§ 7. Современная ситуация: потери и приобретения переходного периода

К оглавлению
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 
17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 
34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 
51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 
68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83 84 
85 86 87 88 89 90 91 92 93 94 95 96 97 98 99 100 101 
102 103 104 105 106 107 108 109 110 111 112 113 114 115 116 117 118 
119 120 121 122 123 124 125 126 127 128 129 130 131 132 133 134 135 
136 137 138 139 140 141 142 143 144 145 146 147 148 149 150 151 152 
153 154 155 156 157 158 159 160 161 162 163 164 165 166 167 168 169 
170 171 172 173 174 175 176 177 178 179 180 181 182 183 184 185 186 
187 188 189 190 191 192 193 194 195 196 197 198 199 200 201 202 203 
204 205 206 207 208 209 210 211 212 213 214 215 216 217 218 219 220 
221 222 223 224 225 226 227 228 229 230 231 232 233 234 

Смена экономических, политических и идеологических ориентации с началом периода перестройки существенно повлияла и на состояние исследовательской ситуации в науке в целом и в социологии, в частности. Начальная демократизация общественной и научной жизни оказала положительное влияние на развитие социологии, но этому процессу сопутствуют и негативные, разрушительные тенденции, состоящие в резком ухудшении материального обеспечения науки, утечке научных кадров в коммерческие структуры и за рубеж, снижении возможностей для развития фундаментальной науки и др.

Естественно, что и методологическая рефлексия в российской социологии, развиваясь в контексте противоречивой социальной и исследовательской ситуации, находится в переходном состоянии, характеризуется неустойчивостью, неопределенностью, противоречивостью.

Например, в последние пять лет появились новые социологические журналы с преобладающей методологической ориентацией в области как теоретической, так и эмпирической социологии: «Вопросы социологии», «Социологический журнал», «Социология: методология, методы, математические модели». Казалось бы, происходит расширение информационного пространства: оперативно публикуются переводы современных западных теоретических и эмпирических работ, активизируется обмен результатами методологических изысканий отечественных социологов. Однако эффект этих положительных тенденций существенно ослабляется разрушением информационных связей между региональными социологическими центрами, снижением издательских возможностей и посреднических систем хранения и распространения научной литературы, падением оплаты труда социологов и дороговизной изданий. Отсутствие стабильного финансирования журналов, зависимость от спонсорской поддержки делает их существование проблематичным: каждый очередной номер может оказаться последним.

Другой пример, В последние годы расширяется сфера приложения социологического знания инженерного уровня: существенно активизируются оперативные массовые опросы общественного мнения в сфере политики, и особенно электорального поведения, развиваются маркетинговые исследования. Этот круг общественных потребностей вызвал к жизни множество частных коммерческих социологических фирм, ускорил процессы разделения труда в сфере социологии, дифференцировал классы и уровни задач, решаемых различными социологическими службами. Выделяются социологические коллективы, ориентированные на фундаментальные социологические исследования, на подготовку социологических кадров, на оперативные исследования коммерческого характера.

Казалось бы, положительные эффекты этого процесса гарантированы разделением труда и углублением специализации социологов, что должно способствовать развитию методологической рефлексии. Однако преобладание коммерциализации социологических исследований и режим конвейерной гонки, ставший условием выживания этих структур, вовсе не способствует методологическим изысканиям социологов, занятых в этой сфере. В то же время академические структуры, традиционно занимающиеся фундаментальными исследованиями, перестают быть привлекательными для молодежи и для квалифицированных специалистов в связи с низкой финансовой обеспеченностью. Система фантов от специально созданных научных фондов при существующем уровне финансирования не способна принципиально изменить эту ситуацию. Работа в области фундаментальной социологии сегодня требует от социологов самопожертвования и житейской неприхотливости.

Можно привести и другие примеры, подтверждающие неустойчивый и противоречивый характер переходной ситуации в методологической проблематике. Ясно, что дальнейшее ее развитие зависит не только от внутринаучных процессов и усилий социологического сообщества, но и от внешних по отношению к науке общеполитических и экономических факторов. Поэтому попытаемся зафиксировать те положительные тенденции в области методологии, которые в случае успешности дальнейшего демократического развития России могут способствовать и успеху отечественной социологии.

Активизация методологической рефлексии сегодня развивается в тех же основных направлениях, которые были характерны и для «хрущевской оттепели»: переводы классических и современных работ ведущих западных социологов, повышение интереса к истории отечественной социологии, реабилитация и издание ранее запрещенных работ отечественных социологов конца XIX—начала XX вв. (дореволюционный период и советский период 20—30-х гг.), издание переводных и отечественных учебников по методологии и теории социологии, развитие методологических представлений в сфере эмпирических исследований.

Начиная с 90-х гг., были переведены и изданы работы П.Сорокина, М.Вебера, Э. Дюркгейма, В. Зомбарта, а также авторов более позднего периода — К Поппера, Р Арона, Г. Маркузе, П. Бурдье; специализированные сборники переводов, отражающих состояние американской социологической мысли: Т. Парсонс, Дж. Мид, Р Мертон и другие.

После ликвидации обязательных курсов и кафедр марксизма-ленинизма в системе высшего и среднего общего и специального образования начинает формироваться преподавание социологии. Появляются новые факультеты социологии в университетах и педагогических институтах, межфакультетские кафедры в технических вузах. Социологию начинают преподавать в техникумах и технических училищах, в школах. Методологические аспекты социологического знания включаются в учебники различных уровней и типов: для будущих специалистов-социологов, для специалистов с высшим и средним образованием как необходимый элемент общеобразовательной подготовки. Создание учебной литературы становится актуальной задачей, а изложение методологических основ социологии в виде общеобразовательного нормативного минимума социального знания — чрезвычайно важный, качественно новый этап в институционализации социологии, в становлении профессионального самосознания социологического сообщества.

Первые такие учебники, пособия, монографии уже изданы, значительная их часть подготовлена в рамках программы «Обновление гуманитарного образования в России», осуществленной в 1992—1994 гг. институтом «Открытое общество» на средства известного мецената Дж. Сороса, и в других программах. В их числе и книги по методологии (Г.С. Батыгин [11], И.Ф. Девятко [27], А.И. Кравченко [51], «Очерки по истории теоретической социологии XIX—начала XX века» [78], Н. Смелзер [89], С.С. Фролов [100], М.С. Комаров [47]). В ближайшие годы можно ожидать (при сохранении сложившейся ориентации на расширение преподавания социологии) появления новой волны учебников, разнообразных по читательскому адресу, тематической направленности, дидактическим решениям, стилю изложения материала и т.д.

Особенностью методологической рефлексии в отечественной социологии начала 90-х гг. является повышение интереса к теоретическим концепциям и исследовательским методам качественного анализа. Существуют различные мнения о причинах и последствиях этой новой ориентации. Как свидетельствуют публикации, число которых постоянно растет, некоторая часть исследователей считает, что происходит естественное развитие, обогащение теоретических представлений и методического обеспечения российской социологии, что речь идет не об определении отношения и выборе количественного или качественного подходов в терминах  «хороший — плохой», «научный — ненаучный», но о вполне традиционной проблеме выбора исследовательского подхода, адекватного исследовательской задаче.

Сторонники крайних позиций неутомимо ищут и оглашают аргументы в пользу предпочтительного для них направления. Не вдаваясь в подробности, приведем для заинтересованного читателя публикации, отражающие ход этой дискуссии (О.М. Маслова [57], В.Б. Якубович [116], В.Ф.Журавлев [35], В.А.Ядов [114], Г.С.Батыгин, И.Ф. Девятко [13], С.А. Белановский [14]). Три года спустя после начала этой дискуссии, когда страсти несколько поутихли, стали различимы некоторые наиболее важные ее предпосылки, связанные с особенностями исследовательской ситуации в отечественной методологической культуре.

Проблемы соотношения количественной и качественной социологии по-разному существовали и осмысливались в теоретической и эмпирической советской социологии. Например, в упоминавшихся выше докладах по методологии, представленных на VII Международный социологический конгресс (1970 г.), присутствует и доклад Г.М.Андреевой «К вопросу об отношениях между микро- и макросоциологией», где дается обстоятельный анализ теоретических источников качественной социологии. Восемь лет спустя был опубликован перевод коллективной монографии английских феноменологов [74], содержащий острую критику ограниченности познавательных возможностей позитивистской социологии, правда, без особо убедительных альтернативных предложений.

В рамках теоретического направления «критика буржуазной социологии» появлялись публикации, посвященные историческим и междисциплинарным предшественникам качественной социологии, ее основателям и последователям (И.С.Кон [48], Е.В. Осипова [76], Л.Г.Ионин [37], В.Дильтей [28]). В некоторых учебниках по методологии присутствовали разделы, посвященные качественной социологии (Р.Пэнто, М.Гравитц [83]), в позитивистски ориентированных учебниках приводилось описание неформализованных разновидностей методов сбора и анализа данных, используемых в качественной социологии.

Однако все эти обстоятельства не имели сколько-нибудь значимого влияния на методологию эмпирических исследований. Разрыв между теоретическим и эмпирическим уровнями социологии, традиционный для российской социологии XIX в., сохранялся и в советской социологии.

Открытие и освоение методологических принципов качественной социологии для социологов-эмпириков в значительной мере было связано с изменением социального заказа на эмпирические данные. В ситуации стабильного общества (которое политики предпочитают называть застойным), когда от социологов требовались эмпирические данные для обоснования управленческих решений и оперативная «обратная связь» в процессе их реализации, позитивистский гипотетико-дедуктивный подход был адекватным и достаточным. Дестабилизация социальной жизни с началом перестройки поставила перед социологами новые задачи, для решения которых понадобились дополнительные методологические подходы. К числу этих новых задач относятся, например, изучение изменений в социальной структуре, возникновение новых социальных общностей (фермеры, банкиры, предприниматели, «челноки», бездомные, безработные и т.д.); исследование ранее «закрытых» проблем; прогнозирование последствий планируемых реформ. Здесь зачастую не было априорной статистики, опыта предшествующих решений для разработки исходной гипотетической модели и формирования гипотез. Исследование объекта должно было осуществляться одновременно с его описанием, экспертной оценкой, интуитивным пониманием логики и возможных тенденций его развития. Поэтому социологи обращаются к неформализованным вариантам интервью (свободное, с путеводителем, биографическое, нарративное), опираясь при этом на качественное представительство немногочисленных групп, отражающих изучаемые процессы по принципу типичного объекта. Меняется не только стратегия сбора данных, но и стратегия их анализа и интерпретации.

Развитие маркетинговых исследований привело к широкой популярности метода группового фокусированного интервью («фокус-группы»), который удачно дополнил традиционные методы массовых опросов потребителей.

Особенностью этого процесса было активное сотрудничество российских и зарубежных социологов, что существенно активизировало и ускоряло освоение качественной методологии. При этом эмпирическая практика не только предшествовала осмыслению теоретических оснований, но и стимулировала методологическую рефлексию. Об этом свидетельствует расширение круга публикаций, посвященных проблемам качественной социологии: ее теоретических оснований, опыту эмпирических исследований, взаимоотношений с количественной социологией (Ж.П. Альмодовар [2], М Бургос [17], В.Фукс-Хайнритц [101], П.Монсон [71]). Появляются первые публикации результатов, отражающих отечественный исследовательский опыт использования качественной методологии в исследованиях социальной мобильности [17, 94], производственных отношений в постперестроечной России [45].

Некоторые общие выводы. Методологические проблемы социологии относятся к числу глубинных внутринаучных ее характеристик, относительно менее доступных для непосредственного воздействия политической конъюнктуры и идеологической манипуляции.

История методологической рефлексии в российской социологии убедительно показывает, что каждый раз, когда состояние социальной системы возвращается к норме, допускающей существование социологии, ее возрождение начинается с ревизии методологических принципов, которая соединяет предшествующий уровень с международным и междисциплинарным методологическим дискурсом.

Методологическая рефлексия имеет в российской социологии глубокие исторические традиции, обусловленные положением общественных наук в обществе и уровнем их развития. Как теоретическая, так и эмпирическая методология формировались в постоянном взаимодействии гносеологических принципов естественнонаучного и социального познания. В различные периоды внимание научного сообщества к этим направлениям было неодинаковым, но, в конечном счете, способствовало формированию более высокого уровня профессионального самосознания.

Современная ситуация в рассматриваемой здесь области, на наш взгляд, очень точно характеризуется наблюдением выдающегося русского статистика А.А. Чупрова, относящимся к началу XX в.: «В науке, как и в жизни, действие идет впереди размышления. Человек ходит и плавает, не раздумывая о законах равновесия твердого тела в воде и воздухе. Прочный интерес к рационализации приемов научной работы устанавливается лишь на сравнительно поздних стадиях развития науки» [104, с. 14]. И сегодня методологическая рефлексия в эмпирической социологии, как когда-то в статистике, существует чаще всего в виде опыта, сопутствующего получению содержательных результатов. Этот «побочный продукт» исследовательской деятельности социолога представляется его авторам интуитивно ясным, поэтому в качестве самостоятельного предмета исследования методологические проблемы выступают довольно редко. Социологи с большим удовольствием отвечают на вопросы о том, что и почему происходит в обществе, но вопросы о том, как получают знание, на котором базируются эти ответы, какова достоверность этого знания, чаще вызывают корпоративную тревогу, чем систематические исследования в области методологии.

История науки в целом свидетельствует, что такое состояние методологии сопутствует становлению молодых наук, активно утверждающих свое положение в обществе. В истории общественных наук это особенно заметно. В российской социологии эти сюжеты еще ждут своих исследователей.

Вместе с тем история развития методологии и методов социологии свидетельствует об устойчивом обогащении и совершенствовании их эвристического потенциала. Это обстоятельство столь очевидно, что позволяет оставаться на позициях умеренного оптимизма.