УКРАШЕНИЯ

К оглавлению
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 

Украшения ценились во все времена, особенно среди женщин. Так

обстояло дело и на Руси в средние века. Часто на ювелирных издели-

ях встречались надписи, сделанные, как правило, особенно тонко или

особо изобретательно. Это могли быть инструкции по применению,

названия вещи или девиз заказчика. Влюбом случае, они дают образ-

цы надписей руницей. Кроме того, поскольку украшения носили лишь

весьма состоятельные горожанки, жены и дочери бояр и вельмож, на

них могут встретиться какие-либо надписи, касающиеся и Новгорода,

и Руси.

Вданном разделе под украшениями я понимаю прежде всего раз-

личные металлические или костяные изделия женского костюма —

височные кольца (колты), заколки, гребешки, сережки, браслеты, перст-

ни, привески, а также некоторые красивые вещи домашнего обихода,

например, скатерти с узорами. Вот им и будут посвящены разделы

данной главы.

Рассмотрение начнем с украшений для головы, с височных колец.

Височные кольца. Специфическим средневековым женским укра-

шением были височные кольца— колты (рис. 251). Слово КОЛТ имеет

корень КОЛ, тот же самый, что и в слове КОЛЬЦО, но если КОЛЬ-

ЦО— это маленький КОЛ, то КОЛТ— большой КОЛ. На рисунке я

поместил две реконструкции головных украшений знатной горожан-

ки1; слева— из монографии о Рязани, справа— из иллюстрированно-

го пособия2. Околтах М.В. Седова пишет следующее: «Колт— головное

женское украшение, преимущественно городское. Они были широко

распространены в конце XI—XIII в. Колты подвешивались на це-

почках или лентах к головному убору. Они всегда бывают внутри

полыми— возможно, в них вкладывалась ткань, смоченная душистыми

маслами. Известные нам колты из кладов обычно изготовлены из

ценных металлов— золота и серебра— и украшены перегородча-

той эмалью, чернью, сканью и зернью. Это были украшения городс-

кой знати. В подражание им в конце XII века стали появляться

недорогие украшения, похожие по форме и рисунку на первые, но ис-

полненные иной техникой,— литьем в жестких имитационных ли-

тейных формах. Литые колты получили широкое распространение

среди городского населения. Однако до недавнего времени колты,

отлитые в имитационных литейных формах, были почти неизвест-

ны. Объяснялось _______это малой изученностью древнерусского города, а

также плохим состоянием самих изделий: они изготавливались обыч-

но из оловянисто-свинцовых сплавов, которые плохо сохраняются в

тех слоях, где нет органики»3. Височные кольца имели разные фор-

мы, у каждого племени свои; так, вятичи имели семилопастные коль-

ца, некоторые из них несли на себе славянские слоговые знаки.

Очень красивый семилопастный колт ХI в. из земли вятичей изоб-

ражен на рисунке (рис. 252) слева4. На трех его самых крупных лопа-

стях помещены в два ряда слоговые знаки, причем сначала читается

верхний ряд, а затем— нижний. Надпись гласит: КОЛЬТ ТЪСАРЪ

(КОЛТ ЦАР(СКИЙ)). Следует обратить внимание не только на пра-

вописание слова ЦАРСКИЙ через ТСвместо Ц, но и на написание слова

КОЛЬТ вместо КОЛЪТ, которое показывает, что слово КОЛТ произ-

носилось с мягким ЛЬ, как КОЛЬТ. Это мягкое ЛЬ удержалось в сло-

ве КОЛЬЦО, но отвердело в слове КОЛТ. Таким образом, мы сталки-

ваемся с непривычным, более древним написанием слова.

На колте XI—XII вв. из села Покров Подольского района Москов-

ской области, рисунок справа, знаки нанесены только на центральную

лопасть5. Их можно прочитать, хотя они выполнены в виде узора, по-

вторяясь и слева, и справа: ТЕМА НЕ ВОЛЬНО (ТЕМЯ НЕ СВО-

БОДНО). Видимо, были колты, которые зацеплялись друг за друга на

темени (на предыдущем колте видна дополнительная застежка сверху)

и полностью его закрывали.

На рис. 253 слева представлен колт ХII в. из Владимирских курга-

нов6. Знаки изображены на лопастях (через одну) и также в две строки.

Верхняя строка читается как ЖЕСТЬ, средняя— ТЕМЕНИ, нижняя —

ЗАНИЖЕНЫ. Видимо, это означает, что колт прикреплялся к темени,

но не к его верху, а ниже. Иными словами, колты с лопастями подве-

шивались много выше колтов других типов, но ниже темени.

Показаны также щитки двух других колтов. На верхнем щитке колта

ХII—XIII вв. из села Бочарово7 можно прочитать: НОСИ Ю, ЖЕСЬТЬ

(НОСИ ЕГО, УКРАШЕНИЕ). Очевидно, слово КОЛЬТ было женс-

кого рода. Такую надпись сделал, видимо, даритель. На втором щитке колта

из вятичского кургана8, справа внизу, сделана надпись ИБОГЪ ВЬ

ЖЕСТЬ (И БОГ В УКРАШЕНИЕ). Это, видимо, означает доброе по-

желание хозяйке колта. Эти чтения несколько отличаются от того, что

я опубликовал ранее9.

Следующий колт рубежа XI—XII вв. был найден в кургане

№ 24 села Доброе (Суворовский район Тульской области) 10 (рис. 254).

Надписи на его лопастях видны как светлые части на более темном

фоне; однако я показываю их при чтении как темное на светлом. На

дальней лопасти справа я читаю слово НИЗЬКА (НИЗКО). Имеется

в виду опять-таки заниженное его положение при носке. На следую-

щей лопасти ближе к центру я могу обнаружить только надпись СЬТЬ,

что является фрагментом слова (ЖЕ) СЬТЬ (УКРАШЕНИЕ). Адаль-

ше на каждой лопасти начертано по одному знаку, и вместе они чита-

ются КЪЛЬТЪ (КОЛТ).

На другом колте, найденном в 1863 году в одном из курганов Мос-

ковской губернии11, можно прочитать надпись ЧАЙ, что значит ЖДИ,

НАДЕЙСЯ! Ана колте XIII века из другого Подмосковного кургана12

имеется несколько надписей на разных лопастях: ДЪЛЯКОСЬ, ТЕБЕ,

РУСЬ СЛАВАНЪ и РЕЗЕНЬ (ДЛЯ КОС, ТЕБЕ, РУСЬ СЛАВЯН и

РЯЗАНЬ). Слово ТЕБЕ означает, что колт продавался как подарочный.

Еще на одном колте бывшего Серафимо-знаменского селища на реке

Рожае Московской области13 (рис. 255) можно видеть украшение на

щитке и на лопастях. На щитке я читаю надпись ЖИВЪНА РУСЬ,

РЕЗЕНЬ (знаки слова РУСЬ я повернул на 90о вправо, а знаки РЯи

ЗЕ— на 180о), что означает ЖИВИНА РУСЬ, РЯЗАНЬ. Таким обра-

зом, можно утверждать, что Подмосковье снабжалось колтами из Ря-

зани. На лопастях справа и слева от центральной можно прочитать

надпись ЗАНИЖЬНЪ (ЗАНИЖЕН), а на центральной лопасти —

предложение ЗАНИЗЬТЬ ЗЕЛО (ОЧЕНЬ ЗАНИЗИТЬ). Тем самым

и здесь предлагается носить такой тип колта очень низко. Вероятно,

таков был тогда стиль моды.

Другой экземпляр XII века того же типа без указания на место на-

ходки (можно подозревать, что это— та же Московская область) при-

водит Антон Платов; на его взгляд, этот вятичский колт демонстрирует

Ингуз— руну Даждьбога14. Почему славянский бог пользуется герман-

скими рунами вместо славянской руницы— совершенно неясно. Автор

на этот счет высказывается так: «На мой взгляд, абсолютное большин-

ство священных знаков исходного Футарка можно было бы, при же-

лании, отыскать в традиционных системах священных символов са-

мых разных народов— от Австралии и Африки до европейского

Севера. Правда, такое исследование могло бы стать темой скорее

книги, нежели небольшой статьи; здесь же я хочу лишь продемонст-

рировать инвариантность рунических знаков на одном-единствен-

ном примере— на примере руны Ингуз (22-я руна классического

древнескандинавского Футарка)— руны плодородия, посвященной

светлому Фрейру, скандинавскому богу плодородия, подобному антич-

ному Аполлону»15. Итак, основанием для германского чтения славянс-

ких надписей Платову послужило горячее желание видеть в славянс-

кой культуре германскую. Руна Ингуз имеет вид и естественно, что

под нее можно подвести любую лигатуру из знаков руницы ЗЪ-ЖЬ.

Итак, колты содержат как надписи, включающие название самого

предмета, в данном случае КОЛЬТЪ, так и его разновидности (ЦАР-

СКИЙ), место изготовления, условия ношения (НЕСВОБОДНОЕ или

ЗАНИЖЕННОЕ ТЕМЯ) и пожелания дарителя.

Вотношении следующего колта М.В. Седова замечает: «Еще один

колт с ажурной каймой в виде ряда арочек, подчеркнутых ложной

зернью, относится, видимо, к рубежу XII—XIII веков. Он отлит из

биллона, в центре щитка помещена фигура птицы, окруженная ря-

дом треугольников»16. Как раз треугольники, на мой взгляд, и образу-

ют надпись (рис. 256). Сверху можно прочитать слово РУНОВЪ, а вни-

зу— КОЛЬТ (КОЛТ С НАДПИСЬЮ).

При этом для знака КОпошло два треугольника, знак ЛЬ образо-

ван треугольником острием вверх, а знак ТЪ— из деформированного

треугольника.

Колт по его изображению на формочке. Внекоторых случаях над-

писи можно прочитать не на самих дошедших до нас колтах, а на фор-

мочках, предназначенных для их отливки. Такова, например, формочка

из Серенска17 (рис. 257).

На ней я читаю РУСЬ, РУНОВЫ ЖЕСЬТЬКИ (РУСЬ, УКРАШЕ-

НИЯ С НАДПИСЯМИ). Понятно, что украшения с надписями имели

сакральное значение и ценились выше, чем украшения без надписей. Это

чтение я опубликовал18.

Колт из Чернигова. На колте XII—XIII вв. из черниговского кла-

да, найденного в 1876 году, археологи обнаружили портрет Александ-

ра Македонского19 (рис. 258). На мой взгляд, узоры колта представля-

ют собой надписи, которые я читаю так: верхнюю— РУСЬ, среднюю —

КИЕВЪ, нижнюю— СЬЛАВАНЪ (КИЕВ СЛАВЯН). Иными слова-

ми, колт изготовлен в Киеве, а не в Чернигове, где он был найден.

Колт из городища Слободка. Вгородище Слободка в верховьях Оки

был найден клад, зарытый в середине XIII века, видимо, при наступле-

нии войск Батыя в 1238 году20 (рис. 259). Вчисле серебряных укра-

шений клада были найдены и два колта, видимо, составлявшие пару.

На мой взгляд, как черные перегородки внутри щитков, так и оди-

нарные и двойные контуры образуют надписи, которые в последнем

случае гораздо лучше прослеживаются на левом украшении (рис. 260).

Черные знаки образуют слово СЬЗЬДЕЛЬ (СУЗДАЛЬ), а также

слово РУСЬ. Таким образом, на колтах обозначено место изготовле-

ния. Далее читаю надписи на левом колте. Вначале можно прочитать

тексты, начертанные одинарным контуром, это слова ПЕРЪВЫЕ

ВЬЖАТЫ ВИТЪКИ (ПЕРВЫЕ ВИТКИ ВЫДАВЛЕНЫ). Очевидно,

изготовители колта предупреждают пользователей о том, что витая

проволока начинается не с самого верха, а чуть ниже; а наверху витки

фальшивые, они выдавлены. Двойным контуром начертано слово

ЖЕСЬТЬ, то есть УКРАШЕНИЕ. Наконец, можно прочитать одиноч-

ным контуром слово ПОЛУДЫ, что можно понять как ПРИПАЯН-

НОЕ. Таким образом, остальная часть проволоки припаяна к телу кол-

та. Как видим, Суздаль распространял свои изделия не только в бли-

жайшей округе, но и гораздо дальше.

Довольно искусным и праздничным выглядит серебряный колт с

изображением фантастического зверя из клада, найденного в 1970 году

в Старой Рязани21 (рис. 261). Это— очень дорогое и высокопрофес-

сиональное украшение, и исследователи, говоря о нем, напоминают о

замечательной «технике высокой скани» рязанских ювелиров. Ячитаю

на колте надписи, выполненные чернью: ЖЕСЬТЬ ЖЕНЪСЬКА,

РЕЗЕНЬ (ЖЕНСКОЕ УКРАШЕНИЕ, РЯЗАНЬ). Вероятно, хитросп-

летения узелков на изображении зверя тоже образуют некий текст, но

он пока плохо различим. Важно другое: и такое высококачественное

изделие имело надпись руницей, что повышало его свойства в качестве

амулета.

Рясна. Весьма своеобразными предметами являются рясна. «Это

женские височные украшения, состоящие из конусовидной, украшен-

ной сканью головки, к которой

прикреплялись цепочки, переме-

жающиеся и заканчивающиеся

ажурными бляшками. Рясна

крепились к головному убору

или повязке-очелью, спускаясь

до плеч по обеим сторонам

лица. На Русь они попали, види-

мо, из Византии и в домонголь-

ское время получили довольно

широкое распространение в

княжеско-боярской среде. Пре-

красные образцы этих украше-

ний, выполненные из золота и

серебра в технике филиграни,

хорошо известны по находкам в кладах конца XII— начала XIII века

из Старой Рязани, Смелы и Мартыновки (Киевской губернии), Ми-

рополя (Житомирской губернии), с. Кресты (Тульской губернии), а

также из Ярополча»22. Первый фрагмент золотых рясен (рис. 262) най-

ден на Михайловском раскопе в слое 1125—1180 гг. Ячитаю на нем слова

РУСЬ СЬЛАВАНЪ (РУСЬ СЛАВЯН). Другой обрывок найден в слое

1210—1230 гг.; я читаю на нем просто РУСЬ.

Последняя находка оттуда же представлена ажурным звеном дли-

ной 2,4 см из слоя второй половины XII века (рис. 263). Ячитаю это

узелковое письмо как РУСЬ СЛАВАНЪ СЬ НОВЪГОРОДА ТО СЬ-

КЪЛАВЫ (РУСЬ СЛАВЯН ИЗ НОВГОРОДА— ЭТО СКЛАВЫ).

Мне кажется, что перед нами очень важное свидетельство тождества

словен из Новгорода со склавами из надписей первого тысячелетия

н.э. Сами новгородцы помнили об этой исторической преемственнос-

ти и отмечали ее на украшениях женщин новгородской элиты.

Любопытное украшение XI—XII вв. из клада 1891 г. деревни Дем-

шино имеет подвеску на височное кольцо (рис. 264). Археологи пред-

положили, что надпись на подвеске является куфической, то есть араб-

ской стиля «цветущий куфи»23. На мой взгляд, ничего арабского тут

нет, надпись выполнена смешанным письмом, содержащим славянские

слоговые знаки и буквы кириллицы (НЬ), и я вначале прочитал ее

РЯСЬТЕНЬ24. Слово РЯСТЕНЬ мне было неизвестно, но я мог его

понять по аналогии: ПЕРСТ-ПЕРСТЕНЬ, РЯСНО-РЯСТЕНЬ. Ины-

ми словами, решил я, РЯСТЕНЬ — это нечто, надеваемое на РЯСНО.

Втаком случае это новое слово.

Однако теперь я понял, что ошибся и принял слогоразделитель «»

в слове РЯСЬНО за знак «+», то есть слог ТЕ. Так что правее я дал

новое чтение. На рясне просто написано РЯСНО, что вполне соответ-

ствовало средневековой традиции писать название вещи на самой вещи.

Здесь, пожалуй, интересно и то, что руницу приняли за арабскую над-

пись (то же произошло и с надписью на чашке весов, о чем у меня идет

речь в главе о ремесленных изделиях), и то, что симметричная надпись

получилась из сочетания руницы с кириллицей через слогоразделитель.

Привески. Другим типом украшений были привески. М.В. Седова

полагает, что «нагрудные и поясные привески были необходимым ат-

рибутом женского костюма X—XIII веков. Они играли роль не про-

сто украшений, но в значительной степени амулетов-оберегов, имев-

ших магический смысл. Они должны были охранять их обладатель-

ниц от злых духов. Привески носили на груди или на поясе, в соста-

ве ожерелий и отдельно— на ремешке или шнуре. ВНовгороде при-

вески встречены во всех слоях, однако наибольшее их количество при-

ходится на X—XI вв., когда языческие представления были еще очень

сильны. Часты среди привесок

языческие символы небесных све-

тил: изображения полумесяца,

солнца (круга, ромба). Позднее, с

исчезновением язычества, на при-

весках появляются изображения

святых. Назначения этих изобра-

жений те же, что и раньше, то

есть охранение от несчастий.

Часты также изображения сим-

волических животных и птиц

(коня, утки и др.), предметов

быта (ложек, ключей, ножей и

пр.)»25. Амулеты-обереги с явно

выраженными свойствами оберегов я представляю отдельно; если же

привески только считаются оберегами (археологами), их целесообраз-

но рассмотреть в данном разделе.

Лунницы. Среди разных типов привесок выделяются привески-

лунницы, «привески в виде полумесяца, символизирующие луну,—

типичное и наиболее распространенное славянское украшение. На

Руси они получили широкое распространение в Хвеке и просущество-

вали вплоть до XIII века»25.

Так, на широкогорлой луннице Хвека из Новгорода26 (рис. 265)я чи-

таю слова РУСЬ, ЧАСЫ и СУТЪКИ. Первое слово находится в цент-

ре, левый контур узора; второе слово начертано левее, и слоговой знак

ЧАвставлен в слоговой знак СЫ; третье слово начертано справа, и в

центре композиции помещена лигатура из знаков СУи ТЪ, ниже кото-

рой помещен знак КИ. Таким образом, на луннице изображена символи-

ка времени.

На другой, замкнутой луннице XIII века из Новгорода27 (рис. 266),

я читаю слово ЖЕСЬТЬ (УКРАШЕНИЕ). Так что в данном случае

лунница рассматривалась только как украшение вне зависимости от ее

календарного смысла.

Рассмотрим и третью лунницу, найденную в слое IXв. в кургане 4 села

Труханово под Смоленском28 (рис. 267). На ней можно прочитать в виде

орнамента три слова: РУСЬ СЛОВАНЪ и ЖЕСТЬ (РУСЬ СЛАВЯН,

УКРАШЕНИЕ).

Как видим, и в данном случае речь идет только об украшении, но

не о его календарном значении. Когда я публиковал чтение надписи

на этой луннице, я сделал ошибку в чтении второго слова, а привеску

принял за сережку29.

Вслое X—XI вв. города Ярополча Залесского найдена формочка для

отливки лунницы30 (рис. 268). Ячитаю надпись на ней— ТЕБЕ, пони-

мая данное украшение как подарок.

При раскопках курганов в Костромском Поволжье было найдено

более 60 лунниц XI—XIII вв., причем к характерным формам относят-

ся также сомкнутые лунницы, в частности, с крестовидной серединой.

Некоторые изображения были опубликованы, и из них я выбрал 4 с

узорчатыми надписями31 (рис. 269). Узоры я читаю: на первой лунни-

це— КОСЬТЪРОМА (КОСТРОМА), на второй— ТО РУСЬКЪЙ

БОГЪ (ТО— РУССКИЙ БОГ), на третьей— РУСЬ, на четвертой —

ЖЕСЬТЬ (УКРАШЕНИЕ). За исключением выражения ТО— РУС-

СКИЙ БОГ, все остальные представляют собой стандартный набор

надписей. Апоследний текст меня заинтересовал, и я решил выяснить,

какой бог имеется в виду. Для этого решил тщательнее проанализиро-

вать знак СЬ, уже развернутый на 90о влево. Его основание читается

как ВЕ, левая сторона— как СЕ, правая— как опрокинутое «вверх

ногами» ЛЕ, а вместе эти три знака образуют слово ВЕЛЕСЬ (ВЕ-

ЛЕС). Следовательно, полный текст этого узора будет ВЕЛЕС, ТО -

РУССКИЙ БОГ. Правы те исследователи, которые связывали лун-

ницы с язычеством. На данном примере эта связь видна явно.

Миниатюрные предметы. Другим типом привесок являются при-

вески-амулеты в виде миниатюрных предметов быта и оружия. «В эту

категорию привесок входят амулеты в виде ложечек, топориков,

ножей и ключей,— отмечает М.В. Седова.— Часто их находят вме-

сте, в составе набора-оберега. Вкурганах Северной Руси они найде-

ны только в женских погребениях, в районе плеч или у пояса»32. Ябы

добавил сюда и привески в виде миниатюрных гребней; одну из них

рассмотрю ниже, вместе с гребнем из Пскова.

Привески-ложки. Имели смысл символа благосостояния и доволь-

ства. ВНовгороде найдены три привески-ложечки Х—XII вв. На двух

из них33 (рис. 270) есть надписи. Ясделал прориси, поскольку на фото-

графиях надписи почти неразличимы. Тексты читаются одинаковые:

на круглой ложке внизу начертано РУСЬ, а на ручке— НЪВЪГОРОДЪ

(НОВГОРОД). На продолговатой оба слова нанесены внизу и в не-

сколько ином написании: РУСЬ, НОВЪГОРОДЪ.

Привеска-топорик и привеска-ножны. По мнению М.В. Седовой, они

относятся ко времени несколько более позднему, чем привески-ложки,

то есть топорик к XI, а ножны— к XII— началу XIII века. Рассмот-

рим эти женские украшения из Новгорода34 (рис. 271), на которых явно

видны надписи, отлитые вместе с самими привесками.

На привеске-топорике можно прочитать слова НЪВЪГОРОДЪ

(НОВГОРОД) и ПЕРУНА, что означает, что данная привеска воспро-

изводит ТОПОР ПЕРУНА. По характеру рабочей части видно, что

это— боевой топор воина. На привеске-ножнах можно прочитать сло-

во ВАРВАРИНЬ, ВАРВ и ВАРВАРИН, что, видимо, означает посвя-

щение данной вещицы СВЯТОЙ ВАРВАРЕ, христианской святой. Не

исключено, что привеска-ножны была местом для хранения иголок или

каких-то иных тонких продолговатых предметов. Кроме данной над-

писи, на ней читается и иная: РУСЬ, НЪВЪГОРОДЪ (РУСЬ, НОВ-

ГОРОД).

Надписи на игольниках. Отом, что форма привесок-ножен представ-

ляет собой игольник, можно прочитать в статье Л.А. Голубевой об иголь-

никах35 (рис. 272). Там же приведено несколько изображений таких

привесок, чьи пространственные детали, как мне кажется, являются

надписями. Так, на самой левой привеске, найденной у деревни Ванша

и хранящейся в Эрмитаже, можно прочитать надпись, образованную

насечкой на ободке, ступенькой ребра и верхним закруглением, как

ЖАЛЕВО (ИГОЛКА). Игольник рядом, найденный в раскопках Г.М. Де-

вочкина в бывшем Костромском уезде, содержит декоративную деталь,

которую можно прочитать как РУСЬ, КЪСЬТЬРОМА (РУСЬ, КОС-

ТРОМА). На верхнем игольнике горизонтального расположения спра-

ва, найденном в деревне Ильино, я читаю слово СЬЛАВАН (СЛАВЯН,

где последняя буква N— кирилловская). На объемном узоре после-

днего игольника, найденного в бывшем погосте Озерском Олонецкой

губернии, можно прочитать слово ЖИВА— знак принадлежности

Олонецкой губернии к Живиной Руси. Тем самым таким или иным

способом на этих игольниках помечены места их изготовления.

Трапециевидная привеска из Новгорода. Эта привеска была най-

дена в 1954 году в Новгороде и хранилась в музее исторического

факультета МГУ, где и была утеряна. Ее изображение (рис. 273) с

лицевой стороны В.Л. Янин опубликовал в 1956 году36, а с обратной

стороны— А.А. Молчанов в 1976 году37. Привеска была отлита из низ-

копробного серебра или биллона. Оее надписи Ю.К. Кузьменко пи-

сал следующее: «Надпись нанесена острым предметом вдоль осно-

вания трапеции. Сохранность ее, по словам А.А. Молчанова, хоро-

шая. А.А. Молчанов склонен считать надпись скандинавской руни-

ческой тайнописью37. Он сопоставляет ее с надписью на ребре ко-

ровы, найденной в Новгороде в 1956 году, которую А.Ф. Медведев

считает рунической тайнописью38. Рунической считает надпись на

ребре и Е.А. Мельникова, включившая ее в свод рунических надпи-

сей, найденных на территории СССР. Она, правда, предполагает, что

это не тайнопись, а ряд комбинированных рун39. Думается, однако,

что вывод о руническом характере надписи на ребре коровы преж-

девременен, так как в Скандинавии аналогичных надписей не найде-

но (ни в виде тайнописи, ни в виде комбинированных рун). Нет ру-

нических аналогий и надписи на подвеске со знаком Рюриковичей.

Иных интерпретаций надписи на подвеске не предлагалось, и, по-

видимому, до сих пор ее продолжают считать рунической... Повер-

нув подвеску набок и читая сверху вниз, мы обнаруживаем следую-

щие буквы кириллицы: TZNSГ... В принципе возможно прочтение

этой монограммы как ряда цифр: Т=300, Z=7, N=50, S=6, Г=3, однако

последовательность этих цифр остается малопонятной, и _______к тому

же в надписи отсутствуют знаки (титла или точки), указываю-

щие на то, что буквы используются в цифровом значении. Мы пред-

полагаем, что эта монограмма построена на использовании назва-

ний букв (Т—ТВЕРДО, Z— ЗЕМЛЯ, N— НАШ, S— ЗЕЛО, Г —

ГЛАГОЛЬ). Согласовав эту надпись, мы получаем фразу ТВЕРДА -

ЗЕМЛЯ НАША ЗЕЛО, ГЛАГОЛЬ»40. Мне эти попытки считать обыч-

ную русскую надпись скандинавской тайнописью, цифрой 356+7+3 или

утверждением об особой твердости нашей земли кажутся весьма за-

бавными. Конечно, человек, нанесший ее руницей, писал не очень искус-

ной рукой и потому не выдерживал размеры знаков; предпоследний

знак у него был лигатурой. Но в остальном он ничуть не погрешил

против нормальных знаков руницы, начертав самый обычный текст:

ВЫРОНИЛА ВОНЪ, то есть ВЫРОНИЛА НАПРОЧЬ. Вполне понят-

но, что знатная горожанка, привесившая к себе несколько такого рода

украшений, могла случайно обронить одну из них, так что нашедший

пометил этот экземпляр своим скорым граффито. Вероятно, вещь пред-

назначалась для возврата владелице, возможно, за некоторое вознаграж-

дение.

Трапециевидные привески из Новгорода такого типа обычно име-

ют на себе изображения княжеских знаков. Он присутствует и на дан-

ной, причем знак святого Владимира. Правда, более подробную инфор-

мацию об этом я даю в разделе о княжеских знаках.

Две монетовидные привески. Следующий тип привесок— монето-

видные (рис. 274). ВНовгороде была найдена «монетовидная привес-

ка с изображением процветшего креста» XII—XIII вв.41. На наш

взгляд, на ней нет никакого изображения креста, а есть надпись в два

ряда СЕВЕРЪ ТЪВЕРЬСЬКИЙ, БЕЛОРУСЬ (знак ВЕ зеркальный,

знак РЬ опрокинут вверх ногами), т.е. СЕВЕР ТВЕРСКОЙ, БЕЛО-

РУСЬ. Так что в Новгород попало изделие с севера Тверского княже-

ства, входившего в состав Белоруси. На другой подвеске XII—XIII в.

из Чернигова42 можно прочитать слово ЧЕРЪНИГИВЪ (ЧЕРНИГОВ),

название города. Два этих чтения я опубликовал43.

Еще две привески из Новгорода (рис. 275). Об этих привесках М.В.

Седова пишет: «Сначала XIII и до начала XIV в. в женском уборе

получают распространение привески с изображением процветшего

креста. Эти украшения, литые в двусторонних каменных формах,

изготовлялись из сплава олова и свинца»44. Действительно, на этих двух

привесках видно изображение процветшего креста, и, однако, в то же

самое время это— надпись руницей. Оба текста идентичны: РУСЬ

СЬЛАВАНЪ (РУСЬ СЛАВЯН). Получается, что монетовидные при-

вески если и содержат надписи, то о национальной принадлежности.

Иеще две привески из Новгорода. Эти две привески принципи-

ально ничем не отличаются от двух предыдущих; они тоже найдены

в Новгороде45 (рис. 276). Да и тексты на них примерно те же; на вто-

рой начертано РУСЬ СЬЛАВАНЪ (РУСЬ СЛАВЯН), тогда как на

первой текст чуть длиннее и гласит ЖИВИНА РУСЬ СЬЛАВАНЪ,

IС Х НИКА (ЖИВИНА РУСЬ СЛАВЯН, ИИСУС ХРИСТОС, НИКА).

Так что монетовидные привески имеют примерно одинаковые надписи.

Привеска из Зубцова. Вгороде Зубцове Тверской области, на

реке Вазузе, археологи нашли монетовидную привеску ХI—XII вв.46

(рис. 277).

Надпись из тела птицы гласит: БОЖЕ! Это значит, что перед нами

оберег. Узор слагается в текст: БЕЧАТА СЬ РУСИ ВАЗУЗИНЕ

(ПЕЧАТЬ ВАЗУЗИНА С РУСИ). То есть привеска была одновремен-

но и оберегом, и печаткой. Это чтение я опубликовал47.

Привеска из Гнёздово. Летом 1993 года в Гнёздове под Смоленс-

ком был обнаружен клад домоногольского времени, куда входило

389 предметов, и среди них монетовидная литая привеска (рис. 278).

Т.А. Пушкина пишет, что ее диаметр составляет 27 мм и на ней «изоб-

ражен изогнутый, с резко вывернутой назад головой шагающий вле-

во зверь. Лентообразный язык, выпущенный из открытой пасти, оп-

летает заднюю часть его туловища. Двупалые лапы упираются в

рамку подвески. Изображение дополнено несколькими завитками,

расположенными внизу между туловищем зверя и рамкой и напро-

тив его морды слева вверху. Ушко отлито вместе с подвеской»48.

На мой взгляд, на привеске имеются надписи. Основную надпись

составляют лапы зверя, где можно прочитать слова СЬМОЛЕНЪСЬКЪ

РУСЬ (СМОЛЕНСКАЯ РУСЬ). За ухом зверя находится слоговой

знак ЖЕ, низ туловища образует слоговой знак СЬ, наконец, морда зверя

кусает слоговой знак ТЬ. Эти знаки составляют слово ЖЕСЬТЬ

(УКРАШЕНИЕ). Наконец, на нижней части туловища зверя нанесе-

ны знаки руницы и кириллицы, которые я отдельно показываю круп-

ным планом. Они составляют лигатуру, которую можно разложить на

составляющие по едва заметным чертам. Вцелом этот фрагмент над-

писи читается ВЪ СЬМОЛЕНЪСЬКОЙ РУСИ (В СМОЛЕНСКОЙ

РУСИ). Обращаю внимание на то, что самостоятельные княжества и

области Руси тоже назывались Русью, но с определенным прилагатель-

ным— Вазузина Русь, Смоленская Русь.

Привески из Костромы. Ряд монетовидных привесок XI—XIII вв.

был найден в курганах Костромы (рис. 279). Исследователи отмеча-

ют: «Имели не только декоративное значение и круглые подвески.

Их носили как обереги, связанные с древними представлениями о

солнце как о божестве, посылающем на землю жизнь и плодородие...

Интерес представляют особенности использования подвесок в раз-

ных районах. Взападном и восточном они, как и везде на Руси, вхо-

дили в состав ожерелий. Ав центральном регионе местная тради-

ция определила преимущественное использование таких украшений

в головном уборе: их находили обычно на черепах умерших. Неко-

торые подвески насаживались на бронзовые височные колечки»49. На

рассматриваемых привесках я читаю: на левой— РУСЬ, СЬЛАВА-

НЕ, БОГАЧИ (РУСЬ, СЛАВЯНЕ-БОГАЧИ). Вероятно, данная привес-

ка была талисманом для получения богатства. На правой— КЪСЬТЬРО-

МА, ВОЛЕВА РУСЬ (КОСТРОМА, СВОБОДНАЯ РУСЬ).

Привески поселений Плещеева озера. Плещеево (Клещино) озе-

ро обладает рядом курганов и могильников, раскопанных археолога-

ми. Среди украшений в них были найдены, в частности, и монетовид-

ные привески X—XIII вв., четыре из которых мы сейчас рассмотрим50

 (рис. 280). Первая из них представляет собой изображение какого-то

святого, мною увеличенное. Нимб переходит в зигзаг, в котором я по-

дозреваю знак руницы. Чтобы выявить надпись, я поворачиваю изобра-

жение на 900 влево и обращаю в цвете. Теперь видно, что нимб пред-

ставляет собой огромный знак СЬ, переходящий в знак МО. Осталь-

ные знаки находятся поблизости, образуя слово СЬМОЛЕНЪСЬКЪ

(СМОЛЕНСК). Следовательно, местом изготовления был не Ростов,

не Ярославль и не Суздаль, а Смоленск. Справа, над левым плечом

святого имеется очень мелкое изображение, которое я читаю МОЛИ

ЛИКЪ СЬТЬ РУСИ (МОЛИ, ЛИК СВЯТОЙ РУСИ). Таким образом,

среди привесок были и маленькие иконки.

На другой привеске (рис. 281), изображение которой я тоже обра-

щаю в цвете, можно прочитать ЖЕСЬТЬ, РУСЬ, СЬМОЛЕНЪСЬКЪ,

ЛИТЪВА (УКРАШЕНИЕ, РУСЬ, СМОЛЕНСК, ЛИТВА). Не следу-

ет забывать, что Смоленск в то время входил в Литву, так что его

изделие считалось литовским.

На третьей привеске можно заподозрить существование надписей в

виде темных элементов на светлом фоне, но еще больше их выявляет-

ся при обращении цвета и повороте изображения на 90о вправо. Здесь

я читаю такие надписи, как ЖЕСЬТЬ ТЪВЕРЬСЬКА СЬЛАВАНЪ

(УКРАШЕНИЕ ТВЕРСКОЕ СЛАВЯН), а также ПЕРУНОВА РУСЬ

и СТЪВОЛЪ СЪЛАВАНЪ ПЪРУНА (СТВОЛ СЛАВЯН ПЕРУНО-

ВОЙ РУСИ). Тверские украшения мне пока не встречались, и я не знал,

что Тверское княжество тоже относилось к Перуновой, а не к Живи-

ной Руси. Но теперь я узнал, что его славяне не просто были славяна-

ми именно Перуновой Руси, но и составляли их ствол, тогда как ос-

тальные являлись лишь ветвями этого ствола.

Привеска типа змеевика (рис. 282). Вообще-то змеевики я рассмат-

риваю в главе о мелких предметах языческого культа, однако данная

привеска скорее стилизована под змеевик, чем им является. Онем М.В.

Седова пишет следующее: «Наиболее древним из найденных при рас-

копках является бронзовый змеевик XI века, обнаруженный на усадьбе

«А» в постройке № 10. На лицевой стороне его помещено изобра-

жение святого воина, скорее всего Георгия. По-видимому, змеевик

должен был охранять хозяина в ратном деле. На оборотной сторо-

не амулета помещена наиболее древняя змеиная композиция, в ко-

торой змеи как бы вырастают из туловища медузы Горгоны»51.

Странно, что тут ничего не говорится о надписях. На лицевой стороне

надписи различаются с трудом, но все же можно левую часть лица

принять за лигатуру из слоговых знаков, образующих слово СЬВЯТЪ

(СВЯТОЙ). Справа, в районе левого плеча можно различить весьма

плохую надпись слова ВОИНЪ (ВОИН, обычное написание— ВОИНЬ).

Правое плечо вроде бы содержит знак ГЪ, под которым, кажется, име-

ется знак ВОв виде О, так что, возможно, тут следует ожидать начер-

тания руницей слова ГЕВОРЬГИЙ, однако знаки внизу изображения

настолько нечеткие, что их крайне сложно прочитать. Во всяком слу-

чае, версии, что тут начертано словосочетание СВЯТОЙ ВОИН ГЕ-

ОРГИЙ, они не противоречат.

Знаки на оборотной стороне читаются много лучше. Ячитаю тут

слова ЯРОСЬЛАВЬЛЬ, ЖИВИНА РУСЬ и СЬЗЬДЕЛЬ (ЯРОС-

ЛАВЛЬ, ЖИВИНА РУСЬ и СУЗДАЛЬ). Возможно, что привеска от-

лита по формочке из Ярославля, но в Суздале. Интересно сочетание в

змеевике христианского святого и как бы змей.

Привеска из кости. В Белоозере найдена костяная привеска X—

XIII вв.52 (рис. 283). Я читаю: ЖЕЛАЮ ЖЕ МУЖА ЗОЛОТОГО. Это

чтение я опубликовал53. Как видим, эта надпись на привеске очень от-

личается от обычных, ибо тут писали дарители. Вданном случае тако-

выми могли быть люди старшего возраста, например, крестная мать,

желающая счастливого супружества своей крестной дочери; тетка, ба-

бушка и вообще любая женщина, желающая счастья девушке.

Железный предмет из Приладожья. ВПриладожье в слоях XII века

был найден железный предмет неизвестного назначения с зигзагооб-

разным узором, покрывающим две его грани54 (рис. 284). Смоей точки

зрения, предмет является украшением, а узор является надписью. Она

читается. Внизу начертано две буквы кириллицы, Ки У, далее следу-

ют знаки руницы, ЛО и НЪ, что образует слово КУЛОНЪ (КУЛОН).

На верхней строке выделяется крупный знак ШЕ, остальные слоговые

знаки мелкие, образующие слово ШЕЙНЫЙ. Таким образом, перед нами

ювелирное изделие— ШЕЙНЫЙ КУЛОН. Я не знал и не читал в

литературе, что русские женщины носили кулоны еще в далеком

XII веке. Теперь этот факт установлен.

Надписи на гребешках. Надписи имелись и на других предметах

из кости, рога и дерева, служащих женскими украшениями, например,

на гребнях, чему были посвящены опубликованные мной небольшие

заметки. Так, в слое начала ХIV в. в Новгороде был обнаружен костя-

ной гребень с надписью55 (рис. 285). На мой взгляд, надпись, выполнен-

ная весьма затейливо, слоговым курсивом в виде двух монограмм, име-

ет два направления чтения: вертикальное и горизонтальное. Вертикально

читается слово ВЬСЬТЪРЕЧА (ВСТРЕЧА, знак С— зеркальный),

горизонтально— несколько уменьшенная в размерах надпись СЬ ТО-

БОЙ. На мой взгляд, этот гребень подарил жених своей невесте в па-

мять о первой встрече. Затейливый порядок чтения и лигатуры зат-

рудняют ее понимание, что можно считать признаком тайнописи, понят-

ной только дарителю и его возлюбленной. Это чтение я опубликовал56.

Вследующей заметке речь идет о другом гребешке, начала IX в., из

Тимеревского могильника под Ярославлем57 (рис. 286), содержащем

надпись, о которой археолог ничего не сообщает.

Вначале я прочитал эту надпись: СЬ МИЛОЙ ЖИВУ58, полагая,

что ее сделал, видимо, любящий муж, подаривший жене гребень по это-

му поводу. Однако теперь, пересматривая чтение, я понял, что неоправ-

данно переставил знаки; если же их прочитать в том порядке, как они

начертаны, надпись получается иной: СЬ ТЕСЬМОЙ, то есть (НО-

СИТЬ) С ТЕСЬМОЙ (знак С— зеркальный). Тем самым владелица

гребня сделала для себя памятку, что этот гребень удачнее всего выг-

лядит в комплекте с лентой в косе.

На деревянном гребне ХII века из Белоозера видно граффито59 (рис.

287). Я прочитал его вначале по вертикали ПЕСЕНО (ПЁСИНО,

ДЛЯПСА) 60, не обращая внимания на косую царапину справа. Вероят-

но, этим гребнем расчесывали собачью шерсть. Однако теперь мне пред-

ставляется, что случайных царапин тут нет, а надпись читается НЕ

МОЙ— ПЬСЯ (НЕ МОЙ— ПСА). Суть от этого, однако, не измени-

лась, ибо хозяйка все равно не считает гребень для пса своим.

На гребне из Старой Ладоги IX—X вв. (рис. 288) одна и та же над-

пись повторена дважды, образуя множество пересечений и тем самым

сильно затрудняя чтение61. Ячитаю надпись как ЗЬБАСЬТИКЪ (ЗУ-

БАСТИК). Так нежно назвала орудие расчесывания волос, видимо, толь-

ко любящая хозяйка.

Весьма интересный складной костяной гребень X—XI вв. был об-

наружен в Мозырском районе Белорусского Полесья62 (рис. 289). На

двух его раздвигающихся створках нанесен один и тот же несим-

метричный узор, который я читаю КЪЖА ЗАНОВО (ФУТЛЯР ЗА-

НОВО). Вероятно, гребень после некоторой эксплуатации отдавал-

ся в ремонт, после чего его футляр (КОЖА, КОЖУХ) был изго-

товлен заново, и об этом сообщает надпись. Возможно, что такой

дорогой подарок был сделан любящим мужем, который его и отре-

монтировал, заказав новый футляр (взамен утерянного). Гребни,

видимо, высоко ценились, если на них полагалось иметь кожаные

футляры.

Вселище Гнёздилово-2 под Суздалем был найден костяной гребень

Хвека с граффито в двух местах63 (рис. 290). Первая надпись читается

снизу вверх, но получается слово ЧЬТИ, что непонятно. Вероятно, к

числу знаков следует отнести и выступ над надписью, который явля-

ется знаком СЬ зеркальным. Тогда надпись читается. Вторая надпись

представляет собой лигатуру из трех знаков. Весь текст читается как

ЧЬСЬТИ ЛОВЬКО (ЧЕСАТЬ УДОБНО). Вероятно, такой надписью

пометила гребень его хозяйка, которой было удобнее всего расчесы-

вать волосы именно этим гребнем.

Роговой гребень IX—X вв. был найден в деревне Городищи Воло-

годской области64 (рис. 291). Унего хорошо сохранились зубья; верх

был отделан фигурками двух коней. Надписи нанесены двойным кон-

туром слева и справа, напоминая рыбью чешую. Чтение левого фраг-

мента производится сверху вниз и слева направо, чтение правого —

снизу вверх и справа налево.

Я читаю на левом фрагменте: СЬЛОВО ЛАДЫ— ТО БОГА (СЛО-

ВО ЛАДЫ— ЭТО СЛОВО БОГА). На правом фрагменте: МОЛИТЬ

СЬ ЛЮБОВУ (МОЛИТЬ (ЛАДУ) С ЛЮБОВЬЮ). Поскольку Лада

была богиней согласия, видимо, этот гребень был подарен женщине ее

мужем, призывающим к прекращению семейных ссор. Вероятно, женщина

была довольно сварливой. Кроме того, не очень верующей в язычес-

ких богов, поскольку муж просит ее молиться с любовью.

Надпись на костяном гребне XI—XII вв. из-под Ярославля65 (рис. 292)

может читаться по-разному в зависимости от положения гребня. Мне

кажется, что нормальное положение определяется знаком З наверху,

позволяющим прочитать сначала слово ЖЕНЯ, которое я понимаю как

имя владелицы, а затем слово ВЪШИ (ВШИ), которое означает, что

гребень применяется только для вычесывания накожных паразитов.

Тем самым гребень имеет лечебное назначение и не предназначен

для повседневного ношения в волосах.

На костяном гребне XI—XIII вв. из Полоцка (рис. 293) надписи

нанесены с двух сторон, причем с лицевой стороны в виде прямоуголь-

ных знаков, а на обороте— в виде витого шнура66. Тем не менее мож-

но прочитать оба текста. На лицевой стороне я читаю: НЪВЪ ЛУ-

КОМЪЛЪВЪ ГЪРЕБЪНЬ (НОВЫЙ ЛУКОМЛЕВ ГРЕБЕНЬ), а на

обратной— МОЛИТЪВЕНЕНЪ (ДЛЯ МОЛИТВЫ). Вероятно, хозяй-

ка вставляла его в косы в дни посещения церкви. Слово ЛУКОМЛЕ-

Возначает, что он был приобретен не в Полоцке, а в Лукомле.

Костяной гребень из города Камно Псковской области67 (рис. 294)

имеет красивую верхнюю часть в виде голов утки и селезня, что, есте-

ственно, повышает его стоимость. На гребне есть две надписи: одна,

нижняя, нанесена при изготовлении и расположена в строку в виде

зигзагообразного узора, другая расположена выше и создана пользо-

вателем. Эта верхняя надпись читается ГЪРЕБЕНЬ СЬВАТА (ГРЕ-

БЕНЬ СВАТА). Следовательно, гребень девушке подарили во время

сватовства. Именно поэтому на его вершину нанесено два зооморфных

изображения— это намек на то, что и девушка образует с парнем пару.

Надпись изготовителя выглядит натяжкой с позиций русского языка:

ЗАКАЛИ ВОЛОШИ (ЗАКОЛИ ВОЛОСЫ). Вероятно, так в то время

произносилась эта фраза на псковском диалекте. Подтверждение этому

мы находим в таких словах М.В. Седовой: «Исследуя берестяные гра-

моты Новгорода, А.А. Зализняк отметил, что иногда в них, как и в

других некнижных источниках, встречается так называемое «шепе-

лявенье», то есть мена (з) с (ж) и (с) с (ш). Особенно оно характер-

но для псковских памятников и говоров. ВНовгороде самый ранний

пример такой мены встречен в надписи на куске свинца XII века»68.

Рядом помещена гребнеобразная подвеска из янтаря VIII—IX вв.

(тот же рис.), якобы из Литвы (хотя в статье упоминаются гребни с

 «горбатой» спинкой из Пскова) 69. Интересно то, что на ней начертано

практически то же самое, СЬКАЛИ ВОЛОШИ (СКОЛИ ВОЛОСЫ).

Поскольку на этой подвеске переданы особенности псковского диа-

лекта, а также особенности конструкции гребня из Пскова, я полагаю,

что и само изделие было создано в Пскове. Акусок янтаря, действи-

тельно, мог быть привезен из Литвы. Любопытно тут то, что подвеска

воспроизводит гребень именно Пскова, вместе с особенностями над-

писи и ее орфографией.

Гребень из Суздаля. Говоря об этом гребне XII—XIII вв. (рис. 295),

М.В. Седова отмечает: «Продукция косторезов представлена много-

численными находками гребней, рукояток ножей, булавок, проколок,

накладок и пр. Многие образцы изделий косторезного ремесла от-

личаются высоким профессионализмом, декоративностью и художе-

ственностью исполнения»70.

Гребень найден вблизи Ризоположенского монастыря Суздаля и

содержит две надписи: одну в виде узора, нанесенную при изготовле-

нии, и другую, процарапанную ниже владельцем. При изготовлении

начертано слово РУСЬ многократно, в виде непрерывного узора; вла-

делица процарапала слово СЬЗЬДЕЛЬ, то есть СУЗДАЛЬ, где знаки

руницы образуют лигатуру, которую следует поворачивать в разные

стороны для чтения надписи.

Булавки. Как отмечает М.В. Седова, «булавки служили застежка-

ми верхней одежды. Соединяясь между собой цепочками, булавки при-

держивали края плаща, платка или длинной женской безрукавки.

Булавки считаются характерной деталью костюма западно-балт-

ских племен, воспринятой и западно-финскими племенами. Особое

распространение получили они у эстов и води. Поэтому на терри-

тории славян они почти не встречаются. Исключение составляют

северо-западные славянские земли и особенно Новгород, в котором

найдено 64 булавки различных типов. Наиболее древними являют-

ся формы, происходящие из Прибалтики: булавки с треугольными,

крестовидными и двуспиральными головками»71.

В монографии М.В. Седовой о ювелирных изделиях Новгорода

представлено несколько конкретных видов одежных булавок; некото-

рые из них обладают головкой, в которую вставлено проволочное кольцо,

и тем самым они имеют право именоваться булавками, поскольку дей-

ствительно напоминают БУЛАВУв миниатюре. Другие же, которые я

показал на рисунке72 (рис. 296), имеют иную форму головки, и пото-

му называются иначе. На первой же из них я прочитал слова

ЖЕНЪСЬКИ ЗЬКОЛЪКИ, ЖЕСТЬ, что означает ЖЕНСКИЕ ЗА-

КОЛКИ, УКРАШЕНИЕ. Таким образом, они назывались заколками,

а не булавками. На других экземплярах можно прочитать слова

ЖЕСЬТЬ, ЗЬКОЛЪКИ и ЗЬКОЛЪКА (УКРАШЕНИЕ, ЗАКОЛ-

КИ и ЗАКОЛКА).

Фибулы. Еще одним типом заколок являлись фибулы, которые, по

мнению М.В. Седовой, «составляют одну из наиболее распространен-

ных категорий украшений. Ими пользовались как мужчины, так и

женщины, ими застегивали и верхнюю, и нижнюю одежду. Древней-

шее их упоминание в русских письменных источниках относится к

945 году— они названы СУСТУГАМИ (от слова стягивать). Но

преимущественно фибулы были украшением балтов и финно-угров.

Вславянских памятниках они встречаются там, где славяне сопри-

касались с балтским и финно-угорским населением, то есть на севе-

ро-западе и северо-востоке Руси. Вюжнорусских землях их почти

нет. ВНовгороде, в слоях X—XV вв., найдены 130 различных фибул

и 23 язычка к ним. Основная масса обнаружена в слоях X—XII вв.

Фибулы делятся на типы: скорлупообразные, подковообразные и

кольцевые»73.

Вначале рассмотрим подковообразную фибулу и пряжку из слоя

XI века Суздаля74 (рис. 297), хотя различие между ними едва заметно.

На фибуле у основания язычка я читаю СЬЗДАЛЬ (ЛЬ начертано

буквами кириллицы, остальное— руницей), а на нижнем полукружии —

СЬЛАВЯНЕ. На верхнем полукружии читается слово РУСЬ. На пряж-

ке, которую я помещаю с разворотом на 180о против оригинала, я читаю

слово КЪРУЖЕЛЬКЪ (можно читать и ЖЕ и ЖИ), то есть КРУ-

ЖИЛКА. Так, видимо, называлась в то время КРУГЛАЯ ПРЯЖКА.

Далее посмотрим на надписи на иной пряжке XI века из Суздаля75

(рис. 298). На верхней части слева все знаки слиты воедино и нераз-

личимы, зато справа можно вычленить знаки руницы, образующие слова

ПЕСЬТЪРА и МОЛОДИЦА (ДИЦА написано буквами кириллицы),

так что перед нами, видимо, название типа пряжки. На язычке (при

повороте на 180о) можно прочитать вверху РУСЬ, внизу ЛИТЪВА, что

является названием Северо-Западной Руси, позже оформившейся в

Великое княжество Литовское. На продолжении язычка имеется весь-

ма плохо начертанная надпись с очень неясными знаками, и можно

скорее догадаться, чем увидеть, надпись КЪРУЖЬЛЪКЪ (КРУЖИЛКА,

КРУГЛАЯ ПРЯЖКА). На нижней части справа видна надпись РУ-

НОВА (СО ЗНАКАМИ РУНИЦЫ). Наконец, на нижней части слева

видна лигатура, где различимы лишь три первых знака как ВЕЛИКО;

вероятно, это начало словосочетания ВЕЛИКО КЪНЯЖЕСТВО

ЛИТЪВА, однако, как я уже говорил, знаки в этой лигатуре неразли-

чимы, хотя последний является знаком ВА, а перед ним с огромным

трудом можно угадать и ТЪ, и ЛИ. Таким образом, перед нами нахо-

дится предмет импорта из соседней славянской страны.

Напротив, на серебряной фибуле из кургана XI века № 96 из Суз-

даля76 (рис. 299) можно прочитать слова СЪЗЬДЕЛЬ, РУСЬ, то есть

СУЗДАЛЬ, РУСЬ. Так что перед нами изделие местного производства.

По сравнению с рассмотренными весьма скромной смотрится круп-

ная подковообразная фибула конца XI века из Новгорода77 (рис. 300).

Надписи на ней невооруженным глазом не просматриваются, поэтому

приходится прибегать к технике микрочтения, то есть давать большие

увеличения фотографии. Надписи сосредоточены в верхней части

фибулы. Прежде всего у нижней кромки читается (рис. 301) ПЪРУНЪ,

РУСЬ ПЪРУНА (ПЕРУН, РУСЬ ПЕРУНА). Такое название некото-

рого района Руси я встречаю впервые. Асправа у нижней кромки той

же верхней части кольца можно прочитать МАША, ТО МАША -

СЪМЪРЪНОВА (МАША— ЭТО МАША СМИРНОВА). Далее спра-

ва у верхней кромки— любопытное изречение: ЖЕНАМЪ СУДА-

РЯ ПОЛЮБИТЬ УМЕРЕТЬ (ЖЕНЩИНАМ СУДАРЯ ПОЛЮ-

БИТЬ— УМЕРЕТЬ). Из этого следует, что Маша Смирнова была не

из благородного сословия; впрочем, о том же говорит и бедность за-

стежки.

Внизу фибулы, у ее развернутых краев можно видеть слева над-

пись ЖЕСЬТЬ (УКРАШЕНИЕ), а справа, на другой стороне, можно

прочитать название МАСЬТЬРА ПЪРОТАСОВА (МАСТЕРА ПРО-

ТАСОВА). Здесь впервые можно видеть подпись мастера. Кроме того,

фибула оказывается чем-то вроде паспорта для женщины.

Еще на одной подковообразной фибуле из Новгорода, относящей-

ся к середине XIII века, вообще практически не видно никаких надпи-

сей78 (рис. 302). При увеличении, однако, несколько раз встречаются

надписи ЗЬМОКЪ (ЗАМОК, в том числе и в кирилловском написа-

нии) и ДЛЯОДЕЖДЫ. Из этого следует, что данную фибулу изгото-

вили не на заказ, ее продали как обычное ремесленное изделие.

Очень интересной оказалась большая фибула XII—XIV вв., найден-

ная в Кексгольмских могильниках В.И. Равдоникасом79 (рис. 303). Под-

нимая вопрос о местной культуре, этот археолог пишет: «Иной облик

имеет культура, представленная _______в западной части Карело-Финской

ССР памятниками XII—XIV вв. Это уже вполне карельская куль-

тура, и корни ее надо искать не на Западе, а на Востоке»80. Вэтом

смысле археолог абсолютно прав, приводя в качестве примера данную

фибулу, ибо узор на ней имеет чисто русский характер и может быть

прочитан.

На фибуле прежде всего читается верхняя часть, но с разворотом

на 90о вправо. Я читаю: СЬВЯТАЯ КОРЕЛА, и чуть ниже РУСЬ-

КЪРЕЛА (СВЯТАЯ КАРЕЛА и РУСЬ-КАРЕЛА). Оказывается, наряду

с Русью-Литвой существовала и Русь-Карела! На основании язычка

последняя надпись несколько продлена, образуя текст РУСЬ-КЪРЕ-

ЛА ПЕРУНОВА (РУСЬ-КАРЕЛА ПЕРУНОВА). Тем самым понятие

ПЕРУНОВА РУСЬ географически расширяется от Прибалтики до

Карелии, и это выражение я теперь уже не буду однозначно связы-

вать только с Литвой.

Внизу правое основание фибулы обломано, но предположив, что оно

в точности соответствует левому, и продолжив чтение узора вправо, я

впервые обнаруживаю близкое моему сердцу название города: МОС-

КВА! Это слово начертано кириллицей, однако другое точно такое же

слово, но в исполнении руницей, я нахожу на основании язычка:

МОСЬКЪВА, то есть МОСКВА. Это название я считаю местом изго-

товления. Иными словами, фибулу для «святой Корелы» изготовили

в Москве, которая, видимо, и начала постепенно проникать туда, конку-

рируя с Тверью.

Вотношении кольцевой фибулы, найденной в слое 60—90-х годов

XIV века в Новгороде (рис. 304), исследовательница высказывает пред-

положение, что она является западноевропейским импортом. «На ней

изображены в двух местах две руки в рукопожатии. По кольцу...

идет круглая надпись IAIVIANЯXI. Такие застежки носили обще-

европейский характер. Встречены они и в Карелии, где датируют-

ся периодом около 1300 года. Аналогичная застежка найдена в

Шотландии, еще одна находится в музее в Вене, место ее проис-

хождения неизвестно. Вероятно, фибулы с латинскими надписями

и изображениями сплетенных рук были привозными, западноевро-

пейской работы»81.

Высказывание крайне любопытно. Впервые из этой цитаты я уз-

нал, что в латинском языке, оказывается, была буква Я; с моей точки

зрения, вообще трудно найти язык, в котором было бы 4 буквы «И» в

одном слове; к тому же совершенно неясно, как можно было бы переве-

сти данное выражение с латыни. Что же касается происхождения и рас-

пространенности, то фибулы такого вида могли быть отлиты в том же

Новгороде, а из него попасть и в Карелию, и в Шотландию, и в Вену. На

мой взгляд, латыни тут вовсе нет, а знаки в видеI служат просто ограни-

чителями слогов или слов. Востальном же надпись начертана смешанны-

ми знаками, то есть кириллицей и руницей. Ячитаю надпись так: ПЪЛЫ-

ВУ, АН СУХ, то есть ПЛЫВУ, НОСУХ. Втаком случае, фибула засте-

гивала скорее всего плащ моряка (и это помогает понять, как она оказа-

лась у берегов Шотландии и в городе на Дунае). Витоге никакой бук-

вы Яв надписи нет, а есть лишь слоговой знак СУ, прочитанный Седо-

вой как Я, а также лигатура ПЪЛЫ, прочитанная как А.

Эта фибула интересна тем, что слоговые знаки здесь впервые пи-

шутся таким же шрифтом, как и буквы латиницы (что и смутило ис-

следовательницу).

Сердцевидных фибул в Новгороде найдено всего две. Изображе-

ние на рисунке 305 относится к первой четверти XIII века; «она ли-

тая ажурная размерами 4,5 на 3,5 см, с узким ободком на насечке.

Вконтуры застежки вписаны две человеческие фигуры, как бы тя-

нущиеся друг к другу. Манера изображения позволяет видеть в фи-

гурах Тристана и Изольду. В.П. Даркевич считает возможным ме-

стом изготовления застежки Германию82»83. По предыдущей фибуле

мы уже видели, что предположение об импорте, сделанное по формаль-

ным признакам, может и не подтвердиться.

Так получилось и на этот раз. Уже первые слова, начертанные на

плече и груди мужчины, а именно ЖЕСЬТЬ и РУНЪ (УКРАШЕНИЕ

и РУНА) говорят об отечественном месте изготовления фибулы. Вдоль

обрамления фибулы слева дважды читается имя ТРИСТАН, а над круг-

лым отверстием и частично в его окантовке можно различить слово

ИСОЛЬТА (ИЗОЛЬДА). Тем самым подтверждается атрибуция фи-

булы как изображение Тристана и Изольды. На вытянутой руке жен-

щины читается слово ВЪ БАРМОЧКЕ (НА ПРИВЕСОЧКЕ). Под яго-

дицей женщины вновь встречается слово ЖЕСТЬ (УКРАШЕНИЕ),

но в другом оформлении знаков руницы. Наконец, на ее груди можно

прочитать слова РУНЕ и ГЪДОВ (РУНЫ и ГДОВ). Таким образом,

фибула носила сакральный характер, раз на ней помещались надписи, а

изготовлена она была не в Новгороде, а в Гдове. Указание на конкрет-

ный русский город является самым сильным подтверждением того, что

перед нами отечественное изделие.

Теперь мне понятна ошибка Даркевича: существование застежек на

сюжеты литературных персонажей Западной Европы с местом изго-

товления в Гдове просто ошеломляет. Если бы я не прочитал надписи,

я бы тоже не поверил в это.

Вторая сердцевидная фибула рубежа XII—XIII вв. (рис. 306) «с

неясным растительным орнаментом по краям» тоже найдена в Нов-

городе84. На мой взгляд, орнамент больше напоминает животных, чем

растения, и именно позы этих животных и образуют надписи. Ячитаю

верхнюю надпись как ЖЕСЬТЬ СЬЛАВАНЪ (УКРАШЕНИЕ СЛА-

ВЯН), наклонную часть справа как МАЛОПО МАЛУ, наклонную часть

слева как ЛУНА ЖЕЛЕЗЪНЪ (ЛУНА ЖЕЛЕЗНАЯ). На язычке на-

несена очень мелкая смешанная надпись, где скорее угадывается, чем

читается текст МОЯ ПАРА КАРУЖИЛЪ НЪВОПЪЛАТАНЫ(Х)

(МОЯ ПАРА КРУГЛЫХ ФИБУЛ НОВОПЛАТЯНЫХ). Все надпи-

си изготовлены заранее в расчете на неизвестных и не слишком взыс-

кательных покупательниц. Влюбом случае фибулы, вероятно, были

рассчитаны на различные слои общества, разную цену и разный вкус.

Перейдем теперь к исследованию пряжек от мужских ремней.

Славянская пряжка. В наиболее ясном виде надпись на вершине

пряжке мне удалось разглядеть лишь на одном экземпляре из Сузда-

ля85 (рис. 307), хотя менее ясные очертания можно было встретить на

экземплярах из ряда других мест. Язычка у найденного экземпляра

пряжки нет, я его мысленно восстанавливаю, и тогда читаю слово РУСЬ,

а верхний узор— как слово СЬЛАВАНЪ (СЛАВЯН). Можно сказать,

эта модель пряжки являлась общерусским изделием.

Гораздо менее распространен другой тип пряжки, тоже найденной в

Суздале86 (рис. 308), где читается тот же текст, но с немного иным ха-

рактером размещения знаков и с иным начертанием знака ВА. Это тоже

РУСЬ СЬЛАВАНЪ (РУСЬ СЛАВЯН).

Вотличие от многих других украшений на пряжках любили писать

их владельцы, оставляя граффити. Вот, например, еще одна пряжка из

Суздаля87 (рис. 309). Хотя надпись при прориси М.В. Седовой была

покрыта штриховкой, осложняющей ее выделение, тем не менее текст

при большом увеличении оказалось возможным различить. Он гласит:

ПЪРЯЖЬКЪ ВЫСУРЕНА, ЗАВАРЕНА МЪНЕ НЪ РАДОСЬТЬ

(ПРЯЖКА ОСВИНЦОВАНА, ЗАВАРЕНА МНЕ НА РАДОСТЬ). Два

слоговых знака РЯи знак ДО— зеркальные. Это— довольно длин-

ный текст для небольшого галантерейного изделия. Таким образом,

владелец не просто приобрел пряжку, но еще и отдал ее на дополни-

тельное покрытие свинцом и заварку, то есть ликвидацию мельчайших

трещин. Вероятно, пряжки в те времена были не только дорогими

изделиями, но и предметом престижа.

На пряжке первой четверти XI века из Новгорода88 (рис. 310)

можно прочитать отлитый внизу узор как слово ТЪВОЙ (ТВОЙ),

а также узор справа, который слагается в слово НЪВЪГОРОД

(НОВГОРОД).

В сопках урочища Победище близ Старой Ладоги была найдена

металлическая пряжка второй половины первого тысячелетия н.э.89

(рис. 311). На двух сторонах пряжки имеется граффито. Ячитаю над-

пись ПЬРЯЖЬКА ЛИТА (ПРЯЖКА ЛИТА, а не кована).

На пряжке из кургана у села Ботвиновка Гомельской области, най-

денной в слое ХI века, можно видеть граффито90 (рис. 312). Штрихи —

нарочито линейные. Я читаю надпись так: ГОМЕЛЯ НОВЫ ВЪПЪРЯГЪ

КЪНЕВОЙ (ГОМЕЛЯ НОВАЯ УПРЯЖЬ КОНСКАЯ). Тем самым

пряжка относится к конской упряжи. Для получения «красивого» на-

чертания владелец пошел на определенное искажение знаков, а знак ПЪ

положил на бок.

Железная пряжка из Старой Рязани была найдена в мастерской

В-3 «двора металлурга» постройки 13 и относилась к началу

XIII века91 (рис. 313). Надписи находятся на язычке, верхней и ниж-

ней кромке пряжке, но читаются при ее повороте на 90о вправо. Здесь

я читаю такие слова: на язычке, руницей— СЬЛАВАНЕ. БОГЪ; сме-

шанным письмом— СИЛА, что означает перечисление ценностей

средневековья: СЛАВЯНЕ, БОГ, СИЛА. На верхней кромке повер-

нутой пряжки справа читаются слова (при увеличении изображения

и обращении цветов): РАБОТА КОВАЛЯ, а на нижней кромке при

разложении граффито, что можно сделать только условно,— НОС-

КОВА. Это означает ИЗДЕЛИЕ КУЗНЕЦА НОСКОВА. Тем самым

впервые прочитана информация не пользователя, а изготовителя. Воз-

можно, что этот «коваль Носков» был одним из мастеров «двора

металлурга». Как видим, наряду с литыми пряжками существовали

и пряжки кованые.

Там же найдена и еще одна железная пряжка округлой формы92

(рис. 314). Почти все надписи нанесены на широкий язычок, и на

первый взгляд читаются и в прямом и в перевернутом положении.

Тем не менее большинство надписей можно прочитать при повороте

изображения на 90о вправо и при обращении цветов. Получившую-

ся при этом лигатуру я изобразил отдельно.

Надписи гласят: КОВАЛЬ (кириллица) РУНЪ (руница) ГЕОР-

ГИ НОСКОВ (вязь кирилловских букв) (КУЗНЕЦ НАДПИСЕЙ —

ГЕОРГИЙ НОСКОВ). Тем самым не только подтверждается фами-

лия или прозвище мастера-кузнеца, но еще и сообщается имя— Геор-

гий. При повороте язычка на 180о можно прочитать слово РУНА, на-

чертанное знаками руницы, а также на круглом ободке пряжки— сло-

во ЖЕСЬТЬ. Это означает— НАДПИСЬ, УКРАШЕНИЕ.

На пряжке Х—XI вв. из Ростова Великого93 (рис. 315) можно про-

читать ряд надписей. Ими прежде всего занят левый верхний угол, где

начертано руницей ПЪРЯЖЬКА 1 (ПРЯЖКА 1), и чуть ниже —

РУСЬ, а затем кириллицей РОСТОВ. На верхней части рамки пряж-

ки я читаю крупные знаки руницы ПЪРЯЖЬКЪ (ПРЯЖКА), и ту

же надпись мелкими буквами кириллицы, ПРЯЖКА. Чуть ниже, на

приливе с правой стороны левой части рамки пряжки, читаю слова,

начертанные смешанным способом: ЛИТА ЖЕСЬТЬ (ЛИТОЕ УКРА-

ШЕНИЕ). Ту же надпись, но несколько более крупными буквами и

знаками можно прочитать внизу верхней рамки пряжки, но в чуть ином

начертании знаков. На правой части рамки пряжки наверху можно

прочитать слово ПЪРЯЖЬКА (ПРЯЖКА), а внизу— слово ЖЕСТЬ,

начертанное кириллицей. Обращаю внимание на то, что слово ЖЕСТЬ

впервые встречается в кирилловском начертании, что подтверждает мои

чтения этого слова руницей. Имя изготовителя или владельца найти

не удалось.

Поясные накладки. Кпоясному набору относятся также поясные

накладки. На одной из них, середины XV века из Новгорода94 (рис. 316),

узор представляет собой знаки руницы, оформленные в красивый

печатный шрифт. Для чтения накладку необходимо повернуть на 90о

вправо, и тогда три знака окажутся один над другим в столбик. Ячи-

таю эти три знака как слово ПАВЪЛА (ПАВЛА). Ав последнем зна-

ке ЛЪ весьма небольшими буквами кириллицы начертана и фамилия

владельца: СЕДОВА. Очевидно, что владелец специально заказал на-

кладку со своим именем. Так что если пряжка несла название города,

то накладка давала информацию об имени и фамилии владельца. Тем

самым, поясная накладка была чем-то вроде нынешнего паспорта, разу-

меется, только для состоятельных граждан.

На другой накладке, второй половины XV века из Новгорода95 (рис.

317), имя читается на центральном щитке. Крупными буквами кирилли-

цы можно прочитать имя, ПЕТР, тогда как фамилия начертана знаками

руницы в самом низу щитка. Она читается ЧЬСЬТОВЪ (ЧИСТОВ).

Яразвернул накладку так, чтобы правильно читалось имя ПЕТР,

горизонтально, тогда как в монографии М.В. Седовой она помещена

вертикально. Судя по сложности композиции накладки, Петр Чистов

был весьма состоятельным человеком.

На третьей накладке из Новгорода, относящейся ко второй полови-

не XI века96 (рис. 318), можно прочитать надпись из полукружий и не-

симметричных знаков как РУСЬЛАН (буква N— кирилловская)

МОГИЛА (РУСЛАН МОГИЛА). Эта накладка на 4 века старше пер-

вых двух и указывает на существование стойкой традиции подписи

паспортных данных на поясном наборе.

Найдена поясная накладка и в Старой Рязани, в раскопе 20, в пер-

вом-втором пласте, относящихся к концу XII века97 (рис. 319). Очерта-

ния накладки очень замысловатые, что наводит на мысль о том, что

они представляют собой надпись. Идействительно, они слагаются в

текст ВЪ РУСЬ БОГА ЖИВЫ. Надпись В РУСЬ вместо РУСЬ оз-

начает, что Рязань не входила в территорию Живиной Руси, являясь

соседним княжеством.

Для чтения я развернул накладку на 90о влево и читал все тек-

сты вдоль нижней кромки, ибо в других местах надписей не было.

Слева надпись была сделана светлым на темном фоне, после ее обра-

щения я узрел лигатуру, из которой выделил знаки со значением

РЕЗЕНЬ (РЯЗАНЬ). Ниже чередованием темных и светлых знаков

в две строки начертано слово МОГИЛЬЩИКЪ. Такова была про-

фессия владельца пояса. Имя и фамилия даны внизу, в правой части

положенной на бок накладки. Первая буква Адана надстрочно свет-

лой, остальные начертаны в строку смешанным письмом, фамилия дана

знаками руницы в две строки. Я читаю АЛЕКСАНДЬРЪ НИКА-

ШЕВЪ (АЛЕКСАНДР НИКАШЕВ). Таким образом, впервые на

поясной накладке встречено указание на профессию ее обладателя, и

эта профессия вовсе не относится к благородному сословию. Но и

накладка не отличается фантазией.

ВСтарой Рязани была найдена и еще одна накладка, видимо, XII—

XIII вв.98 (рис. 320). Правая часть лицевой стороны покрыта светлым

узором, я обращаю его в темный.

Надпись нечеткая, слита в лигатуру, но с левой стороны по верти-

кали, под буквами, нанесены слоговые знаки, читаемые как слово ЛЕ-

КАРЬ. Основная же лигатура составлена из двух слов: в верхней строке

кириллицей начертано имя РОДИОН, тогда как при чтении снизу вверх

получается фамилия или прозвище, РОДИОНОВ.

ВСуздале в слое XI века был найден целый поясной набор из пряжки

и трех накладок. На пряжке я явных надписей не обнаружил. Зато по-

ясные накладки в количестве трех имели узоры99 (рис. 321), которые,

на мой взгляд, представляют собой знаки руницы. Имя и фамилия по-

вторяются на двух накладках, хотя несколько варьируют в написаниях.

Имя читается РУСЬЛАНЪ (РУСЛАН), а фамилия— ЛЕГЪКОМЫСЪ-

ЛОВЪ или ЛЕГЪКАМЫСЬЛОВЪ (ЛЕГКОМЫСЛОВ). На третьей

пластине можно прочитать название города— СЬЗЬДЕЛЬ (СУЗДАЛЬ).

Таким образом, обладателем пояса был Руслан Легкомыслов из Сузда-

ля. Уменя возникло впечатление, что на поясе обязательно было не менее

двух накладок, где имя и фамилия владельца писались в разной графи-

ке, составляя как бы разные графические вариации на одну тему, тогда

как на третьей накладке обозначался город. Из этого следует, что най-

денные в Новгороде и Рязани поясные комплекты— не полные.

Хотя о том, что поясные накладки фактически играли роль пас-

порта для состоятельных людей, мне прежде читать не приходилось,

однако я ничуть не удивился такому факту, поскольку черпал основ-

ные данные о названиях тех или иных областей Руси в средние века

именно из чтения узоров на поясных накладках100.

Поясные кольца. Разновидностью поясных накладок и вместе с тем

самостоятельной частью поясного набора являются поясные кольца; в

некоторых случаях они могут играть и роль пряжки. На кольце сере-

дины XIII века из Новгорода101 (рис. 322) справа и слева от вертикаль-

ной оси кольца можно прочитать фамилию ДЮЖЕВЪ (ДЮЖЕВ) в

двух различных начертаниях руницей. Внизу же помещено имя, тоже

начертанное руницей, СЕМЕНЪ (СЕМЕН).

На другом кольце из Новгорода, относящемся к концу XII века102

(рис. 323), можно прочитать слово ГЬДОВЪ (ГДОВ), в самом низу.

Это означает, что владелец кольца был жителем не Новгорода, а

Гдова. Крупными знаками руницы внизу кольца, стилизованными под

узор, можно прочитать фамилию ЗЬЛОБИНЪ (ЗЛОБИН). Имя начер-

тано правее, причем дважды, один раз едва различимыми буквами

кириллицы, более светлыми, чем фон, а затем смешанным начертанием,

темными знаками руницы с некоторыми буквами кириллицы —

МАКЪСИМ (МАКСИМ, причем прежде всего бросается в глаза со-

кращение МАКС). Так что житель Гдова Максим Злобин проживал в

Новгороде.

Еще одно поясное кольцо было найдено в раскопках кургана Вер-

хогрязья на земле вятичей и относится к промежутку XI—XIII вв.103

(рис. 324); оно весьма богато орнаментировано, что создает впечатле-

ние о состоятельности его владельца.

Чтение, однако, не подтверждает этого первого впечатления. Над-

пись на кольце смешанная, то белая на черном фоне, то черная на свет-

лом. Здесь читается гораздо больше того, что нам встречалось прежде.

Текст гласит: АНДРЕЕВЪ ЛАВЬРЪ. ТО ПАНЬСЬКАЙ КОНЮХ,

НО СЬ БАРЪМОЙ ЛУННЕЙ. ЛАВЬРЪ КЪНЮХ ПАНЪВЪ,

НО ВЪ РУСИ СЬЛАВЯНЪСЬКАЙ— ЛОВЪКЪСЬТЬ! Это означа-

ет: АНДРЕЕВ ЛАВР. ЭТО ПАНСКИЙ КОНЮХ, НО С ПРИВЕС-

КОЙ-ЛУННИЦЕЙ. (ХОТЯ) ЛАВР КОНЮХ ПАНОВ, НО В РУСИ -

СЛАВЯНСКОЙ— ЛОВКОСТЬ! Итого 17 слов, что для поясного

кольца, видимо, является рекордом. Обращает на себя внимание суще-

ствование пана у вятичей, что удивляет даже конюха. Сдругой сторо-

ны, барский конюх Лавр Андреев был, очевидно, человеком не только

достаточно состоятельным, чтобы заказать такое пышное поясное кольцо,

но и несомненно грамотным.

На оплавленном поясном кольце из кургана сожженного села Ле-

бедка104 (рис. 325) начертано несколько надписей. Прежде всего внизу

слева смешанным письмом начертано имя, а под ним первой темной, а

затем светлыми буквами кириллицы фамилия— ПАНЪТЕЛЕЙМОНЪ

ИГЛИНСКОЙ (ПАНТЕЛЕЙМОН ИГЛИНСКИЙ). (Фамилия «Иг-

линской» представляет собой, видимо, искаженное слово «Ильинской».)

Чуть выше по кольцу имя Пантелеймона начертаны во второй раз. Авот

внизу справа начертаны дополнительные сведения: СЬМЕРЪТЪ— ЧЕ-

ЛОВЪКЪ СЬВЕТЪЛА ВАСЬЛИЯ МАКЪСИМОВИЧА (С МЕРД —

ЧЕЛОВЕК СВЕТЛОГО (КНЯЗЯ) ВАСИЛИЯ МАКСИМОВИЧА).

Возможно, что слово ЧЕЛОВЕКуказывает на то, что Пантелеймон был

слугой при дворе князя Василия Максимовича. Окончание фамилии

на -ОЙ вместо -ИЙ, вероятно, свидетельствует о переносе ударения на

конец слова.

Итак, во второй раз мы видим, что на поясном кольце сохранились

сведения о зависимом человеке. Не являются ли надписи на поясных

кольцах свидетельством как раз о сословной принадлежности их вла-

дельца? Такая гипотеза выглядит правдоподобной: состоятельные люди

заказывают свой личный поясной набор из 2—3 накладок, тогда как

конюхи и слуги довольствуются одним поясным кольцом.

На другом кольце из курганов Лебедки (рис. 326), деформирован-

ном от огня еще сильнее105, можно прочитать имя МАТВЕЙ и фами-

лию, начертанную 4 раза, МЪРЕШКА (МРЕШКА, происходящую, ви-

димо, из слова УМРЕШКО). Дважды начертано слово КЪНЮХ (КО-

НЮХ, причем во второй раз как КОНЮХ) и, кроме того, дважды на-

чертано слово РУСЬ, и один раз дано ее прилагательное

ГОСЬПОДЬСЬКА (ГОСПОДСКАЯ). Пока сказать трудно, является

ли этот эпитет именем собственным земли вятичей, поскольку он встре-

чен впервые. Во всяком случае, он соотносится с понятием ВРУСЬ,

прочитанном на изделии из Старой Рязани, то есть Господская Русь —

это не Русь одного из славянских богов.

Как видим, данный случай опять подтверждает нашу гипотезу. Од-

нако для того, чтобы предположение перешло в уверенность, необхо-

димо рассмотреть много большее число случаев.

Два поясных кольца было найдено в Гнёздове летом 1993 года в

составе клада. Т.А. Пушкина сообщает, что «кольца отлиты из низ-

копробного серебра, диаметр их около 30 мм. Внутреннее простран-

ство кольца занимает округлая площадка, соединенная с тремя сер-

дцевидными фигурами, расположенными на самом кольце. На повер-

хности центральной площадки одного из колец помещена фигура в

виде треугольника с вогнутыми сторонами... На втором кольце ор-

намент не читается»106. Якак раз и хочу прочитать этот нечитае-

мый орнамент.

На нем начертано три слова: два руницей и одно кириллицей (рис.

327). Для этого я, как обычно, увеличиваю изображение и обращаю цвета.

Надпись гласит: ИЗЪ СЬМОЛЕНЪСЬКЪГО МЕСТЕЧКА (ИЗ СМО-

ЛЕНСКОГО МЕСТЕЧКА). На левой каемке сверху с большим тру-

дом удалось прочитать слово СМОЛЕНСКА, отлитое кириллицей, а на-

против, на перемычке между центральным кругом и каймой справа, бук-

вами слово СЫН. Внизу, на нижней аналогичной перемычке, руницей

начертано слово РУСЬ и, головой вниз, вроде бы кирилловское слово

ПОКРОВА. Пока выражение РУСЬ ПОКРОВА нам не встречалось.

Можно предполагать наличие и еще нескольких слов, но на данном

рисунке их прочитать не удается.

Овтором поясном кольце Т.А. Пушкина говорит, что его декор в

виде треугольника с вогнутыми сторонами (рис. 328) «образован

дугами, концы которых составляют стилизованный растительный

узор на сердцевидных выступах кольца»107. Смоей точки зрения, весь

этот узор читается как слова ВЬ РУНАХ. РУСЬ ВОЛЕВА (В НАД-

ПИСЯХ. РУСЬ СВОБОДНАЯ). Тем самым, владелец предупреждает

возможного читателя о том, что на его поясном кольце имеются над-

писи. Сдругой стороны, Смоленск в рассматриваемое время не отно-

сился ни к Литве-Руси, ни к Живиной Руси. На левом кольце можно

прочитать смешанную надпись СЕ СЬМОЛЕНЪСЬКЪ КАЗАК ВОЛЬ-

НЫЙ ЕСМЬ, а на правом кольце— ЕСАУЛЬСКИЙ КОНЮХ (ВОТ

Я— ВОЛЬНЫЙ КАЗАК СМОЛЕНСКА, ЕСАУЛЬСКИЙ КОНЮХ).

Асправа внизу с очень большим трудом можно различить слова, на-

чертанные кириллицей— УМИРАЯ, МОЛЮ. Есть, видимо, и другие

слова, но их я прочитать не смог.

Обращает на себя внимание вычурное начертание знаков, наличие

массы завитушек, как в латинском готическом шрифте. Сами поясные

кольца очень напоминают баранки рулевого колеса нынешних автомо-

билей. В голове плохо укладывается предложенная Т.А. Пушкиной

датировка по аналогиям — IX—X в.

В Старой Рязани при раскопках Южного городища был обнару-

жен обширный могильник конца XI— начала XII в. В погребении 5,

мужском, у бедра была найдена лировидная пряжка XI века и два по-

ясных кольца108, однако надписи на пряжке и первом кольце нечитае-

мы. На втором кольце после обращения цвета (рис. 329) с большим

трудом можно прочитать на верхней половине слова, начертанные ки-

риллицей, ЛЕРМОНТОВ РОДИОН, а также руницей— ВЪ РЕЗЕНЕ

(ВРЯЗАНИ). На нижней половине с очень большим трудом читаются

два слова, написанные смешанным письмом, ЛЕКАРЬ и ЖЕСТЬ (УК-

РАШЕНИЕ). Таким образом, в могиле покоится лекарь Родион Лер-

монтов. Фамилия, или прозвище, конечно, вызывает подозрение, но над-

пись читается с большим трудом, и не исключено, что при повторных

исследованиях в чтение могут быть внесены изменения.

Поясные бляшки. Еще одной деталью поясного набора выступали

поясные бляшки— оттиснутые или отлитые украшения, пришиваемые

к поясу.

Вкачестве примера рассмотрим четыре бляшки из Черной и Бе-

лой Руси (рис. 330). Они относятся к таким городам, как Слоним

и не которым другим, известным как города Черной Руси109, а так-

же к Минску из Белой Руси110. На первых бляшках есть название

города— СЬЛОНИМЪ (СЛОНИМ), а также дважды СЛОНЕМЪ

(СЛОНИМ). Следовательно, эти бляшки— из Слонима, а из дру-

гих городов бляшек нет. На второй бляшке я читаю, кроме того, РУСЬ

СЬЛАВАНЪ (РУСЬ СЛАВЯН). На третьей бляшке можно прочи-

тать ПЕРУНОВА РУСЬ. Наконец, на четвертой надпись гласит

СЬКЪЛАВИНЬСЬКА И ВОЛЕВА РУСЬ (СВОБОДНАЯ РУСЬ

СКЛАВИНОВ). Эта последняя находится на территории нынешней

Германии, в Мекленбурге. Стало быть, четвертая бляшка является

предметом импорта.

Еще две поясных бляшки происходят из слоя IX—X вв. Михай-

ловского могильника Ярославского Поволжья 111 и XI—XIII вв. из

Старой Ладоги112 (рис. 331). На первой бляшке можно прочитать слова

ЯРОСЬЛАВЬЛЕВА _______СЕВЕРЬНА РУСЬ (СЕВЕРНАЯ РУСЬ ЯРОС-

ЛАВА), тогда как на второй— ПЪРУНЕВА РУСЬ СЬЛАВАНЪ (ПЕ-

РУНОВА РУСЬ СЛАВЯНЪ). Следовательно, Ладога входила в При-

балтику.

Общий итог. Основным выводом данной главы является поло-

жение о том, что все узоры на средневековых украшениях Руси

были текстами, исполненными смешанным или чисто руничным

письмом. Преимущественно руницей наносились на украшения и

граффити владельцев. Вэтом смысле не создавалось нечто принци-

пиально новое, но лишь продолжалась многовековая традиция Руси.

Вданной главе рассмотрены и прочитаны узоры на 10 семилопаст-

ных и 6 прочих колтах, на 4 ряснах и 8 лунницах, 8 миниатюрных и

1 трапецевидной привеске, на 10 монетовидных привесках и одном

кулоне, 11 гребнях и одной привеске в виде гребня, на 4 заколках,

на 19 фибулах и пряжках, на 6 поясных накладках и 8 поясных

кольцах, 6 поясных бляшках, 11 пластинчатых и 7 створчатых брас-

летах, 30 перстнях, на двух накладках неизвестного назначения, на трех

образцах кружев и двух образцах узоров на скатертях, то есть все-

го на 160 предметах. Таким образом, выборка предложена весьма реп-

резентативная.

Очем же пишут на украшениях? Прежде всего там представлено

само слово УКРАШЕНИЕ, которое тогда писалось как ЖЕСЬТЬ. Что

же касается каждого из типов украшений, то для них имеется свой набор

надписей. Так, на колтах нередка надпись КОЛТ, иногда с пояснением

(РУНОВ, ЦАРСКИЙ, ДЛЯ КОС), и сообщается место изготовления;

три колта помечены Рязанью, один— Киевом, еще один— Суздалем;

на остальных указание на места изготовления отсутствуют. Найдены

они были: рязанские в Подмосковье, киевские в Чернигове, суздальс-

кие в Суздале. Другие надписи предлагают носить эти украшения, надев

ленту с ними не на темя, а ниже. Остальные надписи являются дари-

тельными (ТЕБЕ) или благопожелательными (БОГ В ЖЕСТЬ, НО-

СИЮ, ЧАЙ). Впринципе тут нет никаких проблем, кроме одной: неяс-

но, что означает надпись НА ТЕМЕНИ ЗАНИЖЕНЫ. Поначалу я

полагал, что речь идет о том, чтобы носить тесьму с колтами не на

темени, а ниже; но сейчас я думаю, что речь идет о моем неверном чте-

нии, точнее о неверном выборе из двух возможностях чтения. Слого-

вой знак Х может быть прочитан и как ЖА/ЖЬ, и как ЗА/ЗЪ, так

что вместо ЗАНИЖЕНЫ можно прочитать и ЗАНИЗАНЫ. Иными

словами, предлагалось ЗАНИЗАТЬ или УНИЗАТЬ украшениями не

только виски, но и темя. Ислово НИЗКАна колте, найденном в Туль-

ской области, может означать часть цепи из колтов, нанизанных на одну

ленту. Колты другого типа упоминают наличие надписей, РУН (что

обладает магическими свойствами), и принадлежность места их изго-

товления к Руси, будь то Киев или Рязань. Кроме того, есть на колтах

и элементы рекламы, например, когда сообщается, что первые витки

на колтах выдавлены, а другие припаяны оловом.

На ряснах упоминается Русь славян и помещено важное сообще-

ние о том, что славяне из Новгорода— это склавы. До сих пор назва-

ние склавинов мне встречалось только на фигурках божков из Ретры,

где на территории нынешней Германии жили славяне-редарии (обо-

дриты), судя по этнониму, потомки ретов. Следовательно, словене Нов-

города оказываются потомками склавинов севера Германии. Вообще

говоря, ряд лингвистов подозревали, что предки новгородцев относи-

лись к западным славянам; теперь мы имеем важное эпиграфическое

подтверждение этого. Разумеется, пока оно единично, далеко идущие

выводы делать рано, но само по себе даже единичное утверждение такого

рода представляется весьма интересным. Возможно, что оно может ка-

ким-то образом пролить свет и на особенности новгородского диалекта.

При чтении надписей на привесках-лунницах, о которых многие

исследователи говорят как о пережитках язычества, было любопытно

узреть надпись РУСЬ, ЧАСЫ ИСУТКИ. Как известно, часами и сут-

ками ведал особый славянский бог, Числобог. Исследователи отмеча-

ют, что «жрецы Числобога ведали тайные, древние науки счета дней,

месяцев, лет. Они содержали в порядке большие солнечные и лунные

часы, которые посвящены были загадочному Числобогу. Перед хра-

мом его высаживали множество самых разнообразных цветов, ко-

торые открывали свои венчики в разное время суток, от раннего

утра до позднего вечера. Иузнать, который теперь час, можно было,

поглядев на эти удивительные цветочные часы, равных которым по

красоте не создано до сих пор»159. Возможно, что данную привеску-

лунницу могли носить почитатели Числобога. На остальных лунницах

можно прочитать место их изготовления, Русь, и их принадлежность к

украшениям.

На миниатюрных привесках в виде ложек, топориков и игольников

можно прочитать место их изготовления, РУСЬ, НОВГОРОД или

РУСЬ, КОСТРОМА. Возникает впечатление, что миниатюрные привески

могли означать не столько украшение, сколько сувенир, приобретенный

паломниками в Новгороде или Костроме соответственно. Тем самым,

если привески остального типа являлись подлинными украшениями,

то привески-миниатюры были аналогами современным значкам, кото-

рые с удовольствием приобретают в иных городах и странах как су-

вениры и потом носят на одежде как символы мест, в которых побы-

вали их владельцы. Возможно, ту же роль играли и монетовидные

привески, которые обозначали некий географический район, например,

СЕВЕР ТВЕРСКОЙ, БЕЛОРУСЬ; ЧЕРНИГОВ; ПЕЧАТЬ С РУСИ -

ВАЗУЗИНОЙ; ИЗ СМОЛЕНСКОЙ РУСИ; СВЯТОЙ ВОИН ЯРОС-

ЛАВЛЬ, ЖИВИНА РУСЬ, СУЗДАЛЬ; РУСЬ СЛАВЯН. Впрочем, это

могли быть и просто украшения, называющие географические регио-

ны их обладателей. Тогда, глядя на украшение, можно было определить,

откуда родом та или иная женщина, ибо привески носили они.

Трапецевидные привески тоже носили женщины, о чем можно су-

дить по надписи руницей ВЫРОНИЛА ВОН. Видимо такие украше-

ния с княжескими знаками позволено было носить наиболее знатным

женщинам города. Напротив, костяная привеска, видимо, была дешевой

и ее носили девушки и женщины из простого народа. Надпись ЖЕ-

ЛАЮ ЖЕ МУЖА ЗОЛОТОГО сделана от всей души дарительницей,

а не изготовителем, и оттого особенно сердечна. Ктому же типу отно-

сится и привеска со смешанной надписью НАТАША, КНЯЖЕВА ЛЯ-

ЛЯ, рассмотренная в главе о собственнических надписях.

Любопытно, что в XII веке славяне Приладожья знали о существо-

вании шейных кулонов и даже при изготовлении подписали его его

названием. Возможно, что такого рода предметы шли на Русь через

Прибалтику, и прежде всего через Русь-Литву.

Кость и рог являются мягкими материалами, поэтому больше все-

го граффити мы находим на гребнях. Целая серия надписей на греб-

нях сделана дарителями или владельцами. Вероятно, молодой человек

сделал девушке подарок, написав затейливо строки так, что они мог-

ли читаться и по вертикали, и по горизонтали; надпись гласит ВСТРЕ-

ЧА СТОБОЙ. Ана гребне из-под Вологды даритель написал СЛОВО -

ЛАДЫ— ЭТО (СЛОВО) БОГА. МОЛИСЬ С ЛЮБОВЬЮ. Скорее

всего, дарителем был муж, желавший жить в ладу с женой. Владелицы

же помечали: СТЕСЬМОЙ (то есть гребень гармонировал с тесьмой

вокруг головы), ЗУБАСТИК (гребень напоминал фантастическое жи-

вотное), ЧЕСАТЬ УДОБНО (гребень не выдергивал волосы и не

причинял боли), ЖЕНИ ВШИ (владелицей была Женя, которая при-

меняла его только для вычесывания кожных паразитов), НЕ МОЙ,

ПСА (то есть гребень применялся для расчесывания собаки, и хозяй-

ка его пометила, чтобы случайно не чесать им свои волосы и не пере-

носить туда паразитов собаки), КОЖУХ ЗАНОВО (напоминание себе

о необходимости приобрести новый футляр для складного и потому

дорогого гребня), НОВЫЙ ГРЕБЕНЬ ИЗ ЛУКОМЛЯ ДЛЯ МОЛИТ-

ВЫ (помечен парадный гребень для посещения церкви, чтобы его не

использовать для повседневных целей). Есть и расхожие надписи из-

готовителя, например, РУСЬ, СУЗДАЛЬ или ЗАКОЛИ ВОЛОСЫ из

Пскова (на котором уже сама хозяйка пометила: ГРЕБЕНЬ СВАТА).

Вероятно, чтобы склонить девушку к тому замужеству, которое ей

предлагали сваты, они несли ей дары, среди которых был, в частно-

сти, и гребень. Ао том, что гребень был украшением, причем довольно

доступным даже для небогатых людей, свидетельствует миниатюрная

привеска, в точности повторяющая изображение Псковского гребня и

его начертание с диалектными особенностями: ЗАКАЛИ ВОЛОШИ.

На заколках можно было прямо прочитать, что это ЖЕНСКОЕ

УКРАШЕНИЕ, ЗАКОЛКА. Других надписей на них, видимо, не было.

Авот фибулы как женские украшения оказались весьма многословными.

Понятно, что ученое слово ФИБУЛА на Руси было неизвестно. По-

этому на фибуле из Новгорода мы находим название ЗАМОК ДЛЯ

ОДЕЖДЫ. Акруглая пряжка, как показывает надпись, называлась

КРУЖИЛКА. Вот еще два новых старых слова, одно из которых встре-

чается по меньшей мере на двух застежках. Украсивых (и, видимо,

модных) пряжек из Литвы было свое название фасона, «ПЕСТРАМО-

ЛОДИЦА». На другой пряжке есть название места изготовления:

СУЗДАЛЬ, РУСЬ. А вот на фибуле XI века из Новгорода написано

РУСЬ ПЕРУНА— так называлась Прибалтика, куда, в частности, вхо-

дила Литва. Так что это изделие тоже литовское. На нем удалось про-

читать не только то, что это УКРАШЕНИЕ МАСТЕРА ПРОТАСО-

ВА, но и то, что оно принадлежит МАШЕ СМИРНОВОЙ, которая даже

имела свое житейское правило поведения: ЖЕНЩИНАМ СУДАРЯ -

ПОЛЮБИТЬ— УМЕРЕТЬ. Почти все написано руницей, и лишь слово

УМЕРЕТЬ— кириллицей, как наиболее важная часть сентенции. Зато

другая фибула дает уже сентенцию изготовителя: ПЛЫВУ, НОСУХ;

такое изречение очень понравилось бы морякам. Ана фибуле из Нов-

города, изготовленной в Гдове, можно видеть ТРИСТАНАИ ИСОЛЬ-

ТУВБАРМОЧКЕ, как иллюстрацию к западноевропейским литератур-

ным сюжетам. Ядо сих пор с трудом совмещаю в своем сознании ныне

почти захолустный Гдов, и сюжеты из Западной Европы, которые ныне

изучают в вузах только будущие филологи.

Впрочем, фибула могла называться и ЛУНОЙ, и изготовители мог-

ли их рекомендовать ДЛЯ НОВОГО ПЛАТЬЯ. Не верится, что все это

было изготовлено 900—1000 лет назад. Особенно трогательным было для

меня прочесть на фибуле из Карелии слово МОСКВАкак место изго-

товления; с другой стороны меня очень удивило, что СВЯТУЮ КАРЕ-

ЛУосваивали москвичи, а не жители Твери, Пскова или Новгорода.

Простейшая надпись на мужской пряжке сообщает лишь принадлеж-

ность к стране: РУСЬ СЛАВЯН. Однако на многих пряжках владель-

цы оставляли свои пометы. Так, на одной из них владелец начертал:

ПРЯЖКА ОСВИНЦОВАНА, ЗАВАРЕНА МНЕ НА РАДОСТЬ. Тем

самым пряжка отремонтирована; нам сейчас в голову не приходит

делать такой грошовый ремонт и испытывать по этому поводу настоль-

ко сильную радость, чтобы выцарапывать на самой пряжке свои эмо-

ции. Очевидно, пряжка была не дешевой, а люди хотели, чтобы их счи-

тали бережливыми. Другой владелец с грустью обнаружил, что пряж-

ка у него литая, а не кованая, а третий пометил особо НОВУЮ ПРЯЖ-

КУ ДЛЯ КОНСКОЙ СБРУИ ИЗ ГОМЕЛЯ, чтобы не путать ее с

другими. Но чаще писали на пряжках изготовители, например, ТВОЙ

НОВГОРОД, или РУСЬ, РОСТОВ, ЛИТОЕ УКРАШЕНИЕ, или СЛА-

ВЯНЕ, БОГ, СИЛА— РАБОТА КУЗНЕЦА НОСКОВА, или КУЗНЕЦ

НАДПИСЕЙ— ГЕОРГИЙ НОСКОВ.

С XI по XV век мне встретилось еще не известное в археологии

явление: наличие «паспортных данных» личности на его поясном на-

боре, прежде всего поясных накладках, а затем и поясных кольцах. Из

них можно узнать имя и фамилию (или прозвище) человека, часто его

профессию, а иногда и имя его господина. Это— неоценимый новый

исторический источник по идентификации персоналий далекого про-

шлого. Я заподозрил высокую информативность поясных наборов в

1999 году, когда рассматривал некоторые поясные бляшки, найденные

на Украине, в Болгарии и Швеции из работы Гезы Фехара о якобы

тюркском происхождении культуры Болгарии. Теперь же я имею воз-

можность познакомить читателя с богатыми данными по Руси. Из

поясных накладок и поясных колец мы узнаем о существовании

ПАВЛА СЕДОВА, ПЕТРА ЧИСТОВА, РУСЛАНА МОГИЛЫ, СЕМЕ-

НА ДЮЖЕВА из Новгорода, АЛЕКСАНДРА НИКАШЕВА, МОГИЛЬ-

ЩИКА ИЗ РУСИ ЖИВЫ, ЛЕКАРЯ РОДИОНА РОДИОНОВА и

ЛЕКАРЯ РОДИОНА ЛЕРМОНТОВА из Старой Рязани, РУСЛАНА -

ЛЕГКОМЫСЛОВА, ЛАВРА АНДРЕЕВА, ПАНСКОГО КОНЮХА,

НО С ЛУННОЙ БАРМОЙ И С ЛОВКОСТЬЮ из Суздаля, МАКСИ-

МА ЗЛОБИНА из Гдова, ПАНТЕЛЕЙМОНА ИГЛИНСКОГО, СМЕР-

ДА СВЕТЛОГО ВАСИЛИЯ МАКСИМОВИЧА; ГОСПОДСКОГО КО-

НЮХА МАТВЕЯ МЕРЕШКИ из Лебедки, ЕСАУЛЬСКОГО КОНЮ-

ХА, ВОЛЬНОГО КАЗАКА СМОЛЕНСКОГО, МОЛЯЩЕГО ПЕРЕД

СМЕРТЬЮ, из Смоленского местечка Покрова (имя и фамилию или

прозвище прочитать не удалось)— таковы 15 примеров.

Достаточно информативны и поясные бляшки, которые уточняют

наши географические познания. Из них мы узнаем, что город СЛО-

НИМ, относимый к Черной Руси, считал себя городом ПЕРУНОВОЙ

РУСИ, то есть ПРИБАЛТИКИ. Туда же относилась и Ладога. А вот

прибалтийская РУСЬ СКЛАВИНОВ, находящаяся в Мекленбурге,

считала себя ВОЛЕВОЙ, то есть СВОБОДНОЙ, и не входила в ПЕ-

РУНОВУ РУСЬ. Город Ярославль относил себя к ЯРОСЛАВЛЕВОЙ

СЕВЕРНОЙ РУСИ. Возникает впечатление, что чтение узоров на бляш-

ках в дальнейшем очень расширит наши сведения по политической

карте Европы средних веков.

Конечно, приведены только некоторые образцы украшений средне-

вековой Руси, но по ним вполне отчетливо можно создать себе пред-

ставление о том, что их старались подписывать. Содной стороны, узо-

ры-надписи очень оживляли любой предмет, на который они налага-

лись, с другой— наличие надписей само по себе считалось полезным с

сакральной точки зрения, ибо делало предмет оберегом.