Гипноз и рассказывание историй

К оглавлению
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 
17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 
34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 
51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 

 

Общение с пациентами посредством метафорических историй оказывается эффективным, даже когда вы не осуществляете формального наведения транса. До того, как приступить к гипнотерапии, мы несколько раз рассказываем истории. Это не означает, что пациент не находится в состоянии транса, когда слушает рассказ. Хорошо рассказанная история сама по себе является гипнотическим наведением. Она представляет собой тип неформального или "малого гипноза", который мы обсуждали в начале нашей книги. Однако в основном мы предпочитаем давать метафору после того, как пациент загипнотизирован. Существует три причины, по которым транс увеличивает терапевтическую ценность истории. Первая: концентрированное внимание в состоянии транса повышает продуцирование всех чувственных переживаний и особенно визуальных образов. Существуют люди, имеющие трудности с восприятием визуальных образов, но они могут воспринимать образы после того, как их загипнотизируют. Второе. Субъект в трансе - менее критически настроенный слушатель, не очень беспокоящийся по поводу пропусков, неясностей, нарушений последовательности изложения, сделанных в истории с терапевтической целью. Другому слушателю неуместными они могли бы показаться.

Третья, очень важная и ценная особенность транса заключается в том, что процесс гипноза может служить хорошим предлогом для того, чтобы рассказать историю. Мы часто говорим нашим пациентам примерно следующее: "Теперь, когда вы достигли транса, важно только то, что делает ваше бессознательное. Неважно, что я буду говорить. Это “гипнотический говор". Мне нужно находиться в контакте с вами. Особенно я люблю поговорить о ..." Затем мы рассказываем одну-две метафорические истории. Термин "гипнотический говор" для нас на самом деле ничего не значит, но большинству пациентов кажется, что они уже слышали его раньше, и поэтому считают вполне уместным, и, следовательно, у нас появляется предлог говорить о чем угодно.