17

К оглавлению
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 
17 18 19 20 21 

Как показывают дискуссии якобинцев по проблемам гендера, в то время, когда европейские монархи начала эпохи Нового времени разоружать дворянство и приучать его к государственному праву, женщин высшего класса дополнительно стали приучать к семейному и социальному праву. Второй памфлет, Haec Vir, появившийся неделей позже Hic Mulier, на первый взгляд пропагандировал равенство полов, поскольку в нем содержались призывы к мужчинам не становиться женоподобными. Памфлет скрыто критиковал гомосексуальный двор Якова, напудренные прически мужчин, напыщенные речи, макияж и развлечения придворных. Однако автор памфлета обещает мужчинам, что если они вернутся к нормальному мужскому облику, женщины вновь станут “прекрасными” и будут “служить” им. Мужеподобным женщинам и женоподобным мужчинам следует поменять платье и таким образом вернуться к естественному порядку вещей. Следует отметить, что этот “естественный” порядок в эпоху Якова очень мало имел общего с  пуританской моралью, особенно в отношении женщин. Они были вынуждены покориться общественным требованиям и вернуться к чтению Библии, шитью, носить “шляпы, чтобы закрываться от солнца, скромные закрытые платья, а не легкие юбки и французские камзолы, отказаться от ношения кинжалов, пистолетов, шпор и взять молитвенники”.

Третий памфлет из этой серии развивал тему патриархата. Автор, выступая, как критик-моралист и представитель среднего класса, свел всю проблему “смены платьев” к патриархальному авторитету в буржуазном обществе. “Женщина была создана для почитания своих родителей (читай - отца) и для повиновения мужу”, - писал он.

Пусть используют отцы свою власть над детьми, пусть мужья наставляют жен своих, поскольку тот мужчина женоподобен, кто передает данное ему от рождения право своей жене или дочери, и поскольку мужеподобна та женщина, которая лишает родителей авторитета, мужа – власти или отступает от присущей ее полу скромности".

Такое изменение настроение третьего памфлета по сравнению со вторым предвещало скорое общественное недовольство, которое вылилось в протест против короля, церкви и аристократии, но не против дискриминации женщин. Когда пуританская революция свергла монархию, положение женщины не изменилось. В эпоху Елизаветы и Якова гендер как социальный конструкт четко прослеживался в общественной жизни. Даже в памфлете Hic Mulier, выражавшеем взгляды аристократии, содержится призыв к применению мер по ограничению экономической самостоятельности слишком свободолюбивых женщин. Если отцы, мужья, попечители этих “гермафродитов” будут требовать от женщин отчета об их расходах, то тяга к самостоятельности скоро исчезнет. Меры, предпринятые королем Яковом для “приручения” женщин, скоро будут казаться такими же несуразными, как и его рассуждения о божественном происхождении королевской власти. Он получил королевскую власть в борьбе с женщинами, вернее против их манеры одеваться. Когда в 1615 г. он велел казнить миссис Энн Тюнер за отравление, он потребовал, чтобы на казнь она надела не то платье с накрахмаленными желтыми рюшами, которое так оскорбило вкус Его величества.  К 1620 г. он вынудил церковь, памфлетистов, составителей баллад, певцов и актеров присоединиться к кампании против “мужеподобных” женщин, носивших удобные костюмы для верховой езды, и имевших оружие. Яков получил известность за неприятие любого проявления женской свободы. Он пытался вернуть их к образу “скромницы”.