7. О социальном бессознательном

К оглавлению
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 
17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 
34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 
51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 
68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83 84 
85 86 87 88 89 90 91 92 93 94 95 96 97 98 99 100 101 
102 103 104 105 106 107 108 109 110 111 112 113 114 115 116 117 118 
119 120 121 122 123 124 125 126 127 128 129 130 131 132 133 134 135 
136 137 138 139 140 141 142 143 144 145 146 147 148 149 150 151 152 
153 154 155 156 157 158 159 160 161 162 163 164 165 166 167 168 169 
170 171 172 173 174 175 176 177 

Э. Фромм был твердо убежден в том, что механизм функционирования и изменения социальных систем невозможно понять не только без анализа содержания и функции социального характера, но и без раскрытия так называемой негативной функции общества, суть которой заключается, по его мнению, в том, что любое общество с помощью специфических средств может регулировать и определять степень осознания человеком окружающей его социальной реальности. Именно поэтому такое большое внимание Э. Фромм уделяет рассмотрению роли «бессознательного» начала в историческом процессе.

Э. Фромм пытался снять покровы таинственности с проблемы «бессознательного», которая вот уже много десятилетий не сходит со страниц академических журналов по психологии и психоанализу.

Сам термин «бессознательное», по мнению Э. Фромма, «представляет в действительности некоторую мистификацию. Нет такой вещи, как бессознательное; есть только те чувства, которые мы осознаем, и те, которые не осознаем» [5, р. 106].

В психоанализе как определенной системе представлений можно выделить несколько фундаментальных положений. Во-первых, утверждение о том, что человек, хочет он того или нет, вынужден в своей жизненной практике подавлять осознание многих чувств и эмоций. Во-вторых, представление о том, что между содержанием «бессознательного» и сознанием возникает конфликт, который почти всегда вызывает невроз. И наконец, в-третьих, уверенность в том, что этот конфликт исчезает тотчас же, как только «бессознательное» достигает порога человеческого сознания.

Оставляя в неприкосновенности исходные положения классического психоанализа о «бессознательном» и о механизме вытеснения («repression»), Э. Фромм ставит задачу реинтерпретировать и истолковать их в неофрейдистском духе. Он иначе трактует содержание бессознательного и по-другому описывает механизм вытеснения.

Прежде всего, в противоположность 3. Фрейду, который считал «бессознательное» внеисторичным, антисоциальным, биологичным по своей природе феноменом, Э. Фромм утверждает, что «бессознательное, подобно сознанию, является тоже социальным феноменом» [7, р. 218].

В своей теории он главное внимание уделял «социально-бессознательному», содержание которого составляет вытесненный психический материал, являющийся не индивидуальным, а «общим для большинства членов данного общества» [5, р. 95]. Только всячески препятствуя с помощью «социально обусловленного фильтра» его осознанию членами общества, само общество при наличии определенных внутренних противоречий обеспечивает себе возможность стабильного функционирования. «Чувственно переживаемый опыт не может быть осознан, — утверждает он, — если он не смог пройти через этот фильтр» [5, р. 125]. Только то, что проникает через этот фильтр, входит в сферу сознания. К сожалению, большая часть жизненного человеческого опыта остается за его пределами, т. е. остается бессознательной.

Составными частями этого «социально обусловленного фильтра» являются: язык, логика, социальные табу. Наиболее важной из них, по мнению Э. Фромма, является третья часть, которая «не позволяет определенным чувствам достигнуть сознания и стремится вытолкнуть их из этой сферы, если они достигли ее. Она состоит из социальных табу, которые объявляют некоторые идеи и чувства неправильными, запрещенными, опасными и которые всячески мешают им достигнуть порога сознания» [5, р. 131].

Существуют чувства, мысли, которые общество, согласно Э. Фромму, стремится не допустить до осознания их человеком, имеются такие вещи, которые не только «нельзя делать», но о которых не позволяется даже думать. С точки зрения неофрейдизма, общество стремится подавить, воспрепятствовать осознанию человеком такого чувственно переживаемого опыта, содержание которого несовместимо с требованиями данного общества и грозит нарушить стабильность его функционирования. Наличие табу — специфической системы социальных запретов — помогает обществу успешно формировать такой социальный характер, который укрепляет его и в своем действии постоянно воспроизводит существенные черты этого общества. Общество не может уничтожить действия скрытых человеческих переживаний, чувств, которые имеют антисоциальную направленность, но оно может вытеснить их из сознания, что оно и делает с помощью «социального фильтра», выполняющего роль своеобразного цензора в общественном сознании. Этот постоянно осуществляемый капиталистическим обществом процесс вытеснения из сознания человека нежелательного для него опыта, согласно Э. Фромму, сопровождается наполнением сознания человека различного рода идеологическими фикциями.

Самым главным фактором, препятствующим осознанию человеком того реального чувственно-переживаемого опыта, который находится в определенном противоречии с требованиями общества, является, по Э. Фромму, страх перед изоляцией и остракизмом. Человек боится оказаться в положении, отличающем его от других, поэтому мнение толпы приобретает для него подчас большее значение, чем его собственные суждения. Санкционируемые обществом нормы и правила, разделяемые подавляющим большинством его членов, — вот что определяет, по мнению Э. Фромма, содержание и направленность социальной деятельности человека, «То, что человек часто принимает за истинное, реальное, разумное, — считает Э. Фромм, — есть не что иное, как клише, принятые в обществе, и все то, что не подходит под это клише, исключается из сознания, является бессознательным» [5, р. 137]. Но общество не может «дегуманизировать» и «репрессировать» человека беспредельно, так как «человек не только член общества, но он также и представитель человечества» [5, р. 138]. Человек боится изоляции не только от своей социальной группы, общества, но он также боится оказаться оторванным от человечества, от того родового начала, которое он несет в себе и которое представляет человеческую природу. Именно поэтому, считал Э. Фромм, общество не может полностью подчинить себе человека.

«Бессознательное» Э. Фромм по существу разделил на два вида. К первому он относит тот реальный чувственно-переживаемый опыт человека, осознание которого способно внести элементы дезорганизации в функционирование данного общества. Под этим видом «бессознательного» он подразумевал лежащие в основе социального характера социально-психологические механизмы поведения. Если бы человек капиталистического общества осознал, что жизнь его бессмысленна, что все то, чем он занимается, неинтересно и скучно, что он не имеет настоящей свободы, не может вести себя и думать так, как ему хочется, то ему было бы трудно правильно функционировать в данном обществе. Поэтому осознание человеком такого, рода чувств подавляется этим обществом.

Ко второму виду «бессознательного» он относит все то, что составляет содержание человеческой природы. Оба вида «бессознательного», согласно Э. Фромму, социальны по своей природе, так как всегда являются результатом негативной функции общества, следствием подавления обществом нежелательных для него реально переживаемых индивидами чувств и мыслей.

Осознание человеком содержания первого вида «бессознательного», по Э. Фромму, вызывает такого рода поведение, которое определенным образом дезорганизует общество. Осознание же содержания второго вида «бессознательного», которое он называет «универсальным бессознательным», вызывает такого рода активность человека, которая приводит к изменению существующей действительности и созданию общества, более соответствующего человеческой природе. Таким образом, с точки зрения Э. Фромма, содержание «бессознательного» всегда находится в противоречии с обществом.

Из неофрейдистского анализа проблемы «бессознательного» становится ясным, что потенциальные потребности человеческой природы, мотивирующие социальное поведение индивида в позитивном направлении и определяющие в целом поступательный ход истории, относятся им к «бессознательному». Сознанию Э. Фромм отводит подчиненную роль в исторической деятельности людей, считая, что оно, «представляя все социальное в человеке» [5, р. 139], насквозь фальшиво, иллюзорно и не содержит в себе ничего истинного и позитивного, отвечающего действительной природе человека. Социальное в человеке, согласно Э. Фромму, есть проклятие для него самого, все истинно человеческое заключено в его природной сущности. То, что выходит за рамки практических нужд существующего общества, в конечном счете мыслится Э. Фроммом как внеисторическое по своему происхождению, как «бессознательное» по характеру.

Оставаясь верным исходным началам классической психоаналитической теории 3. Фрейда, он гипертрофирует роль «бессознательных» моментов в человеческом поведении, возводит их в абсолют и придает им решающее значение в определении психической деятельности человека. Многообразие форм и сложность человеческой деятельности сводятся и объясняются Э. Фроммом или «универсальным бессознательным», которое выражает в отличие от фрейдовских биологических инстинктов экзистенциальные потребности человеческой природы, или бессознательными защитными психологическими реакциями, которые формируют мотивационную основу социального характера. Хотя истолкование природы «бессознательного» у 3. Фрейда и Э. Фромма различно, сущностные силы человеческого «Я» они оба представляют в виде «бессознательных», внеисторических потребностей, которые реализуются в процессе человеческой эволюции. История, по их понятиям, всецело является продуктом реализации «бессознательного».