Экономика интересует?

Производство фланцев, обечаек, переходов, заглушек, крепежа
flanets.com.ua
Производство фланцев, обечаек, переходов, заглушек, крепежа
flanets.com.ua
ahmerov.com
загрузка...

Глава пятая. КАЛЕНДАРЬ

К оглавлению
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 
17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 
34 35 36 37 38 39 40 41 42 

Другой стороной в развитии образа становится календарь. Ведь все праздники и свя-

тые строго приурочены к какому-либо определенному дню, а календарные даты в свою оче-

редь привязаны к каким-то хозяйственным делам и переменам в природе, в погоде, которые

необходимо знать крестьянину и которые ему крайне интересны. Вот и получается, что вме-

сте с празднованием дня какого-либо святого празднуется или отмечается событие, лежащее

в совершенно иной плоскости — в годовом кругообороте природы и крестьянского быта. В

результате календарное число порою оттесняет на задний план церковное содержание празд-

ника. Или сообщает имени святого дополнительные признаки. Святой обрастает приметами,

которые почерпнуты из окружающего мира. Таким образом, церковный календарь дает тол-

чок в развитии народного творчества и в итоге, имея дело со святыми на Руси, мы попадаем

в мир поэтических имен и метафор, когда земные признаки природы и погоды переносятся

на имя святого. Имена святых на Руси это причудливое кружево, сплетенное народным сло-

вотворчеством и образотворчеством по календарной канве.

Святой Власий — в связи с календарем — назывался: Власий-бокогрей и еще более

замысловато: Власий-сшиби-рог-с-зимы. Этими странными эпитетами Власий обязан тому,

что его праздник (11 февраля) падает на такое время зимы, когда холода становятся менее

лютыми и солнце начинает сильнее припекать. Иногда поясняют, что с Власьева дня «корова

бок греет». Ибо, по народной примете, в эту пору выпущенная на прогулку скотина старает-

ся повернуться так, чтобы солнышко ее лучше пригревало. Во втором словосочетании «сши-

би-рог-с-зимы» сама зима уподобляется бодливой корове, у которой Власий, как повелитель

скота, отнимает один рог — делает зимнюю стужу менее жестокой (но второй рог у зимы

еще остается). Так народное словотворчество идет рука об руку с мифотворчеством, и хри-

стианский календарь наполняется полуреальными, полуфантастическими существами и на-

поминает волшебную сказку.

Святая Евдокия, чей праздник отмечается 1 марта, сопровождается прозвищем «плю-

щиха», потому что снег в это время начинает подтаивать, оседать и сплющивается. Это на-

столько устойчивый образ, что в народе само имя св. Евдокии и ее праздник заменяются сло-

вом Плющиха. Второй титул: Евдокия-подмочи-порог — говорит о том же, о начале оттепе-

ли, когда во дворе под порогом дома становится мокро. Евдокию также называют — свисту-

нья, потому что в эту пору начинают дуть и свистать буйные весенние ветры. В народе пола-

гали: с какой стороны на Плющиху подует ветер, оттуда и весна придет. Таким образом, Ев-

докия — это предвестница весны. Отсюда много примет, связанных с этим днем и отложив-

шихся в народных пословицах и поговорках. Например, «На Плющиху погоже — все лето

пригоже». Иными словами, от того, какая будет погода в этот день, зависит дальнейшее про-

хождение весны и лета. В старину в деревнях на Плющиху женщины и дети влезали на кры-

ши или на пригорок и начинали «кликать весну» — петь песни-веснянки, призывающие вес-

ну.

Благослови, мати,

Весну закликати.

Рано, рано,

Весну закликати.

Весну закликати,

Зиму провожати,

Рано, рано,

Зиму провожати149.

Так христианский праздник смешивался с языческими и магическими поверьями. На

Плющиху приносили сучья из лесу и топили избы, чтобы весна в этом году была теплой.

Или — скидывали снег с Крыши, а к вечеру примечали: если на крыше сосульки длинные, то

и лен в этом году вырастет длиннее.

Особенно поэтично звучало имя святой Марии Египетской (1 апреля). Ее называли:

Мария-зажги-снега и Мария-заиграй-овраги. Ибо в эту пору весна уже в разгаре и снег по-

всюду тает. Мы видим, как природный образ разрастается и вытесняет церковный. Верх бе-

рет декоративная сторона языка, как это вообще свойственно народному искусству. Христи-

анский календарь прорастает народным орнаментом и прозвище берет верх над именем свя-

того. Допустим, Семен-Летопроводец (1 сентября) — это св. Симеон Столпник, который

провожает лето и с этого дня начинается осень. Благодаря календарю, святой получает сугу-

бо земные ориентиры. Это касается иногда даже имени Спасителя, которого на Руси называ-

ли Спасом, и Спасом же называли праздник Преображения Господня (6 августа). Но священ-

ный, евангельский смысл Преображения почти не доходил до народного сознания. Его вы-

теснило календарное положение праздника, который повсюду считался праздником урожая и

плодов земных. Спас именовался Яблочным, поскольку к этому дню поспевали яблоки и с

этого дня разрешалось их есть. В этот же день приносили для освящения в церковь плоды

урожая — горох, картофель, огурцы, репу, рожь, ячмень, яблоки и т.д. Пробовать яблоки до

этого дня считалось большим грехом. В особенности это касалось крестьян, у которых когда-

либо умерли дети во младенческом возрасте, а теперь они, естественно, находятся в раю, где

растут на серебряных деревьях золотые яблоки. Но эти золотые яблоки раздаются в раю

только тем детям, родители которых строго воздерживаются от употребления плодов до яб-

лочного Спаса.

Помимо этого главного Спаса, который назывался также вторым Спасом, в том же ав-

густе отмечали еще два праздника Спаса, менее значительные, — первый Спас (1 августа),

который назывался Медовым, потому что к этому дню пчеловоды вырезали соты с медом, и

третий Спас (16 августа), который называли Ореховым, потому что к этому дню поспевают

лесные орехи.

Одновременно с этим превращением церковного календаря в хозяйственно-

природный мы наблюдаем олицетворение самих этих дней в виде каких-то человеческих об-

разов. Действующим лицом подчас становится не сам святой, а заместившее его число в ка-

лендаре. Тогда какая-то важная календарная дата уже полностью отделяется от имени свято-

го и начинает действовать на правах самостоятельного лица.

Такова, например, Пятница, пятый день недели, которую представляли в виде кон-

кретной женщины по имени Пятница. Почитание Пятницы связано с христианской традици-

ей, поскольку в Страстную пятницу распяли Христа и Он претерпел крестные муки. Пятница

у христиан — это постный день. В этот же день возбранялись некоторые виды работ. Мужи-

ки не должны пахать. Бабы не должны прясть, стирать белье и мыть полы. Эти запреты в

особенности касались женщин, поскольку Пятница, как и подобает истинной женщине, осо-

бенно строго следила за их поведением. Существовало поверье, что та баба, которая прядет в

пятницу, засоряет глаза своим покойным родителям, и в результате они будут на том свете

слепыми. Кто в пятницу много смеется, тот в старости будет много плакать (поскольку сме-

яться в постный день — грешно). А кто моет в пятницу полы, тот после смерти будет валять-

ся в помоях. В итоге Пятница считалась несчастным днем для начинания каких-либо серьез-

ных работ. Отсюда поговорка: «Кто в пятницу дело начинает, у того оно будет пятиться», —

типичный пример народной этимологии, когда что-то объясняется по чисто звуковой анало-

гии.

Пятницу почитали и Пятницу боялись как некое реальное божество. Это божество

могло наказывать и могло помогать, передавая Богу, наравне с другими святыми, людские

просьбы и молитвы. Таким путем само число в календаре или день недели, Пятница, мифо-

логизировались и обретали человекоподобный образ.

Об этом свидетельствует весьма распространенное на Руси сказание или поучение «О

двенадцати пятницах». Оно известно во множестве вариантов — в виде духовных стихов и в

виде прозаических рукописных правил или наказов, которым следует подчиняться. Двена-

дцать пятниц — это самые главные пятницы в году. Число двенадцать возникло, очевидно,

по аналогии с двенадцатью апостолами и с двенадцатью («двунадесятыми») самыми важны-

ми христианскими праздниками в течение года — Рождества, Крещения, Пасхи и т.д., парал-

лельно которым и возникло представление о двенадцати Пятницах. Эти особо важные дни

предшествуют праздникам, но уже не обязательно из числа тех, которые Церковь считает

главными в году. Тут уже проявляется народный произвол, наделяющий те или иные даты

бóльшим значением, чем это предполагается Церковью. И все же великие Пятницы распола-

гаются в основном так, чтобы предшествовать какому-то церковному празднику, «супротив»

(накануне. — А.С.) которого они стоят. Это были дни особо строгого поста:

Первая великая Пятница

На первой неделе поста Великого:

В ту великую Пятницу

Убил брат брата.

Каин Авеля,

Убил его камением;

Кто эту Пятницу станет поститися

Постом и молитвою,

От напрасного от убийства

Сохранен будет и помилован от Бога.

Вторая великая Пятница

Супротив Благовещенья Бога нашего:

В тую великую Пятницу

Воплотился Сам Иисус Христос

Святым Духом в Мать Пресвятую Богородицу;

Кто эту станет Пятницу поститися

Постом и молитвою,

От нутреней скорби (от болезней) сохранен будет

И помилован от Господа…

…Первую на десять великую Пятницу

Народился Сам Иисус Христос

От Матери Пресвятой Богородицы:

Кто эту станет Пятницу поститися

Постом и молитвою,

Тогда сойдет с небес Пресвятая Богородица,

Возьмет душу на руки,

Вознесет в Царствие Небесное,

И сохранен будет,

И помилован от Бога.

Вторая на десять великая Пятница

В тую великую Пятницу

Окрестился Сам Иисус Христос

Во святой реке во Иордане,

Со Ильею со небесным,

Со светом со Иоанном со Крестителем;

Кто эту станет Пятницу поститися

Постом и молитвою,

Будет имя у Христа Бога (записано),

Тот умрет человек, —

И наследует себе Царствие Божие,

Избавлен злой муки предвечныя,

И помилован от Бога…150

Человек, соблюдающий эти Пятницы, избавляется, по сути дела, от всех бед и несча-

стий. Более того, ему обеспечено по смерти Царство Небесное и сама Богородица отнесет его

душу в рай. Все это говорит, как важна в православии обрядовая сторона, принимающая в

народном понимании уже характер магии. Награда как бы автоматически следует за соблю-

дением обряда, который в данном случае необыкновенно сужается. В этом, конечно, таилась

большая опасность — прежде всего для нравственно-религиозного, подлинно христианского

содержания народной веры. Ведь получается так, что во все другие дни можно сколько угод-

но грешить, забывая Евангелие: только соблюдай указанные Пятницы — и все будет в по-

рядке. А с другой стороны, возникает формализация религиозного обряда, ведущая в конеч-

ном счете к омертвению веры.

Из приведенного текста также видно, что каждая Великая Пятница получает свою

специализацию, подобно тому, как это было со святыми угодниками на Руси. Действует

обычно очень прямая и наивная логика — по сходству, по аналогии. Скажем, — пятница пе-

ред Ильей Пророком спасает от огня и пожара. Это — очевидно: недаром у Ильи Пророка

огненная колесница. Труднее понять, почему Пятница перед праздником Благовещения спа-

сает от болезней. Но, поразмыслив, можно догадаться. Ибо сказано, в день Благовещенья

Господь Святым Духом сошел и воплотился во чреве Богородицы и, значит, вся внутрен-

ность Ее освящена и очищена. Это святое нутро Богородицы переносится на человека, кото-

рый поклоняется благовещенской Пятнице. Впрочем, во всем этом нет строгой последова-

тельности и точности, и функции Пятниц в разных вариантах того же текста иногда меняют-

ся. Так, в одном случае от лихорадок избавляет Пятница перед праздником Преображения

(безо всякой логики, а просто так, произвольно), а в другом — от двенадцати лихорадок по-

могает Пятница на Троицу, что более логично, поскольку на Троицу Св. Дух сошел с неба на

12 апостолов (и там, и тут число 12). В одном случае Пятница на Рождество Христово сулит

душе человека после смерти вознесение на небо на руках самой Богородицы — очевидно,

потому, что радость Пресвятой Богородицы в день Рождества Христова была особенно вели-

ка и сами ангелы сошли с неба к Ней и к Ее Младенцу. В другом варианте та же Пятница на

Рождество исполняет совсем иную и куда более простую функцию: сохраняет человека от

страшных рождественских морозов и от «зяблой смерти», от замерзания.

Человека, который не поклоняется Великим Пятницам и пропускает их, как обычные

дни, ждет, разумеется, посмертное наказание — вечные муки в аду. А зачатый в Великую

Пятницу ребенок сулит родителям всякие неприятности еще здесь, на земле, ибо они нару-

шили пост.

Если муж с женою во грех упадет,

Принесет она вора или разбойника,

Клеветника, еретика, или на Божью церковь грабителя,

На Господню (церковь) велика посягателя,

На имя Христова гонителя,

На духовно писание хулителя,

Злым делам всем начальника.

Или:

Народится у их детище недоброе,

Отцу с матерью не кормилец будет,

Роду-племени не почетливый,

Либо хром, либо слеп,

Либо клеветник, или еретик,

Либо вор-разбойник будет,

Либо всем ворам наставник будет151.

Одна из великих Пятниц (обычно 10-я) носит персональное имя — Параскева Пятни-

ца. Это реальная святая, мученица Парасковия (Парасковия по-гречески означает — пятни-

ца), которая была казнена при императоре Диоклетиане, так же как св. Георгий. О ней гово-

рили: «Параскева Пятница Христовым страстям причастница». Вместе с тем ее образ необы-

чайно расширился, и Параскева Пятница стала олицетворением дня Пятницы вообще. Она

считалась покровительницей этого соименного ей дня недели, и потому все народные пове-

рия, которые касаются дня пятницы, относятся и к конкретному лицу Параскевы. Ее можно

назвать «бабьей святой», поскольку крестьянки повсюду считали ее своей заступницей. Но

особое покровительство она оказывала прядению, но строго следила за тем, чтобы этой ра-

ботой бабы не занимались по пятницам, что было как бы личным оскорблением св. Параске-

вы.

Параскева Пятница почитается также покровительницей брака — наряду с Покровом.

Имеется в виду праздник Покрова Пресвятой Богородицы (1-го октября). В это время начи-

нали справлять свадьбы: крестьяне уже освобождались от полевых работ и оставалось боль-

ше свободного времени для гулянья. Кроме того, свадьба требовала больших расходов, и по-

тому девушку выдавали замуж, когда уже вполне определился итог урожая и появились за-

пасы для большого праздника. Соответственно, и праздник Покрова считался покровителем

свадеб.

Существовали приметы. Если в день Покрова будет очень ветрено — значит ожидает-

ся большой спрос на невест. А если в этот день выпадет снег — будет счастье молодым. В

день Покрова всякая девушка-невеста считала своим долгом побывать в церкви и поставить

свечку перед иконой Покрова. Причем, та, которая первой поставила свечу, и замуж выйдет

раньше всех. Девицы произносили молитвы, похожие на заклинания: «Батюшка-Покров,

мою голову покрой. Матушка Пятница Параскева, покрой меня поскорее». Интересно, что

Покров и Параскева Пятница стоят рядом, словно отец и мать девушки-невесты.

Что же означали слова: «голову покрой»? Замужние женщины, в отличие от девушек,

появляясь в публичных местах и даже у себя дома, покрывали голову платком, повойником,

кикой или другим головным убором. Ходить с непокрытой головой считалось в высшей сте-

пени неприличным. И если женщина ходит по улице простоволосой (т.е. с непокрытой голо-

вой), — она ведет себя позорно и бесстыдно. Девушка, пока не вышла замуж, может прель-

щать парней своими косами. А для замужней женщины — это недостойно.

Когда русский царь Лжедимитрий собирался жениться на полячке Марине Мнишек,

он из Москвы направил в Польшу договор, в котором заранее оговаривал условия этого бра-

ка. Отдельным пунктом в этом договоре — и безусловно очень важным — была фраза, об-

ращенная к его будущей жене: «Волоса бы покрывала». Очевидно, Димитрий боялся, что по-

лячка, не зная русских нравов, может его опозорить, появившись простоволосой.

Обращение девушки-невесты к батюшке-Покрову: «мою голову покрой» — имело

вместе с тем более широкий смысл, связанный и с русской природой, и с русским народным

отношением к слову. Слово становится источником действия. И если праздник называется

Покровом, значит, исходя исключительно из имени, он все покрывает и должен покрывать.

Отсюда поговорка: «Покров землю покроет» (имеются в виду сухие листья и снег). И рядом:

«Покров девке голову покроет». Возникает типичный для народного мышления паралле-

лизм: тому, что происходит в природе, соответствует или должно соответствовать происхо-

дящее в человеческой жизни. Снег, если он выпадает на Покрова, 1-го октября, — самый

ранний, а может быть, и самый первый снег в году, — распространяется на девушку, которая

тоже впервые становится невестой и в обряде бракосочетания покрывается белой фатой, по-

хожей на легкий белый снег, который только что покрыл землю. Все это и позволяет жен-

скому полу повторять слова молитвенного заклятия: «Батюшка-Покров, покрой мать-сыру

землю и меня, молоду!» Или: «Бел снег землю прикрывает — не меня ль, молоду, замуж

снаряжает?» Как если бы это сам Покров выдавал невесту замуж. И сама мать-сыра земля

тоже становится аналогией, ибо девица, выходя замуж, должна стать матерью.

Так осуществляется древнейшая, с доисторических времен, магическая связь между

женщиной и сырой землей. И та и другая должны плодоносить, и та и другая покрывают-

ся — одна снегом, другая замужеством. Иногда в этом параллелизме звучат эротические мо-

тивы, как и подобает первобытной магии. Девка, желая выйти замуж, просит: «Батюшка-

Покров, покрой землю снежком, а меня — женишком», а в более скромном варианте: «по-

крой землю снежком, а мою голову венцом». Но всегда сохраняется тесная связь между за-

снеженной землей и невестой.

Помимо мотива плодородия, здесь слышится воззвание к высшим Покровителям — к

Богу и Богородице, с которой непосредственно связан праздник Покрова. И в замужестве

девка тоже ищет покровительства — и небесного, и земного, которым становится муж. От-

сюда просьба: «покрой меня женишком». Не только потому, что женишок ляжет на нее и оп-

лодотворит, но муж укроет и пристроит ее в своем доме и послужит ей защитой. Покровом.

Так само слово «Покров» с давних времен приобрело на Руси очень широкое и поэтическое

звучание.

Но свадебными или девическими затеями слово и понятие Покров не ограничивается.

Поскольку Покров — это предвестие зимы, и уже холодно, в этот день начинали топить пе-

чи. При этом бабы приговаривали: «Батюшка-Покров, натопи нашу хату без дров». Имелось

в виду, что дрова следует беречь до наступления настоящей зимы. А также подразумевалось,

что снег, который начинает выпадать с Покрова, послужит земле одеялом и сбережет ее теп-

ло. Если долго нет снега или мало выпадает снега зимой, земля промерзнет и на будущий год

не даст урожая. Не говоря уже о том, что снег это запасы воды по весне, когда он потает и

напитает землю. Тогда же, с Покрова, крестьяне начинали конопатить и ремонтировать избы,

приговаривая: «Батюшка-Покров, покрой избу тесом, а хозяев добром». Покров должен был

служить чем-то вроде крыши на зиму, под которой спрячется вся семья с домашним хозяйст-

вом.

При всех этих разнообразных и широких значениях слова «Покров» обращает на себя

внимание тот факт, что праздник Покрова выступает в мужском роде. Словно это какое-то

мужское божество, некий отец или муж, который обо всех заботится. Тогда как в действи-

тельности — это праздник Пресвятой Богородицы и на самом деле Ей, женщине, принадле-

жит Покров. Почему же он превратился в мужчину? Очевидно, это вызвано тем, что сам

праздник Покрова персонифицировался в виде какого-то самостоятельного лица, подобно

тому, как это случилось с Пятницей. Произошло отчуждение календарного дня от того свя-

того имени, которому этот праздник посвящен. Да и слово «покров» — мужского рода. Вот и

стал Покров — Батюшкой.

Однако, параллельно с Покровом-Батюшкой, который связан с житейскими нуждами

крестьянина, особо важное значение приобрела на Руси тема Покрова Пресвятой Богороди-

цы в ее подлинном и очень широком, общенациональном содержании. Что же такое Покров

в его истинном, церковном значении?

В середине X в. в Константинополе произошло чудо. Во время церковной службы в

одном из храмов явилась Богоматерь. Стоя на воздухе, в окружении святых, Она простирала

над молящимися свой Покров в знак защиты и Своей молитвы о мире. Это чудесное видение

случилось в тот момент, когда Византия вела войну с сарацинами и городу угрожала беда. В

результате город был спасен, а сарацины отражены. Это событие и послужило причиной ус-

тановления православного праздника. В XII веке аналогичное видение имел князь Андрей

Боголюбский. Он увидел Богородицу, молящуюся за Русь, и потом много способствовал ут-

верждению и распространению праздника Покрова. Надо полагать, сама идея Богородицы-

заступницы за русскую землю оказалась чрезвычайно созвучной народу, даже если он не

всегда знал и понимал истинное содержание этого священного события. В результате этот

праздник причислен к 12-ти главным православным праздникам в году. Весьма известная

икона Покрова по своей композиции, по своему иконографическому типу, имеет не визан-

тийское, а собственно русское происхождение. Короче говоря, Покров стал как бы исключи-

тельно национальным достоянием. Настолько, что идея Покрова пересеклась, мне кажется,

даже с развитием церковного зодчества.

Мы не будем здесь вникать в проблемы церковной архитектуры, поскольку это выхо-

дит за пределы нашей темы. Скажу лишь о специфически русском — и в том числе народ-

ном — понимании храма. Наша церковь всегда намного ниже готического собора Европы,

она более кругла и приземиста. И этому была своя, несколько наивная, мотивировка. Нам,

дескать, не надо слишком стремиться ввысь, в небо, как это делают иноземцы. Потому что

Бог обитает с нами, здесь, на Руси. И оттого готическому томлению духа по небу, по высоте,

на которой еще надо поискать Бога, противостоит круглота и полнота здесь, в самом храме,

заключенного блага. Этой идее круга, заключившего в себе полноту божественной благода-

ти, и соответствует Покров. Да и сам храм — это Покров. Отсюда преобладание круглых

форм над острыми и высокими. Отсюда чувство тепла и уюта, чувство укрытости, защищен-

ности, возникающее при входе в церковь.

Об этом чувстве Божьего Покрова и покровительства очень хорошо и просто расска-

зывает великий и тонкий знаток народного быта и народной веры — Лесков, в повести «На

краю света». В данном случае он ставит, в частности, вопрос: что такое русский Бог? То

есть — как чувствуют Бога русские люди? Разумеется, он не дает здесь исчерпывающего от-

вета. Ибо люди чувствуют Бога очень по-разному. Но одну из сторон веры он приоткрывает.

В повести «На краю света» простой монах — родом из очень бедной семьи — расска-

зывает архиерею о чудесном покровительстве Божием, которое он испытал на себе в раннем

детстве. Он убежал с уроков гулять и купаться, подбив других ребятишек обманом, сказав,

будто школьный смотритель их всех отпустил.

«А к вечеру на меня страх и напал: что мне будет, как домой вернемся? — запорет

смотритель. Прихожу и гляжу — уже и розги в лохани стоят; я скорей драла, да в баню,

спрятался под полок, да и ну молиться: „Господи! хоть нельзя, чтобы меня не пороть, но сде-

лай, чтобы не пороли!“ И так усердно об этом в жару веры молился, что даже запотел и обес-

силел; но тут вдруг на меня чудной прохладой тихой повеяло, и у сердца как голубок теп-

ленький зашевелился, и стал я верить в невозможность спасения как в возможное, и покой

ощутил и такую отвагу, что вот не боюсь ничего, да и кончено! И взял да и спать лег: а про-

сыпаюсь, слышу, товарищи-ребятишки весело кричат: „Кирюшка! Кирюшка! где ты? выле-

зай скорей, — тебя пороть не будут, ревизор приехал и нас гулять отпустил“.

— Чудо, — говорю, — твое простое.

— Просто и есть, владыко, как сама троица во единице — простое существо… Да

ведь как я, владыко, Его чувствовал-то! Как пришел-то Он, батюшка мой, отрадненький!

удивил и обрадовал. Сам суди: всей вселенной Он не в обхват, а, видя ребячью скорбь, под

банный полочек к мальчонке подполз в дусе хлада тонка и за пазушкой обитал…

Я вам должен признаться, что я более всяких представлений о божестве люблю этого

нашего русского Бога, который творит себе обитель «за пазушкой». Тут, что нам господа

греки ни толкуй и как ни доказывай, что мы им обязаны тем, что и Бога через них знаем, а не

они нам Его открыли; — не в их пышном византийстве мы обрели Его в дыме каждений, а

Он у нас свой, притоманный (домашний. — А.С.) и по-нашему, попросту, всюду ходит, и

под банный полочек без ладана в дусе хлада тонка проникнет, и за теплой пазухой голубком

приоборкается»152.

Лесков не совсем прав, противопоставляя православное смирение пышному визан-

тийскому богослужению и убранству. Церковная пышность была не менее свойственна

Древней Руси. Но вот идея укрытости и какого-то по-домашнему теплого Покрова характер-

на для нашего храма. И Бог обитает как бы за пазухой, в виде святого веяния или дуновения,

близко к телу и сердцу человека. Отсюда и возникает народное чувство, что Он свой, наш,

домашний, природный, русский Бог. Человек живет под Его Покровом. И сама природа это

тоже как бы Божий покров — и снег, укрывающий землю от стужи, и звездное небо, и расти-

тельный орнамент, раскинутый ковром по земле. И, наконец, Покров — само здание Храма,

куда сходит Св. Дух и здесь, где-то рядом с нами, обретается.