ЗАВЕРШЕНИЕ СМУТНОГО ВРЕМЕНИ

К оглавлению
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 
17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 
34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 
51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 

После раскола между земским ополчением и казаками, при-

ведшего к убийству Ляпунова, большинство служилых людей

разуверились в возможности противостоять интервентам и ра-

зошлись по домам. Под Москвой остались преимущественно

казаки да те дворяне, которые раньше служили лжедмитри-

ям. Фактически все они выступали сторонниками русского

царя, тогда как в столице властвовали польские интервенты.

Казацкая вольница должна была чем-то кормиться, добывать

провиант для себя и корм лошадям. Она стала обузой для на-

селения, которому от нее не было никакого проку. Ведь изгнать

поляков из Москвы казаки так и не смогли, а в Польше соби-

ралась армия, которая должна была прийти на помощь осаж-

денным. Дальнейшее промедление грозило обернуться полной

победой интервентов. Тем более что войска Сигизмунда III

народ на защиту православ-

ной веры и призвал не счи-

тать законным царем «во-

ровского сына» Марины

Мнишек. Всентябре в Ниж-

нем Новгороде по инициа-

тиве старосты посадской об-

щины Кузьмы Минина-Су-

хорука начало формиро-

ваться народное ополчение.

По словам Г.В. Вернадс-

кого: «Минин, зажиточный,

но не богатый мясник и

купецодна из самых замечательных личностей России того

периода. Честный, надежный, деятельный, изобретательный, он

был исполнен гражданственности в самом истинном смысле

этого слова. Втакой сложной исторической ситуации он про-

явил себя поистине гениальным организатором.

В середине сентября Минин начал кампанию по сбору

средств на содержание земской армии. Он побуждал всех доб-

ровольно жертвовать на дело, однако не полагался только на

пожертвования. Он также убедил сельскую общину издать указ

об обязательном сборе пятой деньги. Это фактически должно

было стать сбором пятой части капитала каждого горожани-

на. Позже, с организацией нижегородского земского комитета,

в котором будут участвовать священники, купцы и дворяне,

сбор станут взымать и с монастырей, и с поместий».

Тревога Минина за судьбу Родины и стремление перейти

к активным действиям передались нижегородцам. Обществен-

ное сознание было готово к восприятию клича «Отечество в

опасности

...Вспоминается одно из собраний в Центральном доме ли-

тераторов, кажется, в начале 1991 года под тем же девизом:

При этом, однако, выявились существенные разногласия. Пат- Кузьма Минин

риарх Гермоген, находившийся в московском плену, призывал

к освобождению, но только при условии, что будут отвергну-

ты претензии на престол со стороны сына Марины Мнишек,

«проклятого Воренка», ставленника казаков. Эту задачу он

считал первостепенной.

Другой была позиция Троице-Сергиевой лавры, где архиман-

дритом был Дионисий. Они рассылали грамоты, в которых при-

зывали к единению казаков и земцев против общего врага

ляхов и московских изменников. Правда, оставалось неясным,

кто при этом должен пойти на уступки: казаки или земцы?

Ведь ситуация могла повториться, как было при Ляпунове, и

тогда освободительная война потерпела бы полный крах.

По-видимому, такие соображения заставили земцев принять

сторону Гермогена. Иэтот выбор оказался верным.

Ксчастью для Руси, ее народ не только молился о спасении,

уповая на чудо, но приступил к решительным действиямна

Бога надейся, да сам не пло-

шай!»). Вавгусте 1611 года

горожане Нижнего Новгоро-

да и Казани постановили

совместными усилиями за-

щищать Московское и Ка-

занское княжества, прекратив

раздоры, царя избрать на все-

общем Земском Соборе, а не

по желанию казаков. Об этом

решении оповестили города

Северной Руси.

Тогда же был послан тай-

ный гонец в Московский

Кремль, к патриарху Гермо-

гену, который благословил

Патриарх Гермоген

князь высокой породы; провозгласило оно определенную наци-

онально-охранительную программувсе данные для того, что-

бы к нему потянулись и примкнули все те слои населения,

которые не желали Владислава с его ляхами и казаков с их

Воренком. Движение объединяло земскую Русь и ставило ее про-

тив одолевавших врагов, внешних и внутренних одинаково».

Уатамана Заруцкого с его казацким войском устремления

и мотивы действий были иными. Они желали быть привиле-

гированными служащими при «своем» царе, пусть бы даже

и сомнительного происхождения. Они попытались отрезать ни-

жегородцев от северных русских земель, захватив Ярославль.

Пожарский предугадал их планы. Он перебросил свое войско

по Волге на север и, выбив отряды казаков из Ярославля, обо-

сновался здесь.

По прикидкам Г.В. Вернадского, под началом Пожарского

находилось не менее 20 тысяч ратников из Поволжья и Се-

верной Руси, около тысячи стрельцов и трех тысяч казаков,

отряды сибирских, касимовских и некоторых других групп

татар.

На несколько месяцев Ярославль стал не только резиден-

цией Пожарского, но и своеобразной столицей объединенной

Земщины. Здесь был организован Совет «всея земли», взявший

на себя функции законной власти. Народное войско Пожарс-

кого со временем стало хорошо оснащенной, обученной, спаян-

ной армией, которая постоянно увеличивалась. С казаками

Заруцкого и Трубецкого было как раз наоборот, тем более что

к ним примкнуло немало всяческого сброда.

Тем временем надвигалась новая опасность: из Смоленска

на Москву двинулось войско гетмана Хоткевича, чтобы укре-

пить Московский гарнизон и разгромить противников. Если

бы Заруцкому (за спиной которого стояла Марина Мнишек с

сыном) удалось договориться с Хоткевичем о союзе, они мог-

ли бы добиться хотя бы временного успеха. Однако у поля-

ков были собственные интересы в Московии, и переговоры с

ними не удались. Тогда Заруцкий с частью верных ему каза-

ков отошел к Коломне, а оттуда с Мариной Мнишек и ее сы-

ном отправился далее на юг в сторону Дона.

«Отечество в опасностиОдин из авторов этой книги был со-

председателем на этом вечере. Выступали священник, предпри-

ниматель, представитель казачества. Публика была разношер-

стная, но по большей части так или иначе связанная с литера-

турой, искусством, наукой. Некоторые из присутствовавших

воспринимали ситуацию в стране всерьез и с тревогой. Но

большинство сохраняло инертность или выказывало сочув-

ствие курсу перестройки и радикальных реформ.

Что в то время могли дать подобные собрания, если по радио

и телевидению в общественное сознание упорно внедрялись

прямо противоположные идеи, призывы, лозунги? Горбачевс-

ко-яковлевская пропаганда, настроенная прозападно и проаме-

рикански, расхваливала буржуазные ценности «открытого

общества» и поносила тоталитаризм, сталинизм, а заодно и

коммунистическую идею социальной справедливости и соли-

дарности трудящихся. Идеологический базис общества подры-

вался последовательно и сосредоточенно, завершая победу За-

пада над Россией в холодной войне, когда на стороне против-

ника оказались большинство партократов и влиятельной ин-

теллигенции.

Ничего подобного, к счастью, не было в 1611 году. Народ ясно

осознал, что олигархическая семибоярщина обернется распа-

дом и порабощением родины. Нужна была твердая законная

власть, именем которой в государстве будет наведен порядок, а

границы его будут надежно защищены от интервентов. А до-

биваться этого следовало «всем миром». Только народная воля

способна в такие моменты спасти отечество.

Командовать ополчением пригласили одного из наиболее

прославленных воеводкнязя Дмитрия Михайловича Пожар-

ского. Это был тоже верный выбор. Под знамя народного опол-

чения (на земские средства, конечно) стали стекаться ратни-

ки со всей Руси.

«Можно только удивляться,— писал С.Ф. Платонов,— той

быстроте, с какой городское движение Нижнего перешло в об-

ластное, низовское, а затем и общеземское, охватившее всю се-

верную половину государства. Начали его посадские мужики,

поддержали провинциальные служилые люди; руководил им

ляки) и юго-запада (географически отдаленный, но идеоло-

гически агрессивно настроенный Ватикан). К счастью для

Московского царства, в конце Средневековья его западные

соседи, а также Ватикан были ослаблены бурными события-

ми Реформации и Контрреформации.

В конце Смутного времени на Московскую царскую корону

претендовали короли Швеции и Польши. Но даже в союзе с

боярами-олигархами иноземцы не смогли укорениться на Руси.

Свое веское слово сказал народ, главным образом средние об-

щественные слои.

Может показаться странным или даже нелепым, что на мос-

ковский трон был возведен шестнадцатилетний Михаил Рома-

нов, не блещущий ни физическими, ни умственными достоин-

ствами, весьма заурядный внучатый племянник первой (из

многих) жены Ивана Грозного, который по малолетству, а мо-

жет быть, и по немощи не принимал никакого участия в осво-

бодительной войне.

Как известно, выбор оказался непростым, мучительно дол-

гим, связанным с избирательными «пиар-технологиями» того

времени. Среди претендентов помимо шведского принца и

польского королевича Владислава были и достойные люди

из русских.

Королевич Владислав имел немало шансов победить. Тем

более что крупный польский отряд, разбойничавший под Кос-

тромой, в районе вотчины Михаила, имел намерения убить толь-

ко что избранного царя, который никак не мог собраться со сред-

ствами и обзавестись охраной для поездки на коронацию в

Москву. Спас его деревенский староста Иван Сусанин, который

завел вражеский отряд в болотистые дебри.

Некоторые историки оспаривают реальность Сусанина и

его подвига. Но, во-первых, есть более или менее убедитель-

ные свидетельства, подтверждающие этот эпизод. Во-вторых,

если даже это легенда, то весьма показательная. Она демонст-

рирует отношение крестьянина к новому царю, который дол-

жен был символизировать приход старой династии (пусть даже

наследник был не по прямой линии), а значит, стабильности и

независимости. За это можно было пожертвовать жизнью.

Теперь путь к объединению двух русских армий был открыт.

Всередине августа земское ополчение под командованием По-

жарского подошло к Москве и стало дожидаться поляков Хот-

кевича. Вожесточенном сражении, как известно, казаки под-

держали ополченцев. Хоткевич был разбит и убрался восвоя-

си. Однако между казаками и земскими по-прежнему не было

согласия. Ктому же казакам хотелось бы получить какие-то

личные блага, привилегии, а Трубецкой как высокородный бо-

ярин претендовал на первенство в объединенном войске и

общем правительстве.

Постепенно разногласия были улажены, и в октябре было

заключено соглашение между Пожарским и Трубецким о том,

что они «по челобитью и по приговору всех чинов людей ста-

ли во единачестве и укрепились, что им да выборному чело-

веку Кузьме Минину Московского государства доступать и

Российскому государству во всем добра хотеть безо всякие

хитрости». Так был создан триумвират: Трубецкой, Пожарский,

Минин. Этот союз был символичным, потому что демонстри-

ровал объединение трех слоев общества.

Смутное время закончилось. Пожалуй, оно завершилось даже

раньшекогда было организовано второе всерусское опол-

чение, которое вдобавок поддержала часть казаков. Гражданс-

кая война закончилась победой народа, а не олигархов, поддер-

живаемых иноземцами.

Нечто подобное произошло в России в результате Граждан-

ской войны ХХвека, что явилось прологом к невиданно быст-

рому возрождению и усилению державы. Нечто противополож-

ное этому произошло в конце XX века.

Смутное время ХVII века было периодом, как мы теперь го-

ворим, комплексного кризиса общества: социально-экономи-

ческого, политического, духовно-идеологического. Сходная си-

туация была в начале и конце XX века. Кризисы такого масш-

таба ставят вопрос не только о каких-либо изменениях, но и о

самом существовании общества.

Подобная опасность для Руси-России угрожала всегда: сна-

чала с юго-востока (Хазарский каганат), затем с востока (тата-

ро-монгольская Орда), наконец, с запада (шведы, литовцы, по-

нельзя кстати. Это означало, что в государственных делах важ-

ная роль должна была принадлежать органу демократического

правленияЗемскому собору. Вот что пишет о нем историк

Л.Е. Морозова:

«В полном составе Земской Собор состоял из четырех ку-

рий: Боярской думы, Освященного собора высшего духовен-

ства, представителей от московского и городового служилого

дворянства, выборных от посадского населения всех городов

и иногда от черносошного крестьянства. Вспециальных гра-

мотах, рассылаемых перед соборами, царь просил, чтобы вы-

борные были людьми разумными и добрыми, могли толко-

во рассказать об «обидах и насильствах» городской админис-

трации и разорении от налогов. Это свидетельствовало о том,

что царь хотел знать правду о состоянии своего государства

и принимать меры по его улучшению.

Работа Земского собора обычно проходила в Золотой или

Грановитой палате, но

иногда и в Столовой избе.

В особо важных случаях

на первом заседании выс-

тупал сам царь. Иногда

думный дьяк излагал воп-

росы, на которые участни-

кам собора следовало отве-

тить. Затем по куриям они

обсуждались, и подавался

коллективный ответ в

письменном виде. Могли

быть и устные выступле-

ния, если кто-либо имел

свое мнение, отличное от

коллективного. Все пись-

менные ответы поступали

Ксения Романова

старица Марфа

Именно за это и шли на

смертный бой ратники на-

родного ополчения.

Михаил Романов, узнав о

том, что избран на царство,

пришел в ужас, заплакал и

стал отказываться, ссылаясь

на свое малолетство, непод-

готовленность для столь

высокого поста и тяжелое

положение страны.

Однако и на этот раз

выбор собора оказался бо-

лее разумным и дальновид-

ным, чем может показаться

на первый взгляд. Хотя Михаил по слабости здоровья прожил

сравнительно недолго, 49 лет, царствовал он все-таки немало:

32 года. Он отличался спокойствием, смиренностью, добротой,

не был корыстолюбив и заносчив. Нельзя было назвать его и

бесхарактерным. Он опроверг то мнение, которое высказано в

веселой песенке: «Но что ни говори, жениться по любви не

может ни один, ни один король

Когда овдовевшему (по-видимому, жена была отравлена)

тридцатилетнему царю Михаилу предоставили для выбора

невесты 60 наиболее знатных девиц государства, ему понрави-

лась больше всех... одна из прислужниц, дочь небогатого мо-

жайского дворянина Евдокия Стрешнева. Выбор был ни с чем

не сообразный (кроме веления сердца), унижавший достоин-

ство родовитых бояр. Умная и волевая мать Михаилабоя-

рыня Ксения Ивановна, монахиня Марфа,— пыталась отго-

ворить его, но он настоял на своем.

Ивсе-таки личные качества Михаила играли второстепенную

роль. Более того, его посредственность и молодость оказались как

Михаил Романов