6.4. Семантика, синтактика, прагматика

К оглавлению
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 
17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 
34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 
51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 
68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83 84 
85 86 87 88 89 90 91 92 93 94 95 96 97 98 99 100 101 
102 103 104 105 106 107 108 109 

Среди методологических приемов, успешно применяе­мых во всех случаях обращения к арсеналу семиотики, нельзя не назвать введенное еще Ч. Пирсом и развитое Ч. Морри­сом разделение семиотики на три части (семантику, синтактику, прагматику) подобно тому, как лингвистика подразделяется на фонетику, грамматику (в свою очередь со­стоящую из морфологии и синтаксиса), лексикологию.

Семантика имеет дело с отношениями знаков к тому, что они обозначают, т. е. с денотатами, значениями, име­нами, представленными в классическом семантическом треугольнике (рис. 6.2). Синтактика рассматривает спо­собы сочетания знаков, ведущие в конечном счете к порождению текстов. Ее предметом являются синтаксис и грамматика разных знаковых систем. Прагматика зани­мается отношением знак — человек (коммуникант или реципиент).

Если вернуться к текстовому треугольнику (рис. 6.4), то выясняется, что глубинный смысл (замысел), в соот­ветствии с которым коммуникант подбирает и организует знаки, относится к компетенции прагматики. Замысел зависит от намерений и целей, преследуемых коммуникан­том, его понимания важного и полезного в коммуникацион­ной деятельности, поэтому глубинный смысл можно постичь только с позиций прагматики, учитывая ситуативно изме­няющееся отношение человек — знак. Поверхностный смысл доступен всякому человеку, владеющему семанти­кой языка текста. Этот семиотический уровень — область семантики. Синтактика имеет своим предметом план вы­ражения сообщений, где ею определяется порядок следо­вания (расположения) знаков, т.е. отношения знак — знак, примером которых могут служить грамматические согласования между словами предложения.

Еще один пример семиотических аналогий дает обще­ние людей, в котором, согласно социальной психологии, раз­личаются три действия: перцепция — восприятие партне­рами друг друга, текстовая (коммуникативная) деятель­ность — передача друг другу смыслов, интеракция — практическое взаимодействие (сотрудничество или конфликт) (см. раздел 2.4). Перцепцию можно соотнести с синтактикой, имея в виду упорядочение взаимоотношений партнеров; семантику — с текстовой деятельностью, где происходит оперирование смыслами; прагматику — с ин­теракцией, где преследуются практически важные цели.

Учет семантических, синтаксических, прагматических аспектов в социальной коммуникации весьма полезен в различных ситуациях. При анализе задач коммуникаци­онного обслуживания оказалось необходимым ввести спе­циальные понятия — релевантность и пертинентность, которые связаны с семантикой и прагматикой. Дело в том, что библиографы, подбиравшие литературу в соответ­ствии с читательским запросом, зачастую сталкиваются с тем, что читатель отвергает документы, казалось бы, бесспорно лежащие в тематических рамках запроса, а другие, явно не имеющие отношения к теме, с энтузиазмом при­нимает. В чем причина этого парадокса: неквалифицированность библиографа или капризы читателя? Семиоти­ка помогает ответить на этот вопрос.

Читатель обращается в библиотеку с тематическим запросом из-за дефицита знаний по данной теме, который переживается им как коммуникационная (информацион­ная, познавательная — не будем здесь уточнять) потреб­ность. Потребность существует объективно, она осозна­ется в виде субъективного образа предмета потребности, в данном случае — представления читателя о тех знаниях, которых, по его мнению, ему не достает. Это представле­ние (субъективный образ потребности, иногда называе­мый «интерес») выражается в запросе. (Причем, форму­лировка запроса, как правило, задается шире тематичес­ких рамок нужных знаний, чтобы избежать потерь информации). В результате получается семантический треугольник (см. рис. 6.2), где в качестве денотата высту­пает объективная потребность, которая отражается в ее субъективном образе (концепте потребности), а осознан­ный субъектом образ выражается в тексте запроса, кото­рый направляется в библиотеку.

Библиограф, получивший запрос, может его уточнить и конкретизировать, сделать более адекватным объектив­ной потребности, но в конечном счете запрос остается с явно выраженным поверхностным смыслом и сокровен­ным глубинным смыслом (представления читателя о сво­их потребностях), о котором известно лишь читателю, но никак не библиографу. Библиограф в результате библио­графического поиска получает множество документов, представляющих собой тексты, также имеющие два смысловых уровня.

В процессе библиографического отбора библиограф оставляет поверхностные смыслы текста запроса и текстов документа и на этом основании решает вопрос о релевантности документа данному запросу. Поскольку всякое оперирование смыслами есть операция семантическая, понятие релевантности относится к области семантики. Его можно определить как объективно (т.е. независимо от чита­теля и библиографа) существующую смысловую близость между содержанием двух текстов, в частном случае — текста документа и текста запроса.

Почему же читатель отказывается от некоторых (не всех, конечно!) релевантных документов, отобранных библиографом, и приветствует документы, вовсе не реле­вантные? Анализ показывает, что причинами отказа яв­ляются неточная формулировка запроса, недоступный на­учный уровень, незнание языка документа, изменения в коммуникационных потребностях, знакомство с докумен­том ранее. Обобщая, можно сказать, что читатель всегда и непроизвольно ориентируется не на релевантность, а на пертинентность, исходя из субъективной оценки полезно­сти данного документа в качестве источника информации, а не из смысловой близости его текста и текста запроса. Пер­тинентность относится к области прагматики, она связана с глубинными, а не поверхностными смыслами и лежит в иной плоскости, чем понятие релевантности (см. рис. 6.5).

Рис.6.5. Соотношение релевантности и пертинентности

Различение понятий релевантности и пертинентнос­ти важно для того, чтобы четко уяснить требования, предъявляемые к библиографическому поиску. Нельзя требовать от библиографических служб, чтобы они выда­вали пертинентные документы, т. е. те и только те доку­менты, которые признал бы полезным автор запроса, если бы лично просмотрел все библиографические фонды. Назначением библиографической службы общественно­го пользования (личные справочные аппараты не в счет) является выдача релевантных запросу документов, и не более того. Проникнуть в глубинные смыслы читателя, не выраженные явно в его запросе, никакая библиографичес­кая служба не в состоянии. Достаточно, если она будет хо­рошо функционировать в области семантики и незачем ста­раться перетащить ее в чуждую ей область прагматики.