§ 1. Вводные замечания

К оглавлению
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 
17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 
34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 
51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 
68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83 84 
85 86 87 88 89 90 91 92 93 94 95 96 97 98 99 100 101 
102 103 104 105 106 107 108 109 110 111 112 113 114 115 116 117 118 
119 120 121 122 123 124 125 126 127 128 129 130 131 132 133 134 135 
136 137 138 139 140 141 142 143 144 145 146 147 148 149 150 151 152 
153 154 155 156 157 158 159 160 161 162 163 164 165 166 167 168 169 
170 171 172 173 174 175 176 177 178 179 180 181 182 183 184 185 186 
187 188 189 190 191 192 193 194 195 196 197 198 199 200 201 202 203 
204 205 206 207 208 209 210 211 212 213 214 215 216 217 218 219 220 
221 222 223 224 225 226 227 228 229 230 231 232 233 234 

Демография традиционно развивалась в России как статистическая дисциплина, опирающаяся на соответствующие методы исследования (статистические, математические). До начала 60-х гг. XX в. такие термины, как «поведение», «мнение», «потребности», «ценностные ориентации» и т.п., не входили в понятийный аппарат и лексикон профессиональных демографов, кадры которых формировались из числа статистиков, экономистов, географов, социал-гигиенистов, медиков.

В отличие от других социальных наук демография, базировавшаяся на достаточно богатой статистической основе, долгое время не испытывала большой потребности в иных выборочных источниках информации. Если выборочные исследования и проводились, то лишь для решения сугубо практической задачи — уточнения данных текущей регистрации демографических событий, традиционно страдавшей от неполноты и иных организационных и содержательных дефектов. Лишь начиная с 60-х гг. этим обследованиям было придано новое звучание. Они стали источником данных об эволюции норм детности и репродуктивного поведения.

В периодизации истории развития социолого-демографических исследований в России необходимо учесть следующее. Данные о ее демографическом развитии вплоть до конца XIX в. довольно скудны и отрывочны, страдают неполнотой, часто плохо сопоставимы. Только первая Всероссийская перепись 1897 г. предоставила достаточно полную и достоверную информацию о половозрастном и брачно-семейном составе населения Российской Империи, о социально-экономическом статусе и конфессиональной принадлежности ее граждан.

Разработка ее материалов впервые позволила рассчитать таблицы дожития и определить продолжительность жизни населения страны, а также дала мощный импульс развитию методов статистического изучения демографических процессов. Военные, политические и социальные перипетии и катаклизмы первых двух десятилетий XX в. в значительной мере подорвали развитие отечественной демографической статистики, и лишь в 20-е гг. началось ее возрождение. Таким образом, несмотря на огромный вклад ученых дореволюционной эпохи в прогресс российской демографии, говорить о собственно научном исследовании проблем воспроизводства населения (рождаемости и смертности) можно лишь начиная с послереволюционного периода. В то же время история статистического учета населения в дореволюционный период охватывает два столетия и дает достаточно богатый материал для исследований, характеризует развитие Российского государства.

В истории демографических исследований в России можно выделить четыре этапа: первый — с начала XVIII в. до 1917 г., когда налаживался собственно учет населения и делались первые попытки описания закономерностей его развития; второй — 20—30-е гг., когда развитие демографической науки основывалось на традиционных статистико-математических методах; третий — 50—70-е гг. — возрождение демографических исследований и зарождение и развитие отечественной демографической социологии; четвертый — с начала 80-х гг. до нашего времени — характеризуется постепенным угасанием интереса как к теоретическим проблемам демографии, так и к проведению социолого-демографических исследований в различных областях.

Важно подчеркнуть, что не все области демографии развивались равномерно. Так, исследования смертности и здоровья населения носили преимущественно статистико-математический характер; в 20—30-е гг. им уделялось огромное внимание. Позднее, начиная с середины 60-х гг., когда рост продолжительности жизни прекратился и ситуация начала достаточно радикально ухудшаться, исследования были фактически прерваны из-за полного прекращения публикации данных о динамике смертности, ее региональных особенностях, структуре по возрастам и причинам смерти. Работы, посвященные этой проблематике (в том числе и исследования здоровья населения), носили закрытый характер, и можно насчитать крайне ограниченное число публикаций, содержащих либо устаревшие, либо локальные данные, либо данные по зарубежным странам. Исключением всегда оставались труды сотрудников отдела демографии НИИ ЦСУ СССР, поскольку их ведомство обладало монополией на информацию и строго контролировало доступ к ней всех потенциальных конкурентов. Только с конца 80-х гг. альтернативные исследования в этой области оживились, но их статистико-математическая направленность сохранилась.

Крайне мало и работ, посвященных проблеме брачности, которая традиционно рассматривалась в отечественной демографии как фактор рождаемости (дифференциации числа детей у женщин, состоящих и не состоящих в браке). Более фундаментально особенности брачности анализировались в рамках социологии семьи.

В связи с этим преимущественный акцент на исследовании рождаемости и репродуктивного поведения в данном разделе представляется нам оправданным.

И последнее, на чем необходимо остановить внимание. Когда мы говорим об исследованиях демографических проблем в России в определенный период времени (с 1917 г. до 1991 г.), мы обычно подразумеваем некий исследовательский процесс, имевший место в СССР. Это и правильно, и неправильно одновременно. Дело в том, что все более или менее серьезные научные школы по изучению демографических феноменов никогда не существовали за пределами современной территории России. Это не означает, что за пределами России вообще не было центров, занимающихся исследованием проблем населения; такие центры существовали в Минске, Киеве, Риге и в других республиканских столицах бывшего СССР (в основном благодаря ученым-лидерам: в Минске — А.А.Ракову; в Киеве — С.И.Пирожкову, В.П.Пискунову; в Риге — Б.Межгайлису, П.Звидриньшу и т.д.). Одновременно существовало и определенное разделение труда: Москва и С.-Петербург (Ленинград) преимущественно занимались подготовкой кадров и разработкой общесоюзных исследований населенческой проблематики, регионы (республики бывшего СССР), в значительной мере используя оригинальные образцы методик, занимались изучением внутренних демографических проблем.

В результате сложилась странная ситуация: Россия была центром демографических исследований в то время, как сама практически никогда не становилась объектом изучения как самостоятельная демографическая совокупность. До начала 90-х гг. можно найти лишь единичные работы, посвященные демографическому развитию России в целом или внутрироссийской региональной проблематике. При этом речь идет, как правило, о диссертациях, а не об открытых публикациях. Одним из исключений может считаться коллективная монография, выпущенная в 1976 г. под редакцией Л.Л.Рыбаковского [66].