В ПОИСКАХ СВОЕГО ПРЕДМЕТА

К оглавлению
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 
17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 
34 35 36 37 

Надо сказать, что социологическая практика в определении пред­мета своего внимания пошла намного дальше, чем социологическая те­ория. Пожалуй, именно социологи-практики не только у нас в стране, но и за рубежом нащупали ту область социального бытия, которой дол­жна заниматься социология и благодаря которой она обрела почву и получила возможность приносить реальную пользу своими рекоменда­циями. Большое влияние в этом плане на социологию оказал так на­зываемый хоторнский эксперимент.

В 1927—32 годах социологом и психологом Мэйо и его сотрудни­ками проводилась серия экспериментов, которые показали роль н зна­чение «человеческого фактора» на производстве, как позже стали на­зывать это новое направление. Эти эксперименты наглядно продемон­стрировали, чего можно добиться от работника, если создать опреде­ленную систему взаимоотношений на производстве. Понимание роли и значения «человеческого фактора» обусловили впоследствии созда­ние социологической и психологической службы на предприятиях. За­дача социологов и психологов заключалась в том, чтобы изучить «человеческие отношения» и выработать соответствующие рекомен­дации по их использованию с целью повышения производительности труда. И надо сказать, что западная эмпирическая социология проде­монстрировала в этом массу интересных возможностей социологии и психологии.

Если отвлечься от того, что теория «человеческих отношений» по­зже была провозглашена глобальной теорией социального благоденст­вия, приобретшей определенную идеологическую окраску, то в ней можно найти много положительных моментов.

Особенностью отечественной прикладной социологии является наличие в ней как бы двух направлений — первое, если так можно сказать, академическое, где, как правило, исследовали ее концепту­альные проблемы, например, образа жизни, социального прогнозирования, воспитания и образования и т.д., и носящие довольно общин характер. Другое направление, развиваемое в основном заводской соц­иологией,— проведение конкретных социологических исследований только для нужд производства. Академическая социология давала за­казы, как правило, самой себе и, как это часто бывает в академической науке, удовлетворяя за казенный счет собственное любопытство, бла­годаря чему нередко рождались весьма нетривиальные проблемы и их решения. Именно благодаря интересу и любопытству отдельных соц­иологов, появились новые направления в социологии, например, соц­иолингвистика, социология личности, региональная социология, соци­альная демография и др. Для второго направления заказчиками высту­пали предприятия, фабрики, заводы, учреждения, которые требовали конкретных рекомендаций. Если первые решали чисто научные про­блемы и находились, так сказать, в свободном полете мысли и поиске истины, то вторые обязаны были решать производственные задачи и надолго забывать о собственных научных интересах. Перед заводской социологией постоянно стоял вопрос, что нужно сделать в области со­циального развития, чтобы повысить производительность труда. Этот вопрос висел над заводскими социологами как домоклов меч и по-гам­летовски трагична была его постановка, быть или не быть заводской социологии. Эта вынужденная жесткая ситуация и заставляла соц­иологов-практиков искать ответ на вопрос, чтобы сохранить свое место под солнцем. Именно чрезвычайная ситуация и привела к пониманию того, чем социология должна заниматься.

Решая производственные вопросы, социологи, естественно, вы­шли на социальные факторы, которые оказывали влияние на эффек­тивность работы предприятия и каждого работника. Этих факторов бы­ло много, но в конечном итоге круг их более или менее определился.

На массе данных конкретных социологических исследований было доказано, что нельзя рассматривать работника функционально, только как элемент той или иной производственной ситуации. Выполнить свою производственную операцию успешно, с высоким уровнем каче­ства, способен только работник, который обладает возможностью рас­крыть себя как личность. Поэтому необходимо подходить к нему, учи­тывая все богатство его личных характеристик, ибо любая деятель­ность есть выражение его личных качеств и т. д. Важно, что социологи решали эти проблемы, исходя не из общих деклараций о важности че­ловека, личности на производстве и в обществе, о которых постоянно кричали все плакаты и лозунги, а шли от исследований человека. Соц­иологи, обращаясь со своими вопросами к десяткам и сотням рабочих, инженеров, руководителей, служащих с неизбежностью выходили на их нужды и неудовлетворенные потребности, выходили на реальные социальные проблемы и соответственно их влияние на эффективность труда. Осуществляя поиск условий, влияющих на повышение эффек­тивности труда, социологи определили причины, воздействующие на че­ловека, стимулирующие или тормозящие его творческую деятель­ность, его инициативу и т. д. Соответственно, социологи вышли на уз­ловой момент, который определяет всю структуру деятельности соци­альной группы — на систему взаимоотношений людей и социальных групп или социальные отношения.

Правда, для заводских социологов осознание важности изучения социальных отношений первоначально проявилось в исследованиях межличностных отношений, морально-психологического климата в коллективе. Идея оказалась простой, но довольно продуктивной. Исс­ледования показывали, что чем лучше отношения в коллективе, тем лучше человек работает, и если отношения между членами коллекти­ва плохие, а тем более конфликтные, тем хуже рабочие трудятся и, соответственно, ниже эффективность труда всего подразделения. От­ношения дружбы, симпатии, взаимодоверия вот основные характери­стики хорошего микроклимата в коллективе. Но социологам еще пред­стояло понять, откуда появляются дружба и симпатия, вражда и кон­фликты. Они только увидели, насколько важны эти отношения для ра­боты и что их можно определенным способом регулировать, в основном специальным подбором людей, симпатизирующих друг другу. И этого чаще всего оказывается достаточно, чтобы какое-то, правда, довольно короткое время, подразделение начало хорошо работать. С удивитель­ной закономерностью примерно через полгола, опять образуется та си­стема отношения, которая является естественной для любого коллек­тива, т. е. система симпатий и антипатий, конфликтов и противоречий. Естественным путем возникают отношения, которые определяются си­стемой более общего порядка. Уже потом было понято, что отношения дружбы и симпатии — есть выражение более сложной системы отно­шений.

Обнаружив это, социологи, пошли дальше и в серии исследований нащупали и проверили еще одну систему производственных отноше­ний, а именно отношения между руководителями и подчиненными как двумя социально-профессиональными группами. Оказалось, что здесь кроме отношений чисто дружеских или деловых, имеются и другие от­ношения, например, политические. В данном случае имеются в виду отношения взаимной ответственности и наличие не только обязанно­стей друг перед другом, но и прав, а соответственно, и разделение пол­ноты власти. Понимая насколько важны для работы предприятия отношения между этими группами, социологи стали активно исследовать, прежде всего, уровень доброжелательности и доверия между ними, содержа­щий в себе всю или достаточно полную совокупность действий по от­ношению друг к другу. Например, забота администрации об условиях труда и быта рабочих, включение последних в управление производ­ством и общественными делами, активное их участие в общественной жизни, компетентность руководства и профессионализм рабочих и т. д.— все это позволяло определить в свою очередь характер и уровень взаимной ответственности. Если этот уровень достаточно высок, то за­дачи предприятия решаются успешно, если же отношения конфликт­ные, то и общие задачи решаются плохо или совсем не решаются.

Исходя из этого, социологи выработали целую серию рекоменда­ций, которые позволили успешно решать эти проблемы. Например, ис­следования показывали, что напряженность между администрацией и рабочими часто возникает в результате недостаточной информирован­ности последних о деятельности руководства. Нередко именно из-за этого возникают слухи и домыслы, часто носящие негативный харак­тер, что приводит к росту недоверия друг к другу. Двусторонняя сис­тема информированности о деятельности администрации и коллектива в целом, позволяет в ряде случаев снять напряженность.

Но далее социологи показали принципиальное значение установ­ление отношений и между профессиональными, квалификационными, половозрастными и другими группами, например, между молодыми и кадровыми рабочими, квалифицированными и неквалифицированны­ми, между работниками различных подразделений и т. д. Самым глав­ным следствием этих исследований был вывод о том, что в социальном управлении не столько важно удовлетворение тех или иных специфи­ческих интересов, каждой из этих групп, сколько установление строго определенных отношений, что стало, в конечном итоге, основным принципом социологических исследований.

Таким образом, решая социологическими методами социальные проблемы общественного производства, проблемы повышения произ­водительности труда и т.д., социологи неизбежно должны были обра­титься к производственным отношениям, которые часто называют че­ловеческими отношениями. Правда, не всегда это осознавалось полно­стью и не всегда явно проявлялось как четкая ориентация на изучение именно производственных отношений. Нередко все это решалось на уровне здравого смысла. Но здесь важно подчеркнуть основную на­правленность социологической мысли и социологической практики, а именно направленность к человеку, к его отношениям с другими людь­ми.

Однако система отношений в коллективе оказалась намного слож­нее, чем это представлялось сначала, а главное, она выходила далеко за пределы производственных отношений. Социологи вышли на пони­мание того, что решение многих производственных задач находится далеко за проходной завода, например, в непроизводственной сфере, в семейных отношениях и во всем комплексе не производственных отно­шений и социальной деятельности. Примечательно, что если исследо­вания проводились на предприятии, то применялся термин «человече­ские отношения», но если исследование выходило за стены предприя­тия, то использовался термин «социальные отношения», охватываю­щие все типы социальных отношений — и производственных, и непро­изводственных.

В этом плане, как уже говорилось, социологическая практика уш­ла намного дальше социологической теории. В то время как социоло­ги-теоретики раздумывали, чем должна заниматься социология, и строили всякие мысленные и не мысленные конструкции, примеряя в качестве предмета социологии всевозможные социальные феномены и миражи, социологи-практики, работавшие непосредственно на произ­водстве, решали социологическими методами социальные проблемы производства и повышения эффективности труда, сконцентрировав все свое внимание на системе производственных отношений.

Естественно, перед социологами встал вопрос: «Что же представ­ляют собой социальные отношения, какова их природа и сущность, ка­ким образом их можно исследовать, какое конкретное выражение они имеют, какова их структура?». Эти вопросы оказались сложными, но, не решив их, нельзя было двигаться дальше.