14

К оглавлению
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 
17 18 19 20 

Признать точку зрения профессора Лифмана хотя бы теоретически корректной, а следовательно, правиль­ной можно лишь при следующих непременных условиях:

1) если речь идет исключительно о длительно дей­ствующих интересах рентабельности, с точки зрения константно мыслимых лиц, руководствующихся в ка­честве цели константно мыслимыми потребностями:

2) если потребности удовлетворяются при полном господстве частного капитала в рамках совершенно свободного рыночного обмена:

3) если государственная власть экономически не заинтересована и выполняет только гарантийные и правовые функции.

При этих предпосылках объектом оценки становятся рациональные средства для оптимального решения дан­ной технической проблемы — распределения материаль­ных благ. Однако полезные в чисто теоретической экономической науке фикции не могут служить основой практических оценок в реальности. По-прежнему оста­ется в силе следующее: экономическая теория не может дать ничего иного, кроме указания, что соответствую­щим для технической цели х средством является либо только у, либо у наряду с y1, у2, что в последнем случае средства у, у\, уг различаются по характеру воздействия и — в ряде случаев — по степени рациональности: что их применение и, следовательно, достижение цели х свя­зано с «побочными результатами» z1, z2, z3. Все это не более чем перевернутые положения каузальной связи, и возникающие в данном случае «оценки» не выходят за рамки установления степени рациональности мыс­лимого действия. Оценки могут быть однозначны в том —

и только в том — случае, если экономическая цель и условия социальной структуры точно установлены и задача состоит лишь в том, чтобы выбрать одно эконо­мическое средство из многих, и если сверх того эти средства различны только по степени гарантированности, быстроте реализации и количественной эффективности результата, в основных же аспектах, пусть даже очень важных с точки зрения интересов отдельных людей, они функционируют совершенно идентично. Лишь тогда ре­комендуемое средство можно безусловно оценить как «технически наиболее правильное», и лишь в этом случае такая оценка действительно однозначна. Во всех осталь­ных случаях, то есть таких, которые не носят чисто технического характера, оценка перестает быть одно­значной; к ней присоединяются тогда другие оценки, не допускающие уже чисто экономического определе­ния.

Однако установлением однозначности технической оценки в чисто экономической области однозначность окончательной «оценки», конечно, еще не достигается. Напротив, после этого только и начинается хаотическое переплетение бесконечного многообразия всевозможных оценок, преодолеть которое можно посредством све­дения их к основным аксиомам. Ведь достаточно упо­мянуть хотя бы о том, что за «действием» всегда стоит человек. Для него усиление субъективной рационально­сти и объективной технической «правильности» действий как таковых, выходящих за известный предел (а с неко­торых точек зрения и вообще), может стать угрозой важным (например, в этической или религиозной сфере) ценностям. Так, вряд ли кто-нибудь из нас следует выс­шим требованиям буддийской этики, отвергающей любое целенаправленное действие уже по одному тому, что, будучи целенаправленным, оно препятствует спасению. Однако «опровергнуть» буддийскую этику, как мы опро­вергли бы неправильное решение арифметической задачи или неправильный диагноз врача, совершенно невоз­можно. Впрочем, и без таких крайних примеров нетрудно понять, что даже самая «технически правильная» эконо­мическая рационализация одним этим еще не легитими­руется на форуме «оценок». Сказанное касается всех рационализаций без исключения, в том числе и в такой как будто чисто технической сфере, как банковское дело. Противники рационализаций такого рода совсем

не обязательно должны быть глупцами. Производя оценку, следует всегда помнить о том, что техническая рацио­нализация неизбежно ведет к сдвигам в области всех внешних и внутренних условий жизни. Законное для наших наук понятие прогресса всегда, без какого-либо исключения, связано с «техническим» аспектом, что должно здесь, как уже упоминалось, означать — со «средством» для достижения однозначно заданной цели. И никогда это понятие не возвышается до сферы «по­следних» ценностей.