6

К оглавлению
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 
17 18 19 20 21 

Кристина сконцентрировалась только на одном аспекте: нападки на женщин, содержавшиеся в этих произведениях. Кроме того, встать на защиту женщин ее побудили и соображения теории. В противоположность некоторым поэмам XIII-XIY в., превозносящим женщин (Dit des Femmes и Bien des Fames), несмотря на многочисленные обвинения, содержавшиеся в других стихотворениях, Кристина видела свою цель в исследовании феномена женоненавистничества и противостоянии ему. Примечательно, что направление, созданное Кристиной Пизанской, в корне отличалось от предыдущей, мужской традиции двустороннего рассмотрения проблемы, в русле которой прежде развивались церковные споры о браке и буржуазная сатира. Кристина дала женщинам возможность бороться с грязными нападками и презрением. Она стала примером для подражания для многих женщин. Хотя и мужчины создавали произведения в защиту женщин, именно с querelle des femmes началось женское движение против мизогинизма среди образованных людей.

 Однако эти споры не носили драматического характера. Позиция духовенства в отношении целибата и созерцательного образа жизни утратила свою актуальность с началом эпохи Возрождения и Реформацией. Гуманисты выказывали поддержку семье и браку. Тем не менее, несмотря на внешнее примирение с сексуальностью,   взгляды гуманистов вряд ли можно отнести к феминистским. В действительности, с развитием буржуазного общества и государства  активная и семейная жизнь все чаще принималась как норма, что, в свою очередь, вело к новым проблемам определения статуса женщин. Новое поколение мизогинистов открыто не проявляло прежней ненависти по отношению к женщине. Вместо этого они использовали Священное Писание, чтобы узаконить подчинение женщины мужчине, особенно в вопросах брака. Подобно античным авторам, на которых они охотно ссылались, их намерением было не разубеждать людей вступать в брак, а оправдать ограничение свободы женщины в браке тем, что она изначально менее рациональна, чем мужчина. “Разумеется, все не могут ошибаться” гласит типичная “ученая” диатриба:

Разве не все авторы [как церковные, так и светские], не сверяя своих записей, называют их красоту фальшивой, приятность – глупой, скромность – наигранной, считают их бесстыдными и похотливыми, предательскими и честолюбивыми? Разве не называют их Рабынями Жадности, Врагами Разума и Вечными Недругами Мысли? Если верить Сенеке, женщина в одиночестве размышляет только о сотворении Зла. С ним соглашаются все и принимают их как льстивое, желанное Зло. Демокрит был так уверен в этом, что на вопрос, почему он, такой большой, женился на такой маленькой женщине, ответил: “Кажется, я выбрал слишком большую, ведь все, из кого я выбирал – Зло”. Протагор пошел дальше, он утверждал, что ни одно зло не превзойдет Злую Женщину. Что заставило его выдать свою дочь за своего злейшего врага?

Несмотря на отход от средневековых канонов, ранняя современная мизогинистская литература осталась столь же занудной и пошлой по содержанию. Только защитники женщин почерпнули из эпохи querelle des femmes прогрессивные и гуманистические цели.