Осуществление официального плана

К оглавлению
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 
17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 
34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 
51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 
68 69 70 71 72 73 74 

Предполагать, что официальный план и его осуществление на практике суть одно и то же, значит не считаться с фактами. На практике в ходе своего воплощения этот план всегда в некоторой (часто - в значительной) степени модифицируется, переформулируется, причем иногда непредвиденным образом. Этого и следует ожидать. Осуществление плана возвещает начало нового процесса коллективного определения. Оно закладывает основы формирования новых линий действия со стороны тех, кто вовлечен в проблему, и тех, кого затронул этот план. Люди, которым угрожает опасность утраты существующих преимуществ, стараются ограничить данный план или направить его в другую сторону. Те же, кто выигрывает в результате осуществления этого плана, могут стремиться использовать новые возможности. Еще один вариант заключается в том, что обе группы могут вырабатывать новые, не предусмотренные планом компромиссные соглашения. Административный персонал склонен подменять своей политикой политику официальную, лежащую в основании плана. Часто разрабатываются различного рода секретные приемы, которые оставляют незатронутыми центральные области социальной проблемы или трансформируют другие области таким способом, который никогда не предполагался официально. Такого рода приемами, блокировками, непредусмотренными дополнениями и непреднамеренными трансформациями, о которых я говорю, изобиловали многие попытки осуществления официальных планов на практике. Подобные следствия бросались в глаза при осуществлении восемнадцатой поправки [к Конституции США, то есть "сухого закона"]. Они заметны в случае с органами социального контроля в нашей стране. Они должны просматриваться в случае с большинством новых программ осуществления законов, предназначенных бороться с проблемой преступности. Я не вижу более важного, менее понятного и менее исследованного аспекта общей области социальных проблем, чем аспект непредвиденной и непреднамеренной перестройки области социальной проблемы, происходящей при осуществлении официального плана действия. Я не могу понять, почему исследователи социальных проблем (как в своих исследованиях, так и при построении своих теорий) позволяют себе игнорировать эту решающую стадию в существовании социальных проблем.

Я надеюсь, что мое различение этих пяти стадий в карьере социальных проблем показывает необходимость развития новых перспектив и подходов в социологическом исследовании социальных проблем. Размещение социальных проблем в контексте процесса коллективного определения представляется мне совершенно необходимым. Именно этот процесс детерминирует признание существования проблемы и необходимости ее рассмотрения; он определяет и то, каким образом она должна рассматриваться, что должно быть сделано, и как она перестраивается при попытках контроля над ней. Социальные проблемы обретают свое существование, свое развитие и свою судьбу в этом процессе. Игнорирование этого процесса может вести к получению лишь фрагментарного знания и мнимой картины социальных проблем.

Мои рассуждения не следует толковать как отрицание значения традиционного подхода социологов к теме социальных проблем. Знание объективной составляющей социальных проблем (что является целью этого подхода) необходимо для устранения неведения или неверной информации относительно этой составляющей. Тем не менее, такое знание является крайне неадекватным как в отношении действий, так и в отношении развития социологической теории. Относительно действий знание объективной составляющей социальной проблемы имеет значение только в той степени, в какой оно участвует в процессе коллективного определения, определяющем судьбу социальной проблемы. В этом процессе такое знание может игнорироваться, искажаться или подавляться другими соображениями. Не требует доказательств, на мой взгляд, и то, что социологи, стремящиеся к улучшению условий с помощью своих исследований, должны более тщательно исследовать и более адекватно понимать процесс коллективного определения, посредством которого происходят изменения. С точки зрения социологической теории, знание объективной составляющей социальных проблем в сущности бесполезно. Оно бесполезно потому, что, как я пытался показать, социальные проблемы относятся не к объективным областям, на которые они лишь указывают, а к процессу их рассмотрения и определения в обществе. Все эмпирические данные, которые я мог найти, несомненно ведут к этому заключению. Я бы приветствовал любые данные, противоречащие ему. Социологи, которые стремятся разрабатывать теорию социальных проблем и при этом исходят из посылки, что социальные проблемы свойственны некоторого рода объективной социальной структуре, неправильно понимают мир. Относить социальные проблемы к предполагаемым структурным напряжениям, нарушениям равновесия социальной системы, дисфункциям, распаду социальных норм, конфликту социальных ценностей или отклонению от социального конформизма означает невольное перенесение в область предполагаемой социальной структуры того, что является частью процесса коллективного определения. Как я уже говорил, ни одно из этих понятий не способно объяснить, почему одни эмпирические примеры, охватываемые этими понятиями, становятся социальными проблемами, а другие - нет. Это объяснение следует искать в процессе коллективного определения. Если социологическая теория стремится быть обоснованной в своем знании эмпирического мира социальных проблем, она должна обращать внимание на природу этого мира и считаться с ней.