СМУТА И РЕВОЛЮЦИЯ

К оглавлению
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 
17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 
34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 
51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 

Вряд ли было случайным совпадение пугачевского восста-

ния по времени с Великой Французской революцией, грянув-

шей в 1789 году. Для истории расхождение в полтора десяти-

летия незначительно. Вобеих странах существовала просвещен-

ная монархия, а основанием для восстаний послужили народ-

ные волнения.

ВРоссии с казнью Пугачева восстание не прекратилось. Как

писал А.С. Пушкин: «Совершенное спокойствие долго еще не

воцарялось. Панин и Суворов целый год оставались в усми-

ренных губерниях, утверждая в них ослабленное правление...

увеличивалась, а уменьшалась, а там и произошла «революция

сверху»: отмена Александром II крепостного права. Впрочем,

революцией называть такой шаг можно только для красного

словца, ибо государственный строй и соотношение социальных

групп в результате не изменились.

Но если велико было внутреннее возмущение крепостных

и работных людей своим бесправным положением, то почему

же не превратилось пугачевское восстание в полноценную ре-

волюцию, подобно тому, что произошло во Франции? Там ведь

тоже все начиналось со смуты, огромного числа нищих и обез-

доленных, отдельных бунтов.

Советская историософия давала этому такое объяснение. «Тра-

гедией восставшего крестьянства было то,— писал М.Т. Бе-

лявский,— что, поднявшись на борьбу, героически сражаясь

со своими угнетателями, оно не могло противопоставить само-

державно-крепостническому строю новый общественный строй.

Восстание, несмотря на размах, как и прежние выступления

народных масс, было стихийнымвосставшие не имели яс-

ной политической программы борьбы и могли лишь противо-

поставить «плохой дворянской царице» Екатерине II «хоро-

шего», «доброго» царя».

Такое объяснение трудно считать убедительным. Как мы ви-

дели на примере некоторых указов Пугачева, у него достаточ-

но ясно очерчивалась политическая программа установления

монархически-анархического государства. По тем временам,

учитывая особенности общественного сознания, это была вполне

разумная и реалистическая идея. Поставить во главе государ-

ства «крестьянского царя»— разве этого мало?

Для России того времени это была, можно сказать, програм-

ма-максимум. Кстати, и французы не выступали за коммуни-

стические идеалы. Лозунг «Свобода, Равенство, Братство» впол-

не подходил не только для масонских лож и французских ре-

волюционеров, но и для русских мужиков, которые пошли за

Емельяном Ивановичем Пугачевым. То, что у них, мужиков,

такие слова не были в обиходе, ничего принципиально не ме-

няет. Русский вариант можно сформулировать так: «Воля,

Справедливость, Братство». Суть остается все той же.

Нет, барин, я прямым крестом крещусь,— сказал он, по-

казывая мне сложенные три перста.— А Бог милостив, с го-

лоду умирать не велит, когда есть силы и семья.

Разве тебе во всю неделю нет времени работать, что ты и

воскресенью не спускаешь, да еще в самый жар?

Внеделе-то, барин, шесть дней, а мы шесть раз в неделю

ходим на барщину, да под вечер возим оставшееся в лесу сено

на господский двор, коли погода хороша; а бабы и девки, для

прогулки, ходят по праздникам в лес по грибы да по ягоды.

Дай Бог,— крестяся,— чтоб под вечер сего дня дожжик по-

шел. Барин, коли есть у тебя свои мужички, так они того же

у Господа молят.

Уменя, мой друг, мужиков нет, и оттого никто меня не

клянет. Велика ли у тебя семья?

Три сына и три дочки. Первенькому-то десятый годок.

Как же ты успеваешь доставать хлеб, коли только праз-

дник имеешь свободным?

Не одни праздники, и ночь наша. Не ленись наш брат, то

с голоду не умрет. Видишь ли, одна лошадь отдыхает, а как эта

устанет, возьмусь за другую; дело-то и споро.

Так ли ты работаешь на господина своего?

Нет, барин, грешно было бы так же работать. У него на

пашнесто рук для одного рта, а у меня дведля семи ртов.

Не удивительно, что Радищев, обращаясь к помещикам, вос-

клицал: «Звери алчные, пиявицы ненасытные, что крестьяни-

ну мы оставляем? то, чего отнять не можем,— воздух. Да, один

воздух».

Правда, порой чаша терпения крестьян переполнялась. Итог-

да они могли при случае даже убить своего мучителя и кро-

вопийцу-помещика. В XIX веке российская статистика в этом

пункте была фальшивой: не учитывалось, сколько помещиков

погибало от рук своих крепостных (в официальных сводках

обычно в таких случаях констатировали смерть от апоплек-

сического удара). Наказать конкретных виновников чаще все-

го не было возможности, потому что у крестьян практикова-

лась круговая порука.

Спору нет, со временем суровость крепостных порядков не

Накануне революции именно благодаря им, крестьянам, за-

нимавшим видное положение в деревне, надежда стала прони-

кать в села и стал назревать бунтарский дух... Инужно ска-

зать, что если отчаяние и нищета толкали народ к бунту, то

надежда на улучшение вела его к революции».

Мы привели эту большую цитату потому, что Петр Алек-

сеевич Кропоткин, заставший крепостное время в России, пи-

сал, словно одновременно имея в виду не только Францию, но

и свое Отечество. Хотя не образовалось еще в России при кре-

постничестве значительной прослойки «кулаков», деревенских

аналогов буржуа, а самое главное, так называемый «третий

класс» и пролетариат находились если не в зачаточном, то в

младенческом состоянии.

В XVI веке во всех развитых государствах значительный

удельный вес обрели горожане, а их роль в управлении госу-

дарством и соответствующими переворотами становилась

решающей. Недаром такое символическое значение обрел факт

захвата в Париже Бастилии.

За Пугачева была крестьянская, фабрично-заводская, город-

ская беднота,— массы, не имевшие единого идейного стержня

и сколько-нибудь определенной организованности. Была бу-

шующая стихия, но отсутствовала целеустремленная направ-

ленность на революционный переворот, который можно свер-

шить только там, где находится правительство. Требуется кин-

жальный удар в центр управления страной, чтобы парализо-

вать действие государственной машины, точнее сказать, орга-

нов управления государством.

Подобной возможности у пугачевского восстания не было.

Вот если бы восстание декабристов 1825 года совпало по вре-

мени с народными волнениями типа пугачевщины, тогда еще

могло бы свершиться нечто подобное Великой Французской

революции. Государственный переворот должен происходить

на фоне большой смуты, только в таком случае он может стать

революционным.

Для буржуазной революции необходима достаточно креп-

кая и претендующая на власть буржуазия; для пролетарской

революции требуется как минимум немалое количество про-

Во Франции большинству

крестьян жилось не лучше,

чем в России (и это несмот-

ря на то, что там природные

условия несравненно благо-

приятнее для сельского хозяй-

ства, чем у нас). Как писал

П.А. Кропоткин: «Бедствен-

ное положение громадного

большинства французского

крестьянства было, несомнен-

но, ужасно. Оно, не переставая, ухудшалось с самого начала цар-

ствования Людовика XIV, по мере того, как росли государствен-

ные расходы, а роскошь помещиков принимала утонченный и

сумасбродный характер, на который ясно указывают некото-

рые мемуары того времени. Особенно невыносимыми делались

требования помещиков оттого, что значительная часть аристок-

ратии была в сущности разорена, а потому старалась выжать

из крестьян как можно больше дохода... Через посредство сво-

их управляющих дворяне обращались с крестьянами с сурово-

стью настоящих ростовщиков. Обеднение дворянства преврати-

ло дворян в их отношениях с бывшими крепостными в насто-

ящих буржуа, жадных до денег, но вместе с тем неспособных

найти какие-нибудь другие источники дохода, кроме эксплуа-

тации старых привилегийостатков феодальной эпохи...

Крестьянские массы разорялись. Скаждым годом их суще-

ствование становилось все более и более неустойчивым; малей-

шая засуха вела к недороду и голоду. Но рядом с этим созда-

валсяособенно там, где раздробление дворянских имений шло

быстрее,— новый класс отдельных зажиточных крестьян... Вде-

ревнях появились деревенские буржуа, крестьяне побогаче, и

именно они перед революцией стали первые протестовать про-

тив феодальных платежей и требовать их уничтожения...

Екатерина II

народническую пропаганду, к мысли о возможности сверже-

ния царской власти. Приходилось делать упор главным обра-

зом на просветительские беседы, одновременно переходя на

социальные темы. Среди квалифицированных заводских ра-

бочих делать этого не требовалось, потому что они неплохо

разбирались в политэкономии и революционных идеях.

Как о типичном эпизоде Кропоткин рассказал о случае с

народником Сергеем Кравчинским. Он и его товарищ, идя по

дороге, попытались завести с нагнавшим их мужиком на дров-

нях разговор о тяжких податях, произволе чиновников и не-

обходимости бунта. Мужик стал погонять лошаденку, агита-

торы поспешили за ним, продолжая толковать о податях и

бунтах, пока мужик не стал стегать лошадь, чтобы она вскачь

умчала его от народников.

Кстати сказать, и Кропоткина выдал жандармам кто-то из

рабочих-ткачей, среди которых он вел пропаганду. Никаких вы-

ступлений рабочего класса таким путем добиться не удалось.

Еще один вид деятельности революционеровтеррорис-

тические актытоже оказался бесполезным. Идеологи таких

акций (хотя и не всегдаисполнители) понимали, что таким

образом невозможно запугать, а тем более свергнуть существу-

ющий строй. Однако можно было добиться ответных репрес-

сивных действий правительства, ужесточения режима, а значит

и более благоприятной революционной ситуации.

Ужесточения режима они добились после убийства Алек-

сандра II и смещения в результате «бархатного диктатора»

Лорис-Меликова, относительного либерала. Но революционная

ситуация от этого не возникла. Потому что никакой смуты тогда

в России не было: страна была стабильной и развивающейся.

...В 1924 году талантливый человек и большой фантазер

А.Л. Чижевский издал книгу «Физические факторы истори-

ческого прогресса», в которой попытался доказать, что рево-

люционные и другие социальные возмущения возникают в

периоды повышения солнечной активности. Для России такое

совпадение пришлось на 1905 и 1917 годы, причем в первом

случае число солнечных пятен было меньше, чем во втором, в

соответствии с интенсивностью революционных потрясений.

летариев. Авот крестьянские революции, несмотря на огром-

ное количество крестьянских масс во всех странах (во всяком

случае, до XX века), так и не свершились. Постоянно вспыхи-

вали крестьянские восстания и бунты, переходящие порой в

крестьянские войны. Но последний шагк победоносной кре-

стьянской революциитак и не был сделан.

Пример Франции в этом отношении красноречив. Ведь уже

«блестящее» царствование Людовика XIV привело к тому, что

начались бунты, которые продолжались практически во все вре-

мя правления следующего Людовика и особенно обострились

после неурожайного 1774 года. Позже, при улучшении урожаев,

волнения пошли на спад, но не прекратились. Так что смута

продолжалась достаточно долго, и Великая революция стала,

по существу, ее переходом на новый уровень. Без этих бунтов

она бы не свершилась. Но и без государственного переворота,

который произошел в Париже, волнения народа были бы в

конце концов подавлены если не силой оружия, то благодаря

либеральным реформам.

Когда в России в середине XIX века стала назревать рево-

люционная ситуация, царское правительство сумело ее преодо-

леть без серьезных социальных потрясений, путем реформ. Эта

мера помогла избежать крупных народных волнений, но рево-

люционные идеи проникали в российское общество не снизу,

а сверху, из среды наиболее просвещенных граждан. Дело тут

не столько в тех или иных политических группировках и

партиях, а в том, что не народ, а именно наиболее просвещен-

ные граждане в большинстве своем были настроены против

самодержавия. Одни мечтали его ограничить парламентом,

другие выступали за парламентскую республику, третьиза

полное свержение существующего государственного строя.

В этих условиях едва ли не самыми консервативными со-

циальными слоями были, помимо небольшой правящей про-

слойки, крестьяне. Революционные идеи находили отклик в

умах наиболее образованных рабочих.

В своих замечательных «Записках революционера» П.А.

Кропоткин свидетельствовал, что ему приходилось с большой

опаской подводить сезонных рабочих, среди которых он вел

дальнейшем она может проявляться у него вне зависимости

от рассудка, подсознательно.

Особенность установки в том, что она может со временем

закрепляться (переходя в подсознание), если она периодичес-

ки подкрепляется. Так действуют, например, влюбленные, ко-

торые преподносят предмету своей страсти подарки и гово-

рят комплименты. При постоянном повторении такого реф-

лекса (появление данного человекаподарокудовольствие

от подарка) через некоторый срок предмет любви может ис-

пытывать удовольствие уже при встрече с данным субъектом.

Возможно, такой способ ухаживания, увенчанный успехом, по-

родил известную поговорку: «Любовь зла, полюбишь и козла».

Шутки шутками, а в политической жизни установка играет

немалую роль. Например, когда после Великой Отечественной

войны снижались цены (а до нееувеличивалось благосос-

тояние советского народа), это серьезно укрепляло авторитет

Сталина и установку на признание его великим вождем и

отцом народа. Дело тут не просто в задабривании населения, а

в подтверждении верности взятого им политического курса, в

реальности и честности его обещаний.

Правда, со времен горбачевской «перестройки» в обществен-

ное сознание стали вколачивать мысль, будто замечательные

успехи советского народа в труде и в боях объясняются... жи-

вотным страхом сталинских репрессий, что «стройки коммуниз-

ма» возводили главным образом заключенные, а в атаки против

гитлеровцев шли либо штрафные батальоны, либо подневольные

бойцы, подгоняемые сзади заградительными отрядами.

Увы, подобные бредовые для здравого ума идеи не только

пропагандировались, но и находили благоприятную почву в

умах немалого числа служащих, интеллигентов. Им даже не при-

ходило в голову, что число работавших заключенных состав-

ляло ничтожную долю от числа всех трудящихся (один-два

человека на сотню), «штрафников»— еще в десять или сто раз

меньше. Но главное, пожалуй, другое.

Внашей стране появилось немало граждан, которым труд-

но было поверить, что возможен подлинный трудовой энтузи-

азм, а также подлинный героизм в войне. Это скептики, циники,

Некоторые интеллектуалы и сейчас верят в подобную за-

висимость социальных катастроф от активности Солнца или

«парада планет» (когда они выстраиваются примерно в одной

плоскости). Как писал Чижевский:

И вновь и вновь взошли на Солнце пятна,

И омрачились трезвые умы,

И пал престол, и были неотвратны

Голодный мор и ужасы чумы...

...И жизни лик подернулся гримасой:

Метался компасбуйствовал народ,

А над землей и над людскою массой

Свершало Солнце свой законный ход...

Однако в действительности еще более, чем в 1917 году,

вспышка солнечной активности была в 1837, 1847, 1870, 1780,

1789 годах. Но почему-то в эти годы никакой революции в

России не произошло. Да и самая большая всеобщая «смута»

начала ХХвека приходится, пожалуй, на 1914 год, когда вспых-

нула Первая мировая война. Не будь ее, неизвестно, что про-

изошло бы в стране позже.

Так что не космические факторы, а прежде всего смута и на

ее фоне государственный переворот являются обязательными

признаками подлинной революции.