ИНФОРМАТИЗАЦИЯ

К оглавлению
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 
17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 
34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 
51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 
68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83 84 
85 86 87 88 89 90 91 92 93 94 95 96 97 98 99 100 101 
102 103 104 105 106 107 108 109 110 111 112 113 114 115 116 117 118 
119 120 121 122 

Процессы модернизации и индустриализации видоизменили и дали новые

определения всем элементам общественного устройства. Когда сельское

хозяйство было модернизировано до уровня промышленного производс-

тва, ферма постепенно превратилась в фабрику, с характерными для нее

дисциплиной, технологией, уровнем заработной платы и т. д. Сельское хо-

зяйство по степени модернизации сравнялось с промышленностью. Более

того, само общество постепенно было индустриализировано вплоть до из-

менения отношений между людьми и природы человека. Общество стало

подобно фабрике. В начале XX века Роберт Музиль великолепно выразил

мысль об изменении человечества в процессе перехода от идиллии сель-

скохозяйственного мира к социальной фабрике: ≪Было время, когда лю-

ди росли естественным образом в дружественных для них условиях, и это

был очень надежный путь стать самим собой. Но в наши дни, когда все в

мире взбудоражено, когда все отделяется от почвы, на которой выросло,

даже когда это касается сотворения души, человек вынужден был, и это

происходило в действительности, заменить традиционное ремесло опре-

деленными знаниями, приходящими вместе с машинным производством

и фабрикой≫8. Способ стать человеком и сама природа человека решитель-

ным образом изменились в рамках перехода, определявшегося модерниза-

цией.

Однако в наше время модернизация закончилась. Иными словами, про-

мышленное производство более не господствует над другими формами

экономической жизни и социальными явлениями. Показателем подобно-

го сдвига являются количественные изменения в найме рабочей силы. В то

время как процесс модернизации был отмечен миграцией рабочей силы

из сельского хозяйства и добывающих отраслей (первичный сектор про-

изводства) в промышленность (вторичный сектор производства), процесс

постмодернизации, или информатизации, проявился через отток рабо-

чей силы из промышленности в сферу услуг (третичный сектор производ-

ства) —сдвиг, произошедший в ведущих капиталистических странах и осо-

бенно в США с начала 1970-х гг. Сфера услуг охватывает широкую область

деятельности от медицинского обслуживания, образования и финансов до

сферы транспорта, развлечений и рекламной индустрии. Содержание ра-

боты часто меняется, и от работника требуется способность к переобуче-

нию. Еще более важно то, что сфера услуг характеризуется первостепен-

ным значением знаний, информации, эмоций и коммуникаций. В этом

отношении многие называют постиндустриальную экономику информа-

ционной экономикой.

Утверждение, что модернизация завершилась и что мировая экономи-

ка сегодня находится в стадии постмодернизации, движется в сторону ин-

формационной экономики, не означает, что промышленное производство

исчезнет или перестанет играть важную роль даже в наиболее развитых

регионах планеты. Так же как процессы индустриализации трансформиро-

вали сельское хозяйство и повысили его продуктивность, так и информа-

ционная революция меняет промышленное производство, изменяя и об-

новляя производственный процесс. Новый императив управления теперь

звучит так: ≪Относись к производству как к услуге≫9. На самом деле, по ме-

ре трансформации промышленности разделение на сферу производства и

сферу услуг начинает размываться10. Так же, как в процессе модернизации

все области производства стремились к тому, чтобы приобрести промыш-

ленный характер, так в процессе постмодернизации все производство тя-

готеет к производству услуг, к тому, чтобы стать информационным.

Безусловно, не все страны, даже среди ведущих капиталистических го-

сударств, приступили к осуществлению проекта постмодернизации од-

ним и тем же путем. На основе изменения статистики занятости в стра-

нах ≪большой семерки≫ с 1970 г. Мануэль Кастельс и Юко Аояма выделили

I i | две основные модели или два пути информатизации11. Обе модели вклю-

1 •чают рост занятости в постиндустриальной сфере услуг, но делают упор

, на разных видах услуг и различных отношениях между сектором услуг и

производственной сферой. Первый путь тяготеет к модели экономики услуг

I и представлен США, Великобританией и Канадой в качестве лидеров. Эта

модель предполагает резкое уменьшение числа рабочих мест в промыш-

ленности и соответствующий рост в сфере услуг. В особенности надо от-

метить, что финансовые услуги, связанные с управлением капиталом, ста-

новятся доминирующими по отношению к другим секторам услуг. Во вто-

' рой модели, инфо-индустриальной, типичными представителями которой

являются Япония и Германия, число занятых в промышленности сокра-

щается медленнее, чем в первой модели, и, что более важно, процесс ин-

форматизации тесно связан и служит для укрепления мощи существую-

щего промышленного производства. Сектор услуг, напрямую связанный с

промышленным производством, сохраняет в рамках данной модели более

высокую значимость в сравнении с другими видами услуг. Эти две модели

представляют собой две стратегии управления и получения преимущества

при экономическом переходе, но необходимо прояснить, что они обе пос-

j ледовательно движутся в направлении информатизации экономики и уве-

1 личивающегося значения производственных потоков и сетей.

Хотя зависимые страны и регионы мира не в состоянии реализовывать

подобные стратегии, процессы постмодернизации тем не менее вносят не-

обратимые изменения и в их развитие. То обстоятельство, что информа-

тизация и сдвиг в сторону сферы услуг имели место прежде всего в гос-

подствующих капиталистических странах, а не где-то еще, не должно воз-

вращать нас к объяснению нынешней мировой экономической ситуации с

точки зрения линейных стадий развития. Справедливо утверждение, что,

когда промышленное производство сократилось в ведущих странах, оно

было успешно перенесено в зависимые государства, например из США и

Японии в Мексику и Малайзию. Подобные географические сдвиги и пе-

ремещения могут заставить кого-то поверить, что в глобальном масштабе

сложилась новая организация стадий экономического развития, в которой

ведущие страны являются информационными экономиками сферы услуг,

непосредственно зависящие от них страны —индустриальными эконо-

миками, а зависимые государства низшего эшелона —аграрными эконо-

миками. С позиций стадиальной концепции развития, например, можно

предположить, взглянув на сегодняшний экспорт промышленного произ-

водства, что автомобильный завод, построенный корпорацией ≪Форд≫ в

Бразилии в 1990-х гг., сравним с заводом Форда в Детройте, построенным

в 1930-х гг., поскольку оба эти производственные предприятия относятся к

одной стадии промышленного развития.

Однако при более внимательном рассмотрении мы видим, что эти два

завода сравнивать нельзя, и различия между ними крайне важны. Прежде

всего два предприятия отличаются друг от друга с точки зрения техно-

логии и производственной практики. Когда основной капитал экспор-

тируется, он, как правило, экспортируется на условиях обеспечения са-

мой высокой степени своей производительности. Таким образом, завод

Форда в Бразилии 1990-х гг. не строился с применением технологий заво-

да Форда в Детройте 1930-х гг., а базировался на наиболее передовых и на-

иболее производительных из доступных компьютерных и информацион-

ных технологий. Сама технологическая инфраструктура завода делает его

принадлежащим к информационной экономике. Во-вторых, и это, веро-

ятно, наиболее важное замечание, два предприятия находятся в разных

отношениях господства —подчинения в рамках мировой экономики в це-

лом. Автомобильный завод в Детройте в 1930-х гг. был вершиной мировой

экономики, находившейся в господствующем положении и дававшей на-

ибольшее производство стоимости; в 1990-х гг. автомобильный завод, рас-

положенный в Сан-Паулу, Кентукки или Владивостоке", занимает подчи-

ненное положение в мировой экономике —подчиненное по отношению к

производству услуг с высокой долей добавленной стоимости. В наши дни

вся экономическая деятельность постепенно подпадает под контроль ин-'

формационной экономики и под ее воздействием претерпевает качествен-

ное изменение. Географические различия в мировой экономике являются

не признаками сосуществования различных стадий развития, а раздели-

тельными границами новой глобальной иерархии производства.

С точки зрения зависимых регионов становится все более очевидно,

что модернизация более не является ключом к экономическому прогрес-

су и конкуренции. Зависимые территории низшего эшелона, такие, как

Экваториальная Африка, практически исключены из системы потоков ка-

питала и передачи новых технологий и, таким образом, оказываются на

грани голода12. Конкурентная борьба за места в среднем эшелоне миро-

вой иерархии ведется не посредством индустриализации, а посредством

информатизации производства. Крупные страны с диверсифицированной

экономикой, такие, как Индия и Бразилия, могут одновременно поддер-

живать все уровни производственных процессов: основанное на инфор-

мации производство услуг, промышленное производство товаров, а также

традиционные ремесла, сельское хозяйство и горнодобывающую промыш-

ленность. Между этими формами производства не обязательно должна су-

ществовать историческая преемственность, они перемешиваются и сосу-

ществуют. Все формы производства существуют в рамках сетевых струк-

тур мирового рынка и подчинены информатизированному производству

Начатая в 1950-х гг. трансформация экономики Италии ясно показывает,

что относительно отсталые экономики не просто проходят те же стадии,

I что и развитые страны, но эволюционируют посредством создания аль-

11 ', тернативных и смешанных моделей. После Второй мировой войны Италия

все еще была в основном крестьянской страной, но в 1950-е и 1960-е гг. она

ji пережила бурную, хотя и незавершенную модернизацию и индустриализа-

I цию, первое экономическое чудо. Затем в 1970-е и 1980-е гг., когда процес-

}ji сы индустриализации все еще не были завершены, итальянская экономи-

1 ка претерпела еще одну трансформацию, процесс постмодернизации, и со-

' •вершила, таким образом, второе экономическое чудо. Эти два итальянских

экономических чуда не были на самом деле скачками вперед, которые поз-

волили бы Италии достичь уровня ведущих мировых экономик, скорее,

М1' они представляли собой сочетание различных незавершенных экономи-

:i ческих форм. Наиболее важным в данном примере, что позволяет считать

развитие Италии общей моделью для всех остальных отстающих эконо-

мик, является то обстоятельство, что итальянская экономика не завершила

одну стадию преобразований (индустриализация) перед тем, как присту-

пить к следующей (информатизация). Как отмечают сейчас два экономис-

' та, трансформация итальянской экономики обнаруживает ≪интересный

переход от прото-индустриальной фазы к прото-информационной≫13. Во

многих регионах еще сохраняется традиционное крестьянство наряду с

элементами индустриализации и частичной информатизации. Таким об-

разом, разные стадии развития представлены одновременно, сливаясь в

некий гибрид, смешанную экономику, которая различается не характером,

а степенью смешения в разных точках мира.

Как и модернизация в предшествующую эпоху, постмодернизация, или

информатизация, в наши дни означает новый способ стать человеком. Там,

где речь идет о сотворении души, как сказал бы Музиль, традиционные

станочные методы следует заменить киберинтеллектом, знаниями инфор-

мационных и коммуникативных технологий. Необходимо создать то, что

Пьер Леви называет антропологией киберпространства14. Эта смена мета-

фор дает нам первое представление о происходящей трансформации, но

необходим более пристальный взгляд, чтобы четко различить изменения в

нашем понимании человеческого и в самом человечестве, которые проис-

ходят при переходе к информационной экономике.