§ 5. Методология эмпирических исследований в 70-80 годы: дискуссии, эксперименты, учебники

К оглавлению
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 
17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 
34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 
51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 
68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83 84 
85 86 87 88 89 90 91 92 93 94 95 96 97 98 99 100 101 
102 103 104 105 106 107 108 109 110 111 112 113 114 115 116 117 118 
119 120 121 122 123 124 125 126 127 128 129 130 131 132 133 134 135 
136 137 138 139 140 141 142 143 144 145 146 147 148 149 150 151 152 
153 154 155 156 157 158 159 160 161 162 163 164 165 166 167 168 169 
170 171 172 173 174 175 176 177 178 179 180 181 182 183 184 185 186 
187 188 189 190 191 192 193 194 195 196 197 198 199 200 201 202 203 
204 205 206 207 208 209 210 211 212 213 214 215 216 217 218 219 220 
221 222 223 224 225 226 227 228 229 230 231 232 233 234 

Интенсивная методологическая рефлексия периода 60-х гг., связанная с профессиональным самоопределением формирующегося социологического сообщества, дала обильные и разнообразные плоды в двух последующих десятилетиях. Учебные пособия, публикующиеся в этот период, посвящены по преимуществу методологии эмпирических исследований: методам сбора и анализа эмпирических данных, обоснованию выборочных процедур, организационным проблемам исследований.

Переводы учебников зарубежных авторов вводят в научный оборот методологический опыт европейских и американских социологических школ. Настоящим бестселлером была книга Э. Ноэль «Массовые опросы. Введение в методику демоскопии», изданная в 1978 г. (переиздана в 1994 г.). Учебник французских авторов Р. Пэнто и М.Гравитца  «Методы социальных наук» [83] давал комплексное представление о методологии теоретического и методического уровней современной социологии.

Появляются переводы учебников, отражающих исследовательский опыт социологов социалистических стран [69, 82].

В этот период публикуются первые советские работы, относящиеся к эмпирическому уровню исследований [25, 36, 54, 61, 84, 113]. Так же, как и переводные, они посвящены позитивистской традиции эмпирической социологии и содержат описание процесса эмпирически ориентированного социологического исследования в рамках гипотетико-дедуктивного подхода.

Введение социологического образования (специальность называлась «прикладная социология») и предметная специализация социологических исследований вызвали появление дифференцированных целевых методических пособий, ориентированных на специалистов по социологии труда, массовых коммуникаций и других отраслевых направлений [19, 20, 22, 25, 40, 61, 63, 64, 98].

Качественно новым явлением было развитие специализированных методических исследований, посвященных проблемам достоверности, надежности, обоснованности эмпирических результатов. Здесь можно выделить несколько направлений.

Теоретико-философские проблемы истинности социологического знания и обоснованности результатов социологических исследований одним из первых рассмотрел в специальной монографии украинский социолог В.И.Волович [21]. Спустя четыре года появилась статья В.Н. Шубкина «Пределы» [110], посвященная эпистемологическим аспектам социологического знания и имевшая большой резонанс в социологическом сообществе. Еще через восемь лет вышла из печати монография ГС. Батыгина [12], в которой рассматривались проблемы обоснования научного вывода в прикладной социологии. Логика развертывания исследовательского процесса была осмыслена как последовательная и комплексная реализация процедуры обоснования достоверности конечного результата.

Одним из ведущих методологических направлений этого периода является разработка проблем достоверности и надежности (качества) эмпирической информации на основе теории измерения, применения математических методов и обоснования репрезентативности эмпирических результатов. Этот круг проблем подробно рассматривается Ю.Н.Толстовой в § 6 этой главы.

В отдельное специализированное направление исследований выделяется круг проблем, связанных с познавательными возможностями методов сбора эмпирических данных, организацией полевых работ как специфического этапа социологического исследования, во многом определяющего достоверность научного результата. Ясно, что даже идеально сконструированные шкалы, отличные математические методы и репрезентативные выборки не компенсируют систематических смещений, вызываемых неправильным пониманием вопросов респондентами, острыми и некорректными вопросами, негативными эффектами интервьюера и тому подобными факторами. Такие исследования проводятся в поисковой описательной или экспериментальной стратегиях либо как сопутствующие разработке методического инструментария в содержательном исследовании, либо как специальный методологический проект, чаще всего связанный с разработкой диссертационной темы по методологии социологического исследования.

Как понимают сельские и городские респонденты-школьники язык анкеты, как влияет на их ответы уровень информированности о предмете опроса? Какие методические приемы и процедуры могут обеспечить единообразие понимания смысла вопросов различными социальными группами опрашиваемых? Исследования показали, что априорные экспертные оценки доступности языка вопросника педагогами и социологами бывают ошибочными чаше, чем можно было бы предполагать.

Полевые экспериментальные исследования дали неожиданные уточнения и открытия (Л.А.Коклягина [46], О.М.Маслова [55]).

Какова роль социокультурных и национальных различий в восприятии смысла вопросов анкеты в межнациональных исследованиях? Каковы конкретные методы выяснения этих различий и обеспечения адекватного понимания смысла вопросов? Каково влияние этих факторов на достоверность результатов опроса? Участие методологов во всесоюзных опросах с целевыми методологическими проектами показало, что обоснование национальной, социолингвистической и социокультурной адекватности вопросника требует кропотливой экспериментальной работы на этапе его разработки и пилотажа (Е.М. Ермолаева [32, 33]).

Привлекает внимание методологов и проблема отсутствия ответа в социологическом опросе, содержательный и методический смысл этого явления. Число респондентов, уклонившихся от содержательного ответа на вопрос, оказалось весьма информативным индикатором уровня сформированности общественного мнения, с одной стороны, и методического уровня вопроса — с другой (И.В. Федоров [97], НАКлюшина [43]).

В группе работ, посвященных методологии массовых опросов, выделяется монография В.Э.Шляпентоха [108], содержащая анализ обширного круга западных источников и описания собственных методических исследований и наблюдений. Здесь обсуждаются проблемы взаимодействия вопросника, интервьюера и респондента в ситуации опроса, анализируются факторы, влияющие на достоверность результатов: память и информированность респондента, форма вопроса (открытая или закрытая), ситуация интервью, эффект интервьюера и др. Интересные результаты дает сравнительный анализ данных, полученных в одном исследовании с помощью различных модификаций метода опроса: по месту жительства, по месту работы, с помощью почтового опроса и прессового опроса [81]. Позже появляются монографии, посвященные достоверности результатов при использовании интервью, анкетирования (М.И. Жабский [34], Г.А.Погосян [79], И.А.Бутенко [18]).

В начале 80-х гг. в журнале «Социологические исследования» велась дискуссия о познавательных возможностях открытых и закрытых вопросов (Г.Шуман, С.Прессер [111], Г.А.Погосян [80], О.М. Маслова [58]), проблемах интерпретации ответов респондентов на открытые вопросы (Б.Ш. Бади, А.Н. Малинкин [9]).

Среди организационно-методических разновидностей метода опроса наиболее популярным продолжает оставаться групповое и индивидуальное анкетирование по месту работы или учебы. Причины этой популярности связаны с оперативностью и экономичностью этой формы опроса. Дело в том, что обычная практика опросов чаще всего основывалась на привлечении интервьюеров (анкетеров)-общественников, труд которых не оплачивался. При создании ИКСИ в 1968 г. в его бюджете по странному стечению обстоятельств не оказалась предусмотренной статья расходов на полевые исследовательские работы. Ситуация отягощалась тем, что академическим институтам не разрешалось вести хоздоговорные (коммерческие) работы. Таким образом, популярность группового анкетирования по месту работы была, в известной степени, вынужденная. Отмена этого ограничения к началу 80-х гг. позволила социологам активнее использовать личное интервью по месту жительства, а также активизировать использование почтового и телефонного вариантов опроса (В.О.Рукавишников, В.И.Паниотто, Н.Н.Чурилов [87], В.Г.Андреенков, Г.Н.Сотникова [6], Ю.И.Яковенко, В.И.Паниотто [115], Б.З.Докторов [29]).

Опрос сохраняет в этот период свое лидирующее положение по частоте использования (В.Г.Андреенков, О.М.Маслова [5]). Но и другие методы получают более глубокую разработку, связанную с общей активизацией социологических исследований, расширением сферы использования их результатов. Рабочее совещание по методологическим и методическим проблемам контент-анализа показало, что сфера его применения существенно расширяется. Формализованный анализ содержания используется не только в традиционном изучении сообщений средств массовой информации, но и для решения методических задач. Его применяют для анализа ответов на открытые вопросы записей свободного интервью, групповых дискуссий, для исследования вопросников и ситуации интервью [62].

Вместе с тем активизируется использование контент-анализа и в традиционных для него областях исследования: при изучении содержания сообщений средств массовой информации (В.С.Коробейников [49]), читательских и зрительских писем (А.И.Верховская [20]), Г.С.Токаровский [96]), обращений населения в органы управления и спровоцированных личных документов, например, школьных сочинений (В.О.Рукавишников [86]). Разрабатываются оригинальные варианты формализованного анализа текстов. Назовем информативно-целевой анализ, предложенный Т.М.Дридзе для изучения реализации коммуникативных интенций участников социального общения на этапах создания текста автором, а затем его восприятия и интерпретации читателями [30, 31].

Менее популярные по частоте использования методы — наблюдение (И.А.Ряжских [88]) и эксперимент (А.П. Куприян [52]) — также включены в сферу профессионального внимания.