2.

К оглавлению
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 
17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 
34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 
51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 
68 

В наше время социальные структуры обычно организованы под властью политического государства. В терминах власти самой сложной и объемной единицей социальной структуры является национальное государство. Национальное государство является сей­час доминирующей формой общества в мире и, в качестве таковой главным фактором в жизни каждого человека. Национальное госу­дарство разделяет и объединяет — в разной степени и разными способами - "цивилизации" и материки. Его протяженность и уровень развития — ключи к пониманию современной всемирной истории. Современное национальное государство имеет полити­ческие и военные, культурные и экономические рычаги принятия решений и осуществления власти. Все институты и сферы повсе­дневной жизни большинства людей теперь организованы в то или иное национальное государство.

Конечно, обществоведы не всегда изучают социальную струк­туру нации в целом. Суть в том, что национальное государство является тем каркасом, в рамках которого они чаще всего чувству­ют потребность сформулировать проблемы самых мелких и самых крупных социальных групп. Другие социальные "единицы" чаще всего понимаются как "донациональные" или "постнациональные". Разумеется, различные национальные сообщества могут "принад­лежать" к одной "цивилизации", это обычно означает привержен­ность их религиозных институтов к той или иной мировой рели­гии. Исходя из фактических различий между "цивилизациями", можно наметить пути для сравнения национальных государств меж­ду собой. Но, учитывая, как понятие "цивилизация" используется такими авторами, как, скажем, Арнольд Тойнби, оно представляет­ся слишком расплывчатым и неточным, чтобы служить основной единицей анализа, то есть задавать "поле для исследования" в общественных науках.

Выбирая в качестве исходной единицы анализа национально-государственную социальную структуру, мы допускаем приемле­мый уровень обобщения, то есть тот, который позволяет избежать ухода от задач исследования и, вместе с тем, рассмотреть те структурные силы, чье влияние на многие мелочи жизни и трудности в человеческом поведении сегодня очевидны. Более того, выбор на­ционально-государственных структур дает возможность непосред­ственно поднимать главнейшие социальные проблемы, вызываю­щие озабоченность общественности. Ибо именно на этом уровне, к добру или к худу, концентрируются наиболее эффективные сред­ства власти, действующие как внутри государства, так и в межго­сударственных отношениях, а, следовательно, оказывающие суще­ственное влияние на ход исторического процесса.

Не подлежит сомнению, что не все национальные государства в равной степени влияют на ход истории. Некоторые из них столь малы и зависимы от других, что происходящее в них можно по­нять, только изучая Великие державы. Это — техническая пробле­ма целесообразной классификации объектов — наций — и их срав­нительного изучения. Верно также, что все национальные государ­ства взаимодействуют, и некоторые из них тяготеют друг к другу в силу традиционно сходных условий развития. Но это свойственно любым объектам социального исследования. Более того, особенно после первой мировой войны, все способные к самостоятельности национальные государства все более и более становятся самодостаточными.

Многие экономисты и политологи считают естественным, что главным объектом их изучения является национальное го­сударство: даже если они касаются "мировой экономики" и "меж­дународных отношений", им приходится непосредственно иметь дело с конкретными государствами. Ввиду специфики объекта и своей традиционной практики антропологи исследуют "целостность" общества или "культуры" и, обращаясь к изуче­нию современных обществ, пытаются, с большим или меньшим успехом, понять нации как целостности. Но социологи, или, точнее, исследователи-техники, которые сегодня не усвоили кон­цепцию социальной структуры, считают нацию чрезмерно мас­штабным и потому сомнительным объектом. По всей видимо­сти, это объясняется ориентацией на "собирание данных", что Дешевле осуществить, имея дело с объектами микроуровня. А это значит, что объект выбирается исходя не из потребностей изучения конкретной проблемы; напротив, и проблема, и объект определяются выбором метода.

В каком-то смысле эта книга направлена против такого под­хода. Думаю, что, занявшись всерьез какой-то общественно значи­мой проблемой, большинство обществоведов обнаружат, что го­раздо труднее сформулировать ее относительно какого-нибудь менее масштабного объекта, чем национальное государство. Это относит­ся к изучению стратификации и экономической политики, обще­ственного мнения и природы политической власти, труда и досуга - даже проблемы муниципального управления нельзя адекватно сфор­мулировать без всестороннего их анализа в общенациональном кон­тексте. Таким образом, национальное государство зарекомендовало себя в качестве эмпирической данности, с которой удобно иметь дело и которая доступна каждому, кто имеет опыт работы в облас­ти общественных наук.