Страх и высшие состояния сознания.

К оглавлению
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 
17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 
34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 

Могу ли я поговорить о том, какие страхи возникают в человеке, когда он отказывается от всего? Говоря в общем, первый уровень страха соответствует той части нас, которая, если следовать терминологии Фрейда, называется "бессознательными импульсами". Я думаю, что это связано с потерей рационалистического контроля над собой: отказываясь от него, человек становится похож на животное, в смысле антисоциальных импульсов. Это изначальный страх, так как в человеке есть вещи. которые уродливы, непривлекательны, антисоциальны и т. п. Это та часть страха, которая связана с нашей животной природой. Насколько я могу судить, это граница, которую человек, как правило, не переступает. Если же он сделает еще шаг, он увидит другое нечто, следующую мелодраму. На уровне первой чакры, страх это потеря нашей обособленности, нашей индивидуальности, нашей целостности; это психологическая смерть, потеря экспериментатора или того, кто знает. Это одна часть общего страха. Другая его часть вы, едва успев сделать один шаг после выхода из первого страха, попадаете в еще худшее состояние. Этот страх называется "вечным проклятием", и он в действительности является вечным проклятием для тех, кто его испытывает. И это вечное проклятие еще одно путешествие. Пройдите сквозь вечное проклятие и вы узнаете, где оно кончается. Страх это эмоциональная реакция защиты для человека, который еще не готов взаимодействовать с высокими энергиями, соответствующими другим состояниям сознания, с высокими энергетическими импульсами, связанными с ними. Здесь страх играет роль защитного механизма в том смысле, что человек переживает возбуждение и неопределенное волнение, предчувствуя грядущие изменения. Именно это и не дает ему приблизится к другим состояниям. Человек еще не готов, он еще не сделал некоторых необходимых вещей для того, чтобы быть способным жить в этих состояниях, не разрушая при этом себя. Он еще недостаточно чист. Я считаю, что страх результат нечистоты. Под нечистотой я понимаю те мысли, которые определяют человека как индивидуальность. И до тех пор, пока вы привязаны к таким мыслеформам, вы будете испытывать страх, потому что эти мысли содержат в себе прекращение существования отдельной сущности, отдельной концептуальной единицы.

В опытах с ЛСД, когда мне приходилось выполнять функции проводника, я столкнулся со страхом, который испытывали люди, когда происходила химическая трансформация ЛСД в их теле: это привело многих из них к разрушению всех существовавших моделей устройства вселенной. Как только это случилось, многие из испытавших этот страх, подчас очень сильный, хотели вернуться обратно, в ту структуру, в которой они находились раньше. Они говорили: "Я боюсь, я схожу с ума", имея в виду выход в другое пространство, где они теряли контроль над собой. Обычно я в таких случаях говорил: "Ну, хорошо, всё чепуха давай будем сходить с ума вместе". Другими словами, я абсолютно уверен, что единственная вещь, которой следует бояться, это сам страх, в том смысле, что до тех пор, пока в вас есть вера и надежда позволить чему-то случиться, оно войдет в вас, вы пройдете сквозь него дальше, потом еще дальше и еще.

В тибетской литературе говорится: "Обними все свои десять тысяч ужасных демонов и все свои десять тысяч прекрасных демонов". И вы должны это сделать говоря: о, вот еще один! Вот еще и идти дальше. Все ваши страхи должны быть объяты, приняты как дорогие гости, обласканы и накормлены, и вы должны продолжать путь вместе с ними.

Десять лет назад в моей жизни произошло качественное изменение я перестал испытывать страх смерти как реальный страх, когда попадаю в ситуации, угрожающие моей жизни, несущие возможное насилие и т. п. У меня нет прежних привычных реакций страха. Единственное, что я делаю в этом случае пытаюсь защитить свой храм, т. е. свое тело, с которым я работаю. Но я делаю это не из страха, потому что страх смерти вылетел из меня птицей где-то по дороге моего странствия. Безусловно, это изменило и природу моей повседневной жизни каждый день для меня есть лишь то, что он есть. И я не коллекционирую ничего с тем, чтобы потом освобождаться от этого.