4.

К оглавлению
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 
17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 
34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 
51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 
68 

Всякий способ изучения общества, выбор предмета и методов его исследования предполагает "теорию научного прогресса". Каждый, я полагаю, согласится, что рост научного знания кумулятивен, что научное знание является не порождением одного челове­ка, а итогом работы многих людей, которые просматривают, кри­тикуют работы друг друга, что-то добавляют к ним или, наоборот опровергают их. Чтобы оценить чьи-то достижения, надо соотне­сти научную работу с тем, что было сделано до нее, и с тем, что делается сейчас. Это необходимо для осуществления коммуника­ции, а также для "объективности". Каждый должен представить результаты своей работы так, чтобы другие могли их проверить.

Концепция достижения научного прогресса у абстрактных эмпириков весьма специфична и безоблачно оптимистична: на­капливать исследования микроуровня и медленно, по крупицам, как муравьи из небольших травинок собирать огромную кучу," воз­водить науку".

Стратегия "Высоких теоретиков" представляется следующей. Однажды наступит момент для живого контакта с эмпирикой; к тому дню мы уже подготовимся к "системному" обращению с ней и будем знать, как построить системную теорию, логически до­ступную для научной эмпирической верификации.

Тот, кто намерен реализовать обещания классической социо­логии, не может согласиться с теорией научного прогресса, соглас­но которой разрозненные исследования микроуровня с необходи­мостью составят "полностью развитую" общественную науку. Эти ученые не хотят допустить, что собранные с определенными целя­ми материалы обязательно будут полезны для любых других це­лей. Короче говоря, они не принимают теорию "строительных кирпичиков" (или теорию лоскутного одеяла, которое шьет бабуш­ка) в качестве объяснения развития социальной науки. Они не надеются, что какой-нибудь новоявленный Ньютон или Дарвин сложит вместе все накопленные материалы. Они также не думают, что заслуга Дарвина и Ньютона в том, что они "сложили" микро­скопические факты подобно тому, как это делает сегодня микросо­циальная наука. Кроме того, работающие в классической традиции ученые не хотят соглашаться с представителями "Высокой теории" в том, что крючкотворство при формулировании и различении "Понятий" само по себе может быть полезным для системного подхода к эмпирическим материалам. По их мнению, нет основа­ний полагать, что эти упражнения в концептуализации станут когда-нибудь чем-то большим, чем они являются сейчас.

Короче говоря, классическую общественную науку нельзя ни "возвести" из микроисследований, ни "дедуцировать" из проработки понятий. Последователи классической традиции пытаются строить и дедуцировать одновременно в самом про­цессе исследования посредством адекватного формулирования и переформулирования проблем и их решений. Придерживать­ся такой стратегии значит — прошу извинить за повтор, но это ключевой момент — выбирать для исследования общественно значимые для данного исторического периода проблемы, фор­мулировать их в адекватной терминологии, а затем, независимо от высоты полета теории и глубины погружения в детали, в конце каждого завершенного исследовательского акта формули­ровать решение проблемы в терминах макроуровня. Короче го­воря, классический подход фокусируется на общественно зна­чимых проблемах. Характер самих проблем ограничивает и под­сказывает необходимые методы и концепции и способы их при­менения. Обсуждение различных взглядов на "методологию" и "теорию" уместно только при близком и постоянном соотнесе­нии с общественно значимыми проблемами.