ЗАКЛЮЧЕНИЕ

К оглавлению
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 
17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 
34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 
51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 

Стоит ли психологам испытывать «чувство неполноценности» перед представителями других наук, в первую очередь естественных? Неполное соответ­ствие требованиям психологических методов «естественнонаучного» исследования есть неотъемлемый признак психологии иди ее «методическая порочность» как на­уки?

Если мы бросим взгляд на большинство методик и методических приемов, то ока­жется, что все они либо являются герменевтическими по своему статусу, либо соче­тают черты противоположных методов по принципу взаимодополнительности.

Действительно: «трудовой метод» есть сочетание естественного эксперимента с техникой интроспекции и самоанализа; «прожективный метод» — сочетание психо­логического измерения с глубинной герменевтической интерпретацией (то же — техника репертуарных решеток Дж. Келли); «экспертный метод» (например, специ-ометрия) — сочетание техники субъективного шкалирования с интерпретационной техникой и т. д.

Большинство современных методов психологии труда, социальной психологии и других частных психологических дисциплин немыслимы без «чисто герменевтиче­ских» методик; в частности, психологический анализ деятельности является не чем иным, как интерпретацией трудового процесса в понятиях психологического зна­ния, которым владеет исследователь, и в соответствии с определенной схемой ана­лиза [Шадриков В. Д., 1982].

Кажется, что перспектива развития психологического метода — в направлении синтеза герменевтики и естественнонаучного подхода и обогащения интерпретаци­онных процедур схемами и приемами, наработанными в естественнонаучной тради­ции.

Как правило, науковеды, определяющие статус науки, связывают в один комп­лекс уровень кодификации знаний, уровень консенсуса в отношении теоретических структур и методических подходов и допустимость предсказаний. Такая традиция идет от Томаса Куна, различавшего науки по уровню парадигмальности [Лектор­ский В. А., 1980]. Основываясь на работах Т. Куна, Закерман и Мертон построили соответствующую шкалу для определения типа науки и ее места в иерархии наук [Zuckerman H. A., Merton R. К., 1973]. Однако в работе С. Коула [Коул С., 1986] на основе эмпирических исследований утверждается, что не существует ни более вы­сокого уровня когнитивного консенсуса, ни большего эффекта близости (близость цитируемых источников ко времени цитирования) в естественных науках на «вер­шине иерархии» по сравнению с социальными науками. Похоже на то, что консен­сус относительного предмета и метода, как признак парадигмальности науки, не связан со свойствами знания, уровнем кодификации (математизация) и типами изучае­мых феноменов. Хотя сам С. Коул придерживался иной интерпретации результатов своего исследования, но, по моему мнению, они свидетельствуют в пользу «разно­образия» форм научного знания и говорят о неприемлемости критерия «мера естественнонаучности» к оценке уровня развития частных наук (в том числе психоло­гии).

Мы не можем и не должны игнорировать достижения естественнонаучной мето­дологии, но не вправе считать ее общенаучной. По крайней мере, у психологов есть реальные основания претендовать на относительную самостоятельность в опреде­лении критериев научности и ненаучности получаемого ими знания.

Тем более нет причин полагать, что та или иная книга, посвященная проблемам психологического метода, решит окончательно хотя бы одну из этих проблем.