ОТРАВЛЕННЫЙ ДАР НАЦИОНАЛЬНОГО ОСВОБОЖДЕНИЯ

К оглавлению
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 
17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 
34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 
51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 
68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83 84 
85 86 87 88 89 90 91 92 93 94 95 96 97 98 99 100 101 
102 103 104 105 106 107 108 109 110 111 112 113 114 115 116 117 118 
119 120 121 122 

Национализм угнетенных, как мы отмечали в предыдущем разделе, дейст-

вительно выполнял важную прогрессивную функцию. Для угнетенных

групп нация служила и средством обороны, используемым для защиты

группы от внешнего господства, и знаком единства, автономии и власти

сообщества34. В период деколонизации и после нация оказалась необходи-

мым двигателем политической модернизации и, следовательно, неизбеж-

ным путем к свободе и самоопределению. Обещание глобальной демокра-

тии наций, включая их формальное равенство и суверенитет, было впи-

сано в принятый при основании Организации Объединенных Наций ее

Устав: ≪Организация и ее Члены действуют в соответствии со следующи-

ми принципами... Организация основана на принципе суверенного ра-

венства всех ее членов≫95. Национальный суверенитет означает свободу от

иностранного господства и самоопределение народов и тем самым знаме-

нует собой окончательное поражение колониализма.

Прогрессивные функции национального суверенитета, однако, всегда

дополняются мощными структурами внутреннего господства. Риски на-

ционального освобождения становятся еще более очевидны, если рассмат-

ривать их извне, в понятиях мировой экономической системы, в которой

оказывается ≪освобожденная≫ нация. Действительно, национализм, ставя-

щий знак равенства между политической и экономической модернизаци-

ей, национализм, провозглашенный лидерами многочисленных антиколо-

ниальных и антиимпериалистических движений, от Ганди и Хо Ши Мина

до Нельсона Манделы, на практике заканчивается обманом. Это прирав-

нивание политической модернизации к экономической служит мобилиза-

ции общественных сил и стимулирует социальное движение, но куда ве-

дет движение и каким интересам оно служит? В большинстве случаев оно

предполагает делегирование борьбы, когда проект модернизации приводит

к власти новую правящую группу, на которую возлагается миссия его осу-

ществления. Революция, таким образом, приносится в жертву, связанная

по рукам и ногам, новой буржуазии. Могут сказать, что это Февральская

революция, за которой должна последовать Октябрьская. Но календарь со-

шел с ума: Октябрь не приходит никогда, революционеры увязают в боло-

те ≪реализма≫ и модернизация оканчивается, потерянная в иерархиях ми-

рового рынка. Не оказывается ли контроль, полученный мировым рынком,

противоположным националистической мечте о самостоятельном, на-

правленном на внутренние интересы развитии? Национализм антиколо-

ниальных и антиимпериалистических движений эффективно действует в

прямо противоположном направлении, и освобожденные страны попада-

ют под власть международного экономического порядка.

Сама концепция несущего освобождение национального суверените-

та является двусмысленной, если не полностью противоречивой. В то вре-

мя как этот национализм стремится освободить массы от иностранного

господства, он возводит отечественные структуры господства, не менее

жестокие. Положение национального государства, недавно получивше-

го суверенитет, не может быть понято, если рассматривать его в поняти-

ях розовых мечтаний ООН о гармоничном согласии равных и автономных

национальных субъектов. Постколониальное национальное государство

действует как необходимый и подчиненный элемент в глобальной органи-

j зации капиталистического рынка. Как утверждает Парта Чаттерджи, наци-

> ональное освобождение и национальный суверенитет не просто бессиль-

ны против глобальной капиталистической иерархии, но сами вносят вклад

в ее организацию и функционирование:

Нигде в мире национализм в качестве национализма не оспаривал ле-

гитимность брака между Разумом и капиталом. Националистическая

, мысль... не владеет идеологическими средствами для того, чтобы бро-

| ! сить подобный вызов. Конфликт между капиталом метрополии и наро-

1 дом-нацией она разрешает, заключая политическую жизнь нации в тело

i государства. Будучи теплицей пассивной революции, национальное го-

сударство теперь отправляется на поиски места ≪нации≫ в глобальном

, | | порядке капитала, в то же время борясь за удержание противоречий

Ml между капиталом и народом в вечно подвешенном состоянии. Всю noil

I I литику теперь стремятся включить в рамки все подчиняющих себе тре-

,1 | i бований государства-представляющего-нацию36.

II ! , I Полностью логическая цепочка представительства может быть выражена

следующим образом: народ, представляющий массы, нация, представляю-

| щая народ, и государство, представляющее нацию. Каждое звено являет-

ся попыткой удержать в подвешенном состоянии кризис современности.

Представительство в каждом случае означает следующий шаг на пути абс-

трагирования и контроля. От Индии до Алжира и от Кубы до Вьетнама го-

сударство является отравленным даром национального освобождения.

Конечным звеном, объясняющим неизбежность подчиненного положе-

ния постколониального национального государства, однако, является гло-

бальный порядок капитала. Глобальная капиталистическая иерархия, кото-

рая подчиняет формально независимые национальные государства свое-

му порядку, в корне отличается от колониальных и империалистических

систем мирового господства. Конец колониализма есть также конец мира

современности и созданных им режимов управления. Конец колониализма

эпохи современности, конечно, в действительности не открыл эпоху без-

граничной свободы, но, скорее, уступил место новым формам господства,

действующим на глобальном уровне. Здесь мы видим первый действитель-

ный отблеск перехода к Империи.