил, выработки и применения новых, более эффективных тактических маневров и преодоление кризиса в своих рядах.

Согласно проведенному в июне 1999 г. фондом «Общественное мнение» (ФОМ) опросу 1500 респондентов, 37% россиян придерживались националистических взглядов. Из них 19% открыто поддерживали националистические идеологемы и 18% являлись скрытыми националистами, не решаясь публично безоговорочно утверждать превосходство своей нации над другими. Из материалов ФОМ непонятно, какой процент среди опрошенных составляли этнические русские. Косвенный ответ на это вытекает из предпочтений респондентов на предложенные им вопросы. Так, суждение «государство должно помогать в обустройстве только русским» поддержало 53% явных и 50% скрытых националистов, точку зрения «русским – преимущество в образовании» разделяли 38% явных и 45% скрытых националистов [37]. Опрос ВЦИОМ 1600 россиян (март 1999 г.) показал: мнение о том, что «Россия – для русских», что русские должны быть главной нацией страны и надо защищать интересы только русских, разделяет 13% респондентов и еще 30% считают, что это было бы неплохо, но в разумных пределах. Анализ приведенных ответов свидетельствует, на мой взгляд, о том, что указанные 13% респондентов – русские по национальности (может быть, за редчайшими исключениями). 13% россиян, представляющих основное ядро ксенофобии в Российской Федерации, - цифра достаточно устойчивая, а, например, в Польше или Австрии показатель ксенофобских настроений выше, чем в России. Однако, как считает социолог Л.Гудков, иммунитет к шовинизму и ксенофобии в российском обществе слаб [38].

Отмеченные выше некоторые установки и настроения в общественном сознании довольно значительной части населения говорят о необходимости общественной бдительности. Углубление системного кризиса, дальнейшая неурегулированность социально-экономических проблем, чуть ли не всюду проникающая коррупция, разгул криминалитета, конформизм и общественная апатия, вызванная пока все еще усугубляющимися трудностями повседневной жизни и неверием в возможность их преодоления в обозримом будущем, отсутствие единства среди демократов, периодические обострения борьбы среди элиты и в парламентских партиях, возможные серьезные ошибки  и просчеты исполнительной власти в международной и внутренней политике, недоверие весьма широких народных масс едва ли не ко всем государственным институтам (сейчас это не относится только к президенту) – и все это при отсутствии уверенности в конструктивном решении «чеченской проблемы» - могут привести к резкому усилению фашистской опасности в России.