2.

К оглавлению
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 
17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 
34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 
51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 
68 

Пожалуй, наиболее важно, что социологическое воображе­ние дает возможность различить понятия "личные трудности, связанные с внешней средой" и "общественные проблемы, обу­словленные социальной структурой". Такой подход служит важ­нейшим фактором социологического воображения и отличительной чертой всех классических работ в области социаль­ных наук.

Личные трудности определяются характером индивида и его непосредственными отношениями с другими; они касаются его "я" и тех ограниченных областей жизни общества, с которыми он лич­но знаком. Соответственно, осознание и преодоление этих труд­ностей, строго говоря, не выходят за рамки компетенции индивида как носителя конкретной биографии, а также за рамки непосредст­венной сферы его жизнедеятельности, то есть того социального окружения, которое определяется его личным опытом и до некото­рой степени доступного его сознательному воздействию. Труд­ности - это частное дело: они возникают, когда индивид чувст­вует, что ценности, которых он придерживается, находятся под угрозой.

Общественные проблемы обычно касаются отношений, кото­рые выходят за пределы непосредственного окружения индивида и его внутренней жизни. Такой выход необходим на уровень инсти­туциональной организации множества индивидуальных сред жиз­недеятельности, а далее на более широкую структуру социально-исторической общности, которая, как целое, складывается из много­образного переплетения и взаимопроникновения индивидуальных сред жизнедеятельности и общественно-исторической макрострук­туры. Общественные проблемы — называются общественными по-, тому, что при их возникновении под угрозой оказываются цен­ности, разделяемые различными слоями общества. Часто спорят о том, что же на самом деле представляют собой эти ценности и что именно им угрожает. Нередко спор оказывается беспредметным только потому, что, отличаясь по своей природе даже от самых распространенных личностных трудностей, общественные пробле­мы плохо поддаются определению в терминах непосредственного повседневного окружения простых людей. В действительности об­щественные проблемы часто связаны с кризисом институциональ­ного порядка, а также с тем, что марксисты называют "противоре­чиями" или "антагонизмами".

Рассмотрим с этой точки зрения безработицу. Когда в городе со стотысячным населением только один человек не имеет работы — это его личная проблема, для решения которой следует обратить внимание на характер, способности и непосредственные возможности данной личности. Но когда нация, обладающая пятидесяти­миллионным трудоспособным населением, насчитывает пятнадцать миллионов безработных — это уже общественная проблема, и в этом случае мы не можем надеяться на ее решение в сфере воз­можностей, доступных каждому безработному в отдельности. На­рушена сама структура возможностей. Чтобы правильно сформу­лировать проблему и определить уровень ее возможных решений, надо принимать во внимание экономические и политические ин­ституты общества, а не только личные ситуации и особенности характера отдельно взятых индивидов.

Рассмотрим войну. Во время войны личные проблемы связа­ны с тем, что каждый решает, как выжить или геройски погиб­нуть, или сделать на ней деньги, или занять тепленькое и безопас­ное местечко в аппарате военного управления или содействовать завершению войны. Короче говоря, в соответствии со своей шка­лой ценностей люди вписываются в особую конфигурацию инди­видуальных сред обитания, чтобы там пережить войну или при­дать смысл своей смерти. Но для решения структурных проблем войны требуется выявление ее причин, изучение того, как и какого рода люди выдвигаются на командные посты, каково ее влияние на экономические, политические, семейные и религиозные инсти­туты , а также исследование международных отношений, в которых царят неорганизованность и безответственность.

Рассмотрим семью. Состоя в браке, мужчина и женщина мо­гут испытывать личные трудности, но если за первые четыре года совместной жизни на каждую 1000 браков в среднем приходится 250 разводов, то это является индикатором структурной проблемы, решение которой коренится в самих институтах брака, семьи и других опирающихся на них социальных установлениях.

Или возьмем метрополис — жуткий и прекрасный, безобраз­ный и великолепный большой город-спрут. Для многих предста­вителей высшего класса личное решение "проблемы города" за­ключается в том, чтобы в самом сердце метрополиса иметь кварти­ру в доме с подземным гаражом, а за сорок миль от города — дом, построенный по проекту Генри Хилла, сад в стиле Гаррета Экбо*,

* Г. Хилл и Г. Экбо - известные американские архитекторы и дизай­неры. — Прим. ред.

разбитый на сотне акров собственной земли. Внутри этих двух сред обитания, контролируемых владельцами с помощью неболь­шого персонала и обслуживаемых собственным вертолетом, многие люди могли бы решить массу личных проблем, обусловленных "фактами" города. Однако сколь бы замечательным ни было это решение, оно отнюдь не снимает общественные проблемы, кото­рые порождены городом как структурным фактом. Как следует преобразовывать это удивительное чудовищное создание? Разбить его на отдельные части, совместив место жительства с местом ра­боты? Провести косметические улучшения, ничего не меняя по существу? Или эвакуировав население, взорвать старые города и выстроить новые на новом месте по новому плану? Каким должен быть этот план? И кому делать выбор, принимать решение и во­площать его в жизнь? Это проблемы структурного характера; при их постановке и решении нам нужно учитывать политические и экономические последствия, которые отразятся на несчетном ко­личестве индивидуальных сред жизнедеятельности.

Пока экономика устроена так, что в ней происходят сбои, проблема безработицы не может иметь личностного решения. До тех пор, пока война будет неизбежным спутником системы нацио­нальных государств и неравномерного промышленного развития стран мира, простой человек в своей ограниченной индивидуаль­ной среде жизнедеятельности — с психиатрической помощью или без нее — будет бессилен устранить трудности, которые эта система (или отсутствие системы) ему навязывает. До тех пор пока семья как социальный институт превращает женщин в милых рабынь, а мужей — в их повелителей или беспомощных иждивенцев, про­блема брака не может быть удовлетворительно решена исключи­тельно частным образом. До тех пор пока сверхразвитые мегапо­лисы со своими суперсовременными автомобилями будут состав­лять неотъемлемую часть самого развитого общества, проблемы городской жизни не разрешатся ни с помощью личной одареннос­ти, ни благодаря частному достатку.

Как отмечалось выше, то, что мы переживаем в своих инди­видуальных средахдеятельности, часто вызвано структурными из­менениями в обществе. Поэтому, чтобы понять изменения, проис­ходящие в отдельных индивидуальных "ячейках", необходимо выйти за их пределы. Тем более что количество и разнообразие структурных изменений растет, поскольку институты, внутри ко­торых мы живем, все шире распространяют свое влияние и связь между ними становится все более тесной. Осознать идею социаль­ной структуры и научиться адекватно применять ее — значит по­лучить возможность прослеживать связи внутри величайшего много­образия индивидуальных сред жизнедеятельности. Уметь это де­лать — значит обладать социологическим воображением.